Готовый перевод Ant Song Snake Venom / Смертельный зов: Муравьи и змеи: Глава 10

Уездный начальник был лет сорока с небольшим, с тонкими длинными усами, выдающимися скулами и весьма крысиным выражением лица. Сейчас он горько вздыхал, утирая слёзы:

— Государь всё ещё хворает, но даже на одре болезни думает о нашей префектуре Куйюань — это истинное счастье для всех жителей Куйюаня! Беда нависла над страной, и этот скромный чиновник, будучи отцом для народа, приложит все силы, отдав жизнь за родину. Прошу вас, бессмертный наставник, по возвращении в Цзинши замолвить за меня перед Государем пару добрых слов, дабы я мог выразить свою преданность...

Даочжан Ма погладил длинные усы:

— Разумеется.

В комнату вошел стражник и доложил:

— Ваша светлость, снаружи прибыли двое посланников Управления императорского города, говорят, они спутники бессмертного наставника.

Лицо Даочжана Ма переменилось, он ударил ногой назад и пинком разбудил Львиноголового Ваджрного Воина.

Префектурный судья испугался и одновременно обрадовался, повернувшись к даосу:

— Неужели и вправду объявились те двое?

Даочжан Ма изо всех сил изобразил великую радость:

— В моей поездке и впрямь сопровождал один чиновник из Хуанчэнсы. Я уж думал, он погиб минувшей ночью, какое счастье! Какое счастье!

Начальник поспешно распорядился:

— Так чего же вы ждете, зовите их скорее сюда!

И даос, и лиши смертельно перепугались: они отлично помнили, как прошлой ночью подожгли дома и перекрыли дорогу посланникам Хуанчэнсы, не оставив тем шансов на спасение. Теперь они опасались, что дело дойдет до ссоры — а ну как этот командир рассвирепеет, вытащит меч да и снесет им головы! Даочжан Ма украдкой покрепче перехватил метелку-фэньчэнь, лиши судорожно сжал рукоять палаша, лихорадочно сочиняя оправдания. И вдруг, увидев, что вошли всего лишь Ли Сы и Чжан Сан, оба явно с облегчением выдохнули.

Даос еще не успел раскрыть рта, как лиши выскочил вперед на шаг, ткнул пальцем в Ли Сы и принялся бранить:

— Ах ты щенок! Какую личину напялил, важную птицу из себя строишь! Ваша светлость, этот сопляк ничем не отличается от вояк на караульных постах у ворот, он всего лишь рядовой охранник нашего бессмертного наставника!

Ли Сы услышал это, вытаращил глаза, но открыл рот гораздо позже. Чжан Сан тут же бросился ему на выручку:

— Ах ты свиная харя! Кого это ты сопляком назвал? Здесь находится жетон Хуанчэнсы, разве твоей свиной пасти дозволено лаять здесь всякую чушь?

Лиши повернулся к уездному начальнику:

— Ваша светлость! Верно, этот малолетний мерзавец украл жетон у своего начальника...

Не успел он договорить, как Чжан Сан с резким звуком выхватил клинок! Обитатели зала испуганно вскрикнули. Чжан Сан широким шагом бросился вперед и мощным ударом отбросил лиши!

Тот попытался защититься, поставив палаш поперек удара, но от мощного удара отлетел на несколько шагов назад и с грохотом врезался в опорный столб главного зала. Деревянная рукоять палаша треснула пополам, ноги лиши дрожали так, что он едва держался на ногах, опираясь спиной о колонну. Его маска перекосилась, обнажая половину перепуганной свиной морды.

Чжан Сан бросился за ним следом, собираясь нанести добивающий удар. Молодой начальник стражи подоспел вовремя, загородив путь и отчаянно крикнув:

— Нельзя применять оружие!

— Люди! Эй, люди! — завопил уездный начальник, голося точно крыса от страха, и несколько стражников во дворе бросились во внутренние покои.

В этой суматохе Ли Сы сообразил, что момент настал, вытащил свой клинок и тоже бросился к Даочжану Ма, намереваясь в общей неразберихе порубить того на куски. Даочжан Ма истошно завопил, запетляв вокруг столов и стульев словно безумный, казалось, он от страха готов был изрыгнуть пламя!

— Посланник Ли! — внезапно окликнул его Чжан Сан.

Острие клинка Ли Сы зависло прямо перед носом даоса, вовремя остановившись.

— Еще не время! — произнес Чжан Сан.

Ли Сы растерянно оглянулся на него, хотя и недоумевал, но послушно отступил на шаг. Даочжан Ма воспользовался моментом и на четвереньках умчался за спину уездного начальника, а восемь стражников со свистом выбежали вперед, плотным кольцом закрывая судью и даоса.

Чжан Сан тем временем продолжал стоять лицом к лицу с молодым начальником стражи, скрестив клинки. Заметив напряженное до предела выражение на лице юноши, он примирительно улыбнулся, отчего молодой начальник стражи лишь крепче вцепился в рукоять меча.

Чжан Сан убрал клинок, перевернул его обратным хватом и, сложив руки в приветствии, обратился к молодому начальнику стражи:

— Прошу прощения, не держите зла. Просто та свиная морда за вашей спиной несла полную чушь, без затрещины тут было никак не обойтись.

Юноша напряженно смотрел на него, а затем скосил глаза на Ли Сы.

— Посланник Ли! — повысил голос Чжан Сан. — Я помог тебе закрыть свиную пасть! А теперь доложи всем подробно, что за история с твоим жетоном?

Ли Сы опустил меч, поклонился уездному начальнику, извлек из-за пазухи жетон Хуанчэнсы и продемонстрировал его начальнику, наконец получив возможность обстоятельно все объяснить:

— Ваша светлость, прошу прощения за беспокойство. Этот жетон перед смертью вручил мне командующий Хуанчэнсы. Он передал мне секретное письмо и возложил на меня обязанности посланника, наказав непременно доставить его префектурному судье Чжану в Куйюань.

Чжан Сан громко добавил:

— Все слышали? Если бы он украл этот жетон, откуда бы ему знать про секретное письмо? И откуда бы ему знать, кому именно его передать?

Лиши за спиной молодого начальника стражи задрожал:

— Да, да может, он и секретное письмо тоже украл, а про судью просто выдумал!

Чжан Сан вздохнул и снова взялся за клинок:

— Видимо, твою свиную пасть и вправду придется распороть...

Лиши испуганно завизжал: — И-и! А молодой начальник стражи отчаянно закричал: — Нельзя применять оружие! Нельзя применять оружие!

Уездный начальник, прячась за спинами стражников, завопил:

— Хватит! Прекратите все! Я всё понял! Это недоразумение! Главный судья нашей префектуры Куйюаня действительно носит фамилию Чжан. Я вижу, что этот господин хоть и молод, но долго жил в Цзинши — он никак не мог заранее узнать о делах префекта, значит, это и вправду воля покойного командующего! А страж просто погорячился, вышло недоразумение, он не со зла пытался чинить препятствия обоим господам! Вы оба и бессмертный наставник — дорогие гости нашего уезда, прошу вас, уберите оружие!

Раз уж уездный начальник решил сгладить острые углы, все, разумеется, были только рады. Чжан Сан и Ли Сы убрали мечи, даос с трудом принял прежний вид великого небожителя и, слегка дрожа коленями, вернулся на свое кресло. Молодой начальник стражи и стражники также убрали оружие, оставшись ждать поодаль.

Лишь Львиноголовый Ваджрный Воин, поймав на себе скалящийся взгляд Чжан Сан, от искраха прижался к опорному столбу точно блин из свиного фарша, не смея даже шевельнуться.

Начальник велел поднять опрокинутую курительницу и попытался вновь водворить мир и покой в клубящемся дыму благовоний. Увы, все присутствующие были чрезвычайно напряжены, и разговор никак не клеился. Начальник учтиво предложил Чжан Сан и Ли Сы остановиться во флигелях уездной управы — в тех комнатах обычно размещались канцелярские писцы — но Чжан Сан вежливо отказался, заметив, что они проведут ночь на городской постоялой станции.

Тогда начальник отправил двух стражников проводить их до постоялого двора и устроить на ночлег.

Как только они скрылись из виду, начальник принялся усердно успокаивать перепуганного Даочжана Ма.

Затем он подозвал молодого начальника стражи и тихо приказал:

— Эти двое задрали нос от мнимого величия, ведут себя нагло и явно замышляют недоброе — ты должен поручить людям тщательно за ними следить. За день-два найди какой-нибудь предлог и поскорее выпроводи этих двух чумных божков из города.

Молодой начальник стражи кивнул в знак согласия, отдал честь и удалился.

Едва он вышел в главный зал, как тот самый молодой писец, ускользнувший ранее, снова вынырнул из-за угла и схватил начальника за рукав.

— Братец Учжи! Нам конец!

Молодец потащил его за собой и на ходу спросил:

— Что случилось?

— Этот паршивый даосишка удумал обучать некое боевое построение Пяти элементов, велел нашему господину начальнику сыскать пятьдесят мужчин, рожденных под знаком огня — неважно какого звания и ремесла, набрать всех в солдаты, чтобы они день и ночь сидели в медитации, впитывая ци и постигая даосские искусства. А когда явится Армия Сяо, он намерен распахнуть городские ворота и бросить этих пятьдесят человек навстречу врагу...

Молодой начальник стражи нахмурился:

— Да это же безумие! Простые люди лишь слегка прикоснулись к даосским практикам, они и меча-то в руках держать не умеют, как они пойдут в бой?

— И я о том же! Кто в своем уме такое одобрит? Но неведомо какими чарами он опоил нашего начальника, тот и впрямь поверил! Приказал мне сегодня же ночью перетряхнуть все списки домохозяйств...

Начальник стражи встревожился и резко остановился. Писец с криком «айя!» врезался ему в спину, оттолкнувшись от жесткого панциря из папье-маше. Начальник подхватил его за талию, возвращая в равновесие.

— Цел?

— Цел-цел, да что же теперь делать-то, братец Учжи! Сходи к нашему старику, может, уговоришь его...

Начальник стражи вздохнул:

— Сам же знаешь, становой начальник терпеть не может таких вояк, как я, я и грамоте-то толком не обучен, о каких высоких материях даосизма с ним говорить? Вот если бы старый канцелярский писец Чэнь еще служил, он бы, глядишь, отговорил его.

Писец сокрушенно покачал головой:

— Отец в эти дни места себе не находит из-за осады Куйюаня, кашляет ночами напролет, уснуть не может. Я и сказать-то ему боюсь, он сейчас с постели встать не в силах, как бы от переживаний...

Начальник стражи прижал его за плечи, успокаивая:

— Старому Чэню ничего не говори, я что-нибудь придумаю.

С наступлением сумерек стражники доставили Чжан Сан и Ли Сы на постоялый двор в западной части города. Смотритель выделил им скромную комнатку и подал нехирую утреннюю снедь — две пиалы янтарно-желтой пшенной каши, две паровые лепешки без начинки да блюдечко солений.

(Примечание: паровые лепешки в государстве Сюань бывают разными: лепешки с начинкой напоминают баоцзы, а лепешки без начинки — пампушки-маньтоу).

Ли Сы устроился за столом, оглянулся на стражников, застывших у ворот во дворе, и в нерешительности замер. Чжан Сан первым ухватил паровую лепешку, затолкал ее в рот и с набитыми щеками пробормотал:

— Ешь давай! Этот префектурный начальник труслив как заяц, у него кишка тонка отравить такого маленького посланника.

Услышав это, Ли Сы без опаски уткнулся лицом в большую пиалу с пшенной кашей и принялся беззвучно хлебать. Заметив его покладистую манеру трапезничать, Чжан Сан невольно снова улыбнулся:

— Ишь какой осторожный! А поутру не побоялся отведать моих лепешек с бульоном?

Ли Сы уткнулся носом в пиалу, сосредоточенно поглощая кашу, и ничего не ответил.

Чжан Сан продолжил поддразнивать его:

— Вчера я еще не знал, а ведь ты, оказывается, наставник из Армии стражи дракона? Чему же ты их учишь?

Ли Сы по-прежнему хранил молчание, осушил половину пиалы за один присест, отставил посуду, тщательно вытер рот и только после этого произвел:

— Стрельбе из лука и арбалетов... еще учил строиться, боевым искусствам и фехтованию.

Чжан Сан повеселел:

— Ого, скольковсего! Да ты, часом, не главный ли наставник?

Ли Сы покачал головой:

— Я наставник по стрельбе из лука и арбалетов. А наставники по рукопашному бою, мечу и строю вечно были заняты, вот они и просили меня подменять их.

Улыбка на лице Чжан Сан смазалась:

— Эх ты, глупыш, да они же просто пользовались твоей простотой.

Ли Сы озадаченно наклонил голову набок: второй дядя говорил точно так же, и даже ссорился с теми наставниками. Но сам Ли Сы не считал это за обиду — наставники ведь не били и не бранили его, не дразнили обидно, разве ж это притеснение?

В дни отдыха он предавался тренировкам дома, заняться ему было особо нечем, так что сходить на Плац и потренировать людей ему даже нравилось.

Правда, после того как второй дядя поругался с наставниками, он стал часто брать его с собой за сладостями в городские лавки во время отгулов.

Есть сладости тоже было приятно, если не считать того, что по возвращении домой приходилось выслушивать нагоняй от бабушки — во всем остальном было просто прекрасно.

Ли Сы внимательно глядел на Чжан Сан, ожидая новых расспросов. Чжан Сан наконец заметил его привычку: во время еды не говорить, а во время разговора не есть, и поспешно махнул рукой:

— Ладно, ладно, ешь спокойно! Больше не буду спрашивать!

Тогда Ли Сы снова уткнулся в пиалу.

Вдруг стражники у входа куда-то исчезли, а во дворе возникла знакомая фигура. Пришелец издалека сложил руки в почтительном поклонении и произнес:

— Приветствую обоих господ начальников!

http://bllate.org/book/31984/3905463