Готовый перевод Cozy Days in the Infinite World / Уютные будни в бесконечном кошмаре: Глава 5

Чжан Юэ побледнела и кивнула.

Этот час с небольшим ушел лишь на осмотр квартиры, и ничего страшного, чего так боялась Чжан Юэ, не произошло, отчего она немного расслабилась.

Впрочем… она думала, что если они не будут приближаться к лифту, то ничего ужасного не случится.

***

Бай Фэннянь и Цинь Фэн только что привезли Бай Жуйсюэ домой и еще не успели выпить и чашки воды, как Цинь Фэну позвонил начальник. Бай Фэннянь не знал, кто был на другом конце провода, он лишь заметил, как в глазах Цинь Фэна на мгновение промелькнуло раздражение.

— Кто это?

— Коллега, — Цинь Фэн повесил трубку, покрутил кольцо на безымянном пальце левой руки и вздохнул: — Игроки обнаружили баг в игре, босс велел срочно возвращаться в компанию и всё исправить. Зря только отгул брал.

Бай Фэннянь моргнул: — Так ты еще вернешься ужинать?

Он бросил взгляд на Бай Жуйсюэ, который послушно сидел на диване, опустив голову и разглядывая собственные пальцы. Бай Фэннянь криво усмехнулся и сказал Цинь Фэну: — А я ведь собирался накрыть целый стол, приготовить всё то, что любите вы с Сяо Сюэ.

Услышав свое имя, Бай Жуйсюэ поднял голову и посмотрел сначала на Бай Фэнняня, а потом на Цинь Фэна. Перехватив его взгляд, Цинь Фэн виновато улыбнулся: — Боюсь, меня не будет весь вечер, так что ешьте без меня. Сяо Сюэ любит торты? Какой вкус тебе нравится, я куплю по дороге?

Бай Жуйсюэ ничего не ответил и лишь растерянно посмотрел на него.

Бай Фэннянь быстро справился с падением настроения и тут же вскинул руку: — Мне дуриановый слоеный!

— Ладно, а Сяо Сюэ? — Цинь Фэн снова перевел взгляд на Бай Жуйсюэ.

Бай Жуйсюэ отвел глаза и наконец тихо произнес: — Я не знаю. Любой.

Ему уже доводилось пробовать торт: на его день рождения бабушка купила в поселковой кондитерской крошечный кусочек, сокрушаясь, что он слишком дорогой. Под бабушкиным взглядом он послушно съел весь этот кусок до последней крошки и сказал, что очень вкусно, а бабушка радостно пообещала купить еще на следующий день рождения. На самом деле вкус был так себе: этот приторный масляный крем совсем не походил на облака, какими их описывали в книгах.

Однако он не стал отказываться от предложения Цинь Фэна, потому что ему вообще было трудно отказывать людям.

Таков был изъян его характера.

Бай Фэннянь понятия не имел, что младший брат не любит торты — он уехал на заработки в другую деревню еще подростком. Их разделяло не только пространство, но и время. Он был уверен, что Бай Жуйсюэ обожает сладости, потому что сам в свое время пришел в абсолютный восторг от первого же городского торта.

— Этот дуриановый слоеный такой вкусный! — с воодушевлением принялся расписывать Бай Жуйсюэ брат, активно жестикулируя.

Но стоило Цинь Фэну выйти за дверь, как его утрированная мимика и бурные жесты мгновенно улетучились.

Бай Фэннянь тяжело вздохнул.

Он словно сдувшийся воздушный шарик обмяк на диване.

Бай Жуйсюэ с недоумением посмотрел на него.

Близость между Бай Жуйсюэ и Бай Фэннянем была весьма условной — это было совсем не то кровное единение, что связывало его с бабушкой.

Разница в возрасте составляла двенадцать лет. Когда Бай Фэннянь ушел из дома, Бай Жуйсюэ едва начал себя осознавать.

Для Бай Жуйсюэ старший брат был скорее отвлеченным символом, чье имя вечно звучало в бабушкиных рассказах.

Бабушка вечно твердила ему: — Посмотри-ка, это твой брат прислал тебе одежду и учебники. И за учебу твою он платит, так что учись усердно, чтобы потом отблагодарить его.

Поэтому Бай Жуйсюэ до определенной степени зависел от Бай Фэнняня, но не более того.

На этот раз он не стал расспрашивать брата, с чего это тот вдруг помрачнел. Он просто протянул руку и легонько похлопал Бай Фэнняня по голове.

Лицо Бай Фэнняня странно исказилось, и он тут же перехватил его руку.

— Сяо Сюэ, мужчине нельзя просто так гладить голову.

Бай Жуйсюэ уставился на него своими черными, влажными и блестящими глазами. На его лице не отразилось ни единой эмоции, но в голосе прозвучало легкое недоумение: — Бабушка любила гладить меня по голове. К тому же ты ведь тоже так делал.

Бай Фэннянь лишился дар речи, но тут в его голове мелькнула спасительная мысль. Глаза его засияли, и он с улыбкой запустил обе руки в волосы Бай Жуйсюэ, принявшись ерошить их во все стороны.

— Детям голову гладить можно, а взрослым — нельзя!

— Ты только что был недоволен, — позволил брату потешаться над собой Бай Жуйсюэ. — Он же не навсегда ушел.

Отъезд Цинь Фэна не вызвал у Бай Жуйсюэ ни малейшей эмоции — для него этот человек был чужаком, лежащим за пределами сферы его забот.

Бай Фэннянь прекратил баловаться и принялся пальцами расчесывать волосы брата. У Бай Жуйсюэ от природы были мягкие вьющиеся волосы, за которыми ужасно трудно ухаживать. Терпеливо распутав пряди, Бай Фэннянь неторопливо произнес: — В твоем возрасте этого еще не понять.

— А когда мне исполнится столько же, сколько тебе, пойму?

Бай Фэннянь улыбнулся. Нет, поймешь, только когда заведешь парня.

Бай Фэннянь замолчал, и Бай Жуйсюэ тоже погрузился в тишину.

Приведя шевелюру брата в порядок, Бай Фэннянь заговорил вновь:

— Ладно, проехали. Я купил курицу, утку, рыбу и креветок. Вечером ужинать нам вдвоем, так что готовить много не стоит, хватит пары основательных блюд. Чего бы тебе хотелось?

Бай Жуйсюэ покачал головой.

Бай Фэннянь удивился: — Неужели ничего не хочешь?

Бай Жуйсюэ снова покачал головой и тихо пробормотал: — Мне всё равно.

Бай Фэннянь посмотрел на его бледное лицо, внезапно вспомнив, что тот сутки напролет провел в дороге и аппетита у него мог просто не быть. Напустив на себя строгий вид, он заявил: — Говори правду.

Бай Жуйсюэ заглянул ему в лицо, опустил глаза и произнес: — Аппетита нет, может, обойдемся без ужина?

— …Пошли! — Бай Фэннянь поднял брата на ноги, потянув за собой. — Поедим на улице! Я знаю одну замечательную закусочную, там потрясающие холодные блюда, особенно маринованные овощи с заправкой и мясо в специях, а еще у них подают невероятно освежающий сливовый отвар!

Бай Жуйсюэ уже один раз отказался, исчерпав весь свой лимит упорства. На второй раз у него не осталось никаких сил сопротивляться, и его послушно вывели за порог.

Ожидая лифта, они услышали, как кто-то поднимается по лестнице. Бай Фэннянь недовольно цыкнул: — Тц, это же седьмой этаж! Чего ради топать пешком вместо лифта? Что за причуды?

Ощутив на себе чей-то чужой взгляд, Бай Жуйсюэ машинально повернул голову и увидел стоящего у лестничного пролета юношу в красном спортивном костюме, черных шортах и белых кессах.

Его глаза казались стально-серыми, и в тусклом свете коридора от них исходил холодный блеск, свойственный дикому зверю.

Чужак, — мысленно охарактеризовал его Бай Жуйсюэ.

http://bllate.org/book/33000/4044751