Готовый перевод Fierce Husband in Another World / Суровый муж из иного мира: Укрощение зверя: Глава 11

Смерть Хари подтолкнула волну паники в маленьком городке к самой вершине.

Люди всегда с восторгом судачили о странных, жутких происшествиях, ища в этом свою долю острых ощущений и удовлетворения, но когда нечто подобное происходило прямо у них под боком, это возбуждение мгновенно оборачивалось страхом.

Городских стражников можно было пересчитать по пальцам одной руки. Здесь всегда царило умиротворение, все знали друг друга в лицо, и поводы для вмешательства стражи возникали крайне редко.

Сила оборотней тоже делилась на уровни; те, кто обладал благородным происхождением и грозными звериными формами, были поистине редки. Хотя Хари уже вступил в преклонные годы, в прошлом он оставался сильнейшим оборотнем в городке.

Его истинной формой был леопард — он обладал колоссальной взрывной силой и двигался невероятно быстро. Но теперь он был мертв. Его, как и Лукаса, распороли от горла до живота.

Младший стражник Вов бросил его и сбежал в одиночку.

Горожане не стали винить парня, ведь этого Белого волка, едва достигшего совершеннолетия, напугали до полусмерти. У него даже проявилась избирательная амнезия: как он ни старался, он не мог толково описать, как выглядело чудовище, растерзавшее Хари. Он лишь дрожал бледными губами и бессвязно повторял одно и то же: это было слишком страшно, это настоящее чудовище.

Шань Цзю узнал о смерти Хари через коммуникатор, оставленный Вовом.

Из динамика доносился разъяренный голос старосты. Цзя Я скривил рот, подергивая ногой, и с раздражением слушал, как отец кроет его отборной руганью на чем свет стоит, попутно многократно предупреждая, чтобы он не смел шляться по лесу в одиночку.

Оборотни и полуоборотни городка собрались вместе в качестве добровольцев, решив выследить кровавого убийцу, затаившегося в лесу.

— Твой отец очень переживает за тебя, — Шань Цзю потрогал свое занывшее ухо.

— Старый назойливый хрыч, — Цзя Я с досадой отключил коммуникатор. Было ужасно стыдно показываться Шань Цзю в таком жалком виде.

И ладно бы Шань Цзю просто стал свидетелем этой сцены — но с какой стати этот мужчина с мокрой шваброй в руках смотрел на него с таким чертовым выражением лица, словно говоря: «Ох уж эти трудные подростки в периоде полового созревания»?

Мужчину со шваброй звали Рейно.

Рейно добросовестно домыл последний угол хижины, и его высокая мощная фигура отчетливо выделялась на фоне хмурого неба.

Собирался дождь.

— Ты только что сказал, что молодые оборотни из городка отправились в лес толпой? — внезапно подал голос Рейно.

Он редко заводил разговоры первым, но стоило ему заговорить, как он тут же привлек к себе всё внимание Шань Цзю и Цзя Я. Оба синхронно повернулись к нему, ожидая продолжения.

— Я советую вернуть их в город.

— Что ты имеешь в виду? — За последние несколько дней погибли двое их знакомых, и хотя внешне Цзя Я старался держаться, на душе у него было крайне тревожно.

С тех пор как Рейно вошел в лес, он ни разу не почувствовал ауры чужаков. Это доказывало, что противник не собирался углубляться в чащу — иначе они с Шань Цзю непременно стали бы его главной мишенью. Но кровавая резня неизменно происходила на опушке леса, совсем недалеко от городка.

Возможно, это означало, что целью врага была вовсе не эта глушь, а то уютное и тихое селение.

Рейно посмотрел на Шань Цзю: под его глазами залегли бледные тени, отчего красивые глаза казались менее яркими.

Хотя Шань Цзю ничего не говорил, Рейно знал, что тот последние пару ночей глаз не сомкнул. По мнению Рейно, Шань Цзю был всего лишь беззащитным Субавером. Стоило ему узнать о смерти Лукаса, как он потерял сон, и Рейно догадывался, о чем тот тревожится.

Рейно посмотрел на него со всей серьезностью и произнес низким голосом:

— Шань Цзю.

— М?

— Если я разберусь с этим бесчинствующим оборотнем, в награду ты возьмешь на себя половину работы по дому?

Шань Цзю:

— А?

— Идет, — бросил Рейно.

Шань Цзю:

— ……

Рейно слегка развернулся боком, и тусклый свет упал на его резкие, мужественные черты лица, придавая ему внушительный и грозный вид. Бросив взгляд на безлюдный и бескрайний лес за окном, Рейно на мгновение замолк.

Спустя пару ударов сердца он озадаченно посмотрел на Шань Цзю:

— Мне взять тебя с собой или оставить дома?

Шань Цзю заскрежетал зубами:

— Не мог бы ты перестать говорить такие двусмысленные вещи с таким праведным выражением лица?

— Двусмысленные? — Рейно посмотрел на него, его золотистые глаза были полны непонимания.

Шань Цзю махнул рукой:

— Забудь.

Он раздраженно взъерошил волосы.

Он всего лишь хотел вести спокойную и размеренную тихую жизнь, но судьба вечно играла с ним злую шутку, заставляя засыпать по ночам со страхом в сердце.

Судя по всему, им с Рейно было суждено ввязаться в эту мутную историю. Но проблема заключалась в другом… он понятия не имел, что ему делать. Выкопать уютную ямку и закопать самого себя? А потом, когда станет безопасно, самостоятельно раскопать грязь и вылезти наружу?

Рейно был кадровым военным, прошедшим через горнило войн, и определенно разбирался в подобных ЧП куда лучше него. Но этот мужчина, над которым висело обвинение в измене Родине, вот так запросто выставил себя напоказ перед всеми… Какая разница между этим и добровольной сдачей властям?

Шань Цзю все еще отказывался верить в то, что в городке все поголовно пропустили ту новость, хоть она и промелькнула на экранах лишь на мгновение.

— Малыш Шань Цзю, если ты и дальше будешь так драть свои волосы, то облысеешь.

— Облысение — результат избыточной секреции мужских гормонов, это признак мудрости и гордость настоящего мужчины. — Шань Цзю скосил глаза на Цзя Я и вдруг замер: — Ого, да ты ведь и сам лысый?

Ярость окрасила лицо Цзя Я в багровый цвет. Он ткнул себя в голову толстым коротким пальцем и взревел наотмашь:

— Ты хоть раз с самого порога посмотрел на меня по-человечески?! Какая к черту лысина, это же шлем!

Взбешенный, он сорвал с головы шлем и швырнул его на пол; ни в чем не повинный предмет со стуком откатился в угол.

— Кто лысый? Кто здесь лысый?!

— Рейно, мне нужен зонт, — Шань Цзю посмотрел на мужчину рядом.

Мужчина ответил ему вопросительным взглядом.

— Слюна Цзя Я опаснее проливного дождя, я сейчас промокну насквозь.

Цзя Я резко захлопнул рот, его лицо залилось краской. Шань Цзю всегда умел безошибочно надавить на его самые болезненные точки, вызывая непреодолимое желание взять и впечатать его в пол.

К счастью, Рейно вовремя заслонил Шань Цзю своей спиной, словно прочная и надежная стена.

Этот величественный силуэт заставил сердце Шань Цзю трепетать, и он решил… немного сократить нагрузку Рейно по дому.

В конце концов Цзя Я прислушался к совету Рейно. Он достал коммуникатор и, опередив гневный вопль отца, изложил ему план Рейно.

Староста, проявив мудрость и величие, после недолгих раздумий приказал половине оборотней вернуться в городок для защиты жителей, после чего смачно харкнул и продолжил оглашать Цзя Я новую порцию яростной брани… пока тот решительно не сбросил вызов.

В самый последний момент перед выходом Рейно все же решил взять с собой Шань Цзю. Несмотря на то, что Шань Цзю с крайне недовольным видом заявлял, будто с куда большим удовольствием спрячется под кроватью в ожидании его возвращения, оставлять его одного в деревянной хижине Рейно не хотел.

— Возьми это, — Рейно достал из маленького шкафчика пистолет, а затем выудил из глубин другого ящика несколько патронов.

Шань Цзю нахмурился, разглядывая оружие:

— Когда это ты успел спрятать патроны там?

Конечно же, в те моменты, когда ты спал крепко, как поросенок.

Рейно загнал патроны в магазин, протянул оружие Шань Цзю и спросил:

— Умеешь пользоваться?

Холодный металл коснулся кожи, Шань Цзю взял пистолет, чтобы оценить вес — он оказался намного тяжелее, чем предполагалось. Подняв дулó, он склонил голову набок и спросил Рейно:

— Вот так? Нажимать сюда?

— Угу, — Рейно на секунду замолк. — Лучше держи двумя руками.

— Ох, вот так?

Рейно кивнул.

— Послушай, малыш Шань Цзю, — уголки рта Цзя Я задергались. — Не мог бы ты перестать целиться в меня? Я тебе не мишень.

— Ой, прости, — Шань Цзю опустил руку и улыбнулся. — Я случайно.

Цзя Я:

— ……

Рейно бросил взгляд на Цзя Я и произнес:

— Веди дорогу.

— Куда?

— К лесной опушке, в сторону городка.

— Выбирай выражения, думаешь, ты тут самый умный, как малыш Шань Цзю? С какой стати тебе командовать мной?

Голос Рейно прозвучал небрежно и тихо:

— Ты забыл свой шлем в хижине.

Легкий ветерок подул свежестью, и Цзя Я пробрало до самых пят.

Шань Цзю в очередной раз бессовестно захихикал.

При мысли о том, что им, возможно, придется столкнуться со свирепым и кровожадным зверем, Шань Цзю плотно пристроился за спиной Рейно, превратившись в неотступный и неотделимый хвостик.

Поначалу Рейно шагал широким шагом, но, заметив, что Шань Цзю семенит позади, то спотыкаясь, то отставая, подстроился под его темп и сбавил скорость.

Шань Цзю бесился — он ни за что на свете не признал бы, что дело в его коротких ногах!

Серое небо давило так низко, казалось, стоило чуть приподнять голову — и коснешься туч.

Извилистая тропинка, ведущая к городку, заросла бурьяном. В лесу стояла тишина, нарушаемая лишь стрекотанием цикад да их тремя шагами, сливающимися в беспорядочный шум. Долго продвигаясь в молчании, они наконец увидели впереди очертания городка.

Городской ландшафт был узким и вытянутым, и отсюда открывался отличный обзор на всю планировку.

Рейно остановился. Окинув взглядом кромку леса, он заметил с десяток собравшихся вместе оборотней — издалека они выглядели весьма внушительно.

Те, судя по всему, тоже заметили троицу, и издалека донесся полный сил и ярости рев:

— Паршивец! Где тебя носили черти все эти дни?!

— Не твое дело, старый хрыч! — не остался в долгу Цзя Я.

Цзя Я и его отец были похожи как две капли воды, разве что на голове отца красовались острые роги, на лице залегли следы прожитых лет, а в глазах читалось куда больше хитрости.

А Цзя Я был еще несовершеннолетним… он еще не обзавелся своим главным подарком к совершеннолетию — острыми рогами, предназначенными для защиты головы.

Шань Цзю инстинктивно шагнул вперед, прикрывая собой Рейно, хотя и понимал, что от этого мало толку: при его росте он мог загородить разве что туловище Рейно ниже головы. Его лицо, засветившееся в новостях, все равно осталось бы полностью на виду.

Разумеется, в этот раз Шань Цзю явно перестраховался.

Никто из присутствующих не узнал Рейно.

Большинство горожан знали Шань Цзю как несчастного Субавера, заброшенного ветром судьбы в их глушь, над которым измывался, но при этом страстно любил властный сын старосты.

Что же до самого старосты, тот был не слишком доволен Шань Цзю. Причина крылась в том, что этот Субавер выглядел недостаточно крепким, и если бы его сын действительно связал с ним жизнь, в будущем у них наверняка возникли бы проблемы с продолжением рода…

После того как Шань Цзю с невинным видом сочинил для Рейно запутанную, трогательную и полную лишений историю выживания, все присутствующие с огромным удовольствием приняли нового товарища в свои ряды.

Как только толпа вновь загалдела, возобновляя обсуждение недавней трагедии, Рейно внезапно протянул руку, притянул Шань Цзю к себе и поставил перед собой.

— Что такое? — тихо спросил Шань Цзю.

— Я чувствую его. Совсем близко, — едва слышно шепнул Рейно ему на ухо.

У Шань Цзю по спине пробежал холодок, он машинально огляделся:

— Ты уверен? И при таком скоплении народа оно посмеет показаться?

— Не оно. Они.

Рейно выпрямился, его золотистые глаза остро посмотрели на людей, рассредоточенных впереди. Голос его был негромким, но отчетливо долетел до каждого:

— Все соберитесь здесь, живо!

Люди недоуменно переглянулись, нерешительно замирая на месте.

Рейно повысил голос:

— Немедленно, все сюда!

Шурх, шурх.

Из густых зарослей вдали донеслось несколько резких звуков, и какая-то тень, скрывавшаяся в чаще, с невероятной скоростью бросилась на людей.

В мире оборотней виды сильно различались, и разница в силе и боевых возможностях между ними была колоссальной. Дикий зверь с мощной взрывной силой мог играючи перегрызть противнику горло.

Нервы у всех мгновенно натянулись до предела. Толпа сплотилась в единый комок, настороженно глядя вперед; многие оборотни уже частично обратились в звериный облик, готовясь к прыжку. Одиночный бой был обречен на провал, но совместные усилия еще могли сковать врага.

Наконец свирепый зверь, прятавшийся в чаще, выскочил прямо перед ними.

Если бы у Шань Цзю была шерсть, она сейчас встала бы дыбом, как у взъерошенного кота, наэлектризованного до предела.

— Ко, кон, конг… Динозавр!

http://bllate.org/book/31606/3856659