Готовый перевод Addicted to Kissing My Wife / Сладкий плен: Зависимость от поцелуев: Глава 9

Е Цинвэй услышала слово «вино» — и ее тут же охватил страх: когда она напивалась, то теряла над собой контроль и начинала вести себя легкомысленно. Она закусила губу и переспросила:

— Хорошо, а куда вы хотите пойти выпить?

— В «Конгениальность»? — предложила Цинь Цзиньянь.

Прекрасно, этот разговор всё еще не был окончен.

Е Цинвэй сочла необходимым объясниться:

— Генеральный директор Цинь, я нечасто бываю в том месте. Вчера я танцевала лишь потому, что перебрала лишнего, больше такого не повторится.

Цинь Цзиньянь подняла голову, во взгляде ее мелькнуло оживление:

— Ты танцевала весьма неплохо. Было бы жалко, если бы ты бросила.

— А? — Е Цинвэй опешила, теребя в пальцах край юбки, чувствуя себя одновременно растерянной и стесненной. Теперь, стоило ей надеть секретарский костюм, в памяти всплывало безумие прошлой ночи, и она просто не могла смотреть в глаза Цинь Цзиньянь.

Вдруг генеральный директор Цинь подумает, что она оделась так намеренно, чтобы соблазнить ее? Что ж, она признавала, что отчасти это было так...

К счастью, Цинь Цзиньянь заговорила снова:

— В «Конгениальности» слишком шумно, лучше поискать другое место. У тебя нет каких-нибудь хороших идей? Можем заранее всё спланировать.

Е Цинвэй пила крайне редко, и если уж выпадал такой случай, выбор заведения всегда зависел от воли случая. Она ответила:

— Я поищу что-нибудь подырочнее, с хорошей атмосферой, заодно и развеюсь.

— Хорошо.

Едва эти слова смолкли, выражение лица Цинь Цзиньянь переменилось в мгновение ока: улыбка в уголки губ тут же исчезла, она внезапно стала суровой, так что Е Цинвэй едва не поперхнулась от испуга.

Но почему-то от этого грозного вида ее сердце забилось чаще, а щеки залил румянец.

— Почему ты сегодня опоздала? — спросила Цинь Цзиньянь.

В голове у Е Цинвэй мелькнуло выражение «сведение счетов после жатвы». Про себя она даже тихонько порадовалась: генеральный директор Цинь сводит с ней счета!

Вот только эта история была долгой.

Она быстро собралась с мыслями и коротко всё объяснила.

— То есть, когда я велела тебе собрать вещи, ты решила, будто тебя уволили? — Цинь Цзиньянь слегка прищурилась, собираясь подразнить ее с серьезным видом, но неожиданно сама рассмеялась.

Е Цинвэй кивнула:

— Д-да, именно так.

Ее секретарша — дерзкая и соблазнительная, источающая тысячу чар, когда танцует в баре, — днем превращалась в послушную, мягкую и сладкую молочную конфетку.

Цинь Цзиньянь было ужасно любопытно, какое же из этих двух состояний отражает ее истинную сущность.

— Генеральный директор Цинь! — Е Цинвэй прервала ее раздумья. — Я знаю, что ваши требования к сотрудникам всегда высоки, и на этот раз я действительно оплошала. Наказывайте меня как знаете.

— Наказать? — Цинь Цзиньянь понизила голос, словно и впрямь обдумывая меру наказания. Помолчав немного, она добавила: — Пока оставлю это в силе. Посмотрим, сможешь ли ты искупить вину своими делами.

Е Цинвэй вдруг почувствовала легкое разочарование. Ей почему-то хотелось, чтобы Цинь Цзиньянь придумала для нее какое-нибудь наказание — например, ударила по рукам линейкой. Конечно, о чем-то более дерзком она смела мечтать только про себя.

Тем не менее, она была тронута до глубины души, и на глаза едва не навернулись слезы.

— Спасибо, генеральный директор Цинь!

Цинь Цзиньянь издала неопределенный звук, и ее мрачное настроение значительно рассеялось. Она махнула рукой:

— Ступай, приготовь мне чашку кофе, меньше сахара.

Когда Е Цинвэй уже добралась до двери...

Цинь Цзиньянь снова окликнула ее по имени и произнесла:

— Забыла сказать: когда я велела тебе собрать вещи, это значило, что теперь ты можешь работать в моем кабинете.

— А? — Е Цинвэй застыла на месте, словно пораженная парализующим заклинанием, пока Цинь Цзиньянь мягко не напомнила ей:

— У тебя шея не затекла?

Затекла, еще как затекла.

Но... слова Цинь Цзиньянь только что были слишком шокирующими.

Е Цинвэй казалось, будто она невесомо парит во сне. Она изо всех сил ущипнула себя за руку и, почувствовав боль, отвесила Цинь Цзиньянь поклон и стрелой бросилась в комнату отдыха.

Пока она перемалывала зерна для кофе, она строчила сообщение Гу Си:

— Сиси, меня повысили! Теперь я личный секретарь генерального директора Цинь, и меня переводят в ее кабинет!

Гу Си ответила мгновенно:

— ???

Е Цинвэй:

— Правда, только что, о боже мой!

Гу Си:

— Ты где сейчас? Я иду приводить тебя в чувство! Тебя же вчера уволили, Листик, давай я отведу тебя к психотерапевту, еще не поздно спасти!

— Да ты не веришь! — Е Цинвэй с телефоном в руке щелкнула кофемашину и тут же отправила снимок. — Смотри, смотри, я как раз мелю кофе для генерального директора Цинь [смущение]!

Гу Си уставилась в экран, широко распахнув глаза и увеличивая картинку в страхе упустить хоть малейшую деталь. Психологическая травма, нанесенная генеральным директором Цинь, оказалась слишком сильной, у Листика начались галлюцинации, и она обязана помочь подруге выкарабкаться из этого состояния!

Однако, когда изображение увеличилось настолько, что стал виден фирменный стакан Starbucks, принадлежавший Цинь Цзиньянь, Гу Си долго смотрела на него с полнейшим неверием в глазах, а затем попросила коллегу посидеть рядом и подтвердить увиденное.

В конце концов, задрожавшими пальцами она набрала текст:

— Листик, хороших начальниц на свете полно, не стоит вешаться на одном дереве, давай не будем заниматься этой одержимостью.

Е Цинвэй почувствовала себя немного сбитой с толку. Она отправила несколько голосовых сообщений, подробно объяснила всё Гу Си и заодно между делом поинтересовалась:

— Слушай, а нет на примете хорошего местечка, где можно выпить?

— Стой... подожди! — Гу Си приложила руку ко лбу, чувствуя, как от услышанного начинает кружиться голова. — Мне нужно в туалет.

— Что случилось?

— Пойду окачурю себя холодной водой!

Е Цинвэй отправила три вопросительных знака, после чего заварила кофе и отнесла его Цинь Цзиньянь.

— Поставь на стол, — Цинь Цзиньянь выдвинула ящик стола и протянула ей чертеж. — Выбери место. Чуть позже кто-нибудь перенесет сюда твой стол.

— Х-хорошо! — Е Цинвэй прикинула расстояние на глаз, выбрала точку как можно ближе к столу Цинь Цзиньянь, а затем дрожащими руками вернула чертеж: — Генеральный директор Цинь, я обязательно буду стараться изо всех сил, трудиться и ни в коем случае не подведу ваше доверие!

Цинь Цзиньянь улыблась:

— Мало говорить, нужно делать. Куда важнее как можно скорее показать результаты. Сходи в отдел кадров оформить бумаги, можешь считать себя переведенной в штат.

Разве это просто перевод в штат? Это же мгновенный взлет к небесам!

Когда Е Цинвэй вернулась за свой старый стол, чтобы собрать вещи, Гу Си выскочила из копировальной с пачкой документов в руках и заговорщицки зашептала:

— Тебя и правда повысили?

— Ага, в личные секретари. Знаешь, кто такой личный секретарь? Это самый близкий, самый доверенный и самый способный помощник генерального директора Цинь, — Е Цинвэй восторженно потрогала себя за щеки.

Гу Си тоже прикоснулась к лицу — она только что умылась, кожа все еще была влажной. И что это за ситуация? Неужели она так и не пришла в себя? Или ее закадычная подруга изменилась?

Е Цинвэй была готова кружиться на месте до упаду. К тому моменту, как она закончила сборы, как раз наступил час обеда, и она, обняв Гу Си за плечи, щедро пообещала угостить ее обедом.

— Сиси, ну помоги сообразить, куда нам лучше отправиться выпить?

— Выпить? — Гу Си уставилась в меню, блаженно наслаждаясь прохладой от ресторанного кондиционера. Хоть ей и верилось с трудом, за подругу она всё же радовалась.

Лицо Е Цинвэй слегка порозовело:

— Мы с генеральным директором Цинь.

— Что? — Гу Си чуть не выронила стакан. — Ты пойдешь пить с генеральным директором Цинь?

— Угу, — Е Цинвэй улыбнулась, немного смущаясь.

Гу Си окончательно запуталась. Она сделала глоток воды, пытаясь взять себя в руки:

— То есть генеральный директор Цинь пригласила тебя вечером выпить, ты согласилась, после чего тебя повысили?

Всё так и было, Е Цинвэй кивнула.

Гу Си чуть не принялась бить себя в грудь от досады:

— Ты понимаешь, как это называется? Это называется скрытым принуждением к интиму! Как ты можешь так просто лечь в пасть к тигру!

— К скрытому принуждению? — Е Цинвэй покачала головой. — Генеральный директор Цинь очень порядочная.

— Конечно-конечно, как же, это ведь она покупала тебе лекарства под дождем, когда ты простудилась, — не унималась Гу Си. — Но, дорогая моя, заботу нельзя путать с домогательствами. Некоторые с виду такие благопристойные, а на деле — настоящие волки в овечьих шкурах, того и гляди проглотят тебя целиком.

Е Цинвэй слушала ее с широко открытыми глазами, а Гу Си продолжала гнуть свою линию:

— Ты из тех, кого легче всего заполучить: сначала пленят твое сердце, потом тебя целиком, а когда ты влюбишься по уши, она развернется и уйдет без капли сожаления!

— Всё не так страшно, генеральный директор Цинь просто не умеет красиво говорить, — Е Цинвэй снова вспомнила грустный вид Цинь Цзиньянь, то, как покраснели ее глаза, когда она пыталась делать вид, что держится стойко.

Гу Си высказала всё, что думала, пока у нее в горле не пересохло. Официант как раз принес заказанные блюда, и она принялась за еду, как вдруг ее глаза сузились.

— Листик, признайся, у тебя что, появились чувства?

— Н-нет, вовсе нет! — Е Цинвэй замахала руками. — Я просто искренне считаю генерального директора Цинь прекрасным человеком, и она вовсе не похожа на тех, кто промышляет домогательствами или крутит романы направо и налево.

— Ты ничего не понимаешь. Непорядочность всегда прячется глубоко внутри: она будет исподволь соблазнять тебя, дразнить. Ну, к примеру, взять детали: когда вы едите арбуз, она сначала сама выберет для тебя все косточки. Или, скажем, физический уровень: станет ходить перед тобой в соблазнительном пеньюаре и спрашивать, не хочешь ли ты спать...

Выслушав это, Е Цинвэй поймала себя на одной мысли: а ведь это она-то ведет себя довольно фривольно, так что генеральному директору Цинь теперь, пожалуй, стоит опасаться...

Подумав так про себя, вслух она все же попыталась возразить:

— Исключено. Ее отношение ко мне — это чистейшие отношения между начальником и подчиненным, она никогда не угощала меня арбузом и уж тем более не соблазняла в ночнушке.

— Кто знает, может, еще угостит, — Гу Си отправила в рот кусочек мяса. — Рано или поздно она тебя проглотит. Так вы идете с ней сегодня вечером выпить? Дать тебе адрес хорошего местечка?

— Давай... — робко пролепетала Е Цинвэй.

Гу Си тяжело вздохнула:

— Ну и натерпишься же ты убытков!

Была одна вещь, о которой она не осмеливалась рассказать Гу Си: еще неизвестно, кто от этого пострадает. Скорее всего, под удар попадет как раз Цинь Цзиньянь, ведь стоило Е Цинвэй напиться, как она переставала быть человеком...

Иногда женская интуиция работает безотказно.

Гу Си мало что знала о Цинь Цзиньянь, но, судя по ее собственному жизненному опыту, на данный момент Цинь Цзиньянь действительно производила впечатление человека честного.

Она скинула адрес на телефон:

— Здесь очень тихо. После того как вы выпьете, если она позовет тебя в отель, обязательно позвони мне. Я бы не совала соваться в отель с самого начала, съесть добычу слишком быстро не так интересно.

Она выпрямилась и снова спросила:

— Листик, а генеральная директор Цинь... она из наших?

Е Цинвэй как раз подцепила палочками ребрышки, и от неожиданного вопроса ее рука дернулась в сторону:

— С чего это ты вдруг спросила?

— Просто уточнить, — ответила Гу Си.

— Понятия не имею.

Е Цинвэй действительно была не уверена. Хотя Цинь Цзиньянь и заглядывала в «Конгениальность», Е Цинвэй ни разу не видела рядом с ней подруг или кого-то, с кем она была бы особенно близка.

В делах сердечных всё зависит от судьбы. Если бы сексуальная ориентация Цинь Цзиньянь совпадала с их собственной, Гу Си была бы только рада подтолкнуть Е Цинвэй к попытке построить отношения.

Больше расспрашивать Гу Си не стала, решив, что понаблюдает за всем сама: со стороны виднее, а если у этих двоих действительно что-то намечалось, она всецело это поддержит.

Пообедав, обе вернулись в офис.

Вещи Е Цинвэй уже перенесли в кабинет Цинь Цзиньянь. Подойдя к двери, она легонько постучала, дождалась разрешающего отклика, осторожно приотворила дверь и тихо позвала:

— Генеральный директор Цинь.

Цинь Цзиньянь стояла к ней спиной и протянула ей какую-то корочку.

Коробка была прозрачной, внутри лежали воткнутые в зубочистки кусочки фруктов — ярко-красная арбузная мякоть сочилась алым соком, и при этом в ней не было видно ни единой черной косточки.

— А где арбузные косточки?

Цинь Цзиньянь слегка удивилась и спросила:

— Ты любишь арбузные косточки?

— Нет-нет! — Е Цинвэй вытащила зубочисткой кусочек и отправила в рот. — Ген... генеральный директор Цинь, этот арбуз вы купили? И косточки тоже вы выбирали?

— В столовой принесли.

Арбузный сок стекал по горлу, казалось, прямо в сердце, оставляя приторную сладость.

Е Цинвэй подумала: слова Сиси, пожалуй, и впрямь не лишены смысла. Генеральный директор Цинь и вправду ведет себя так... словно не прочь повольнедничать с ней.

Она немного смутилась и съела еще несколько кусочков подряд.

Цинь Цзиньянь вернулась за свой стол и напомнила:

— Закончи работу пораньше, сможешь уйти домой досрочно. Кстати, нашла место, где мы выпьем?

Выпить? Выпить!

Е Цинвэй была готова опьянеть от одних этих слов. Неужели генеральный директор Цинь намекает ей на что-то?

В этот самый момент в ее голове крутилось лишь одно слово — «пеньюар».

* * *

Примечания переводчика:

Работница столовой: «Я просто решила вытащить косточки, откуда ж я знала, что это послужит началом любовного союза?»

http://bllate.org/book/33756/4151730