Готовый перевод I Was Originally Mentally Ill / Я на самом деле псих: Новая жизнь в чужой семье: Глава 12

Хотя она так и говорила, выражение её лица оставалось напряжённым, и было очевидно, что она вовсе не считает это признаком улучшений.

Цзян Муюнь тихо покачала головой, и уголках её губ появилась слабая, горькая улыбка:

— Наверное, так.

Стоило очнуться, как она вернулась в прежнее состояние. Пусть она и не помнит их, но это ничего.

Сюй Чэнь нахмурилась. Сначала, увидев, что сестра целой и невредимой открывает ей дверь, она обрадовалась, но мгновение спустя радость сменилась тревогой.

Она спросила:

— Вы проверялись в больнице? Хочешь, завтра я схожу с ней на обследование?

Цзян Муюнь прислонилась спиной к перилам, её правая рука, казалось, что-то гладила в воздухе. Вечерний ветер трепал её волосы, она подняла руку и заправила за ухо выбившуюся прядь. Большая часть её лица оказалась скрыта волосами, поэтому эмоций было не разглядеть:

— Она не любит больницы.

Сюй Чэнь на мгновение замолчала:

— Но…

Цзян Муюнь повернула голову в сторону Сюй Чэнь и мягко произнесла:

— Не переживай, у меня всё под контролем. Раньше я уже просила Шутун заглянуть к нам, и та сказала, что её состояние совершенно нормально.

Лицо Сюй Чэнь немного смягчилось:

— Ну и славно. Сноха, тебе следовало мне сказать.

Цзян Муюнь помолчала какое-то время, закрыв глаза и чувствуя, как ветер касается её щек, а затем произнесла:

— Прости, я не знаю, во что в конце концов выльется её состояние, и не хочу снова отправлять её в такое место.

Услышав это, Сюй Чэнь долго молчала. Чуть позже она заговорила, хотя в её голосе уже не было прежней уверенности:

— Родители, конечно, поступили излишне резко, но ведь всё ради…

Она не смогла договорить.

Цзян Муюнь ничего не ответила. Она всегда была мягкой и заботливой, разговаривая исключительно тихим и нежным голосом, но сейчас её лицо выглядело несколько холодным. От неё не исходило той отчужденности и ледяной ауры, что была свойственна Сюй Синли, однако во всём её облике явно читался отказ — слушать это она не желала.

Сюй Чэнь шевельнула губами, после чего вздохнула:

— Сноха, тогда я пойду. Если что-нибудь случится, обязательно дай мне знать. Родителям я пока ничего не скажу: на самом деле они всегда очень переживали за мою сестру. Те методы, что они использовали раньше, были вынужденной мерой — они просто не хотели смотреть правде в глаза.

Не хотели признавать, что её сестра — бракованный товар.

Поэтому родители и завели её как запасного ребенка.

Цзян Муюнь лишь произнесла:

— Будь аккуратна по дороге.

Взгляд Сюй Чэнь слегка потускнел. Попрощавшись с Сюй Синли и Аньань, она понуро ушла.

Аньань рисовала. Сюй Синли вышла на балкон: погода нынче стояла хорошая, в небе сияли тонкий серп луны и горстка звезд, можно было даже заметить, как медленно плывут облака. Цзян Муюнь запрокинула голову, словно любуясь луной, а на самом деле просто подставляя лицо ветру. Услышав, что рядом кто-то появилась, она повернула голову.

Вспомнив, как только что держалась Сюй Чэнь, Сюй Синли осторожно поинтересовалась:

— Я что, не лажу с Сюй Чэнь?

Цзян Муюнь ответила:

— Она просто немного тебя боится.

Сюй Синли удивилась:

— Боится меня?

Цзян Муюнь непринужденным тоном пояснила:

— Потому что, когда ты молчишь, у тебя очень строгий и пугающий вид.

Лицо натянуто как струна.

Сама как кусок льда.

И порой в голосе совершенно не слышно эмоций.

Сюй Синли дотронулась до своего лица: неужели?

Сама она ничего такого не замечала, хотя и впрямь не производила впечатление человека, с которым легко сойтись.

Цзян Муюнь сменила тему:

— Сегодня после работы я заходила в детский сад. Воспитательница сказала, что Аньань немного замкнута и не любит разговаривать с другими детьми.

Аньань отдали в садик совсем недавно, и Цзян Муюнь никак не ожидала, что по возвращении та наотрез откажется идти туда снова, притом не желая ничего объяснять. К тому же у Сюй Синли тогда случился приступ, так что расспросить подробнее она просто не успела.

Сюй Синли повернула голову и посмотрела на Аньань, которая всё ещё возилась с рисунком, склонившись над журнальным столиком, а затем перевела взгляд на легко одетую Цзян Муюнь. Ее брови слегка сошлись на переносице, и она сказала:

— Я тоже расспросила Аньань.

Цзян Муюнь удивилась:

— Правда? И почему же она не хочет ходить в детский сад?

Сюй Синли не стала пересказывать слова девочки, а лишь отметила:

— Она считает тех детей малышами. Мы уже договорились, она будет ходить в школу, и завтра мы вместе отвезём её в детский сад.

— Вот и хорошо. Я боялась, что её кто-нибудь обидит, раз не обижают — значит, всё в порядке.

Цзян Муюнь успокоилась, но тут же, словно вспомнив что-то, подняла руку и поправила волосы, а в её голосе промелькнула некоторая неловкость:

— Шутун говорила, что у них в больнице недавно появились скидки, и нам оформили комплексное обследование для всей семьи. Могу я отвезти тебя и Аньань на осмотр в выходные? Можно?

Каждый раз Цзян Муюнь обращалась к ней так, будто они советовались, и Сюй Синли находила это забавным — неужели она могла бы отказать? Конечно нет, она бы не отказала.

— Разумеется.

В последнее время ей как раз нужно искать работу, так что медицинская справка пригодится для трудоустройства.

Сюй Синли предложила:

— Пойдём в дом, а то простудишься.

— Угу.

Вернувшись в гостиную, они увидели, что Аньань уже закончила рисовать, но её руки и лицо были измазаны красками — вылитый чумазый котёнок.

— Мама, я всё нарисовала!

С этими словами она подняла рисунок повыше. Цзян Муюнь взяла бумагу, бережно провела по ней пальцами и, состроив на лице выражение крайнего любопытства, наклонилась и мягко спросила:

— А что именно нарисовала Аньань? Расскажи маме.

— Звёздочки, белые облака и луну!

Цзян Муюнь улыбнулась. Сюй Синли тоже догадалась, что на рисунке изображена их семья из трёх человек. Присмотревшись поближе, она заметила, что из-за неумения изображать светящиеся объекты Аньань закрасила всё целиком. Дети не боятся ярких цветов, и палитра вышла предельно насыщенной и броской.

ярко-зелёные звёзды;

ярко-красные облака;

желтая, как утка, луна.

А рядом красовалось огненно-красное солнце.

Сюй Синли присела на корточки и, достав салфетку, принялась стирать краску с лица Аньань:

— Звёзды и луна должны появляться ночью. Посмотри на небо: когда темнеет, звёзды укладываются на облака и составляют компанию луне, а вся семья готовится ко сну.

Получив кисти в своё распоряжение, Аньань играла с ними без остановки, и время уже давно подбиралось ко сну.

Аньань потёрла глазки, чувствуя усталость. Немного подумав, она задрала личико и с искренним ожиданием и застенчивостью произнесла:

— Мамочка, а ты сегодня будешь спать вместе с нами?

Сюй Синли: «……»

Доброжелатель

Аньань смотрела на неё с абсолютной, наивной невинностью и чистым ожиданием в глазах. Она просто хотела, чтобы обе мамы спали с ней рядом, ведь именно так показывали в мультфильках, даже не подозревая, какие бури её простая фраза подняла в душах двух взрослых.

http://bllate.org/book/32980/4041380