Готовый перевод Whispers of Moss, Fading Light / Сценарий для двоих: Эхо ушедших лет: Глава 9

Е Цинтай просто прилёг отдохнуть на ещё не застеленную больничную койку для ухаживающих. Когда спать совсем не хочется, не уснуть нигде, но когда сонливость затуманивает сознание, заснуть можно в любом месте.

В три часа ночи Е Цинтай полусонным очнулся. Он как раз рассеянно разминал затекшее плечо, когда услышал, как Сюй Цзянянь встала с кровати.

В соседних больничных койках все уже спали, и Е Цинтай, опасаясь потревожить остальных слишком громким звуком, подошёл к Сюй Цзянянь и тихо спросил:

— Мам, что-то болит? Позвать медсестру?

— Не нужно, просто не спится. — Сюй Цзянянь придвинула стул и села, слегка похлопав Е Цинтая по тыльной стороне ладони. — В последнее время тебе пришлось нелегко. Иди на кровать, поспи немного.

Раковая опухоль распространялась по её телу. Поначалу, нащупав плотное уплотнение, она приняла его за обычный узел. На заводе трудно отпроситься, а порой ради выполнения нормы приходилось работать без выходных по целой неделе. Когда же выдавалось затишье, Сюй Цзянянь жалела терять премию за полную посещаемость и дневной заработок.

Так, тянутя за разом, прошёл больше чем год, и лишь когда боль стала мешать засыпать, она наконец воспользовалась выходными, чтобы сходить в больницу.

С прошлого года и по сей день Сюй Цзянянь не провела ни единой спокойной ночи. До начала лечения её мучила лишь боль в поражённом месте, а после него упал уровень лейкоцитов, из-за чего качество сна стало ухудшаться с каждым днём.

Сюй Цзянянь никогда не упоминала об этом, и Е Цинтай узнал обо всём только сейчас.

— Я не хочу спать. — Е Цинтай сжал в руке телефон, немного помолчал и произнёс: — Завтра я схожу куплю протеиновый порошок. И следи за тем, чтобы есть яйца — когда поднимутся лейкоциты, сон станет лучше.

Стоило завести речь о тратах, как это словно задело больную тему Сюй Цзянянь. Она убрала руку с его ладони, мгновенно сбросив с лица недавнее мягкое выражение, понизила голос и бросила:

— К чему всё это покупать? Разве ты не знаешь, каково сейчас положение дома? На всё нужны деньги, никто ничего не зарабатывает, а ты целый день только и думаешь, как бы потратиться. Сколько тебе лет, а совсем не понимаешь!

Если бы Сюй Цзянянь не сдерживало то, что остальные пациенты в палате ещё спали, это, пожалуй, переросло бы в очередную истеричную ссору.

Сдерживая эмоции, Е Цинтай через силу улыбнулся:

— Я взял заказ на написание сценария для веб-сериала. Когда придёт гонорар, жизнь станет немного легче.

— Тебя испортил твой дед. Вечно витаешь в каких-то мечтах, разве ими сыт будешь? — Сюй Цзянянь накрылась одеялом, прислонилась к изголовью и закрыла глаза, чтобы немного отдохнуть. — Сколько лет пишешь, а никакого толку не видно. Если надеяться на твои грошовые гонорары, давно бы уже с голоду помер где-нибудь.

Е Цинтай всегда считал своего деда прекрасным театральным актёром, но в глазах Сюй Цзянянь тот был лишь непутёвым человеком, чей рот вечно был полон непонятных ей слов, в то время как в карманах гулял ветер.

То, что они называли мечтой, в её глазах было лишь оправданием для лени и нежелания зарабатывать деньги.

Захватив с собой оставшуюся половину пачки сигарет, Е Цинтай вышел из палаты. В пять часов утра на лестничной клетке было не так уж безлюдно — вернее, в лестничных пролётах онкологического отделения никогда не переводятся люди, которые с помощью сигарет пытаются заглушить тоску.

Прислонившись к стене, Е Цинтай пошарил по карманам, но зажигалки так и не нашёл. Он перевёл взгляд на паренька, сидевшего на ступеньках.

Паренька звали Дуань Мин, он лишь недавно окончил старшую школу, а в больнице лежал вырастивший его дед с четвёртой стадией рака желудка.

Здоровье старика и до того было слабым, а химиотерапия нанесла ему слишком тяжёлый удар, и выдержит ли он этот курс лечения, было совершенно неизвестно.

Заметив его взгляд, Дуань Мин поднялся, подошёл к Е Цинтаю и поднёс огонёк к концу сигареты. Пламя зажигалки было совсем небольшим, но Е Цинтай невольно отступил назад, словно боясь, что огонь обожжёт его.

Однако позади была лишь стена, ему было некуда бежать — бежать было некуда абсолютно.

Е Цинтай улыбнулся ему:

— Спасибо.

— Н-не за что. — Дуань Мин закашлялся от сигаретного дыма. У него были покрасневшие глаза, но он упорно сунул сигарету обратно в рот. — Почему ты не кашляешь, когда куришь?

Зажав сигарету между пальцами, Е Цинтай наполовину прислонился к поручню лестницы:

— В первый раз у всех так. Потом привыкнешь.

Словно задев за живое, Дуань Мин недовольно возразил:

— Я не в первый раз. В третий.

Е Цинтай взглянул на мятую пачку сигарет в его руке, а затем протянул ему собственную:

— Начинаешь курить — не выбирай крепкие. С капсулами лучше.

Дуань Мин потушил свою сигарету, зажёг ту, что протянул Е Цинтай, и снова попытался закурить по его примеру. Хотя он всё ещё покашливал, получалось уже гораздо лучше, чем в первый раз.

Е Цинтай искоса посмотрел на него:

— Если чувствуешь себя плохо, заставлять себя не обязательно. Есть много способов избавиться от тоски.

— Я видел, что другие начинают курить, когда им тяжело, и тоже захотел попробовать. — Дуань Мин снял очки и глубоко вздохнул: — Когда у дедушки обнаружили рак желудка, была уже поздняя стадия. Врачи не говорили, что вылечить нельзя, но я и сам понимал, что это невероятно трудно.

Выкурив половину сигареты, Дуань Мин спросил:

— А твои родные тоже больны этим?

В конце концов, он был ещё ребёнком. На двадцать третьем этаже находилось онкологическое отделение, и какие ещё болезни могли быть у пациентов, кроме рака?

Е Цинтай тихо ответил:

— Моя мама. Рак молочной железы средней стадии.

Поняв, что сболтнул лишнего, Дуань Мин растерялся, не зная, что сказать в оправдание, однако Е Цинтай не придавал этому особого значения. Он достал из кармана пачку жвачки и протянул ему:

— Докуришь — пожуй пару подушечек, чтобы дед не волновался.

Дуань Мин покрутил на запястье чётки — их для него освятил человек, к которому обращался дедушка, сказав, что если носить этот браслет, будешь в безопасности при любых обстоятельствах.

— Старик говорил, что он приносит удачу, и велел всегда носить его. — Дуань Мин качнул рукой с чётками. — Вообще-то я совсем в это не верил, но сейчас хочу поверить хотя бы раз. Я хочу, чтобы они защитили дедушку и помогли ему поскорее поправиться.

Е Цинтай потушил окурок и поднялся, направляясь к двери. Едва приоткрыв её, он снова обернулся к Дуани Мину:

— Обязательно. Всё будет хорошо.

Дуань Мин кивнул и с улыбкой сказал:

— Желаю, чтобы каждый твой день в будущем был счастливым.

Е Цинтай не знал, сработало ли пожелание Дуань Мина, но сегодня Е Цзэчунь больше не задерживался на сверхурочной работе и по дороге в больницу захватил ему пакет солнечных мускатов.

Вечером на улицах было немноголюдно. Е Цинтай не спешил возвращаться домой: он сбросил скорость велосипеда до минимума в надежде потратить это время на то, чтобы получше рассмотреть летний Аньцзин этого года.

Помимо того, что стало жарче, чем в прошлые годы, в округе появилось немало новых лотков. Все торговцы были ему незнакомы, но судя по толпам людей вокруг прилавков, торговали они здесь далеко не в первый раз.

Загнав велосипед на подземную парковку, Е Цинтай сразу поднялся на лифт. Когда он вернулся домой, Сюй Цзянянь смотрела телевизор — как раз шёл кадр, где юная служанка впервые входит во дворец.

Услышав шум, она удивленно обернулась на Е Цинтая и недоверчиво спросила:

— Почему ты вернулся один?

Этот вопрос прозвучал странно: из друзей у Е Цинтая был только Линь Яньчжи, но он ещё никогда не приводил его к себе.

Сюй Цзянянь нажала на паузу и в спешке се2ла к балкону. Перегнувшись через перила, она сказала Е Цинтаю:

— К тебе приходил друг. Я сказала ему, что тебя нет дома, а он ответил, что подождет внизу. Я-то думала, вы подниметесь вместе.

— Твой друг случайно не интернет-звезда? Фигура просто отличная, только лицо маской закрыто. — Увидев, что он подошёл ближе, Сюй Цзянянь немного подвинулась в сторону и указала на человека внизу: — Он ждет уже больше двух часов. Я звала его зайти подождать внутри, но он не захотел.

Заметив, что тот молчит, Сюй Цзянянь повернулась к нему:

— Что случилось? Разве он не твой друг?

— Мы слишком долго не виделись. — Е Цинтай завороженно смотрел на Вэнь Цзыяня внизу. Он представлял бесчисленное множество сценариев их новой встречи, но ни разу не думал о таком.

В конце концов, с точки зрения Вэнь Цзыяня, он, скорее всего, был человеком, которого тот не хотел бы видеть до конца своих дней.

Неужели ради сотрудничества со сценаристом с подмоченной репутацией стоило заходить так далеко?

Е Цинтай не знал ответа и уже не смел углубляться в эти мысли.

Видя, что он собирается уйти в комнату, Сюй Цзянянь спросила:

— Не пойдешь повидаться? Он ждет уже довольно долго.

Е Цинтай на секунду замер рука на дверной ручке, после чего отворил дверь и произнес:

— Нет нужды видеться.

Лёжа на кровати, Е Цинтай отрешённо смотрел на складную фоторамку на столе. На одной фотографии был запечатлён Е Юаньсун в момент получения награды, а на другой виднелся Вэнь Цзыянь со спины в старинных одеждах.

Вэнь Цзыянь не любил фотографироваться. В те времена их жизнь была скудной, а из аппаратуры для съёмки имелся лишь телефон с не самым чётким разрешением. Эта карточка осталась с того дня, когда Вэнь Цзыянь получил свою первую роль, которую можно было назвать второстепенной.

Е Цинтай собирался сфотографировать его спереди, но съёмочная группа потребовала срочно вернуться на площадку, так что в итоге удалось запечатлеть лишь его спину.

Когда они расстались, эта фотография осталась единственной на карте памяти Е Цинтая, и она же была единственным снимком Вэнь Цзыяня, который он сохранил.

Е Цинтай прислонился к краю стола, рассеянно поглаживая рамку, как вдруг его раздумья прервал резкий звонок телефона. Номер был незнакомым, с кодом Цзяхуа.

Вэнь Цзыянь никогда не давал ему много времени на раздумья: стоило пропустить один звонок, как следовал второй, третий — и так до тех пор, пока он не брал трубку.

Он всегда был таким. Каждый раз, когда Е Цинтай сомневался или хотел отступить, Вэнь Цзыянь неизменно заставлял делать выбор и идти вперёд.

Прямо перед тем, как звонок должен был прерваться, Е Цинтай нажал кнопку ответа и, не дожидаясь реплики с той стороны, опередил собеседника:

— Учитель Вэнь, думаю, вы должны понимать: неотступно звонить человеку, который не намерен с вами сотрудничать, равносильно домогательствам.

— Я видел тебя на балконе. — Вэнь Цзыянь сидел на парковой скамейке, запрокинув голову и глядя на этаж, где жил Е Цинтай. — Спускайся.

Е Цинтай сжал занавеску, заставляя себя сохранять хладнокровие:

— Нет нужды видеться, у нас с вами не может быть никакого сотрудничества.

Помолчав пару секунд, Вэнь Цзыянь тихо усмехнулся:

— Если не с точки зрения партнёров по проекту, то с точки зрения бывшего возлюбленного?

Вэнь Цзыянь произнёс:

— Ты говорил, что в будущем, на какой бы позиции ни оказался, сделаешь всё возможное, чтобы помочь мне, если понадобится помощь. А взамен я подарил тебе свободу.

Те слова были лишь предлогом, которым Е Цинтай пытался заставить его отпустить себя. Ни прошлый Вэнь Цзыянь, ни нынешний вовсе не нуждались в его помощи.

Прижавшись спиной к стене, чувствуя, как его покидают последние силы, Е Цинтай перевернул фоторамку лицевой стороной вниз и бросил в трубку:

— Сейчас спущусь.

http://bllate.org/book/33774/4153901