Готовый перевод Discarded Ice Flower After the Chaos / Соблазнить ледяную неприступность: Охота на натурала: Глава 2

Юй Вэйнянь обладал прекрасным характером и умел находить подход к абсолютно любому человеку; среди тех, кому довелось с ним общаться, не было никого, кто бы к нему не привязался.

Хан Юэ знал, что собеседник не станет болтать просто так, поэтому молча ждал продолжения. И действительно, тот снова понизил голос:

— На компьютерный факультет поступил невероятно красивый первокурсник. Я уже видел его, он и вправду потрясающе хорош… В той стороне сейчас такой шум, многие ломают голову над тем, как раздобыть его контакты.

Красавцы и красавицы неизменно привлекают всеобщее внимание, и когда они ступают на порог учебного заведения в качестве новичков, старшекурсники невольно проявляют к ним повышенный интерес. Некоторые из старожилов заранее подкарауливают новичков в студенческих чатах, активно пишут сообщения, демонстрируя собственное обаяние, а с началом учебного года тут же бросаются увиваться за ними, стремясь завладеть первыми любовными трофеями.

Другая же часть старшекурсников старается завязать знакомство с первокурсниками исключительно ради продажи кампусных карт.

— Но он такой холодный, просто ледяной, ни с кем не разговаривает.

Хан Юэ крутил в руке пластиковую бутылку с минеральной водой и погрузился в глубокие раздумья, неизвестно о чём думая.

Пока они шушукались, впереди внезапно раздался громкий грохот — кто-то уронил чемодан.

Разбуженный посреди сладкого сна, Юй Вэйнянь мгновенно поднял голову и раздраженно уставился в сторону источника шума.

И именно этот мимолётный взгляд позволил ему сразу же заметить высокого юношу, окружённого толпой людей чуть впереди.

Парень был одет предельно просто: в студенческом стиле — белая рубашка и чёрные брюки. Прямой нос, глубоко посаженные глаза, тонкие губы, холодный и отрешенный взгляд из-под изящных бровей. Судя по всему, внезапный шум показался ему неприятным, и его брови чуть сдвинулись к переносице.

От него веяло холодом и отчуждением, но из-за юного возраста в этом облике неизменно сквозила некоторая наивность.

Юй Вэйнянь страдал сильной раздражительностью по утрам, однако сейчас досада от прерванного сна мгновенно растворилась под натиском совершенно иной, бурной и мощной волны эмоций. Предельное возбуждение и трепет окатили его с ног до головы, словно мощный разряд тока. Сердце будто наполнилось кислородом, кровь заструилась быстрее, температура тела поднялась, а дыхание участилось.

Он смотрел очень-очень долго, прежде чем с трудом подавил охватившее его неистовство.

Юноша был одет просто и неброско, за плечами висел наплечный рюкзак, а в руках он катил всего один чемодан.

— Первокурсник? — спросил Юй Вэйнянь.

— Ага. — Хан Юэ понаблюдал за ним пару секунд и сделал вывод: — Похоже на твой любимый тип.

Спустя несколько мгновений Юй Вэйнянь тихонько усмехнулся:

— Ты ошибаешься.

Хан Юэ глянул на него:

— Разве не твой тип? Серьёзно?

Его суждения редко ошибались.

И действительно, Юй Вэйнянь произнёс:

— Шучу.

— Ты абсолютно прав. — Он прямо посмотрел на юношу впереди, и в его глазах отчетливо читались нескрываемый интерес и хищный азарт. — Именно такой тип мне и нравится.

Словно созданный по лекалам его эстетики.

Совершенный идеальный тип.

Юй Вэйнянь сделал глоток воды, однако его пальцы по-прежнему мелко и неестественно дрожали. Он чувствовал одновременно новизну и лихорадочное возбуждение — сколько времени уже прошло?

Он давным-давно не сталкивался ни с чем подобным.

Они только что случайно встретились взглядами, они даже не знают имён друг друга и не успели обмолвиться ни единым словом, а он уже не в силах сдержать целый ряд физиологических реакций. Учащённое сердцебиение, сбивчивое дыхание — безо всяких дополнительных условий это погружало его в неуправляемый экстаз.

Это ощущение нарастало с неудержимой силой, не подчиняясь воле человека, напоминая саму судьбу. Ему было предначертано быть пораженным стрелой Купидона именно здесь, испытав чистейшее инстинктивное влечение.

В глазах Юй Вэйняня вспыхнул знакомый охотничий огонек, и Хан Юэ с первого взгляда раскусил его намерения:

— Неужели и впрямь запал на него?

— Давно уже никто не заставлял моё сердце трепетать так сильно, — красиво сформулировал Юй Вэйнянь. — Интуиция подсказывает, что он — моя единственная настоящая любовь, моё предначертание.

Хан Юэ не поддался на эту уловку:

— Про прошлую пассию ты говорил то же самое.

Точнее говоря, про «каждую».

— Сходить помочь тебе раздобыть его контакты? Или расспросить студентов с его факультета?

Достать номер не составляло труда, но Юй Вэйнянь хотел далеко не просто сухие цифры контактов. Поразмыслив немного, он покачал головой:

— Не надо. Выглядит он слишком настороженным, к тому же… а вдруг он гетеросексуал? Если я проявлю излишнюю настойчивость, то просто спугну его.

Ориентация и впрямь была делом хлопотным, и если парень окажется геем, тогда всё пойдет как по маслу. И дело было вовсе не в самовлюбленности Юй Вэйняня — у него просто имелось достаточно оснований для уверенности в себе.

— Я сам попробую, — бросил Юй Вэйнянь.

Едва договорив, он сделал широкий шаг длинными ногами и двинулся вперед, на ходу расстегивая верхнюю пуговицу и оттягивая воротник. Это открывало взору полосу белоснежной кожи и едва заметную маленькую черную родинку чуть ниже ключицы.

В месте регистрации толпился народ, заглушая всё вокруг шумом чемоданных колесиков. Многие прохожие останавливались и оборачивались, провожая взглядом прошедшего мимо красивого парня.

Лицо неопределимого пола, черты лица настолько изысканные, что их можно было назвать ослепительными. Наряд юноши резко выделялся в толпе: в нем не было и следа лаконичности, напротив, стиль казался кричаще-броским.

Но благодаря его выдающейся внешности и манерам, это выглядело вовсе не вульгарно, а скорее дерзко и вызывающе.

— Какого чёрта? Настолько красивый?

— Мы точно не ошиблись учебным заведением…

Юй Вэйнянь оставлял без внимания пылкие взгляды окружающих и вместо того, чтобы идти по просторной центральной аллее, демонстративно направился прямо сквозь толпу.Как наззло, он оказался прямо рядом с высоким юношей. Когда они разминулись, он «случайно» задел того плечом.

— Прошу прощения. — Юй Вэйнянь мгновенно изобразил на лице виноватое выражение и поднял голову, встретившись взглядом с холодными, отчужденными глазами.

При близком контакте неконтролируемое сердцебиение нахлынуло подобно приливу. Молодой человек излучал холодное и неприступное, почти ледяное обаяние; хоть он и был еще юн, в нем уже прослеживалось то особое очарование, что присуще взрослым мужчинам.

Задрав голову, Юй Вэйнянь одновременно ощущал трепет в груди и крайнее удивление.

Какой высокий.

Высокая, статная фигура заслоняла собой Юй Вэйняня, но в то же время позволяла отчетливо разглядеть выражение чужого лица.

Солнечный свет падал сбоку, очерчивая холодные и резкие черты лица.

Новичок, которого он задел, казалось, на дух не выносил телесных контактов с другими. Он мгновенно отстранился, увеличивая дистанцию между ними, а его равнодушные черные глаза потемнели от густой смеси настороженности и отвращения.

— Извини, я только что не смотрел под ноги. Ты в порядке? — Юй Вэйнянь бросил взгляд на багаж в его руках, а затем вновь уставился ему в лицо. — Ты первокурсник? Я волонтер, давай я помогу донести твои вещи?

Парень с холодным выражением лица едва заметно нахмурился:

— Не нужно.

Забрав вещи, приготовленные для него волонтерами по встрече первокурсников, он не дал Юй Вэйняню ни малейшего шанса продолжить любезничать и, резко развернувшись, зашагал прочь.

Поистине ледяное отношение.

Почти бесчеловечное.

Юй Вэйнянь уже колебался, стоит ли бросаться в погоню, как вдруг к месту событий первой добралась другая фигура. Лицо у этого парня было миловидным, и Юй Вэйняню почему-то казалось, что он где-то его видел — возможно, они вместе выпивали.

— Однокурсник Бо, мы можем добавить друг друга в Вичат?

Вокруг постепенно собиралась толпа зевак, желавших посмотреть на зрелище.

Юй Вэйнянь наблюдал со стороны, опираясь локтем о перила. Как назло, подул ветер, листва платанов зашелестела, и меняющиеся световые узоры легли на плечи и брови высокого парня, создавая картину прямо из какого-то молодежного сериала.

Позиция Юй Вэйняня была превосходной и позволяла увидеть эту сцену во всей красе, а потому он отчетливо разглядел нескрываемое отвращение в глазах высокого юноши.

А также предельно холодный ответ:

— Уйди с дороги.

Ни согласия, ни отказа — он просто предпочел проигнорировать собеседника. Подобное пренебрежение ранит куда сильнее и выглядит куда более унизительно, чем прямой отказ.

Глядя на удаляющуюся спину, Юй Вэйнянь уже все понял для себя.

Добившись своего, он сделал круг и вернулся на территорию своего факультета.

Хан Юэ, скрестив руки на груди, наблюдал за ним со стороны:

— Ну как?

Юй Вэйнянь ответил:

— Похоже, натурал.

Специально спровоцированный телесный контакт явно вызвал у того сильнейшее отвращение. Реакция парня на знаки внимания со стороны представителя своего же пола выглядела предельно естественной.

Между гомосексуалами существует некий невидимый радар; он отлично разбирался в людях и мог с уверенностью сказать: в этом парне не было ни единого намека на сигналы, свойственные лицам нетрадиционной ориентации.

Интуиция подсказывала Юй Вэйняню, что объект его любви с первого взгляда не просто натурал, но еще и страдает тяжелой формой гомофобии.

И действительно —

— Бо Иньцин, факультет компьютерных наук и технологий, лучший балл в этом году, и если ничего не случится, он же станет студенческим представителем.

— На вид он чистокровный натурал, да к тому же крайне сложный орешек, — произнес Хан Юэ. — Я только что навел справки: едва он поступил, как многие принялись выпрашивать его контакты, но он никому ничего не дал, а со всеми держится крайне холодно. Парни к нему тоже клинья подбивали, но он реагирует с такой дикой неприязнью — девять из десяти, что у него тяжелая гомофобия.

Все сходилось с догадками Юй Вэйняня. Впрочем, это было понятно: с такой внешностью Бо Иньцин наверняка вечно подвергался домогательствам.

Со временем у него поневоле должна была выработаться предвзятость к этой особой группе людей.

Юй Вэйнянь вздохнул:

— Сложнее, чем я думал.

Хан Юэ поднял взгляд:

— Так ты собираешься сдаваться?

— С чего бы?

Юй Вэйнянь небрежно откинулся на спинку стула, скрестив длинные ноги. Он чуть склонил голову — в этой привычной позе обычно ждут, пока тебе зажгут сигарету.

Хан Юэ поднес зажигалку с эмалевым покрытием, и язычок синего пламени лизнул кончик сигареты между пальцами.

— Бо Иньцин всем своим существом попадает прямо в мои вкусы, так что о сдаче не может быть и речи. К тому же, какой интерес в том, что само идет в руки? — Юй Вэйнянь слегка приподнял подбородок, зажав зубами фильтр, а в глубине его глаз забурлило густое охотничье желание. — Ты же сам знаешь: мне нравится то, что меня не любит. Чем выше сложность, тем я сильнее завожусь.

Чем труднее заполучить, тем сильнее мне этого хочется.

Бо Иньцин вошел в общежитие, когда остальные его соседи уже были на месте.

Условия в общежитиях университета А славились своим качеством: блок на четверых, спальные места наверху, столы внизу, а посередине — лестница со встроенными шкафчиками для хранения, разделяющая обе половины и обеспечивающая полное уединение.

Трое прибывших ранее парней уже успели перезнакомиться и сплотиться. Услышав шум у входа, они дружно повернулись к двери. Шторы на балконе были распахнуты настежь, и Бо Иньцин, с рюкзаком на одном плече и дорожным чемоданом в руке, с отрешенным выражением лица стоял среди пестрых пятен золотистого света и тени.

— Дружище, да ты просто гигант! — один из них поднялся на ноги и указал на единственную свободную кровать. — Твоя кровать первая? Я сплю на месте напротив, меня зовут Юань Хэи.

Два других соседа представились по очереди:

— Привет, я Кэ Я, вторая койка.

— А я четвертая, Яо Чжоу.

Бо Иньцин бросил:

— Бо Иньцин.

http://bllate.org/book/33552/4123962