Готовый перевод The Yandere Villain and I Got a Happy Ending After the System Glitch / Система ошиблась: мой путь к счастью с одержимым злодеем: Глава 12

Костяная цепь бесшумно чуть разжалась, но по-прежнему неуловимо охватывала его. Сяо Бумянь долго вглядывался в раскрасневшееся во сне лицо Мин Цзяня, а затем внезапно протянул руку и ущипнул его за щеку.

Мягкая.

Горячая.

…Живая.

Он словно обнаружил какую-то диковинку и, ухватив Мин Цзяня за щеку, потянул в сторону.

Так Мин Цзяня и разбудили.

—…

Сяо Бумянь, твою ж мать, я сейчас с тобой насмерть сожрусь!

Нет-нет, твоя база культивации Шестой ступени Очищения Ци — это ты собираешься кому-то голову на плаху подносить?

Мин Цзянь изо всех сил подавил этот порыв:

— Се Ханьвэй, что ты в конце концов хочешь сделать?

Он больше не мог выносить! Неудивительно, что по сюжету оригинальной книги он недолюбливал Сяо Бумяня! Если бы его собственный уровень культивации был достаточно высок, он бы непременно разорвал Сяо Бумяня на куски.

Сяо Бумянь слегка опустил веки и разжал пальцы.

— Я просто думал, — произнес он, — что ты такой же теплый, как та кошка, которую я держал раньше.

Мин Цзянь: «…»

Хочешь полакомиться за чужой счет — так и скажи, к чему эти круходлясы, поверит ли кто-нибудь в подобное оправдание?

Мин Цзянь поджал губы:

— Будь я не теплым, я бы уже умер.

Разве не странно было бы не иметь тепла?

Не все же такие, как ты.

Впрочем, этих слов Мин Цзянь произнести вслух не осмелился. Ярость переполняла его до предела; высказавшись, он снова рухнул на постель, да еще и откатился к самому краю, забравшись от Сяо Бумяня еще дальше.

Сяо Бумянь какое-то время молча глядел ему в спину, а затем убрал зависшую в воздухе костяную цепь. Сразу после этого он небрежным взмахом руки полоснул по пустоте, вмиг разрывая глубокую темную трещину, и в следующее мгновение исчез в комнате.

—

То ли из-за того, о чем думаешь днем, то ли по воле ночных видений, но Мин Цзяню приснился Сяо Бумянь.

Во сне Мин Цзянь тонул в мягких алых пологах. Мерцал тусклый свет свечей, фитиль с треском лопался, и неподалеку смутно угадывалась чья-то фигура.

Ветер приподнял уголок марлевой занавеси, впуская внутрь легкий шлейф благовоний.

Бессмертный достопочтенный в белых одеждах спокойно сидел перед шахматной доской, зажав между длинными пальцами черную нефритовую фишку. Заметив взгляд Мин Цзяня, он медленно повернул голову.

— Проснулся? — раздался холодный голос.

Тело Мин Цзяня невольно задрожало. Он хотел сбежать, но с ужасом осознал, что его запястья и щиколотки давно скованы ледяными цепями, и при малейшем движении раздается тихий звон металла.

Уголки губ Сяо Бумяня изогнулись в едва заметной усмешке. Он медленно подошел, склонился ближе и тихо выдохнул:

— …Как же ты непослушен. Разве ты не говорил, что будешь со мной?

— А раз не слушаешься, мне останется лишь изо дня в день обращаться с тобой вот так.

С этими словами Сяо Бумянь опустил голову и впился зубами в бок шеи Мин Цзяня.

Мин Цзянь: «…»

Просыпайся же! Мне и впрямь приснился чертов кошмар!

Наконец непреодолимое желание выжить позволило Мин Цзяню постепенно вырваться из этого сна.

Сновидение внезапно стало хаотичным. Сяо Бумянь недовольно нахмурился, и то ли по случайности, то ли по какой-то иной причине вскинул голову, уставившись прямо на Мин Цзяня в пустоте — так, будто сквозь сон мог встретиться с ним взглядом наяву.

Тело Мин Цзяня оцепенело.

В следующее мгновение сон рухнул.

Мин Цзянь резко сел на постели, его сердце все еще бешено колотилось. Лишь спустя долгое время до него дошло, что ему вообще приснилось.

Мин Цзянь: «…………»

Конец, он осквернен.

Как ему мог присниться Сяо Бумянь?!

К тому же во сне Сяо Бумянь кусал его за шею? Разве это нормально?.. Это же чистый кошмар!

Оглушенный словно громом среди ясного неба, Мин Цзянь просидел на кровати добрую половину дня, никак не придя в себя.

Чем больше он вспоминал, тем сильнее ему хотелось отыскать щель в земле и закопаться туда с головой. К счастью, он заранее уточнял у Системы, что та не способна узнать детали его снов. Иначе он бы сперва разобрался с этой Системой, а уже потом занимался всем остальным.

Во всем виноват Сяо Бумянь, вечно замышляющий против него недоброе — не будь этого, разве стал бы он видеть подобные… подобные сны!

Этот сон поистине заслуживал звания кошмара, и даже спускаясь по лестнице, Мин Цзянь все еще пребывал в некотором помрачении рассудка.

Сун Хэюй и Гу Чжи сидели внизу за утренней трапезой: они еще не достигли Стадии Золотого Ядра и пока не могли обходиться инурией. Заметив убитый вид Мин Цзяня, Гу Чжи не удержался от насмешки:

— Ого, неужели пропрактиковался в комнате всю ночь напролет? База культивации невысока, а вот усердия не занимать.

Мин Цзянь вымученно и криво улыбнулся:

— Ха-ха.

Уж лучше бы он всю ночь предавался культивации.

Увидав под его глазами два заметных темных круга, Сун Хэюй поджал губы и сказал:

— Хоть культивация и важна, но после входа в секретное царство тебе придется постоянно сохранять ясную голову. В Обители Бессмертных Юньлай полно опасностей, так что лучше сперва принять пару таблеток для успокоения духа.

С этими словами Сун Хэюй достал из Мешка Цянькунь на поясе маленький бирюзовый флакончик и протянул его Мин Цзяню.

Мин Цзянь не стал ломаться: приняв нефритовый пузырек, он поблагодарил:

— Большое спасибо, старший брат.

Сун Хэюй улыбнулся, а сидевшая рядом Гу Чжи холодно фыркнула, но возражать не стала — лишь скрестила руки на груди и уставилась на него.

Проглотив успокаивающую пилюлю, Мин Цзянь почувствовал, как тело заметно расслабилось.

Трактирный слуга принес еще миску каши, и Мин Цзянь принялся за еду.

Не успел он сделать и пары глоток, как наверху раздался грохот. Раздался звук треска — резной балюстрадник комнаты высшего класса разлетелся в щепки, и среди летящих деревянных опилок фигура в синих одеяниях адепта секты рухнула вниз, словно оборванный бумажный змей, тяжело шмякнувшись на стоявший неподалеку восьмиугольный стол у Си Бессмертных, принадлежавший Мин Цзяню и остальным. Элитный столик из древесины груши вмиг развалился на куски, а чайные приборы и посуда усыпали весь пол.

В зале воцарилась тишина.

Прежде чем успела рассеяться пыль, с верхнего этажа комнаты высшего класса медленно спустился юноша в черном. Он весь был окутан аурой демонов, а в руке держал меч, острие которого замерло у горла заклинателя в небесно-синих одеждах.

— Се Линьчжао, да как ты смеешь меня трогать! — в ярости завопил заклинатель.

Услышав знакомое имя, Мин Цзянь замер с ложкой каши во рту и устремил взгляд на двоих мужчин.

Авторские строки:

Глава 12. Что такое Система?

Не успел Мин Цзянь спросить у Системы, кем был второй юноша, как сидевшая рядом Гу Чжи легко цыкнула языком и произнесла:

— И чего это Сюэ Ци вечно цепляет Се Линьчжао? Неужели он не знает, что даже загнанный в угол кролик начинает кусаться? И уж тем более — демон, которому вырвали клыки.

Сюэ Ци?

Мин Цзянь погрузился в задумчивость, сообразив, что перед ним тот самый молодой господин из Секты Тысячи Механизмов.

Что же до самого Се Линьчжао, к нему Мин Цзянь не испытывал ни малейшего интереса. Если бы представилась возможность, он бы предпочел больше никогда в жизни с ним не сталкиваться — в конце концов, он никак не мог взять в толк, какое помутнение на него нашло, раз он потратил с таким трудом накопленные Духовные Камни на какого-то демона, а не на собственные нужды. И уж тем более он не мог вообразить, что тот собственноручно убьет его.

Лишиться и Духовных Камней, и жизни — неудивительно, что теперь столько заклинателей выбирают путь безжалостности.

Древние не лгали: в книгах и нефритовые красавицы водятся, и золотые палаты сыщутся.

Если не культивировать прямо сейчас, то когда же еще?

Поэтому Мин Цзянь превратился в простого зрителя, который попивал кашу и наблюдал за противостоянием Се Линьчжао и Сюэ Ци.

— Се Линьчжао! Если ты посмеешь тронуть меня хоть пальцем, моя Секта Тысячи Механизмов этого так не оставит! — Сюэ Ци сплюнул сгусток крови, после чего поднялся на ноги так непринужденно, словно ничего и не произошло, вытащил из-за пазухи два расколотых нефритовых жетона, швырнул их на землю и издевательски бросил: — Ты всего лишь жалкий демон, даже если я убью тебя, никто мне слова не скажет. А вот ты — если падешь от моей руки, остальные ученики мира бессмертных станут лишь радостно хлопать в ладоши.

Слова Сюэ Ци были сущить правдой: мир бессмертных и Царство Демонов издавна находились в состоянии непримиримой вражды. Ровно полторы тысячи лет назад предыдущий Повелитель Демонов Царства Демонов, Се Уван, правил миром демонов во главе бесчисленных полководцев, и мощь демонического племени достигла своего зенита.

Тогда защитные формации многих великих сект мира бессмертных были прорваны, духовные жилы, использовавшиеся для культивации, — захвачены, а бесчисленные заклинатели обратились в материал для создания демонических артефактов.

Три мира лишились покоя, люди дрожали от страха.

Лишь с появлением Цзи Суя, основателя Бессмертных Гор Цзяньмин, у мира бессмертных забрезжил шанс на спасение.

Одним ударом меча сокрушив любые техники, Цзи Суй в одиночку вторгся в Царство Демонов, подряд срубил двух великих демонических князей из свиты Се Увана и заставил демоническое войско отступить на тысячу ли.

Сразу после этого он объединил почти уничтоженные в те времена Секту Тысячи Механизмов, Секту Сюаньтянь, Павильон Тайсюй и другие крупные секты в единый союз, начав с демонами кровавую войну, продлившуюся целое столетие, и в конце концов установив хрупкое равновесие.

Спустя тысячелетие это равновесие было нарушено.

Лампа жизни прародителя Цзи Суя внезапно погасла, звон колоколов на восемнадцати пиках Бессмертных Гор Цзяньмин раскатился под самыми небесами. Когда подоспевшие старейшины гор обнаружили его тело, в груди Цзи Суя зияла пустая дыра, словно прорванная чьими-то когтями, а пещера была окутана густой демонической ци. Три его преданных ученика, неотлучно следовавшие за ним, лежали мертвыми рядом, и смерть их выглядела жутко и неестественно.

Вокруг тел всех четверых кровью был начертан древний ритуальный круг демонического племени, изучать который не могли никто, кроме обладателей демонического наследия.

Разумеется, все подозрения пали на Царство Демонов.

Старейшины Бессмертных Гор Цзяньмин, не в силах смириться с утратой, дружно вооружились мечами и направились в Царство Демонов. Столкнувшись с чудовищной жаждой убийства старейшин, Се Уван лишь легко усмехнулся и признал, что убил его собственноручно. Из дюжины старейшин Стадии Великого Достижения, отправившихся тогда за ответами, вернулись лишь трое, причем все они получили тяжелые травмы духовного сердца и были вынуждены уйти в затворничество для исцеления.

Бессмертные Горы Цзяньмин служили опорой всего мира бессмертных, и после столь сокрушительного удара обитель охватили тревога и смятение, а Царство Демонов вновь зашевелилось, явно намереваясь взять реванш.

Единственным во всем мире бессмертных, кто по силе мог сравниться с Цзи Суем, оставался Сяо Бумянь. Глава секты Ши Янь провел на коленях перед Горой Бессонных Ночей сто дней, умоляя Сяо Бумяня отомстить за смерть своего наставника.

Хотя заклинатели мира бессмертных знали, что несколько веков назад Сяо Бумянь тоже возник из ниоткуда, в отличие от Цзи Суя, заставшего эпоху великих потрясений, Сяо Бумянь проявил себя среди учеников уже после того, как войны между миром бессмертных и Царством Демонов стихли. Поэтому обыватели лишь ведали, что уровень культивации Сяо Бумяня непостижим, но никто не ведал, каких именно высот он достиг.

Из-за того, что равнодушное отношение Сяо Бумяня разительно отличалось от гнева охваченных праведным возмущением старейшин, многие заклинатели в Зеркале Духовного Носорога тогда открыто ругали Сяо Бумяня. Лишь на сто первый день коленопреклонения Ши Яня на длинной лестнице Сяо Бумянь сошел с Горы Бессонных Ночей.

В тот день небо над Царством Демонов казалось погруженным в море крови, клубились демонические тучи, души мириадов демонов разлетелись в прах, а сам Повелитель Демонов Се Уван пал от меча Сяо Бумяня.

А младший сын Се Увана, которому едва исполнилось сто лет — Се Линьчжао, — был лично лишен Сяо Бумянем природных костей и отсечен от любого пути культивации, после чего его привели на Бессмертные Горы Цзяньмин.

Ходили слухи, что Сяо Бумянь получил тяжелейшие ранения; передав Се Линьчжао Ши Яню, он наложил запреты и уединился для культивации на Горе Бессонных Ночей.

С той само поры Царство Демонов, оставшись без Се Увана, рассыпалось подобно песку, погрязнув в бесконечной междоусобной борьбе, и статус демонов среди трех миров пал ниже некуда.

http://bllate.org/book/31446/3835570