Готовый перевод 1975 Reborn With My Childhood Sweetheart Professor / Возвращение в 1975: Уроки любви с профессором: Глава 8

Ревность Снегга

Каждое утро в Хогвартсе выдавалось на редкость оживленным, особенно за длинным столом Гриффиндора.

Совы целыми стаями влетали в Большой зал Хогвартса, и на голову Алекса Ванни рухнула небольшая коробочка — его собственная сова гордо выпятила грудь и опустилась прямо ему на макушку, выглядя куда более величественно, чем сам хозяин. Следом за ними влетела стая серо-черных сов, направлявшихся к гриффиндорскому столу. Всего их было четверо, и внешне они напоминали выстроившихся на плацу солдат.

Эта процессия привлекала всеобщее внимание: подобной роскошью могли похвастаться лишь древние и богатые семьи, тогда как Сириус, очевидно, уже был лишен подобных привилегий. Гарри невольно вздохнул про себя, размышляя о шике старинных родов: хотя он сам формально считался богачом, распоряжаться средствами он совершенно не умел, позволяя золоту просто пылиться в сейфе. Все четыре совы опустились прямо перед братьями Поттера. Сидевшая рядом с Гарри Лили с любопытством задержала на них взгляд.

Гарри отвязал письмо — его прислала его бабушка, а ныне мама, Дория. Гарри быстро разорвал конверт: бумага внутри оказалась нежно-голубой, уютной и невероятно изысканной.

Гарри посмотрел на красивый каллиграфический почерк, а затем на Джеймса — даже у того почерк был на высоте. И только у самого Гарри выходило нечто вроде куриной лапы.

Он отложил надкушенный пирожок, рассеянно вытер пальцы о скатерть и принялся читать.

Дорогой Гарри!

Прошло уже почти два месяца с начала учебного года, мы с твоим папой вернулись из путешествия, а от тебя так и не дождались весточки. Это заставляет меня задумываться: уж не слишком ли усердно вы проказничаете, раз вечерами вам приходится отбывать наказание и у вас совсем не остается времени написать маме?

Сокровища мои, я так скучаю по вам. Глазом моргнуть не успели, как вы оба выросли, а твой брат говорит, что на Рождество вы не вернетесь домой — он собрался добиваться расположения одной красивой гриффиндорки.

Мой маленький Гарри, неужели и ты дорос до возраста, когда начинают ухаживать за девочками? Неужели ты тоже заявишь маме, что не приедешь на праздники?

Впрочем, наслаждайтесь молодостью сполна, мальчики, и не обращайте внимания на мамино ворчание.

Любящая вас мама.

P.S. Я приготовила вам парадные мантия к Рождеству, а еще подарки — в Хогвартсе точно не сыскать настоящих французских вещиц. Наряды же на Хэллоуин вам подбирал папа.

На протяжении всего чтения лицо Гарри не покидала улыбка, щеки порозовели, а от всего его облика исходило неподдельное счастье. Он с легким уколом совести посмотрел на подпись: хоть он и стал вторым сыном семьи Поттер и целыми днями проводил время рядом с Джеймсом, он всё же слишком редко вспоминал о том, что теперь у него есть настоящая мама. Разумеется, и мысль написать домой приходила ему в голову нечасто.

Письмо из дома — о подобной роскоши в прошлой жизни он и мечтать не мог.

Вдруг письмо выдернули у него из рук. Гарри испуганно обернулся, собираясь вернуть его обратно, но обнаружил, что похитителем семейной корреспонденции оказался не кто иной, как Джеймс.

Зажав в зубах кусок хлеба, Джеймс сосредоточенно вчитывался в послание Дории, адресованное Гарри. Гарри озадаченно посмотрел на него и сам потянулся за письмом Джеймса.

Дорогой Джеймс!

Поездка во Францию удалась на славу, жаль лишь, что мы не смогли взять вас с собой.

Мы с папой специально выбрали для тебя парадный костюм — уверены, на Рождественском балу ты непременно покоришь сердце своей избранницы.

Только не шалей, милый, ты же знаешь, каких надежд мы на тебя возлагаем. Если бы ты направил свою сообразительную светлую головушку на учебу, мы были бы просто на седьмом небе от счастья.

Любящие твои мама и папа.

Содержимое писем было практически одинаковым, но Джеймсу, судя по всему, больше приглянулось послание Гарри — он даже сунул его за пазуху, наотрез отказываясь возвращать бедному младшему брату.

Гарри обиженно устроился за столом и молча принялся распаковывать лежавшие перед ним свертки. Сова никуда не спешила улетать; угощения ей не требовалось, и она лишь доверчиво и трогательно потерлась пушистой макушкой о тыльную сторону ладони Гарри.

Птица сразу же пришлась ему по душе, и Гарри накрошил ей печенья прямо на стол.

Подарочные коробки были завернуты в красно-золотую оберточную бумагу, из-за чего создавалось впечатление, будто Рождество наступило досрочно. Он взял коробку поменьше, слегка потряс ее, и оттуда донесся звон — внутри явно пряталось немало занятных вещиц.

Джеймс уже вовсю вскрывал свой презент: по традиции внутри обнаружился пакет со сладостями, вот только на этот раз к нему добавилось несколько симпатичных флакончиков — изысканные ароматы из романтической столицы Франции.

Гарри развернул свой сверток, и оттуда выкатился небольшой шарик. Упаковочная бумага развернулась окончательно, и на столе оказалась крошечная золотая вещица.

О боже! Это же лимитированная серия Золотого Снитча от компании Круцио! — кто-то завопил во весь голос, привлекая всеобщее внимание. Даже обычно задиравшие нос слизеринцы не удержались и покосились на гриффиндорский стол.

Гарри поднял его, не заметив в игрушке ничего особенного. Однако восторженные взгляды однокурсников заставили его слегка растеряться.

На нем же автографы председателя спортивного департамента и Барти Дикинса!

Гарри во все глаза уставился на Золотой Снитч: на металле действительно красовались две строчки мелкого текста. Имена двух легендарных личностей спортивного мира были выгравированы на поверхности, что сразу же взвинчивало ценность этой маленькой вещицы до небес.

Джеймс с завистью воззрился на брата, но поскольку он уже успел присвоить письмо Гарри, отбирать еще и подарок было бы совсем неловко. К тому же этот лимитированный Снитч существовал в единственном экземпляре, и мама прислала его именно Гарри.

Ох… и правда, — Гарри смущенно огляделся. Сам он не испытывал особого трепета перед коллекционными мячами и куда больше бы обрадовался новой метле, хотя современные модели все равно уступали Молнии, да и из звезд спорта Гарри — вернее, в будущем — предпочитал Виктора Крама.

Бросив взгляд на позеленевшего от зависти Джеймса, он просто перебросил Снитч ему.

Джеймс вздрогнул от неожиданности, поймал мяч совершенно глупым видом и вдруг радостно рассмеялся. Он сгреб шею Гарри в охапку, прижал к груди и принялся яростно трепать за волосы.

***

Лили! — прижимая к груди охапку вещей, Гарри догнал девочку. — У меня кое-что есть для тебя.

Лили бросила подозрительный взгляд на его ношу:

— Ты уверен, что это тебе, а не твоему брату?

— Конечно, мне, — улыбнулся Гарри, приближаясь к ней. — Вот эта коробочка сверху — говорят, румынская ручная работа, вампирская маска. Очень красивая, хотя мне она без надобности.

— О боже… она прекрасна! — Лили бережно подняла маску. Она закрывала лишь половину лица, но весила порядочно — девушка готова была поспорить, что в ней не меньше полуфунта. Глаза были вырезаны с изящной и хищной роскошью, а вот область рта украшали пугающе длинные клыки, выступающие далеко за линию подбородка; это изделие давно переросло рамки обычного образа вампира, напоминая скорее дикого зверя.

— Говорят, это разновидность вампиров из Прускосилы, нечто среднее между кровопийцей и зверем, — пояснил Гарри, опуская свертки на пол и сваливая вещи в большую коробку, которую он тут же уменьшил заклинанием и убрал в сумку.

Лили никак не могла налюбоваться подарком, но в конце концов решительно вернула его:

— Я не могу это взять, она слишком дорогая.

— Ну как знаешь, — легко согласился Гарри и забрал маску обратно. — Впрочем, если передумаешь, можешь обратиться ко мне в любое время. Хоть после Хэллоуина вернешь.

— Спасибо. Кстати, мне еще нужно подобрать платье для праздника, — Лили пошла рядом с Гарри по направлению к классу.

— Не стоит так переживать, маскарад у нас неофициальный, особой строгости не требуется, — беспечно пожал плечами Гарри, озираясь по сторонам. — А где Снегг? Вы… вы всё еще не помирились?

Лицо Лили слегка исказилось:

— Давай не будем об этом, ладно, Гарри?

Гарри досадливо взъерошил волосы. Он понятия не имел, в какой момент Лили сошлась с Джеймсом и из-за чего именно разгорелся ее конфликт со Снеггом. Но на душе у Гарри скребли кошки: его грызло странное чувство вины, казалось, что всё происходящее жутко несправедливо. Будучи сыном Джеймса и Лили, он прекрасно знал о жертвах, на которые Снегг пойдет в следующие два десятка лет; сколько бы тот ни отдал, Гарри все равно никогда бы не встал на его сторону.

Проходя мимо парт Снегга, Гарри бросил взгляд на пустые скамьи в самом конце аудитории — это была вотчина Северуса. Никто не хотел сидеть на последних рядах, потому что оттуда толком не было видно доски, а главное, там всегда сидел мальчик, от которого отвернулась вся школа.

Никто не поддерживал Снегга. Даже отдав всего себя ради любви, он не мог дождаться от окружающих хотя бы капли доброго участия.

Он неожиданно придержал Лили за руку и вполголоса произнес:

— Тебе вовсе необязательно сидеть рядом с Джеймсом.

С этими словами он увлек Лили за собой и уселся прямо на последней парте.

Северус еще не пришел, на двух задних рядах сидели только они вдвоем. Лили выглядела несколько смущенной, но все же благодарно улыбнулась Гарри и опустилась на скамью.

Заметив это, Джеймс тут же сорвался с места и вихрем подлетел к ним. Он одарил Лили глуповатой улыбкой — точь-в-точь такой же, как у самого Гарри, — а затем покосился на брата и прошипел:

— Предатель, ты что удумал?

— Сам ты предатель!

Джеймс под столом ощутимо ущипнул Гарри за ногу и сладкоречиво протянул:

— Гарри, неужели тебе не хочется посидеть со своим любимым братом?

Гарри тут же подхватил сумку:

— С удовольствием, только о том и мечтаю. — И тут же бросил Лили: — Подожди Снегга здесь, а я пойду к своему братцу.

Лили уже собиралась кивнуть, как чья-то рука тяжело опустилась Гарри на плечо, и Джеймс проскрежетал сквозь зубы:

— Ничего, не утруждайся... Ах ты предатель!

Лили, которая делала вид, что полностью поглощена раскладыванием учебников, не выдержала и рассмеялась. На этот раз она не поскупилась на искреннюю улыбку для Джеймса. Пожалуй, в такие моменты этот неисправимый чудак казался ей невероятно забавным.

Пока Джеймс млел от ее улыбки, а Гарри радовался, что его многострадальная нога наконец спасена от расправы, в классе появился Снегг.

На его лице по обыкновению не отражалось ровным счетом ничего — маска полного безразличия делала его похожим на мертвеца, и лишь чересчур темные, блестящие глаза заставляли Гарри чувствовать себя неуютно под этим взглядом. Школьная мантия Снегга была в каком-то месте порвана, обнажая потрепанную и пожелтевшую от времени старую рубашку.

Молча бросив взгляд на троицу, оккупировавшую его место, Северус без единого звука опустился на стул в самом дальнем углу.

Джеймс мгновенно вспыхнул. Гарри такой мягкий и добрый по своей натуре, с какой стати ему сидеть в этой дыре? И все из-за этого Нюниуса! Глядя на мертвенно-бледную физиономию Снегга, Джеймс громко окликнул его:

— Эй, Нюниус!

— Джеймс, — Гарри дернул его за рукав, выразительно моргнул и кивнул на Лили. — Имеи совесть, будь джентльменом.

Сидя в углу, Снегг холодным взглядом окинул их нелепую сцену. Джеймс с трудом подавил рвущийся наружу гнев и, не желая сдавать позиции, еще раз с вызовом зыркнул на Снегг, после чего хлопнул Гарри по плечу и вернулся к своим приятелям.

Лили с заметным беспокойством посмотрела на Северуса:

— Его что, избили?

Гарри покачал головой:

— Уж в этот раз точно не Джеймс.

Лили закатила глаза, одарив Гарри красноречивым взглядом, но когда она снова повернулась к Снеггу, его рваная форма уже выглядела совершенно целой, будто повреждений и не было.

Прозвенел звонкий школьный звонок, заставив галдящий класс мгновенно утихнуть, и в помещение, перебирая короткими толстыми ногами, вошел профессор Слизнорт. Урок зельеварения начался в тишине; ученики изредка перекидывались парой фраз, но Слизнорт не прерывал их на полуслове, а порой и сам присоединялся к обсуждению.

На его занятиях не было едких насмешек, снятия баллов и жестоких наказаний, но при этом ученики вели себя послушно, словно тихие овечки.

Он неизменно приговаривал с добродушной улыбкой:

— Зельеварение — дело тонкое и кропотливое, тут нельзя отвлекаться или совершать ошибки. Так что если вы сумеете сварить зелье без происшествий, без взрывов в котле и без травм, это станет для меня лучшей наградой.

Что ни говори, а этот старый прожженный хитрец умел ладить с молодежью.

Гарри и Лили принялись устанавливать котел, хотя котел Снегга уже вовсю стоял на огне — работая в одиночку, ему приходилось спешить.

С последних рядов доску было почти не разглядеть, приходилось целиком полагаться на собственные конспекты и учебник. К счастью, Гарри неплохо ориентировался в зельях пятого курса, а в будущем ему немало помог тот самый учебник Принца-Полукровки.

Лили как раз закончила расписывать тайминг, когда, заметив, как ловко Гарри орудует ножом над сонными бобами, не удержалась от восклицания:

— Гарри, ты подготавливаешь ингредиенты точь-в-точь как Северус!

Рука Гарри на секунду замерла. Он неловко усмехнулся:

— Хм… да я просто вычитал это в одной старой книге. — Он аккуратно слил сок сонных бобов в котел и поспешно добавил: — В очень хорошей книге.

Лили внимательно следила за тем, как Гарри колдует над зельем, а затем перевела взгляд на расплывчатую доску — так что Гарри вполне естественно взял на себя роль ведущего эксперта, а Лили послушно помогала ему.

Главный эксперт Гарри старательно доводил зелье до ума, когда к их столу приблизился профессор Слизнорт. Увидев результат, он восхищенно ахнул:

— Ого, только посмотрите! Гарри, твое зелье обработано просто безупречно. Разумеется, не забудем и про мисс Эванс, которая так удачно ему ассистировала, — радостно объявил он. — Каждому по десять очков, и еще двадцать баллов Гриффиндору — абсолютно заслуженно!

Гарри самодовольно ухмыльнулся. Ему безумно нравились уроки профессора Слизнорта, который никогда не скупился на баллы: кто правильно ответил и идеально справился с заданием — тот и получает награду. Это было куда приятнее строгих уроков Снегга.

Слизнорт заглянул и в котел Снегга. Наклонившись и принюхавшись, он тут же выпалил:

— Еще один безупречный шедевр! Слизерину десять очков! — Он жизнерадостно переводил взгляд то на Северуса, то на сидевших неподалеку Гарри и Лили.

Но никто не заметил, как перекосилось лицо Снегга. Полным злобы и ненависти взглядом он уставился на Гарри Поттера, а пальцы, сжимавшие края учебника, побелели от напряжения — казалось, бумажные страницы сейчас порвутся клочьями. Старый учебник был густо исписан его собственным мелким почерком, там содержались все выведенные им опытным путем секреты. И тем не менее все его титанические усилия, все эксперименты на практике кто-то уже давным-давно оформил в виде готовой печатной книги — вот только у него, в отличие от Гарри Поттера, не было такого сказочного везения, чтобы получить это руководство в свое распоряжение.

Снегг судорожно разгладил замятые страницы учебника, на его лице вновь застыла маска полного бесчувствия. Погасив под котлом огонь, он перелил зелье в склянку и сдал профессору Слизнорту.

Быстро закинув вещи в сумку, он демонстративно обошел Лили, которая пыталась с ним заговорить, бросил тяжелый взгляд на стоящего рядом Гарри Поттера и, не произнеся ни слова, молча вышел из аудитории.

http://bllate.org/book/33782/4155439