Готовый перевод The Eighties: Transmigrated as the Cannon Fodder Father of Three Little Villains / Восьмидесятые: став отцом-пушечным мясом трёх маленьких злодеев: Глава 181. Вот беда, взрослые решили, что малыши устали

�

Цзюнь Ань выпрямился и ладонью смахнул пот со лба.

Широко улыбнувшись, обнажив белые зубы, он сказал:

— Пап, мам, я пока не так уж и устал от этой работы.

Затем он перевёл взгляд на Сяовэня и братьев неподалёку. Его голос наполнился нежностью и жалостью:

— А вот малышам действительно нужно как следует отдохнуть. В такую жару недолго и перегреться.

С этими словами Цзюнь Ань распрямил уже немного ноющую поясницу и уверенно зашагал к Сяовэню, Уцзы и Биньбиню.

Подойдя поближе, он увидел, что все трое так увлечённо собирают рис, что даже не заметили его появления.

Цзюнь Ань молча остановился рядом и терпеливо подождал.

Но малыши продолжали с головой погружаться в свою работу, словно вокруг вообще ничего не существовало.

Если бы перенести их с таким усердием в прошлую жизнь Цзюнь Аня, они стали бы настоящими «прирождёнными трудягами», о которых любой начальник мог только мечтать и которых непременно высоко ценил бы!

— Сяовэнь, Уцзы, Биньбинь, — с беспомощной нежностью негромко позвал Цзюнь Ань.

Только услышав его голос, трое малышей подняли головы.

Их вспотевшие личики выражали одновременно растерянность и серьёзную сосредоточенность.

Выглядели они так умилительно и трогательно, что сердце сжималось от жалости.

— Папа!

Лишь через некоторое время малыши как следует разглядели стоявшего перед ними Цзюнь Аня.

В их голосах звенели радость и удивление.

Хи-хи, они снова увидели самое драгоценное сокровище на свете!

Но почему папа вдруг пришёл?

Может, он хочет собирать рис вместе с ними?

От этой мысли их сердечки наполнились ожиданием.

Им так нравилось работать вместе с папой! Наверняка вдвоём с ним рис можно собирать гораздо быстрее.

Перед глазами малышей уже возникала счастливая картина: они собрали много-много риса, вся семья сидит вместе и ест ароматный белый рис, наедаясь досыта. Разве могло быть что-нибудь прекраснее?

В последнее время благодаря внимательной заботе Цзюнь Аня и обильному питанию тела мальчиков становились всё округлее и милее, словно три маленьких мясистых шарика.

Однако в их маленьких головах ещё смутно сохранялась память о тяжёлых временах, когда им приходилось то голодать, то кое-как наедаться.

Чувство голода вспоминалось как страшный сон и до сих пор пугало их. Они всей душой не любили оставаться голодными.

Сяовэнь, переполненный радостью, напрягся изо всех сил и с трудом поднял свою корзинку повыше.

Корзиночка была почти наполовину наполнена рисом, который в солнечных лучах поблёскивал мягким золотом.

Задрав личико, Сяовэнь тоненьким, но гордым голосом сказал:

— Папа, посмотли! Это Сяовэнь соблал! Сам-сам соблал! Блатики тозе о-очень сильные, много-много лиса насобилали!

Болтая, малыш самодовольно покачивал головкой, показывая результаты труда, и не забывал похвалить двух младших братьев.

Сяовэнь любил братьев всем сердцем, до самых косточек, и чем бы ни занимался, всегда думал о них.

Уцзы и Биньбинь тут же тоже подняли пухлые ручонки, крепко сжимая в кулачках подобранные колосья риса, и с ожиданием уставились на папу.

Глядя на очаровательных малышей, Цзюнь Ань тепло улыбнулся:

— Ух ты! Да вы столько риса собрали! Какие же вы все трудолюбивые, просто настоящие молодцы!

А затем он по очереди похвалил каждого: и Сяовэня, и Уцзы, и Биньбиня.

Малыши сияли от радости, а глазки у них превратились в узенькие щёлочки.

— Сяовэнь, Уцзы, Биньбинь, вы и правда такие молодцы, папа прямо восхищён вами! Только вот я немного поработал и теперь что-то устал. Не составите папе компанию? Давайте вместе немного отдохнём.

Сначала Цзюнь Ань хотел просто велеть детям пойти отдохнуть. Но, уже собравшись сказать это, передумал и попросил троих сыновей отдохнуть вместе с ним.

Ведь он очень хорошо чувствовал, насколько безусловно малыши доверяют ему и любят его.

Он знал: стоит ему сказать, что устал, и Сяовэнь с братьями сразу же начнут переживать за папу. О чём бы он ни попросил, они без малейших колебаний согласятся.

Так и вышло. Едва услышав, что папа устал, малыши тут же облепили его, словно маленькие хвостики. Один схватил за руку, другой потянул за брюки, и все трое с радостным смехом потащили его обратно к большому раскидистому персиковому дереву.

Цзюнь Ань неторопливо уселся под деревом, но едва он коснулся земли, как Сяовэнь, Уцзы и Биньбинь стремительно засуетились.

Они быстро заглянули в большую корзину на земле и осторожно достали оттуда напиток, который мама Цзюнь приготовила с такой заботой.

Увидев это, Цзюнь Ань поспешил протянуть обе руки и взять его.

Напиток находился в довольно тяжёлом сосуде. Когда Цзюнь Ань принял его, руки даже слегка опустились под весом.

Он проворно разлил напиток по четырём чистым чашкам, и отец с тремя сыновьями уселись рядом, каждый со своей порцией.

Прозрачная жидкость мягко покачивалась в чашках и заманчиво поблёскивала.

Сяовэнь и братья тесно сгрудились вокруг Цзюнь Аня, словно три медвежонка. Они бережно держали чашки обеими ладошками, запрокидывали головки и пили большими глотками.

Сделав несколько глотков и выпив примерно по половине чашки, все трое, словно сговорившись, протяжно и блаженно выдохнули:

— А-а-а!

В этом долгом звуке выразилось всё их удовольствие.

Биньбинь, довольно причмокивая, сладко залепетал:

— Сладенько! Такое вкусненькое! Даже сладсе конфеток!

На его лице сияла счастливая улыбка, и глаза сощурились в узкие щёлочки.

Уцзы же от возбуждения притопнул ножкой и не совсем разборчиво сообщил:

— Я бабусе водицку наливал! Я тозе помосал!

Выглядел он таким гордым, словно совершил настоящий подвиг.

Цзюнь Ань опустил глаза и ласково посмотрел на Уцзы. Он сразу понял, что хотел сказать сын.

Оказывается, когда мама Цзюнь готовила напиток, Уцзы помог ей налить воду. Потому-то он и считал, что в этом вкусном питье есть и его заслуга.

Сяовэнь тут же поддакнул:

— Блатик молодец! Бабуся у нас самая сильная! Бабусин напиток — самый-самый вкусный на всём свете!

В глазах Сяовэня и озорные младшие братья, и добрая бабушка были самыми замечательными людьми на свете.

Цзюнь Ань рассмеялся, протянул руку и ласково потрепал пушистые волосы Сяовэня:

— Сяовэнь тоже молодец! Сегодня Сяовэнь очень старательно собирал рис.

Услышав это, Сяовэнь смущённо поджал маленькие губки, а щёчки его покраснели, будто спелые яблочки.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/31360/4569583