Готовый перевод My Husband is a Sweet Boy / Мой милый избранник: Сказка о речном духе: Глава 8

— Это дядя Се, проходите в дом, садитесь, — круглолицая женщина, оказавшаяся женой старосты, госпожа Шэнь, выглядела крайне приветливой.

Она повела гостей во двор и, заметив прячущегося за спиной Се Чжиминя паренька, тоже выразила удивление:

— Из чьей же семьи этот паренёк, до чего же пригожий родился.

Дедушка Се с улыбкой последовал за женой старосты в дом и, услышав её слова, подхватил:

— Мы сегодня как раз из-за этого и пришли.

Госпожа Шэнь, услышав дедушку Се, не стала расспрашивать дальше и провела гостей в комнату к хозяину дома.

Вся большая семья Линь как раз сидела в главной комнате за утренней трапезой. Увидев пришедших дедушку Се и Се Чжиминя, женщины и дети с пиалами ушли во внутренние комнаты, оставив старосту беседовать с гостями.

Выслушав рассказ дедушки Се от начала и до конца, староста некоторое время задумчиво смотрел на казавшегося немного робким пареньком, прятавшимся за спиной Се Чжиминя.

Раз уж тот бежал от бедствий, приютить человека — не такая уж большая проблема.

Вот только он один не мог принимать подобные решения. Если действительно подыскивать этому пареньку семью, то, во-первых, нужно желание самого паренька, а во-вторых, требуется тщательные поиски: пареньки — это не обычные парни, и рядовые семьи вряд ли согласятся их приютить.

— К тому же, — понизив голос, сказал староста Линь дедушке Се, — по-моему, этот паренёк лицом вышел славный, да и возраст самый подходящий. Если попадётся семья с нечистыми помыслами и его защемить до смерти, это же грех перед небесами, потом самим со спокойной совестью жить не удастся.

Дедушка Се кивнул: он думал ровно о том же. Приведя паренька сюда, он как раз надеялся попросить старосту отыскать добрую семью — пусть не богатую, но честную и порядочную, чтобы могли дать кусок хлеба, и ладно.

Пока они разговаривали, маленький внук старосты приковылял с леденцом в руке и прямиком направился к Цин Ло, шмыгнув прямо ему в объятия и протягивая пухлые ручонки, чтобы угостить сладостью.

Цин Ло, прижимая к груди ребёнка, не знал, что и делать, и повернулся к Се Чжиминю.

— Сяо Пань... — только было начал Цин Ло.

Се Чжиминь тут же прервал его. Утром он забыл сказать Цин Ло, чтобы тот не звал его Сяо Панем, но стоило случиться чему-то непредвиденному, как Цин Ло норовил назвать его именно так.

— Сиэр, умница, этот леденец предназначен вон тому старшему брату? — Се Чжиминь наклонился и подхватил пухлого малыша на руки. Сиэр уже перешагнул годовалый рубеж и умел говорить, а услышав вопрос Се Чжиминя, согласно кивнул.

— Большое спасибо тебе, — Цин Ло взял леденец, протянутый Сиэром, и улыбнулся пухлому малышу.

Круглые глазки Сиэра сначала немного понаблюдали за Цин Ло, а заметив его улыбку, малыш от смущения уткнулся личиком в шею Се Чжиминя, вызвав всеобщий смех.

Видя, как сильно его внук привязался к Цин Ло, староста Линь и сам стал относиться к нему куда теплее, мягко осведомившись о желании самого паренька:

— Паренёк, а не хочешь ли ты остаться жить в нашей Деревне Дало?

Цин Ло изначально был речным зеленым моллюском из реки Деревни Дало. Он обитал здесь с самого момента обретения духовного сознания, и хотя деревенские жители не узнавали его, сам он находил лица многих односельчан очень знакомыми.

Услышав вопрос старосты, Цин Ло кивнул и тихо ответил, что хочет.

— Тогда хочешь, я подыщу тебе семью?

На этот раз Цин Ло не стал кивать сразу. Он посмотрел на старосту, затем на дедушку Се и Се Чжиминя и снова ухватился за полу одежды Се Чжиминя, которую только что было отпустил:

— Я хочу остаться с Сяо Панем.

Староста Линь замер и перевёл взгляд на дедушку Се:

— Это...

Он хорошо знал положение дел в семье Се: дед с внуком изо дня в день жили впроголодь, едва сводя концы с концами, откуда у них взяться лишнему зерну, чтобы прокормить ещё одного человека?

Дедушка Се и сам поначалу подумывал приютить Цин Ло, но потом, поразмыслив об укладе в собственном доме, испугался, что обидит паренька. Услышав слова Цин Ло, он мягко промолвил:

— Паренёк, если пойдешь за Сяо Панем, впредь тебе придётся питаться лишь пустой кашей да пресными лепёшками.

Каково же было удивление деда, когда Цин Ло решительно кивнул:

— Лепёшки вкусные, и каша тоже вкусная.

— Мин-важнец, ты как?.. — дедушка Се повернулся к внуку. В этом деле всё зависело от решения Се Чжиминя, хотя в глубине души старик был бы рад появлению ещё одного человека, который составил бы компанию внуку, а то тот вечно один да один.

Заметив, что все взгляды устремились на него, а стоявший за спиной паренёк сжимает край его одежды всё сильнее, словно боясь услышать отказ, Се Чжиминь замер.

В конце концов, именно по его вине этот человек не мог вернуться домой. Се Чжиминь слегка кивнул.

— Сяо Пань... — Цин Ло расплылся в улыбке, собираясь поблагодарить Се Чжиминя, но тот понизил голос и велел не называть его Сяо Панем. Так в детстве его ласково звал дедушка Се, но когда он вырос, это прозвище почти забылось.

Цин Ло всё ещё немного побаивался Се Чжиминя, а видя его суровый, запрещающий взгляд, ему оставалось лишь сменить обращение. Тихонько назвав его по имени, он выразил свою благодарность.

Раз дело уладилось, дедушка Се и Се Чжиминь не стали задерживаться и, забрав Цин Ло, отправились домой.

Обратная дорога была полна радости: и дедушка Се, и Цин Ло всю дорогу без умолку болтали, больше походя на настоящих деда и внука.

Если по пути сюда Цин Ло нервничал и потому толком не успел разглядеть Деревню Дало, то теперь он шёл вприпрыжку, вертя головой по сторонам и находя всё вокруг диковинным и новым.

Когда они уже подходили к дому, Цин Ло немного отста， засмотревшись на деревенские виды. Дедушка Се велел Се Чжиминю подождать и немного развлечь Цин Ло, а сам поспешил домой хлопотать по хозяйству.

Се Чжиминь не смел ослушаться деда и был вынужден остановиться неподалёку от Цин Ло. Стоя на меже рисового поля, он наблюдал, как паренёк набирает полную горсть полевых цветов и с улыбкой бежит к нему.

— Эти цветы такие красивые! Когда я жил в реке, мне так хотелось их сорвать, да только рук не было. Как же всё-таки хорошо быть человеком! — радостно произнёс Цин Ло, останавливаясь перед Се Чжиминем.

Се Чжиминь отвёл взгляд и холодно бросил:

— Что хорошего в том, чтобы быть человеком...

Если бы можно было выбирать, он бы предпочёл остаться речным моллюском на дне, ни о чём не думая и плыть туда, куда несёт речное течение.

Цин Ло не понял его и, склонив голову, заглянул Се Чжиминю в лицо:

— Разве быть человеком не здорово? Есть вкусные лепёшки и белая каша, можно собирать такие красивые цветы, и никто тебя не съест...

Встретившись взглядом с чистыми глазами Цин Ло, Се Чжиминь замолчал. Эту тропинку он проходил каждый день — то отправляясь щипать траву для цыплят, то поднимаясь в горы за лекарственными травами и дикими овощами. Полевые цветы на меже распускались из года в год в положенный срок, но он ещё ни разу не останавливался, чтобы полюбоваться ими.

— Держи, это тебе, — Цин Ло выбрал из букета самый красивый цветок и протянул Се Чжиминю.

http://bllate.org/book/32375/3950929