Готовый перевод Unpredictable World of Qin Shiming / Телохранитель для президента: Непредсказуемая любовь: Глава 3

Несколько человеческих фигур рухнули на землю, но стрельба не утихала. Гао Сюйжу выглянул наружу и в прицел винтовки заметил на углу улицы женщину, которая бежала, размахивая руками. Его сердце мгновенно подскочило к горлу:

— Не бери оружие, не подбирай ружье с земли...

Женщина споткнулась за кустом, занесла руки вперед и что-то подняла с земли. Гао Сюйжу смутно разглядел, как она вскинула какой-то предмет. Сердце его сжалось: решив, что это оружие, палец сам собой нажал на курок.

Серия пуль прошила тело женщины, и она навзничь рухнула на землю. Затем Гао Сюйжу пристрелил еще нескольких преследователей. Когда стрельба стигла, он, не теряя ни секунды, увлек за собой Фань Си и нырнул в переулок. Дорога была залита кровью, повсюду валялись тела мирных жителей. Проходя мимо угла, он машинально опустил взгляд, и от одного этого взгляда у него заледенело внутри: женщина, которую он только что застрелил, лежала в луже крови с широко открытыми глазами. В ее объятиях было вовсе не ружье — мертвый ребенок.

В лобе мертвого ребенка зияло пулевое отверстие, из которого сочилась свежая кровь. Гао Сюйжу встретился взглядом с глазами погибшего ребенка — бездонно-черными, казалось, они вмиг похитили саму его душу.

Гао Сюйжу добежал до песчаной отмели, где некогда рос старый красный кедр, сожженный зажигательной бомбой. Теперь от дерева на берегу реки торчал лишь обугленный обрубок ствола, а его раскидистые ветви по-прежнему торчали в стороны, точно лохмотья на форме погибшего солдата.

Пуля попала Гао Сюйжу в голень, он рухнул на землю и покатился вниз по пологому склону, крепко обхватив Фань Си обеими руками, чтобы тот не выскользнул. Благодаря толстому покрывалу Фань Си не пострадал при падении. Наконец оба рухнули на дно оврага, тяжело шмякнувшись в грязь, чем перепугали до смерти несколько теней, которые с проворным визгом бросились врассыпную.

Гао Сюйжу почувствовал резкий, отвратительный смрад, от которого чуть не вывернуло наизнанку. Приподняв голову, он увидел, что вокруг громоздятся горы трупов, заполнивших глубокий овраг. Четыре или пять тощих степных волков, сверкая зеленоватыми глазами, рыскали по кучам мертвецов, пожирая разлагающуюся плоть. Гао Сюйжу сразу понял, что они угодили в яму для массовых захоронений, а тела эти, судя по всему, принадлежали зверски убитым жителям городка. Услышав неподалеку чьи-то крики, он тут же перевернулся, прикрывая собой Фань Си, и притащил два трупа, чтобы замаскироваться ими.

На катере техник, следивший за GPS-меткой, заметил, что белые точки, обозначающие Гао и Фань Си, замерли на месте, и озадаченно произнес:

— Что такое? Они не двигаются.

— Рыбу-меч пристрелили?

— Не знаю, — ответил техник, с тревожным напряжением вглядываясь в экран, где ряд точек неуклонно приближался к белым маркерам. — Преследователи зажимают их в тиски, скоро столкнутся.

Сидевший на носу катера командир обернулся и придвинулся к навигатору:

— Ублюдок, он что, мертв? Почему не бежит? Один заложник уже ранен, если мы потеряем еще и такую важную птицу, останется только отправляться на небеса.

— Беги же, Гао Сюйжу, шевелись, — со страхом сжав кулаки, шептал техник.

Наемники подошли к краю оврага. От удушливого зловония им пришлось зажать носы рукавами. Кто-то включил фонарик, луч которого зашарил по дну оврага: повсюду виднелись лишь нагромождения мертвых тел. Напуганные ярким светом степные волки с лаем и поджатыми хвостами бросились наутек.

Главарь сделал знак рукой, и остальные, вскинув винточки, дружно открыли огонь по братской могиле, взметая фонтаны земли и грязи. Град пуль обрушился на разлагающиеся трупы. Прятавшийся под телами Гао Сюйжу с замиранием сердца слушал грохот выстрелов и, тихонько придвинувшись к рации, прошептал:

— Попугай, Попугай, я Рыба-меч. Я упал на дно оврага, меня пока не обнаружили, можете открывать огонь прямо по берегу. Конец связи.

Не успел он и глазом моргнуть, как Попугай вовремя появился у речного поворота. Быстроходный катер вихрем вылетел из-за мыса, поднимая валы бурлящей белой пены, а закрепленный на носу государственный флаг яростно хлопал на ветру. В тот же миг установленный на катере тяжелый пулемет взревел, изрыгая золотое пламя; яростный огонь в мгновение ока накрыл всю песчаную отмель, уничтожив еще не успевших опомниться преследователей.

Увидев, что подмога подоспела вовремя, Гао Сюйжу наконец облегченно выдохнул. Он шевельнулся, сбросив со спины изрешеченное пулями тело, и подхватил Фань Си на руки, проверяя, дышит ли тот. Фань Си был завернут в одеяло да к тому же надежно защищен Гао Сюйжу, так что пули его не задели. Прижав к себе мальчика, Гао Сюйжу терпеливо замер на дне оврага, пережидая, пока группа прикрытия прекратит огонь.

Внезапно Попугай выпустил по песчаной отмели еще и ракету, разнесшую в щепки пытавшийся удрать джип. Стрельба продолжалась несколько минут, а затем оборвалась так же внезапно. Ночная тишина вновь опустилась на безлюдные окрестности, и в кустах лишь тлели редкие очаги пламени.

Группа эвакуации передала по рации:

— Цели на берегу зачищены, угрозы нет, можете выходить.

Гао Сюйжу отозвался, приподнял голову и увидел на краю оврага силуэты товарищей, а затем вниз полетел прочный стальной канат. Сначала Гао Сюйжу привязал к веревке Фань Си, которого тут же втащили наверх, а затем и сам выбрался из горы трупов, цепляясь за трос.

— Как там первый заложник? — спросил Гао Сюйжу, стоя посреди разорренного снежного поля.

— Его уже подняли на катер, оказывают первую помощь. Но пуля попала в шею, сильное кровотечение, положение довольно опасное, — с многозначительным видом произнес товарищ, сочувственно глядя на Гао Сюйжу.

Гао Сюйжу вытер перепачканное глиной лицо, прищурившись, огляделся по сторонам и ничего не сказал. На снегу валялись без движения несколько тел, изрешеченных пулеметной очереди до состояния сита. Подойдя к одному из убитых, Гао Сюйжу носком ботинка перевернул его на спину, сорвал с головы маску и увидел мертвенно-бледное лицо. Немного поприседав на снегу, он обыскал карманы убитых в поисках улик, а затем достал фотоаппарат и сфотографировал лицо мертвеца крупным планом.

Сделав серию снимков человеческих лиц, Гао Сюйжу убрал камеру, забрал найденные вещи и вернулся на катер. Фань Си уже освободили из одеяла, и Гао Сюйжу укрыл его парочкой штормовок для тепла. Катер с ревом развернулся и лег на обратный курс; заснеженные берега по обе стороны, бледные и мрачные, проносились мимо, точно кадры кинопленки. Во время стремительного бега лодки поднялась жуткая метель, и Гао Сюйжу, натянув капюшон, прикрыл собой заложника от ледяной крошки.

— Где я? Что произошло? — едва слышным, еле живым голосом пролепетал Фань Си.

Гао Сюйжу смахнул прядь волос со лба мальчика и ответил:

— Едем домой, на границе нас ждет вертолет. Ты чертовски живуч.

Фань Си посмотрел на него широко открытыми глазами, слабо улыбнулся — или это ему показалось — и спокойно смежил веки. Гао Сюйжу закусил окровавленные губы и отрешенно, с тревожным сердцем уставился в сторону.

Спустя полчаса русло реки расширилось и разветвилось на два рукава. Катер сбавил ход и сделал два круга у небольшого острова посреди озера, поджидая снижения вертолета. Тяжелый вертолет CH4-V плавно пошел на посадку, передний и задний винты подняли бурю ревущего ветра, от которой по воде побежали круги. Группа эвакуации закрепила подъемные кольца по бортам лодки, после чего один за другим поднялись по веревочной лестнице внутрь машины.

Вскоре пересадка была завершена, катер, подвешенный на тросах, оторвался от воды, и вертолет взял курс на видневшиеся у горизонта заснеженные горные пики.

Обратный путь все провели в молчании, лишь связист время от времени отправлял донесения в главный штаб. Сюй Цзяньфань, вытянув оцепеневшие ноги, лежал на носилках на грани смерти: пуля пробила ему шею, а язык был разорван надвое. Медик в массивном шлеме помог извлечь обрывки языка и тщательно вытер ему лицо, чтобы его вид не выглядел слишком жутко.

Гао Сюйжу сидел у открытой двери вертолета, склонив голову и кадр за кадром просматривая снимки на фотоаппарате; брови его были нахмурены уже долгое время. Холодный ветер, словно кусок шелковой ткани, ударил ему в лицо, мелкий снег оседал на отворотах одежды. Поразмыслив с минуту, он просто выключил камеру, поднял глаза и с озабоченным видом некоторое время всматривался в Сюй Цзяньфаня. Не сказав ни слова, он снова отвернулся и уставился на бескрайние просторы внизу.

Они уже пересекли границу, и Ангоя осталась далеко позади, превратившись в тонкую серебряную нить на краю небес. Чем дальше они отъезжали от границы, тем выше и опаснее становились горы; вертолет начал петлять среди гигантских снежных пиков, казавшихся от лютой стужи пепельно-серыми.

— Каково твое мнение о тех ублюдках, которые попытались перехватить груз на полпути? — спросил сидевший напротив Гао Сюйжу плотный мужчина.

— Это бойцы ангойской молодежной партии, у них на теле есть партийные татуировки, — ответил Гао Сюйжу, в упор глядя на собеседника. — Но разведка почему-то забыла предупредить меня, что в том районе орудует эта молодежная партия.

Не успел он договорить, как в разговор вмешался другой:

— Ангойская молодежная партия числится в коалиционных списках террористических организаций.

Здоровище обнял автомат, бросил взгляд на Сюй Цзяньфаня, презрительно скривил губы и намекнул:

— Безусловно, наш бизнес сорвали. Ты главный ответственный за эту спасательную операцию, и я бы посоветовал тебе вести себя крайне осторожно по возвращении.

— Разумеется, это еще не конец, — бросил Гао Сюйжу, развернувшись к связисту. — Связались со штабом? Что они передали?

Связист прижал гарнитуру к уху:

— Никаких указаний. Говорят: действуй по обстановке, все решения на ваше усмотрение.

Услышав это, Гао Сюйжу пожал плечами и беспечно раскинул руки:

— Они всегда так говорят.

Вертолет обогнул островерхую гору, и вдруг откуда ни возьмись налетевший порыв ветра ворвался в салон, размет S*Wив повсюду снежную пыль.

Когда вертолет достиг пункта назначения, фазаны прокричали во второй раз, и над горными хребтами зажглись тусклые предрассветные звезды. Это был небольшой гражданский аэропорт в непосредственной близости от региона Ангоя, расположенный на крошечном клочке земли. Прилетевший из Государства Вэй самолет уже ждал пассажиров на стоянке. Вокруг царила абсолютная тишина, власть ночи подходила к концу, бледная луна клонилась к западу, а три звезды созвездия Ориона низко висели над стально-синим краем неба, возвещая о скором рассвете.

Заложников перевели на борт первыми, им обеспечили более квалифицированный медицинский уход, однако жизненные показатели Сюй Цзяньфаня к тому моменту были уже крайне слабыми. Самолет быстро вырулил со стоянки на прямую полосу, двигатели на крыльях издали оглушительный рев, и гигантская птица, кренясь, взмыла в небеса, мгновенно превратившись в крошечную точку под пеленой облаков.

Гао Сюйжу проводил взглядом бортовые огни самолета, пока они полностью не скрылись в облаках, и только после этого повернулся, чтобы отправиться домой. Тут он обнаружил, что его ноги давно потеряличувствительность, в ране от пули не ощущалось даже боли, а одежда промерзла насквозь, превратившись в тонкую ледяную корку.

http://bllate.org/book/33527/4120943