Готовый перевод The Grand Princess Always Pretends to Be Poor and Weak / Актриса поневоле: Принцесса притворяется слабой: Глава 7

— Ты усердно учился книгам и премудростям вдали от дома, в будущем тебе предстоит служить двору и приносить пользу простому народу. Как твоя жена, разве могу я тянуть тебя назад? — трещала без умолку Вэнь Нинчжоу, неся сущую ложь. — У Чэнь-лана великие устремления, я горжусь этим и должна всемерно поддерживать тебя.

Чэнь Чанцин мысленно восхитился: истинная Дочь премьер-министра, благородная девица, до чего же разумна.

— Супруга моя.

Жена тебе в зубы!

Вэнь Нинчжоу не могла зажать Чэнь Чанцину рот, поэтому ей оставалось лишь мысленно пропуска мимо ушей его приторное обращение.

— Неужели супруга так легко отпустит меня? — с чувством произнес Чэнь Чанцин. — Как же я могу со спокойным сердцем оставить тебя одну в этой глуши?

Вэнь Нинчжоу поднялась на ноги и пустила в ход все свое актерское мастерство.

— Мужчина ростом в семь чи должен сначала отдать долг родине, а уже потом думать о возлюбленной, — неся откровенную чушь, Вэнь Нинчжоу смешала древние и современные цитаты.

Однако, несмотря на всю ее напускную важность и вескость каждого слова, чтобы пустить кому-то пыль в глаза, сперва нужно было убедить саму себя.

— Чэнь-лан — человек выдающегося таланта, ему подобает общаться со святыми мужами. С древних времен красавицы сбивали людей с толку, но я полагаю, что Чэнь-лан выше этого, — Вэнь Нинчжоу с закрытыми глазами расточала столь искусные дифирамбы, что это граничило с мистикой.

Чэнь Чанцин тоже взволнованно вскочил, подался вперед, намереваясь схватить Вэнь Нинчжоу за руку, но та ловким маневром увернулась.

— Жена права, — эмоции Чэнь Чанцина постепенно накалялись. — Получить такую жену — о чем еще может мечтать муж?

Восхищение в глазах Чэнь Чанцина было неподдельным, эту фразу он произнес от всего сердца.

Жаль только, что ему досталась непревзойденная мастерица театральных интриг — тут еще надо было посмотреть, кто кого превзойдет.

— Не смею надеяться до конца понять Чэнь-лана, моих скромных познаний не хватит, боюсь, я не достойна быть его задушевной подругой, — проговорила Вэнь Нинчжоу. — Чэнь-лану не нужно тревожиться о том, что происходит вне дома, обо всем в очаге позабочусь я.

— Раз уж я удостоился заботы Чэнь-лана, то уже всем довольна, — продолжала Вэнь Нинчжоу. — Как только Чэнь-лан уедет, я буду верно ждать его дома.

Глядя на Вэнь Нинчжоу, Чэнь Чанцин думал лишь о том, что такую женщину днем с огнем не сыщешь во всем мире — до чего же она понимающая и здравомыслящая.

А всё потому, что Вэнь Нинчжоу терпеть его не могла. Если бы девушка действительно всем сердцем привязалась к мужчине, разве смогла бы она оставаться столь холодной, отрешенной и равнодушной?

Но Чэнь Чанцину как раз нравилась такая не надоедливая знатная девица.

Его уверенность пошатнулась, оставался лишь последний шаг. Однако ему было чертовски жаль оставлять красавицу нетронутой, и три дня превратились в один.

Благородство и манеры Вэнь Нинчжоу были совершенно не похожи на то, что он видел в других женщинах, и Чэнь Чанцину искренне хотелось провести с ней еще пару дней.

Очевидно, потоки лести приятно щекотали его самолюбие, заставляя Чэнь Чанцина терять голову.

Лишняя ночь рядом — это лишняя угроза. Ради собственного спасения Вэнь Нинчжоу ни за что не могла позволить ему остаться.

Жажда выжить придавала ее мыслям невероятную остроту.

Не было такого позора, перед которым она спасовала бы, и такой роли, которую она не смогла бы сыграть.

Вэнь Нинчжоу была готова окончательно уронить лицо, лишь бы выпроводить его хвалебными речами.

— Эх, — горестно вздохнула она.

Воздохнув, она умолкла, тем самым пробудив у Чэнь Чанцина любопытство и жажду узнать продолжение, и лишь после этого заговорила:

— Если честно, отец пришел в такую ярость из-за нашей свадьбы вовсе не из-за твоего происхождения.

— Он ценит целеустремленную молодежь, а значит, и к Чэнь-лану отнесется по-особенному, — с напускным затруднением произнесла Вэнь Нинчжоу. — Мать же считает, что раз не было традиционного сватовства и открытого заключения брака, это проявило неуважение и ко мне, и к Поместью канцлера.

— И в мыслях не было выказывать неуважение к Поместью канцлера! — торопливо возразил Чэнь Чанцин.

— Я недостаточно хорошо подготовился к сватовству, оплошал, — Чэнь Чанцин опустил глаза, приняв жалкий вид. — Мои родители один за другим ушли из мира, и мне было не у кого перенять свадебные обряды.

Продолжая говорить, он сменил выражение лица, явив глубокую привязанность:

— Но стоило мне лишь увидеть тебя, как сердце мое воспылало страстью, и я возжелал взять тебя в жены. Видимо, я проявил излишнюю спешку и этим нагнал гнев на почтенного тестя.

Вэнь Нинчжоу подхватила:

— Если Чэнь-лан уйдет сегодня же, то когда отец пришлет людей, они сами поймут, как бережно и с каким почтением ты относился ко мне, не тронув даже пальцем.

— И тогда отец узнает, что Чэнь-лан — ученый муж, радеющий о Поднебесной, а вовсе не падкий на женскую красоту сладострастник, — продолжала Вэнь Нинчжоу. — И матушка поймет, что, связав свою судьбу с тобой, я проявила прозорливость.

— А вовсе не то, что я не могла дождаться, — Вэнь Нинчжоу чувствовала себя донельзя уставшей, ее актерский запал иссяк, ей безумно хотелось заговорить самым обычным языком.

Внушая через чувства, убеждая разумом и соблазняя выгодой, Вэнь Нинчжоу извела еще немало красноречия. Она уже порядком изнемогла от жажды, но в конце концов заставила Чэнь Чанцина решиться покинуть дом в этот же день.

Чэнь Чанцин собирал свои вещи в кабинете, а на полу все еще белели следы его недавней рвоты. Вэнь Нинчжоу не желала приближаться к этому месту, поэтому занялась другим делом — побежала на кухню мыть посуду.

Перед самым уходом Чэнь Чанцин несколько раз намекал, что Вэнь Нинчжоу могла бы проводить его в спальню, чтобы напоследок предаться нежностям.

Вэнь Нинчжоу ликовала в душе, но не смела выдать себя. Ей хотелось выстроиться рядочками и проводить этого подлеца бурными аплодисментами, а потому она прикинулась слепой и глухой, напрочь игнорируя все его намеки.

Многозначительно протянув, Чэнь Чанцин позвал:

— Жена.

Вэнь Нинчжоу улыбнулась:

— Счастливого пути, Чэнь-лан.

— Жена, твой муж отправляется в дальний путь, и неизвестно, когда мы свидимся вновь, — тоскливо и сентиментально протянул Чэнь Чанцин. — Разве жена не будет скучать по мужу? Только подумаю, что придется расстаться с тобой, и сердце начинает так сильно тосковать.

Стоит ей сделать вид, что она оглохла достаточно быстро, как вся эта слащавая чепуха перестанет ее догонять, и ее ушки останутся чистыми и непорочными.

После долгих уговоров Чэнь Чанцина наконец-то удалось проводить, и Вэнь Нинчжоу словно вся засияла изнутри.

Даже потерю одной сережки из комплекта она теперь воспринимала не так болезненно.

Чэнь Чанцин проявлял просто невероятную расчетливость даже по отношению к собственной жене. Он изначально полагал, что раз Дочь премьер-министра последовала за ним, то наверняка прихватила с собой немного тайных сбережений или драгоценностей.

В итоге же прежняя хозяйка тела не взяла ни гроша — прихватила лишь сменный наряд да свадебное платье, помчавшись за ним со всей искренностью.

Решив, что ценного при ней больше ничего нет, Чэнь Чанцин положил глаз на украшения, которые она носила на себе.

Сначала он вознамерился забрать и шпильку, и серьги: украшения Дочи премьер-министра, даже самые заурядные повседневные, непременно стоили порядочных денег.

Вэнь Нинчжоу с большим трудом отстояла хотя бы одну вещь, заявив, что она хрупкая женщина в чужих краях, без гроша за душой, да к тому же дома закончились даже рис и мука.

Впрочем, жалобы на жизнь особого действия не возымели, помогли лишь лесть и возвеличивание Чэнь Чанцина.

Тем не менее Чэнь Чанцин всё же утащил одну серьгу. В противном случае он продолжал бы надоедать ей до бесконечности, а Вэнь Нинчжоу не желала тратить время на препирательства и еще больше боялась, что промедление выйдет боком: если бы он передумал и решил остаться, потери перевесили бы всякую выгоду.

Пусть серьга послужит платой за аренду дома, в котором она пожила.

У самого Чэнь Чанцина водились деньги на дорогу: хоть его дом и казался обветшалым, кое-какие серебряные монеты у него имелись, иначе он не смог бы покупать еду на рынке.

Просто ему было жалко тратить собственные сбережения, и он вечно норовил поживиться за чужой счет.

Небо освобожденных земель было ясным и чистым, а народ освобожденных земель ликовал. Вэнь Нинчжоу напевала себе под нос, чувствуя, как сердце, что бешено колотилось с самого момента перемещения в этот мир, наконец-то немного успокоилось.

Вспомнив, что в доме нет ни риса, ни муки, ни зерна, ни масла, Вэнь Нинчжоу отправилась в задний двор к погребу посмотреть, что осталось из овощей.

Погреб представлял собой глубокую яму, вырытую в земле и присыпанную сверху слоем почвы. Вэнь Нинчжоу легко отыскала его, но спускаться туда ей было немного боязно.

Внутри зияла темнота, и она опасалась встретить там змей или насекомых.

Мнусь у входа в погреб, она невольно вздохнула: как же раньше было хорошо — взял смартфон или фонарик, посветил внутрь, и дело с концом.

Теперь же у нее появилось второе по счету сожаление с момента попадания в этот мир: почему прошлой ночью перед сном она не потушила свечу?

Судя по состоянию дома, отыскать вторую свечу вряд ли представлялось возможным, так что засыпать при горящей свече было верхом расточительства.

Поколебавшись еще с полминуты у входа, Вэнь Нинчжоу так и не решилась спуститься вниз. Страх перед темнотой и неизвестностью был заложен в человеческих генах самой эволюцией.

Она вернулась в спальню, соскребла ножом весь оставшийся в подсвечнике воск, собрала его в небольшую пиалу со сколотым краем, поднесла огонь и растопила свечной воск до жидкого состояния.

Пока масса не застыла, она отрезала небольшой кусочек тонкой пеньковой веревки и опустила в пиалу.

Самодельная свеча вторичной переработки была готова. Пламя оказалось совсем крошечным, слабым и трепещущим, грозящим погаснуть в любую секунду, но даже этот слабый огонек приносил столько душевного спокойствия.

Держа пиалу в руках, Вэнь Нинчжоу осторожно шагнула внутрь, надеясь раздобыть хоть какой-нибудь съедобной провизии.

Результаты вылазки в погреб, совершенной ценой преодоления страха, лишь убедили Вэнь Нинчжоу в том, что ей не следовало верить ни единому слову Чэнь Чанцина.

Овощи-то в погребе нашлись, но овощами их назвать уже было нельзя — они годились разве что на органическое удобрение, да и то с натяжкой.

Капуста сгнила, ямс тоже испортился, а бататы вымокли во влажной земле. Бегло окинув взглядом запасы, она поняла, что в лучшем случае удастся вырезать хотя бы один съедобный клубень.

Вэнь Нинчжоу была просто поражена бестолковостью этого тугодума Чэнь Чанцина: добрые соседи принесли овощи в подарок, а он бросил их в погреб и забросил вовсе.

Погреб он должным образом не запечатал, прикрыл на скорую руку. Пару дней назад, должно быть, шел дождь со снегом, вода затекла внутрь, и урожай полностью сгнил.

Еды в доме не осталось, и сидеть сложа руки было бесполезно — нельзя же сдаваться на милость судьбы. Вэнь Нинчжоу нужно было привести себя в порядок и выйти в город, чтобы оценить нынешнюю обстановку.

Она собиралась заглянуть на рынок в поисках способа заработать, чтобы хотя бы узнать, какие здесь вообще есть возможности.

Заодно стоило отыскать ломбард и заложить единственную ценную шпильку, чтобы выручить немного серебра на покупку предметов первой необходимости.

Лишившись телефона и часов, Вэнь Нинчжоу в этом совершенно незнакомом мире даже не представляла, который сейчас час.

Хоть она и собиралась на рынок, срываться с места сразу не стала. Во дворе стоял сарай для овец, где хранился всякий хлам прежних хозяев.

Чэнь Чанцин не занимался крестьянским трудом и не наводил порядок, поэтому Вэнь Нинчжоу решила раздобыть корзинку, чтобы ходить с ней за покупками. Обойдя дом дважды и ничего не найдя, она отправилась на поиски в хозяйственный сарай.

Внутри все было завалено горами разномастного хлама. Перебирая вещи по кусочку, Вэнь Нинчжоу решила попутно расчистить этот сарай: в дальнейшем здесь можно было бы завести мелкую живность или просто навести порядок для пользы дела.

http://bllate.org/book/32826/4017183