Готовый перевод Ran Away Hand-in-Hand with the Second-Hand Girl / Сбежала с бывшей соперницей: Перерождение в книжный роман: Глава 7

Цинь Цзюйжань с довольной улыбкой закрыла телефон, навела порядок и за час до начала отправилась в аудиторию. Название этого предмета казалось ей смутно знакомым, нужно было заранее с ним ознакомиться.

Цинь Цзюйжань мысленно в очередной раз поблагодарила первоначальную владелицу тела за выбор специальности — если бы пришлось сменить её на другую... Впрочем, кроме повышенной сложности, здесь вроде бы не было ничего особенного.

Цинь Цзюйжань с самого детства отличалась оптимистичным характером. Каким бы трудным ни казалось дело, в конце концов оно пасовало перед лицом мужества и упорства, вопрос был лишь во времени.

Стоявшая рядом Фэн Цзин увидела, что та уже собирается уходить, и бросилась за ней следом, даже не удосужившись завязать один шнурок. Плюхнувшись прямо на сиденье электрического мопеда, который Цинь Цзюйжань как раз снимала с блокировки, она выпалила:

— Чего ты сегодня так рано? Я только наполовину накрасилась...

Цинь Цзюйжань почувствовала, как мопед качнулся, и её в уголках глаз нервно дёрганулось:

— Ты зонт взяла?

— Зонт? Какой ещё зонт? Что, дождь пойдёт?

— В прогнозе погоды обещали дождь в районе полудня.

— Ой, а я и не заметила, — Фэн Цзин нахмурилась. — Ладно, сбегаю наверх, захвачу. Подожди меня.

Цинь Цзюйжань даже кивать не стала. Завидев, что та скрылась в подъезде, она тут же крутанула ручку газа и сорвалась с места, словно зелёная стрела.

У учебного корпуса проходившие мимо студенты поглядывали на неё с бóльшим или меньшим любопытством. Цинь Цзюйжань осталась к этому совершенно глуха. Сегодня на ней были те самые редкие для прежней хозяйки джинсы и простая белая футболка, а тёмные волосы рассыпались по плечам, подчёркивая изящные и красивые линии фигуры.

Едва она показалась у входа в аудиторию, как добродушный седовласый старичок замахал ей рукой. Цинь Цзюйжань на мгновение замерла, приближаясь к нему в некотором замешательстве, и тут же услышала:

— Пойдём-ка ко мне в кабинет, потолкуем.

Вспомнив слова Хуан Ин о том, что куратор скоро захочет её видеть, Цинь Цзюйжань неуверенно переспросила:

— Куратор?

Старичок обернулся:

— Что такое?

— Ничего.

Цинь Цзюйжань зашла в аудиторию, бросила там сумку и отправилась следом за куратором в его кабинет. Кабинет располагался на шестнадцатом этаже. Едва переступив порог, преподаватель усадил девушку, а сам принялся хлопотать у чайника, кипятя воду и заваривая чай.

Похоже, отношения прежней владелицы тела с куратором были неплохими.

Когда куратор закончил свои хлопоты и опустился в кресло, он внимательно посмотрел на Цинь Цзюйжань, которая сегодня выглядела как-то иначе, откашлялся и заговорил:

— Цзюйжань, учитель видел ту публикацию... Скажи, это опять Жуань Нань тебя обижала?

Ах вот оно что, всё из-за этого.

Цинь Цзюйжань покачала головой:

— Нет, учитель, они всё выдумали.

Старичок нахмурился:

— Тогда зачем ты вообще пошла в такое место? Учитель что-то не припомнит, чтобы тебе нравились подобные заведения. Если кто-то тебя принуждал или заманивал туда обманом, обязательно скажи учителю, школа за тебя постоит!

На душе у Цинь Цзюйжань неожиданно потеплело, но она снова покачала головой:

— Учитель, правда нет. Впредь я буду осторожнее с репутацией.

Старичок вздохнул, словно сожалея о её мягкотелости:

— В ваши молодые романтические дрязги я вмешиваться не стану, но себя беречь нужно непременно. Ты же знаешь, какое влияние у семьи Жуань. Как только вечерний концерт закончится, постарайся больше с ней не пересекаться.

— Концерт?

Куратор поправил очки на носу:

— Что такое? Не хочешь выступать? Так нельзя, наш факультет делает ставку на этот номер, вы репетировали столько времени — отступать в самый последний момент никак нельзя.

Цинь Цзюйжань быстро перебрала в памяти воспоминания: в оригинальном романе сцен с праздничным концертом было немало, и какое именно выступление он имел в виду... Подав вздох, она сохранила невозмутимый вид и кивнула:

— Я поняла, учитель, я сделаю всё от меня зависящее.

Старичок с довольным видом похвалил её пару слов, а затем протянул какую-то бумагу и произнёс уже более серьезным тоном:

— Держи. С ответом можешь не спешить, у тебя ещё полсеместра впереди, хватит времени всё обдумать.

— Я...

— Ладно, я же сказал — не торопись с решением, ступай на занятия.

Цинь Цзюйжань вышла из кабинета в полном недоумении. Развернув документ, она обнаружила памятку об участии в государственной программе обучения за рубежом, к которой прилагались два чистых бланка заявления.

Кажется, такое действительно было в сюжетной линии.

Благодаря блестящей успеваемости, яркой внешности и при этом бедности Цинь Цзюйжань была идеальной кандидатурой на получение государственной стипендии для учебы за рубежом. Однако незадолго до отъезда она осталась в стране ради главного героя, а после окончания университета сразу устроилась в принадлежащую его семье компанию Шэньчуань, положив начало новому витку мучительной и глубокой драмы.

Цинь Цзюйжань горько усмехнулась, ещё раз перечитав бумагу. Крайний срок подачи заявок истекал в конце семестра. Прислонившись спиной к стене, она немного подумала, а затем бережно убрала бланк заявления.

Нань-цзэ, Нань-цзэ, ты видела наш классный чат? — шумно галдя, в гостиную вбежали несколько человек.

Она жила в элитном коттеджном посёлке неподалёку от университета, и когда пар не было, Чжоу Цзыцин и Линь Вэй неизменно приходили сюда пить, есть и проводить время, превратив это место в собственную штаб-квартиру для развлечений.

Жуань Нань сидела на ковре, прислонившись боком к бархатной подушке, и читала книгу. Услышав их поднятый из-за пустяка шум, она с раздражением отложила книгу, изогнула точёную бровь и бросила:

— Цинь Цзюйжань при всех призналась в любви Фань Чуаню?

— Всё ещё круче! — Чжоу Цзыцин и остальные уселись прямо на полу, очищая мандарины и ожидая реакции Жуань Нань.

Жуань Нань тут же схватила телефон, смахнула блокировку и открыла видео в студенческом чате. На записи сначала появились выходящие из аудитории друг за другом Цинь Цзюйжань и Фань Чуань, затем камера пару раз качнулась, звука не было слышно, а толпа в коридоре всё увеличивалась. Вот Цинь Цзюйжань обменялась с Фань Чуанем парами фраз и уверенно направилась к тем самым картинам на стене.

Жуань Нань на мгновение сжала кулаки. Неужели Цинь Цзюйжань решила отомстить ей через её рисунки?! Если она посмеет их порвать...

В следующий миг Цинь Цзюйжань взмахнула рукой и на глазах у Фань Чуаня решительно сорвала портрет юноши.

Все знали о безответной влюбленности Цинь Цзюйжань в Фань Чуаня, как знали и то, что значил этот рисунок для самой художницы.

Широкий лист бумаги поднял облачко пыли, раздался сухой шорох падающей бумаги. На лице Цинь Цзюйжань читалось полное равнодушие, словно она срывала случайную рекламную афишу. Подняв взгляд, она невозмутимо посмотрела на стоявшего напротив Фань Чуаня и чётко, по слогам, произнесла:

— Теперь тебе понятно, что я имею в виду?

На этом видео оборвалось. Жуань Нань на секунду замерла, глядя на экран, где запечатлелся точеный силуэт и выражение лица девушки — холодное, словно снег на вершине гор, но вместе с тем властное.

Чжоу Цзыцин поспешно вклинился в разговор:

— Нань-цзэ, как думаешь, Цинь Цзюйжань и правда бросила Фань Чуаня?

Линь Вэй тоже подал голос:

— А не из-за вчерашнего ли всё это? Боится, что Лю Цян снова начнет ей угрожать?

Единственная девушка в компании, Ван Юаньтоу, закатила глаза:

— Вы же вчера видели, с каким высокомерным лицом Цинь Цзюйжань выходила. Никакого страха там и в помине не было.

При воспоминании о том, как вчера у входа в бар Жуань Нань снова зажали в угол, все разом почувствовали себя неловко.

Чжоу Цзыцин прочистил горло:

— Короче, по-моему, это опять какой-то манёвр в стиле отступления ради наступления. Типа: раз я тебе не нравишься, ладно, с сегодняшнего дня и ты мне не нужен. А потом, когда потеряешь, начнёшь постепенно замечать мои достоинства... Классический сюжет погони за женой через огонь и воду...

Линь Вэй едва не выплюнул апельсиновый сок и толкнул Чжоу Цзыцин локтем в бок:

— Где ты только нахватался этих словечек?

Чжоу Цзыцин ухмыльнулся:

— Ты что, романов не читал? Сегодня ты пренебрегаешь мной, а завтра я стану для тебя недосягаемой! Такие белые лотосы, как Цинь Цзюйжань, мастера подобных штучек. Разве в старшей школе она не... — тут Чжоу Цзыцин внезапно прикрыл рот рукой и испуганно посмотрел на Жуань Нань. Лицо той мгновенно помрачнело.

Чжоу Цзыцин и Жуань Нань учились в одной старшей школе. Линь Вэй, не отличавшийся сообразительностью, уже собирался переспросить, но получил увесистый удар локтем от Чжоу Цзыцин.

Жуань Нань помрачнела, открыла WeChat и отправила сообщение:

[Какую игру затеяла Цинь Цзюйжань?]

Ответ прилетел незамедлительно: [Понятия не имею, Нань-цзэ. С пятницы она ведёт себя крайне странно, словно подменили — сплошные чудачества.]

[?]

[Раньше она ведь всегда была такой прижимистой, а в тот день вдруг накупила кучу всего в интернете, и даже не знаю чего; перебрала все свои вещи, а те белые платья, что вечно носила, закинула на самое дно чемодана.]

[В тот день она выбросила почти всё, что было связано с Фань Чуанем...] Фэн Цзин напечатала это, подумала немного, крутанула глазами и стерла, заменив на: [Вчера после возвращения тоже ничего не говорила.]

Жуань Нань впилась взглядом в экран, размышляя: [А что насчет Фань Чуаня?]

Фэн Цзин сообразила, что собеседница, судя по всему, уже видела сегодняшнее видео, и снова закатила глаза: [Понятия не имею. Кажется, вчера вечером вернулась жутко расстроенная. А среди ночи приняла какой-то звонок.]

[Понятно.]

[Кстати, Нань-цзэ... у меня тут с карманными расходами туговато, не могла бы ты одолжить тысячу юаней? Как появятся — сразу верну.]

Жуань Нань с презрительной усмешкой глянула на экран и перевела собеседнице две тысячи.

Видя, что Жуань Нань выглядит так, будто только что завершила международную сделку, остальные тут же засыпали её вопросами:

— Что случилось, Нань-цзэ?

— Я отойду ненадолго, — бросила телефон Жуань Нань и направилась в спальню переодеваться.

— Куда это ты? — Линь Вэй и остальные поднялись следом.

— Я сама. Вы можете оставаться здесь.

Жуань Нань вышла уже в другой одежде. Сменив привычный броский макияж и платья, она облачилась в практичный короткий спортивный костюм серого цвета и натянула черную бейсболку, спрятав под ней пышные кудри, отчего её лицо казалось ещё миниатюрнее.

Чжоу Цзыцин, кажется, лет сто не видел Жуань Нань в таком естественном виде, и у него сорвалось с языка:

— Нань-цзэ, ты часом не в детский сад собралась за объектом воздыханий?

Ответом ему стал молчаливый презрительный взгляд.

Хлопнула входная дверь. Чжоу Цзыцин посмотрел на Линь Вэя:

— Как думаешь, к кому это Нань-цзэ вырядилась?

Ван Юаньтоу предположила:

— К Фань Чуаню?

Линь Вэй закатил глаза:

— Ван Юаньтоу, сразу видно, что за тобой никто не ухаживал. Кто же к любимому человеку наряжается всё проще и проще? Спорим, Нань-цзэ отправилась к Цинь Цзюйжань.

— С какой стати ей надевать кепку и очки для встречи с Цинь Цзюйжань? Они соперницы, а не любовники, чего им прятаться? — удивился Чжоу Цзыцин.

Линь Вэй хмыкнул:

— Да ты ни черта не понимаешь. Не заметил, что Цинь Цзюйжань в последнее время перестала строить из себя невинный белый лотос? Чем ярче та красится, тем скромнее наша Нань-цзэ. Эффект неожиданности, удар из засады.

Ван Юаньтоу посмотрела на дверь и обеспокоенно произнесла:

— Как думаете, а вдруг Нань-цзэ побьют?

Линь Вэй презрительно усмехнулся:

— Скорее уж Нань-цзэ заставит Цинь Цзюйжань рыдать и звать её сестрицей.

http://bllate.org/book/33736/4148959