Готовый перевод Brother-in-law, Please Welcome Me / Зять, прими меня в свои покои: Глава 17

Ян Му, разумеется, понял, что Дин Сюй раздосадован: тот счел, что его добрые намерения втоптали в грязь. Пришлось смириться и догонять приятеля, ухватив его за рукав:

— Великий герой Дин Сюй, не бросайте же этого ничтожного!

Этот титул великого героя настолько польстил Дин Сюю, что тот, довольно хмыкнув, перестал сердиться и махнул рукой:

— Чего стоишь? Иди за мной.

— Слушаюсь, герой! — про себя Ян Му лишь вздохнул: ну и легко же подкупить этого мальчишку...

В середине трапезы явились люди из Резиденции Лин. Кормилица поклонилась присутствующим и передала маленькую хозяйку своему молодому господину:

— Малышка ни в какую не хочет есть, днем спать отказывается, всё капризничает и требует молодого господина Яна.

Дин Сюй и остальные уже давно привыкли к подобному. Они даже головы не повернули, продолжая неспешно обедать, разве что иногда прерывались, чтобы потешить капризную кроху.

Ян Му покормил Жунъэр, а затем, укачивая ее на руках, завел праздную беседу с тремя приятелями.

Дин Сюй, глядя на зевающую малышку, машинально понизил голос:

— Скоро Праздник середины осени, там наверняка будет весело. Ян Му, пойдешь с нами?

— Хорошо, — машинально отозвался Ян Му, вытирая Жунъэр рот.

Цин Пухао задумчиво перевел взгляд на Ян Му:

— Сын семьи Ван недавно докучал тебе?

— Ну да, вы же знаете, — в конце концов, с его-то внешностью подобные неприятности были лишь вопросом времени.

— В тот день будь осторожнее, — Цин Пухао помолчал и не стал продолжать.

Ян Му кивнул и покосился на Дин Сюя, у которого слегка нахмурились брови. Похоже, произошло что-то, о чем он не знал? И это касалось его самого...

— Ты в семью Лин нянькой нанялся или траур соблюдать? — Дин Сюй почувствовал себя неловко после собственных слов и поспешил сменить тему.

Ян Му не сдержал смешка:

— Жунъэр уже сейчас такая милая, страшно представить, какой красавицей вырастет. К тому же, говорят, дочки обычно похожи на отцов, а внешность моего зятя — выше всяких похвал. Я приношу ее к тебе, чтобы вы сблизились, разве это не удачный момент?

— Плюнь ты на это! — Дин Сюй смутился, но, сам не зная, что у него на уме, мгновенно вспыхнул до корней волос: — Если твой зять услышит такие речи, смотри, как бы он тебя до полусмерти не избил!

— Я же рискую собой ради друга, неужели это плохо? — поддразнил его Ян Му. — Жунъэр, ты любишь братика Дин Сюя?

Малышка, уже полусонная, услышав вопрос и увидев своего любимого дядюшку, тут же закивала и, потирая глазки, пробормотала:

— Люблю, очень-очень люблю...

У Дин Сюя глаза на лоб полезли. Сердце внутри так и прыгало, но он постарался сохранить невозмутимость:

— Мужчина и женщина должны соблюдать дистанцию, Жунъэр, не говори так при других.

— Фу, лицемерие! Значит, другим нельзя, а тебе можно? — не удержался Цин Пухао. — С происхождением Жунъэр ей без разницы, за кого выходить — за знатного или простолюдина. Лишь бы вторая жена Лин-гуньцзы не притесняла девочку. Да хоть в императорский род, хоть в купеческую семью — везде примут. — Он протянул руку и потрогал пухлую щечку ребенка. — У нее такой покладистый характер... Эх, мы уже стареем. Будь я на пару лет моложе, с радостью бы подождал несколько лет. Ян Му, как тебе мой младший брат? Он всего на пять лет старше Жунъэр.

Дин Сюй злобно зыркнул на приятеля, который и подкоп под него ведет, и намекает, что он старый хрыч, заглядывающийся на молоденьких. Так и хотелось растерзать этого мерзавца.

Ян Му поудобнее перехватил Жунъэр:

— Если у твоего брата нет никаких достоинств, то я хоть язык сотру, толку не будет. Юйдэ, а ты о чем задумался?

— Да так... сам знаешь, какие дела дома, — Чжан Юйдэ обычно был веселым и разговорчивым, но сегодня выглядел еще более хмурым, чем Цин Пухао.

— Придет беда — откроется и путь, доплывем до моста — дорога выпрямится, — услышав это, остальные трое решили больше не расспрашивать.

Перед ужином Линь Фу с портным постучались в Лотосовый сад и, подняв глаза, увидели молодого господина Яна, который снова барахтался в воде...

Линь Фу потер пульсирующую вену на лбу:

— Молодой господин, если вам нужны лотосы или семена, просто прикажите нам. Не стоит утруждать себя подобной работой.

— Жунъэр очень любит их, вот я и хочу сделать всё сам, — Ян Му выбрался на берег с корзинкой семян и корнями лотоса, в его глазах светилась теплая улыбка.

От этих слов у Линь Фу все упреки застряли в горле. Он лишь тяжело вздохнул:

— Если бы госпожа видела это, она бы успокоилась. — Какая мать не боится, что после её смерти некому будет заботиться о ребенке?

И в семье Ян, и здесь история повторилась: мать ушла, а дети остались одни. Жизнь их была нелегка, да еще и слуги обижали.

— Если бы сестра была жива, она бы ни за что не позволила мне носить Жунъэр, — Ян Му вернулся в комнату переодеться. — Управляющий Линь, зачем вы опять заказали мне одежду? Предыдущую я еще не успел сносить.

Линь Фу посмотрел на еще не до конца повзрослевшего юношу, и уголки его губ приподнялись:

— Скоро Праздник середины осени, господин приказал подготовить вам новые наряды. К тому же, после праздника похолодает, нужно заранее обзавестись теплой одеждой.

Ян Му вытер волосы и отбросил полотенце:

— Тогда побеспокою вас, управляющий. — Он встал, позволяя портному снять мерки. — Управляющий Линь, на праздник друзья из академии пригласили меня прогуляться по озеру, я могу вернуться немного позже.

— Хорошо, я запомнил. — Линь Фу наблюдал, как юноша крутится перед портным, и с каждым днем всё больше проникался к сыну семьи Ян симпатией.

Ян Му стал ему словно родной, он совсем не вел себя как избалованный господин. Перед уходом всегда предупреждал, куда идет и насколько задержится.

— Управляющий Линь, а что за человек второй сын семьи Ван? — Ян Му склонил голову набок, с любопытством глядя на него.

Линь Фу, не понимая причин вопроса, ответил как есть:

— Семья Ван — известные местные богачи. Второй сын, Ван Лянжуй, рожден от второй жены, и глава семьи его очень балует. Однако в народе поговаривают, что у него скверный нрав.

Этого краткого предостережения было достаточно, чтобы Ян Му согласно кивнул:

— Я тоже так думаю. Этот тип последнее время не дает мне прохода. А братец Чжоу как раз в отъезде... — Он обиженно надул губы.

Линь Фу приподнял бровь, внимательно разглядывая юношу.

Его и без того приятное лицо с каждым днем становилось всё более притягательным, черты — тоньше, а в движениях проступало всё больше врожденного обаяния. Сам юноша этого не замечал, но когда он вот так вскидывал брови, это выглядело как невольное искушение.

Хорошо еще, что такой парнишка оказался в Резиденции Лин, иначе в семье Ян с ним могло случиться всякое.

— Семья Ван нас побаивается. Пока ты не начнешь их задирать, всё должно быть... — подумал он, но всё равно с тревогой взглянул на Ян Му.

Конечно, их собственный господин был не только красив, но и имел достойное происхождение и владел боевыми искусствами. А этот юноша — пусть в его глазах и читалось некое неосознанное очарование, но больше всего подкупала редкая в наше время чистота души и живой блеск длинных миндалевидных глаз.

Неудивительно, что Чжоу Сюаньань уже несколько раз порывался покуситься на него.

— М-м... — Ян Му зевнул. — Когда сегодня придет Цинь Жун? Спать хочется.

— Скоро должен быть. — Линь Фу хлопнул себя по лбу, проклиная собственную недальновидность. Черт возьми, преподаватель игры на цине, которого он нашел, конечно, лучший в городе Аньсюань, но... старый управляющий молча опустил голову, едва не пустив слезу. Он тогда не придал значения выбору, просто бросил приказ найти лучшего мастера — и вот, пришел лучший учитель из самого Дома Фэнъюэ...

Оставалось лишь молиться, чтобы молодой господин Ян ничего не заподозрил и не набрался дурных привычек. Иначе господин точно прибьет его самого, а заодно и Ян Му добавит.

Старым костям такой двойной взбучки не пережить.

Портной убрал сантиметр и довольно улыбнулся:

— Молодой господин Ян, вы подросли еще на капельку!

Глаза Ян Му мгновенно загорелись:

— На сколько именно капелек?

— Вот на столько! — портной показал самый кончик мизинца.

Ян Му тут же понуро опустил уши и проворчал:

— Ну, всяко лучше, чем ничего!

Цинь Жун появился как раз в тот момент, когда эти двое стариков насмехались над тем, что мальчишка никак не вырастет. Увидев вялого, зевающего юношу, он с досадой сказал:

— А по мне, такой рост — это прекрасно. Когда тебя держат на руках, так и хочется проявить всю нежность...

Линь Фу от этих слов едва глаза не вытаращил. Он грозно глянул на Цинь Жуна, требуя прикусить язык, а затем с беспокойством посмотрел на Ян Му, который, не обращая ни на кого внимания, прильнул к перилам:

— Молодой господин Ян, мастер Цинь пришел, учитесь прилежно. Через пару дней господин сказал, что устроит вам проверку.

Ян Му жалобно пискнул и еще более подавленно поднялся:

— И почему вы все такие? Видите, что мне живется спокойно, и обязательно нужно подпортить настроение?

Когда все разошлись, Цинь Жун присел рядом с ним:

— Ведешь себя как ребенок, когда же ты повзрослеешь?

Ян Му совершенно серьезно посмотрел на него:

— Вообще-то, когда я вижу серьезных людей, я сам становлюсь предельно серьезным.

Цинь Жун приподнял бровь:

— Например?

— Например, мой зять! — отрезал Ян Му, не задумываясь.

Цинь Жун рассмеялся:

— Ты никакой не серьезный, ты просто как мышь перед котом — до смерти его боишься!

— Ошибаешься, я не боюсь. Уж лучше я буду бояться братца Чжоу, чем своего зятя, — Ян Му без энтузиазма перебрал струны циня. — Я просто не хочу иметь с ним ничего общего.

— Но он же твой зять, — Цинь Жун всё пытался его вразумить.

Юноша тут же возразил:

— Моя сестра умерла, нас больше не связывает ни единой медной монетки.

— Эх, как знаешь. Другие из кожи вон лезут, чтобы подобраться к этому Лин-гуньцзы, а ты от него бежишь. Непостижимо.

После урока, перед тем как попрощаться, Цинь Жун не удержался и напомнил:

— Ты договорился с кем-то об ужине в Праздник середины осени?

Ян Му, продолжая отрабатывать выученную технику, машинально ответил:

— С Дин Сюем, он сказал, что нужно всем собраться.

— Сын семьи Дин — это еще ладно, — парень он, конечно, не подарок, но ради друзей готов на всё, главное — у него нет никаких видов на Ян Му. — Но в эти дни будь осторожнее. Я слышал, как люди в Доме Фэнъюэ судачили о тебе.

— Хм, осмелели, значит, — Ян Му усмехнулся. — А ведь это лицо — сплошная головная боль.

— Не относись к этому легкомысленно. Ты сейчас временно живешь в Резиденции Лин, если что-то случится, никто не станет восстанавливать справедливость. В Резиденции Лин просто постараются всё замять, ведь такие вещи... — слишком позорны.

http://bllate.org/book/32550/3976880