Готовый перевод My Lover Is Dying Red Yellow Pink / Красный, желтый, розовый: Последний отсчет: Глава 11

Чу Мин опустил автомобильное стекло, лениво бросил взгляд и увидел на площади ловкую фигуру.

На молодом человеке была надета черная спортивная толстовка не по размеру, а внизу — темные джинсы. Казалось, будто он одолжил эту одежду у кого-то, и она совершенно на нем не сидела.

Под ногами у него был совершенно новый скейтборд. Сначала парень никак не мог поймать равновесие, пару раз качнулся, но вскоре, словно порыв ветра, стал нарезать круг за кругом вокруг цветочной клумды на площади.

Вся его фигура легко взмыла вверх, скейтборд сделал оборот под ногами, и парень снова уверенно приземлился на доску.

— Ого! Офигеть!

Несколько стоявших рядом приятелей восторженно закричали. Чу Мин молча наблюдал за происходящим, какое-то время не сводя глаз.

Когда он увидел, как юноша повернулся, его зрачки слегка сузились. Особенно когда он заметил улыбку на лице Ли Жана: тот слегка изогнул губы, обнажив один клык, с налетом какой-то юношеской застенчивости — той самой бесшабашностью, что присуща девятнадцати годам.

Взгляд Чу Мина стал еще более холодным и пронзительным. Он крепко сжал губы, отводя глаза, а костяки пальцев на руке, державшей руль, побелели.

В этот момент Чу Мин думал: он должен просто раздеть Ли Жана догола, связать ему руки и ноги, запереть дома, чтобы тот искуплял свою вину до конца жизни, заставлять его каждый день стоять на коленях у порога в ожидании, пока он вернется с работы, а когда станет скучно — мучить до тех пор, пока тот не заплачет от боли, чтобы он больше никогда не смел улыбаться.

Откинувшись на спинку сиденья, Чу Мин закрыл глаза. Легкий ветерок ласкал его щеки, позволяя мыслям свободно порхать...

Два года назад У Юй провела некоторое время за решеткой из-за того, что ее прежняя компания занималась уклонением от налогов и подделкой отчетности.

После освобождения здоровье У Юй было неизменно слабым.

Караоке-бар Чу Мина только зарождался, зарабатываемых денег было поистине мало, а индустрия развлечений в Жоучэне оказалась не такой уж простой — там царили темные воды. Стоило перебежать кому-то дорогу и забрать чужой бизнес, как тут жеявлялись с предупреждениями, и Чу Мин понес немало убытков.

В августе 2007 года у У Юй дома отнялись ноги, и после падения ее доставили в больницу. В то же самое время Чу Мину пришло срочное смс от Ли Жана с просьбой о деньгах.

[Жан-Жан: Братец Чу Мин, мой парта наделал долгов на стороне и снова пришел ко мне за деньгами. Можешь одолжить мне пятьсот тысяч? Я потом тебе верну.]

До этого Ли Жан тоже занимал понемногу под самыми разными предлогами: то у него овцу украли, то дома крыша протекла, то он заболел, то провалил экзамены в старшей школе и собирался пересдавать... Короче говоря, поводов было масса, и Чу Мин одалживал всегда.

Увидев сообщение от Ли Жана, Чу Мин тут же позвонил ему. На том конце сбросили вызов и тут же отправили ответное смс.

[Жан-Жан: Отец хочет меня избить, мне страшно...]

Охваченный тревогой Чу Мин написал Ли Жану: [Дай взглянуть, где сильно болит?]

Позже Ли Жан больше ничего не отвечал, и Чу Мин напрямую перевел деньги на тот банковский счет, который Ли Жан прислал ему ранее. Отправляясь в банк, Чу Мин специально переспросил сотрудника: владельцем карты действительно значился Ли Жан.

Чу Мин не боялся, что его обманут — он переживал лишь о том, как бы Ли Жана не побили.

Едва деньги ушли, Чу Мин сел на автобус и отправился в деревню.

В тот день солнце палило нещадно. Надвинув на глаза кепку, он сразу по приезде прямиком направился к дому Ли Жана.

Курица нагадила посреди всего двора, а вот в доме было чисто — из-за нищеты там царила абсолютная пустота, не было ровно ничего.

Он обошел все вокруг, но отца с сыном и след простыл.

Нахмурившись, он подмел двор и пару раз обошел деревню в поисках Ли Жана.

Добравшись до дома старосты и собираясь зайти вовнутрь, чтобы поспрашивать, Чу Мин увидел у околицы Ли Жана, который вел трех маленьких овечек в компании какой-то девушки с конским хвостом.

Чу Мин знал, что он безумец, извращенец.

Но когда он воочию увидел Ли Жана, идущего рядом с женщиной, ярость в его груди забурлила куда сильнее, чем он ожидал. Какой-то голос непрерывно орал в голове, что Ли Жан принадлежит только ему, что его нужно увести прямо сейчас, связать, отхлестать ремнем, чтобы он плакал, молил о прощении и клялся больше никогда не творить глупости.

Еще год назад они вместе спали голышом под одним одеялом, и тот своей узкой талией и круглой попкой то и дело вертелся у него перед глазами, искушая его. Разве это не признание в любви?

А теперь, когда он заставил его свернуть с прямого пути, этот ублюдок еще смеет заводить девиц! Просто напрашивается на наказание.

— Ли Жан...

Он не успел договорить приветствие, как Ли Жан холодно и настороженно бросил на него косой взгляд и молча обошел его, продолжая свой путь так, словно они были абсолютными незнакомцами.

Сердце Чу Мина пронзила острая боль, он резко развернулся и впился пальцами в руку Ли Жана.

Гордость не позволяла ему заговорить первым, и Чу Мин просто в упор смотрел на Ли Жана. Спустя долгое время тот холодно процедил:

— Еще что-то?

Зрачки Чу Мина расширились, всё его тело крупно дрожало. Стоял полдень, и большая часть его лица тонула в тени козырька бейсболки, из-за чего выражение было не разобрать.

Что это значит? При этой девице он делает вид, что незнаком с ним?

Сверля Ли Жана яростным взглядом, Чу Мин скрипел зубами:

— Тебе совсем нечего мне сказать?

— Ох, больше не приезжай в деревню. Она не хочет тебя видеть.

Тон, с которым Ли Жан говорил с ним, был хуже, чем при общении с чужаком.

У Чу Мина был скверный характер и развитое самолюбие. Не сказав больше ни единого слова, не задав ни единого вопроса, он с напускным безразличием развернулся и ушел.

В тот день, когда он только вернулся в Жоучэн, он узнал, что травма ноги У Юй — это вовсе не простое падение, а атрофия нервов. Стоило заговорить о лечении, как сразу потребовалось семьдесят-восемьдесят тысяч, но все деньги Чу Мин отдал Ли Жану, и в кармане у него осталось меньше десятка тысяч.

Он пытался разыскать Ли Жана, но его номер занесли в черный список. Позже, когда он попытался навести справки через знакомых, оказалось, что все деньги Ли Жана достались той девчонке с конским хвостом.

Болезнь У Юй затянулась больше чем на три месяца, прежде чем Чу Мин смог собрать нужную сумму. Однако из-за упущенного времени ее ногу так и не удалось вылечить полностью, и отныне ей предстояло провести всю жизнь в инвалидном кресле.

Позже, напиваясь до беспамятства, Чу Мин множество раз звонил Ли Жану. В большинстве случаев вызов сбрасывали, и лишь однажды на том конце ответили.

Он только собирался заговорить, как собеседник холодно бросил:

— Больше не звони сюда.

Словно в результате какого-то сиюминутного перелома все чувства Чу Мина к Ли Жану превратились в чистую ненависть.

Прошлые воспоминания растворились в полуночной туманной дымке барбекю и уличной суеты. Услышав позади автомобильный гудок, Чу Мин уже не выказывал на лице ни единой эмоции — осталась лишь ледяная холодность.

Он поднял стекло, резко нажал на газ и растворился в ночной темноте.

— Охренеть, Ли Жан, ты только встал на скейт и сразу начал вытворять такие трюки, это просто круто!

Это говорил Цзинь Тан, который работал вместе с Ли Жаном в одной шашлычной.

Час назад Ли Жан отработал смену в шашлычной и собирался домой. На выходе он как раз столкнулся с Цзинь Таном, который собирался уезжать на мотоцикле.

Ли Жан задержал на нем взгляд, и Цзинь Тан привез его сюда, заявив, что на этой площади собираются все любители скейтбордов и мотоциклов.

Однако за столько времени Ли Жан так и не увидел ни одного мотоцикла. И хотя скейтборд тоже оказался занятной штукой, он все же хотел отыскать свой собственный байк.

— Любители мотоциклов сегодня не приедут? — Ли Жан посмотрел на Цзинь Тана, который пытался повторить только что выполненный им прыжок.

— Да вон же они, разве нет? — Цзинь Тан качнул подбородком, призывая Ли Жана посмотреть в нужную сторону.

Ли Жан повернул голову и увидел неподалеку пестрый ряд мотоциклов, а рядом — карусель-поезд.

— Папин папа как зовется~ Папа папы зовется дедушка... — гипнотическая музыка разносилась по всей площади, наполняя пространство вокруг. То была территория битвы для детей младше семи лет.

Ли Жан перевел взгляд на Цзинь Тана и потерял дар речи.

Цзинь Тан хихикнул, отвлекся и в момент прыжка не заметил, как рядом с ним спотыкаясь бредет трех-четырехлетний ребенок.

Скейт взмыл высоко в воздух, и, судя по всему, должен был рухнуть прямо на малыша. Лицо Цзинь Тана побелело от страха.

Ли Жан бросился вперед, подхватил ребенка на руки и прижал к груди, одновременно подбросив скейт ногой и поймав его на лету. Движения были четкими и чистыми; ветер взъерошил растрепанные пряди на лбу, обнажив высокий лоб, и особенно выделил его живые, чистые глаза, казавшиеся наполненными прозрачной влагой.

Глядя на Ли Жана, Цзинь Тан невольно вспомнил горный эдельвейс — стойкий и непорочный.

Родители ребенка прибежали запыхавшись, забрали малыша и принялись сыпать благодарностями, но Ли Жан лишь равнодушно кивнул.

— Твой скейт, будь аккуратнее.

Ли Жан протянул доску Цзинь Танy.

— Красавчик! Давай к нам в скейт-команду! — Цзинь Тан наконец пришел в себя, его сердце все еще бешено колотилось от испуга. Он подбел и закинул руку на плечо Ли Жана.

— Я вообще-то пришел за своим мотоциклом. Раз его здесь нет, я пошел.

Ли Жан не собирался вести пустые разговоры с Цзинь Таном: заводить знакомства с незнакомцами его не особо интересовало.

— Погоди, какой еще мотоцикл...

Ли Жан только хотел ответить, как они оба услышали знакомый рев мотора, приближающийся издалека. Несколько тюнингованных байков броско припарковались сбоку площади. У Ли Жана было отличное зрение, и он сразу отчетливо разглядел один красный мотоцикл. Какое-то внутреннее чутье подсказывало: этот байк принадлежит именно ему.

— Главарь приехал! Ты же хотел погонять на мотоциклах, братан отвезет тебя!

Цзинь Тан обхватил Ли Жана за шею и потащил вперед.

Добравшись с Цзинь Таном до этой компании, Цзинь Тан привлек внимание Ли Жана и поздоровался с главным мужчиной.

Однако Ли Жан все это время был рассеян, а его взгляд был прикован к тому красному мотоциклу. Конечно, номерной знак уже стоял другой, но вот прожженная дыра на сиденье в точности совпадала с повреждением на байке, который ему отдал Чу Мин.

Это была его машина.

— Ли Жан, эй, приятель! — Цзинь Тан уже покрылся потом. Ли Жан посмел отвлечься прямо перед их главарем — совсем жить надоело?

— Запал на мой мотоцикл?

Мужчина носил короткую стрижку ежиком, был довольно высоким и с первого взгляда казался человеком, с которым лучше не связываться.

Ли Жан опомнился, перевел взгляд с байка на лицо мужчины и тихонько проговорил:

— Отдай эту машину мне.

Как только эти слова сорвались с губ, все присутствующие остолбенели. Цзинь Тан едва не до синяков сжал бока Ли Жана, но тот оставался непробиваемым.

Несколько парней за спиной этого короткостриженого главаря тоже презрительно уставились на них.

Вообще-то главарь был довольно симпатичным парнем, если бы не ультрамодная прическа, из-за которой он выглядел немного придурковато — прямо как морской еж.

Услышав это, Хайдань усмехнулся, затем схватил Ли Жана за воротник, рывком приподнял и нахмурил брови:

— Мелкий сопляк, решил побираться прямо у меня под носом?

— Брат, брат, он просто мой коллега, он не это имел в виду...

— Этот байк мой. Называй свои условия, я выкуплю его.

Ли Жан ни капли не испугался и прямо посмотрел на Хайданя.

— Не — продам! — Хайдань раскусил его серьезный настрой и решил намеренно подразнить.

— Участвуешь в гонках на ставках?

Улыбка полностью исчезла с лица Хайданя.

— Ты вообще знаешь, что такое наши гонки на выживание? Говорю тебе, если не хочешь умирать...

— Мне плевать, мне нужен мой байк.

Ли Жан перервал слова парня-ежа, провоцируя его:

— Или ты просто боишься проиграть мне и не смеешь поставить на кон машину?

http://bllate.org/book/33765/4152749