Готовый перевод [Transmigration into Novel] Ruthless and Rich / [Попаданка в книгу] Беспощадно богатая: Глава 29

Семья поужинала и теперь сидела в гостиной, болтая о разном. Госпожа Цзянь всё ещё выглядела обеспокоенной и спросила у Цзянь Циньцана, который, откинувшись на диване, что-то листал в телефоне:

— Если тебе не нравится та девушка, зачем ты с ней так хорошо обращался? Я слышала от Ваньвань, что ты никогда раньше так не относился к другим девочкам.

Пальцы Цзянь Циньцана замерли на экране. Он равнодушно бросил:

— Голова с ума сошла.

Цзянь Линьсюэ, сидевшая рядом, спросила:

— Ты правда не любишь Сюэ Бай?

— Не люблю, — Цзянь Циньцан отложил телефон. Увидев, что сестра собирается продолжать, он сразу добавил: — Никогда и не любил.

Цзянь Линьсюэ скривила губы:

— Только дураку такое поверить.

В голове у неё зазвучал голос системы:

[Цзянь Циньцан говорит, что никогда не любил Сюэ Бай. Тогда как объяснить его странные поступки раньше?]

Система тоже была озадачена:

[Честно говоря, мне тоже кажется, что Цзянь Циньцан совсем не похож на человека, который влюблён в Сюэ Бай. Но некоторые его действия тогда действительно выглядели подозрительно.]

Цзянь Линьсюэ удивилась:

[А что именно в его поведении не похоже на влюблённость?]

Система ответила без колебаний:

[Всё.]

Цзянь Линьсюэ не поняла. Она сама ничего такого не заметила — откуда система всё это знает?

Она прямо так и спросила. Система ответила с полной уверенностью:

[Потому что это совсем не похоже на сериалы.]

Цзянь Линьсюэ: …

***

Экзамены подошли к концу: Цзянь Циньцан сдал вступительные, а Цзянь Линьсюэ — свои итоговые. Половина каникул уже прошла, и за всё это время Сюэ Бай больше не появлялась.

Цзянь Линьсюэ лениво лежала на кровати и переписывалась с Цинь Шэном.

После того обеда в доме Цзянь что-то изменилось: Цинь Шэн стал присылать ей сообщения каждый день. Сначала они были сухими и неуклюжими — просто «доброе утро», — но со временем переписка стала естественной: он рассказывал, чем занимался, что ел, куда ходил.

Когда первое сообщение пришло, Цзянь Линьсюэ даже подумала, что номер ошибся: незнакомый контакт и одно-единственное слово «утро». Лишь позже Цинь Шэн позвонил. Он спросил, проснулась ли она, и, дождавшись ответа, спокойно сказал, что это было его сообщение. Цзянь Линьсюэ не знала, что ответить. Цинь Шэн тоже молчал. Так они просидели полчаса, слушая друг друга через трубку, пока к нему не обратился кто-то снаружи — и разговор оборвался.

Несколько дней спустя она почти перестала отвечать на его сообщения. Однажды утром он написал, но до вечера так и не получил ответа — и больше не присылал ничего. Перед сном раздался звонок. Она колебалась, но всё же провела пальцем по зелёной кнопке. Однако слов не находилось. После долгого молчания он тихо спросил:

— Ты сегодня расстроена?

В тот момент она не могла точно определить, что чувствует… Но с тех пор больше ни разу не оставляла его сообщения без ответа.

[У меня сегодня дела, не смогу писать. Ложись спать пораньше.]

Цзянь Линьсюэ долго смотрела на экран, потом ответила одним словом:

[Хорошо.]

Положив телефон, она ещё немного полежала, глядя в потолок, но вскоре стало скучно.

Она вышла из комнаты — и тут же столкнулась с Цзянь Циньцаном, который тоже как раз открывал дверь. Он был одет, явно собирался выходить.

— Брат, скоро ужинать будем, а ты куда собрался? — спросила она.

— Зовут Лу Цзэ с ребятами. Схожу ненадолго, — ответил Цзянь Циньцан.

Цзянь Линьсюэ кивнула. В голове тут же заговорила система:

[Сегодня, кажется, важный сюжетный поворот — та самая сцена, где Сюэ Бай затаскивают в бар!]

Цзянь Линьсюэ схватила брата за рукав и, прищурившись, сказала:

— Я так давно не видела брата Лу Цзэ и остальных! Возьми меня с собой!

Цзянь Циньцан легко щёлкнул её по носу:

— Мы идём в бар. Тебе нельзя — ты ещё несовершеннолетняя.

Цзянь Линьсюэ тут же обвила его талию и прижалась лицом к груди, пряча покрасневшие щёки от собственного наигранного каприза:

— Мне всё равно! Если не возьмёшь — я тоже никуда не пойду!

Про себя она уже ругалась на систему:

[Такое важное событие — и ты забыл мне сказать заранее?! Теперь я совсем не готова! Разве не надо было помешать их встрече? Как я теперь это сделаю?]

Система невозмутимо парировала:

[Я забыл. Но разве ты сейчас не мешаешь? Кажется, получается отлично.]

Цзянь Циньцан лёгким шлепком по затылку отстранил её:

— С ума сошла? Отпусти. В бар тебе нельзя.

Цзянь Линьсюэ подняла на него глаза:

— Не возьмёшь — расскажу родителям про твою «золотую клетку»!

Когда каникулы только начались, она из любопытства нашла ту самую элитную квартиру, куда Цзянь Циньцан регулярно наведывался. Как раз в тот момент он выходил из подъезда вместе с какой-то молодой девушкой. Увидев сестру, он так расширил глаза, что она до сих пор помнила его выражение лица. Он строго-настрого запретил ей рассказывать родителям и даже умолял. С тех пор Цзянь Линьсюэ не раз использовала этот козырь, чтобы заставить брата носить ей чай или делать другие мелкие поручения — и ни разу не проиграла.

Цзянь Циньцан стиснул зубы и снова сдался:

— Ладно. Но будешь держаться рядом со мной и никуда не сбежишь.

Машина Цзянь Циньцана остановилась у дверей уютного кафе.

— Это где? — Цзянь Линьсюэ взглянула на деревянную дверь, мягко освещённую гирляндой мелких лампочек, потом перевела взгляд на брата, уже толкавшего дверь внутрь.

Цзянь Циньцан фыркнул, обернулся и с насмешливой ухмылкой поднял бровь:

— Неужели думала, что я посмею сводить тебя в бар? Завтра отец ремнём отшлёпает меня до смерти.

Он распахнул дверь. Изнутри хлынули тёплый свет и тихая музыка, и даже стоя в дверях, становилось спокойно и уютно.

Цзянь Линьсюэ недовольно надула губы и последовала за ним. У окна в зоне кресел она увидела давно не встречавшихся Вэнь Ци, Лу Цзэ и Чэнь Чэнчэна.

— Братец Рыжий, брат Лу Цзэ, брат Чэнчэн, добрый вечер! — мило улыбнулась она.

Вэнь Ци, который до этого полулёжа откинулся на спинку кресла, тут же выпрямился:

— Почему всем «брат Лу Цзэ» да «брат Чэнчэн», а мне — «братец Рыжий»?! Ты что, дискриминируешь по цвету волос?! Я протестую!

Цзянь Линьсюэ, усевшись рядом с Цзянь Циньцаном, едва заметно улыбнулась:

— Да, именно так. Дискриминация по цвету волос. Не нравится — терпи.

Рыжий: …

Чэнь Чэнчэн сочувственно похлопал его по плечу и вздохнул:

— Я же говорил — не спорь с ней. Твой интеллект для этого не приспособлен.

— Да у тебя самого мозгов не больше! — огрызнулся Вэнь Ци.

Четверо весело перебрасывались шутками. Лу Цзэ сидел в стороне, листая планшет и изредка вставляя реплики в разговор.

В какой-то момент Цзянь Линьсюэ отхлебнула воды и сказала:

— Неужели мы будем сидеть здесь весь вечер? Скучно же.

Вэнь Ци подмигнул ей:

— Если бы тебя не было, твой брат, возможно, уже совершил бы —

Не договорив, он получил сильный шлепок по голове от Чэнь Чэнчэна. Тот, сделав вид, что недоумевает, произнёс:

— Я только что видел у тебя на голове какую-то гадость. Куда она делась?

Вэнь Ци, потирая ушибленное место, возмущённо зарычал:

— Ты просто завидуешь моей причёске! Признайся, Чэнь Лифан, тебе стыдно за свою лысину!

Чэнь Чэнчэн прищурился:

— Кажется, снова вижу… Дай-ка ещё раз помогу.

— Не трогай! — Вэнь Ци отпрянул назад, но всё равно выпятил подбородок: — Хочешь сказать прямо — завидуешь моей шевелюре! Не лезь ко мне!

Цзянь Линьсюэ смеялась, наблюдая за ними. Когда они наконец успокоились, она спросила:

— Ты ведь не договорил — «совершил бы» что?

Вэнь Ци открыл рот, но тут же почувствовал, как на него уставились все четверо. Особенно пристально смотрел Цзянь Циньцан. Он быстро ухмыльнулся:

— Конечно, совершил бы… финансовый крах! Сегодня же договорились, что он угощает!

Цзянь Циньцан отвёл взгляд и снова углубился в разговор с Лу Цзэ.

Те двое явно обсуждали что-то важное, тихо переговариваясь и тыча пальцами в планшет. Цзянь Линьсюэ, Вэнь Ци и Чэнь Чэнчэн заскучали и попросили официанта принести колоду карт — решили сыграть в «Дурака».

Сейчас шла четвёртая партия. Вэнь Ци трижды подряд был «дураком» и трижды проиграл. Цзянь Линьсюэ взяла последнюю карту из разложенной стопки. Вэнь Ци возмутился:

— Опять я?! Уже четвёртый раз подряд?! Не может быть такой неудачи! Вы что, сговорились и жульничаете?

Чэнь Чэнчэн бросил на него взгляд:

— Сам виноват — и глуп, и невезучий. Кого винить?

Вэнь Ци швырнул карты на стол:

— Нет, так не пойдёт! Вы точно сговорились! Иначе при моём уме и удаче я бы уже оставил вас без штанов! Перетасуйте! Я сам буду мешать!

Цзянь Линьсюэ, глядя на его надутую физиономию, рассмеялась:

— Ладно-ладно, перетасуй. Ты мешай.

Вэнь Ци повернулся к Чэнь Чэнчэну, сидевшему рядом.

Тот закатил глаза и положил карты:

— Ну давай, мешай.

Вэнь Ци быстро собрал все карты и начал энергично тасовать, перекладывая их снова и снова. Когда пришло время выкладывать «дурака», он несколько раз перекладывал карты, пока не остановился на том месте, где, по его мнению, всё было правильно.

Они начали раздавать. Цзянь Линьсюэ в пятый раз взяла последнюю карту из стопки «дурака».

Вэнь Ци: …

Цзянь Линьсюэ и Чэнь Чэнчэн: «Пфф!»

Вэнь Ци в ярости воскликнул:

— Чего ржёте?! В этой партии я точно выиграю!

Он с силой схватил карту, так что нижние сдвинулись, а одна даже упала на пол.

Вэнь Ци фыркнул, наклонился, чтобы поднять её, и вдруг замер, глядя в окно. Его лицо оживилось, глаза загорелись. Он обернулся к Цзянь Циньцану с таким воодушевлением, будто сплетница с рынка:

— Эй, Циньцан! Это же та самая официантка, в которую ты недавно втюрился! Как она теперь уже в баре работает?!

Как только он это сказал, все за столом повернули головы к окну.

Стекло было настолько чистым, что казалось, будто его вовсе нет. И из-за этого улица и кафе будто сливались в одно пространство.

Цзянь Линьсюэ и её компания увидели Сюэ Бай. Та тоже заметила их. Её талию обнимал пьяный мужчина с пивным животом и откровенно приставал.

Чэнь Чэнчэн цокнул языком и первым отвёл взгляд. Он посмотрел на Цзянь Циньцана, всё ещё хмуро смотревшего в окно, и с сарказмом произнёс:

— Оказывается, твои репетиторские услуги включают и такие «дополнительные занятия».

Цзянь Циньцан отвёл глаза, не ответил, лишь провёл ладонью по лбу, будто испытывая боль.

Цзянь Линьсюэ, сидевшая рядом, обеспокоенно спросила:

— Брат, у тебя голова болит?

Он покачал головой:

— Ничего страшного. Пройдёт.

Лу Цзэ отложил планшет, на лице появилось беспокойство:

— У тебя часто болит голова в последнее время. Может, сходить к врачу?

Цзянь Циньцан уже выглядел нормально. Он махнул рукой:

— Просто последствия того жара. Врач сказал — пройдёт само через пару дней.

Упоминание болезни вызвало у всех неприязнь. Вэнь Ци прямо заявил:

— Если бы не твоя болезнь, я бы тогда врезал тебе. И если бы я бил женщин, я бы и той твари дал по морде. За всю жизнь не встречал такой мерзкой девки — просто тошнит от неё!

Остальные молчали, но их лица ясно говорили: они полностью согласны.

Цзянь Циньцан лишь устало сказал:

— Ладно, со мной всё в порядке. К тому же я сам не пустил её в больницу. Не вините её.

Едва он произнёс эти слова в защиту Сюэ Бай, как лица Вэнь Ци и даже Лу Цзэ стали ледяными. Лу Цзэ прямо спросил:

— Скажи честно: ты хоть раз испытывал к этой Сюэ Бай хоть какие-то чувства?

Цзянь Циньцан раздражённо цокнул языком, нахмурился, откинулся на спинку кресла:

— Да сколько можно повторять? Не нравится она мне! Вы что, слепые? Неужели не видите, как она притворяется? Я просто находил её притворство забавным и не хотел менять репетитора. Сколько раз объяснять?

Система, всё это время наблюдавшая за происходящим, шепнула в голове Цзянь Линьсюэ:

[Судя по моему опыту изучения множества сериалов, если мужчина считает женщину «интересной», это уже начало влюблённости.]

Цзянь Линьсюэ посчитала это логичным и повторила вслух — ей нужно было точно понять, что чувствует брат.

Цзянь Циньцан бросил на неё презрительный взгляд:

— Мелкая, чего лезешь? Ты ещё слишком мала, чтобы это понимать.

— Линьсюэ права! — подхватил Вэнь Ци. — Почему это вмешательство? Мы же все свои. Признайся честно — нравилась она тебе или нет? Иначе твоё поведение тогда вообще не объяснить.

Остальные одобрительно закивали.

Цзянь Циньцан, ощущая на себе их пристальные взгляды, вздохнул и собрался было снова объяснить — но в этот момент к их столику подошла женщина.

http://bllate.org/book/3215/355931