Готовый перевод I Ran Away After Getting the Emperor's Baby / Сбежать от Императора: как не стать жертвой собственной судьбы: Глава 12

— Как ты? — Лу Чжэнмин взял его за руку и стал передавать ему теплую духовную энергию. — Руки такие холодные.

Мин Лай немного перевел дух и серьезно произнес:

— А Мин, нам нужно срочно придумать способ уйти отсюда!

— Уйти?

— Да, мы должны отсюда выбраться! — с уверенностью заявил Мин Лай. — Раньше я считал, что спешить некуда, потому что Император был занят делами и еще не вернулся. Но прошло уже несколько дней, и этот тиран может вернуться в любой момент. Мы не можем сидеть сложа руки в ожидании смерти.

Лу Чжэнмин приподнял бровь:

— Тиран?

— Разве ты не знаешь? — удивился Мин Лай. — Ходят слухи, что Император в этом Императорском Дворце невероятно жесток, во дворец то и дело подбрасывают трупы. Если мы продолжим оставаться здесь, то в один прекрасный день даже не поймем, как умрем.

Лу Чжэнмин едва заметно замер и произнес:

— Не думал ли ты, что слухи могут быть ошибочными?

Мин Лаю было неудобно рассказывать о том, что он видел во сне, поэтому он присел на большой валун и сказал:

— Я понятия не имею, действительно ли Император настолько вспыльчив, но в тот день я собственными глазами видел, как один из стражей в красном до смерти зажал горло какой-то женщины-культиваторки. Это было до ужаса кроваво и жестоко, от одной мыши волосы встают дыбом.

— Страж в красном?

— Да, выглядит он, конечно, красиво, но до чего же страшный человек! Та женщина-культиваторка вела себя несколько заносчиво, но она ведь не заслуживала смерти! Я видел это своими глазами и чуть не умер со страху.

Закончив говорить, Мин Лай даже испуганно похлопал себя по груди.

Лу Чжэнмин заметил:

— Но ведь это проступок лишь одного стража, как можно возлагать вину на Императора?

Мин Лай поболтал ногами и ответил:

— Все же так вокруг болтают! Даже если слухи лживы, у них наверняка есть какие-то основания. К тому же, если бы не Император, с чего бы меня вообще похитили в Императорский Дворец служить?

— Возможно, подчиненные Императора проявили излишнюю самодеятельность.

Мин Лай внезапно замолчал. Посмотрев на Лу Чжэнмина пару мгновений, он вдруг спросил:

— А Мин, ты видел Императора?

Лу Чжэнмин ответил:

— Видел. Он вовсе не жестокий человек.

Мин Лай подозрительно прищурился:

— Он сослал тебя в эту глушь и даже не позволяет сделать отсюда ни шагу наружу, а ты все еще считаешь его хорошим?

Спустя мгновение его озарило, и он проговорил:

— А Мин, неужели ты сам не хочешь отсюда уходить?

Помолчав, он добавил:

— Я понимаю, ты прожил здесь долго, привязался к этому месту. Здесь никто не мешает, живешь вольготно. Но в конце концов, это владения того тирана, и если кто-нибудь вдруг обнаружит нас двоих здесь, будет беда.

Лу Чжэнмин возразил:

— Не обнаружит. Даже если кто-то узнает, никто не осмелится и слова сказать.

— Почему? — Мин Лай поднял на него голову. — Неужели у тебя во Дворце есть знакомые?

Лу Чжэнмин опустил взгляд на его ярко-красные губы, которые то раскрывались, то смыкались, и машинально потер пальцы:

— Можно сказать и так.

Мин Лай обрадовался:

— И какие у тебя с этим человеком отношения? Сможет ли он помочь нам выбраться?

Лу Чжэнмин не ответил, а вместо этого спросил:

— Почему ты так сильно хочешь уйти?

Мин Лай опустил голову и посмотрел под ноги:

— Император — это сплошная неопределенность. В этом Императорском Дворце умереть слишком легко. Женщина-культиваторка, погибшая у него на глазах сразу по прибытии сюда, оставила слишком тяжелый след в его душе, лишь укрепляя уверенность в правдивости того сна.

Это было место, где людей пожирали без остатка.

Закончив говорить, он снова улыбнулся:

— И хотя это глухое место, где за нами никто не присматривает, оно все же не идет ни в какое сравнение с просторами внешнего мира. Я хочу выйти и посмотреть на него.

Когда он только попал сюда после перемещения в другой мир и узнал, что ему предстоит отправиться в Императорский Дворец и жить осталось недолго, он даже подумывал покончить с собой. Но прошло несколько дней, его уровень культивации вырос, и он постепенно распробовал всю прелесть мира бессмертных.

К тому же он встретил любимого человека, у него появилась привязанность, и, разумеется, ему захотелось прожить подольше.

При этой мысли Мин Лай обнял Лу Чжэнмина за талию и прижался головой к его груди:

— Мне приснилось, что тот тиран замучил меня до смерти, и мне очень страшно. А Мин, ты сбежишь со мной?

Нежное и мягкое тело юноши прижалось к нему, источая легкий аромат, да и голос звучал тонко и приятно. Лу Чжэнмин сглотнул слюну, протянул руку, провел по иссиня-черным волосам красавца в своих объятиях и ответил:

— Разумеется.

— Когда мы выберемся отсюда, мы... — начав говорить, Мин Лай вдруг нахмурился и забавно зашевелил изящным носом. — Что за запах? Ой, моя жареная рыба!

Жареную рыбу спасти так и не удалось — она сгорела дотла.

Мин Лай подумал, что у него и впрямь нет никакого таланта к кулинарии.

— Ничего страшного, — Лу Чжэнмин поднял его на ноги. — Я отведу тебя собирать духовные фрукты.

Неподалеку от пруда росла роща, полная самых причудливых духовных фруктов. Мин Лай попробовал один, и вкус оказался на удивление неплохим.

— Какая сладость! — откусив кусочек, Мин Лай вдруг о чем-то вспомнил и замер.

Лу Чжэнмин спросил:

— Что такое?

Мин Лай широко раскрыл глаза, оцепенело повернул шею к нему и в ужасе произнес:

— Мое истинное тело — трава! Разве есть фрукты — это не то же самое, что есть собратьев по виду?!

После чего с характерным звуком выплюнул фрукт.

Лу Чжэнмин небрежно сорвал другой фрукт и надкусил его:

— Ты — духовная трава, рожденная с духовной силой. Хотя эти фрукты и содержат духовную энергию, они никогда не обретут собственный разум.

— А, неужели? — Мин Лай немного растерялся. — Но... ведь всё на свете может обрести дух.

В романах про культивацию всегда так и писали.

— Действительно может, но даже в таком месте, где изобилует духовная энергия, требуются сотни лет ничтожного тления, чтобы зародился разум, — удивился Лу Чжэнмин. — Разве это не общеизвестная истина, которую знают даже дети?

— А? О, да, конечно.

Прежний хозяин тела был слабоумным, и некоторые воспоминания у него перепутались, так что Мин Лай не сразу это вспомнил.

Он почесал в затылке:

— Просто вылетело из головы, ха-ха-ха. Едим, едим!

Лу Чжэнмин бросил на него взгляд, но ничего не сказал.

Мин Лай с чувством вины прижался головой к плечу Лу Чжэнмина. Неужели такая крошечная оплошность останется незамеченной?

Он попытался отвлечь внимание Лу Чжэнмина:

— Интересно, есть ли здесь что-нибудь вроде паровых булочек или риса? Так хочется поесть.

Лу Чжэнмин покачал головой:

— Лишь обычные смертные питаются зерном, практикующим бессмертие людям не подобает употреблять такое.

Мин Лай жалобно посмотрел на него большими глазами:

— Ой, но я так хочу.

Лу Чжэнмин вздохнул:

— Раз хочешь — ешь.

Он и раньше замечал, что Мин Лай любит поесть, и в этом не было ничего необычного. Некоторые практикующие даже после достижения полного воздержания от пищи не могли отказаться от кулинарных радостей и время от времени баловали себя ради удовольствия. Вот только он никак не ожидал, что Мин Лай питается вот так — совершенно как простой смертный, не пропуская ни единого из трех приемов пищи да еще и относясь к еде крайне щепетильно.

http://bllate.org/book/33197/4075159