Готовый перевод Temporary Co-habitation in the Entertainment Circle / Временное сожительство: Неожиданный дуэт: Глава 16

Цяо Мо снова оказался в топе поисковых запросов.

За то время, пока он вёл скрытную подготовку к съёмкам в фильме, внимание интернет-пользователей явно постепенно переключилось на другие темы. Однако стоило пройти этой ночи, как он снова взлетел на первую строчку трендов, обойдя даже Се Юя.

Всё началось из-за того, что в поисковики они попали вместе. Накануне вечером в сычуаньском ресторане одна из фанаток плеснула в них рыбой в остром соусе, и кто-то из присутствующих записал происходящее на видео, которое тут же разлетелось по сети.

Пользователей куда больше, чем саму атаку сумасшедшей фанатки на Цяо Мо, заинтересовало то, что Се Юй бросился защищать коллегу и в итоге обжёг тыльную сторону ладони. Фанаты Се Юя, увидев, как пострадал их кумир, не смогли остаться в стороне. Они набросились на поклонников группы Mystery, клеймя их безмозглыми фанатиками, и даже забросали жалобами аккаунт отделения полиции района Дунху, вынудив вчерашнюю агрессивную фанатку выйти на связь и рыдая приносить извинения.

В общем, стоило где-то возникнуть имени Се Юя, как интерес к теме тут же взлетал до небес — мало кто мог сравниться с ним по популярности. Но Цяо Мо в этот раз удалось это сделать. Прошлой ночью он опубликовал в микроблоге короткое сообщение: «Я объявляю о выходе из состава Mystery».

Изначально его побуждения были просты: он не хотел тянуть за собой остальных участников. После инцидента он был твёрдо намерен уйти, но агентство постоянно уклонялось от прямого разговора, и ему приходилось раз за разом откладывать решение. Однако, увидев вчера вечером, как фанатки искренне рыдают, убиваясь по его товарищам по группе, он в ту же секунду решил, что никаких обсуждений больше не нужно — просто выложить пост.

Сразу после этого Се Юй отвёз его обратно в отель. Была уже глубокая ночь, поэтому Цяо Мо немного полистал сценарий, принял душ и лёг спать. Проснувшись, он обнаружил на телефоне бесконечное количество пропущенных вызовов и сообщений и только тогда понял, что провисел в топе поисковых запросов всю ночь.

Фанаты группы, разумеется, были этому рады — они не скупились на похвалу, отмечая, что он поступил как ответственный человек. Но подавляющее большинство пользователей сети всё так же язвило, насмехалось и изливало проклятия.

Цяо Мо не обратил на это особого внимания, лишь мельком проглядел ленту, вышел из приложения и пошёл умываться. Сегодня был первый полноценный съёмочный день, и, поскольку у него была запланирована сцена, он хотел заранее приехать на площадку для подготовки.

В девять часов, приведя себя в порядок, он вышел из номера. Ло Фэй уже ждал его в машине у входа в отель. Когда Цяо Мо сел в салон, Ло Фэй несколько раз взглянул на него через зеркало заднего вида, словно хотел что-то сказать, но в итоге предпочёл промолчать. Цяо Мо знал, что тот наверняка горит желанием обсудить горячую тему из сети. И не только Ло Фэй: когда Цяо Мо прибыл на место, сотрудники и другие актёры смотрели на него, явно успев ознакомиться с трендами в микроблоге. Однако, поскольку у него была дурная репутация, все предпочитали сплетничать за спиной, и никто не осмелился подойти к нему с расспросами.

Цяо Мо был только рад тишине. Наложив грим и приведя себя в порядок, он тихо сел в укромном уголке, наблюдая за игрой других актёров, чтобы набраться опыта, и про себя повторял реплики, чтобы лучше запомнить текст.

Се Юй вошёл как раз в тот момент, когда Цяо Мо, сосредоточенно нахмурившись, следил за тем, как двое старых актёров «соревнуются» в мастерстве. Его чёрные блестящие глаза не отрывались от сцены, он был полностью поглощён процессом.

Сюй Цинцзя — персонаж, которого играл Цяо Мо, — обычный студент, всегда опрятный и свежий. Цяо Мо даже не пришлось особо менять внешность: простая толстовка, джинсы, белые кеды, мягкие послушные волосы. Стоило ему просто сесть там, машинально покручивая ручку в пальцах, как он превращался в живое воплощение Сюй Цинцзя.

Лу Чжэньтао, только что освободившись от контроля за мониторами, поднял глаза и, заметив эту картину, добродушно рассмеялся: Ну вот, я же говорил, что Сяо Цяо — самый подходящий кандидат. Затем он обернулся к Се Юю: А у тебя ведь сегодня нет сцен? Почему пришёл?

Пришёл поучиться у старших коллег, — ответил Се Юй, подходя к мониторам и садясь рядом с Лу Чжэньтао. Он внимательно уставился на экран.

Лу Чжэньтао бросил на него косой взгляд: Брось! Скажи прямо: беспокоишься за Сяо Цяо, боишься, что он разволнуется из-за первого дня, вот и пришёл поддержать его присутствием. Я не стану над тобой смеяться.

Се Юй: ...

На самом деле, всё было совсем не так!

Се Юй и подумать не мог, что пожилой режиссёр Лу так превратно истолкует его отношения с Цяо Мо. Не успел он оправдаться, как началась перестановка декораций, и Се Юю пришлось отложить объяснения и последовать за всеми на новую площадку.

Следующей шла сольная сцена Цяо Мо.

Отношения Сюй Цинцзя с отцом, Сюй Хуэем, были далеки от идеала. Сюй Хуэй был никчёмным бездельником. В молодости он сошёлся с женщиной лёгкого поведения из ночного клуба, и у них родился ребёнок. Когда малыш появился на свет, женщина, испугавшись, что он станет обузой, подбросила его Сюй Хуэю, а сама уехала в другой город.

Сюй Хуэю самому едва хватало на пропитание, а растить ребёнка было тем ещё бременем, поэтому он никогда не жаловал Сюй Цинцзя. К тому же соседи и знакомые презирали Сюй Хуэя, так что Сюй Цинцзя с детства рос под косыми взглядами окружающих. Это закалило его характер: он научился читать людей по глазам и скрывать свои истинные чувства.

Впрочем, сам он был очень целеустремлённым: отлично учился и два года назад поступил в престижный университет. С того самого дня он больше не поддерживал связь с Сюй Хуэем, а тот, казалось, и вовсе забыл о существовании сына. Так продолжалось, пока однажды Сюй Цинцзя не получил звонок из полиции с требованием опознать тело.

После этого Сюй Цинцзя в одиночестве вернулся в то место, которое два года назад называл своим домом.Цяо Мо до самого конца переживал, что когда он по-настоящему окажется на съемочной площадке перед лицом всевозможного оборудования, он начнет нервничать. В конце концов, с того самого момента каждое его движение и каждый вздох фиксировались бы камерой, что кардинально отличалось и от предыдущих проб, и от читки сценария.

Но стоило ему перешагнуть порог этого загроможденного, ветхого маленького домика, как вся внешняя суета словно растворилась. В его голове непрерывным потоком оживали детали повседневной жизни юноши и неряшливого мужчины среднего возраста.

В сцене по сценарию не было четких реплик — от актеров требовалось импровизировать, чтобы в первую очередь передать то влияние, которое смерть Сюй Хуэя оказала на Сюй Цинцзя.

Он окинул взглядом сваленную на кровати грязную одежду, подошел, собрал ее, повернулся, бросил в стиральную машину и, добавив жидкое средство, запустил стирку.

Затем он вернулся в гостиную, взял веник, чтобы подмести мусор с пола, сложил разбросанные по столу коробки из-под еды и выбросил их в мусорное ведро. Беспорядочная комната под его руками постепенно преображалась, становилась чистой и светлой, однако на его лице застыло абсолютно невозмутимое выражение — до тех пор, пока он случайно не выкатил из-под кровати игрушечную машинку.

Он опустился прямо на пол, завел заводной механизм и пустил машинку по полу. Маленькая вещица неторопливо покатила вперед, с глухим стуком врезалась в ножку стола и перевернулась, а ее колесики продолжали с тихим жужжанием крутиться в воздухе.

Он не шелохнулся, лишь пристально вглядывался в игрушечную машинку. Постепенно его взгляд становился все более пустым, устремленным в неизвестную точку, густые ресницы слегка дрогнули, и из глаз упала слеза.

Словно испугавшись, он замер на секунду, резким движением вытер слезу, поднял синюю машинку, встал и поспешно вышел из комнаты, с громким стуком захлопнув дверь.

— Стоп! — тут же отозвался Лу Чжэньтао и поманил Цяо Мо рукой. — Сяо Цяо, подойди-ка сюда. Скажи мне, как тебе вообще пришло в голову повозиться с этой машинкой?

Цяо Мо еще не до конца вышел из образа и с растерянным видом подошел к монитору, протягивая игрушку:

— Вы про это?

— Да. Реквизиторы просто так ее оставили, в сценарии ее вообще не было. С чего ты вдруг решил использовать ее, чтобы передать воспоминания о Сюй Хуэе?

Искренний восторг режиссера Лу стал для Цяо Мо полной неожиданностью. Он невольно покосился на стоявшего рядом Се Юя и озадаченно моргнул, словно безмолвно спрашивая: неужели режиссер Лу где-то ошибся? С чего он вдруг так обрадовался?

Его глаза все еще были слегка покрасневшими, а на ресницах блестели остатки слез. Се Юй машинально вытянул салфетку и протянул ее со словами:

— Вытри. Режиссер Лу считает, что этот момент ты отыграл великолепно.

И действительно великолепно. Для человека, который впервые пробует себя в кино, подобные эмоциональные сцены без партнера по диалогу даются труднее всего, ведь опереться в кадре абсолютно не на кого.Но Цяо Мо справился превосходно: с того самого момента, как он вошел в комнату и принялся безумная наводить порядок, он вовлек всех присутствующих в водоворот эмоций, а когда игрушечная машинка со звоком рухнула на пол, перед зрителями во всей полноте предстал подавленный, трагичный и противоречивый образ.

В день проб Цяо Мо показал себя очень хорошо, но сегодняшний Цяо Мо все равно заставил Се Юя приятно удивиться.

Неудивительно, что Лу Чжэньтао пришел в такое воодушевление.

Цяо Мо взял салфетку, вытер лицо и лишь тогда мысленно перевел дух, после чего мягко произнес:

— Я просто подумал, что между отцом и сыном всё же должны были оставаться какие-то светлые воспоминания, поэтому Сюй Цинцзя и пытался изо всех сил отомстить за него. Увидев эту игрушечную машинку, я подумал: быть может, Сюй Фэй подарил ее Сюй Цинцзя на какой-то день рождения. Она годами пылилась в углу, и оба о ней позабыли. И лишь теперь, когда всё вокруг переменилось, он, взглянув на эту вещицу и вспомнив прошлые годы, понял, что на самом деле не так уж сильно ненавидел отца.

— Ай да Сяо Цяо, ну ты и выдал! Обладать таким прозрением с самого первого раза — прекрасно, так держать! — радостно похлопал его по плечу Лу Чжэньтао.

Цяо Мо от такой похвалы немного смутился, улыбнулся и ничего не ответил.

График съемок был очень плотным, и после этого короткого перерыва режиссер Лу вновь с головой ушел в работу.

Цяо Мо тем временем незаметно покинул съемочную площадку, устроился в тени деревьев на натуре и, запрокинув голову, замер, глядя на голубое небо и белые облака.

На самом деле до самого входа на площадку он не был уверен, что сможет хорошо сыграть, но произошло нечто удивительное: стоило ему перешагнуть порог, как легкая грусть затопила его сердце, и она не рассеивалась до сих пор.

— Никак не можешь выйти из образа?

Кто-то легко постучал его по голове, и в поле зрения тут же появилось лицо Се Юя.

Цяо Мо потер ушибленное место и покачал головой:

— Я грущу вовсе не из-за этой сцены.

Се Юй присел рядом:

— Из-за вчерашнего поста в вейбо?

Когда Цяо Мо в одиночестве ушел со съемочной площадки, Се Юй сразу почувствовал неладное: хотя лицо Цяо Мо всегда казалось безмятежным, почему-то Се Юй отчетливо ощущал, как сильно упало его настроение.

— Ты видел? — Цяо Мо повернулся к нему.

Се Юй ответил вопросом на вопрос:

— Если тебе так жаль, зачем было это делать? Ради той фанатки, которая вчера чуть не испортила тебе лицо? Разве можно быть таким глупым?

Цяо Мо тихонько усмехнулся:

— Конечно, не ради нее. Поклонников так много, разве за всеми уследишь? Просто не хотелось тянуть за собой остальных участников группы. К тому же... — он замолк, улыбка в его глазах погасла, а голос стал совсем тихим: — Я и сам не ожидать, что мне будет так грустно.

http://bllate.org/book/33445/4109859