Готовый перевод Hello, I'm Extra_A Journey Through Mountains and Rivers / Привет, я — массовка: За кулисами великих историй: Глава 9

Глен остыл к этому сыну и был разочарован до предела. Он велел стражникам, затаившимся в лесу, наброситься толпой и оборвать жизнь злодея.

Вскоре после этого главный герой взял в жёны главную героиню. Вдвоём они управляли поместьем и освободили рабов, даровав им лучшую жизнь.

…

Наступило время ужина. Горничные и слуги выстроились в ряд, ожидая возвращения хозяев поместья.

Малок, управляющий поместьем, уже в тридцать третий раз заглянул в свои карманные часы, и едва он бросил на них последний взгляд, как парадная дверь наконец распахнулась.

Пожилой господин Глен вошёл в сопровождении прилично одетого юноши.

Тао Су изумленно замер: у него упорно возникало нехорошее предчувствие.

По первоначальному сюжету главный герой, когда его только привели в дом, был весь в грязи, а на фоне великолепного поместья выглядел крайне робким и застенчивым.

Но то, что он видел сейчас, разительно отличалось от описанного в книге.

Юноша был одет в чистую, ладную одежду, на его лице играла в меру сдержанная, вежливая улыбка. Он походил вовсе не на простого торговца рыбой, а на благородного господина, искушённого в науках и словесности.

Одолеваемый удивлением, Тао Су поспешно опустил голову, опасаясь, как бы управляющий не заметил его вороватых взглядов.

— Отец, вы наконец вернулись! Ужин уже готов, прошу к столу!

Глен пригласил обретённого вновь сына к трапезе, но, глядя на пустое место слева, помрачнел лицом и с холодным видом спросил управляющего:

— Где Сида?

— Молодой господин Сида отказался спускаться.

Глен с неловким видом взглянул на родного сына, жестом призывая не обращать внимания:

— Френди, не обращай на него внимания, давай поужинаем вдвоём.

— Хорошо, отец.

Френди взял вилку и уже собирался отрезать кусочек стейка, как со второго этажа донёсся сердитый голос:

— Кто сказал, что я не буду ужинать!

Юноша с длинными красно-каштановыми волосами со злостью выбежал из комнаты и скатился по лестнице.

Раньше слуги считали, что рыжие волосы молодого господина Сиды достались ему от госпожи Мисс. Теперь же, глядя на истинного наследника, сидевшего рядом с господином Гленом, они заметили, что его ослепительно-золотые волосы были точь-в-точь как у самого хозяина дома в молодости.

Тао Су вышел из строя, чтобы отодвинуть стул для молодого господина Сиды.

По сюжету он был сиротой, проданным на работорговом рынке, откуда его выкупил именно молодой господин Сида.

Младшие слуги не желали прислуживать вспыльчивому и своенравному господину, но поскольку Тао Су был лично куплен Сидой, все молча сошлись на том, что и прислуживать ему должен он сам.

Сида свирепо зыркнул на юношу, сидевшего напротив, но тот вовсе не испугался его устрашающего взгляда — лишь вежливо улыбнулся и ничточто сумняшеся приветливо произнёс:

— Приветствую.

Сида рассвирепел ещё сильнее.

Яростно кромсая стейк вилкой, он впился в мясо зубами с такой злостью, будто пытался разорвать врага.

Глен бросил строгий взгляд на невоспитанного Сиду и сурово отчитал его:

— Сида, поприветствуй Френди!

Он вовсе не ненавидел этого приёмного сына, однако характер ребёнка был чересчур буйным и нетерпимым. Ладно бы он барофствовал дома — в конце концов, это его владения, и никто бы не посмел слова сказать, но стоило тому оказаться за воротами, как он непременно нажил бы себе уйму врагов.

— С чего бы мне его приветствовать!

Сида дерзко перечил отцу.

Судя по всему, он до сих пор не осознавал, в каком щекотливом положении оказался, и продолжал держаться с высомерным видом истинного наследника, на что без отвращения уже не могли смотреть ни лакеи, ни горничные.

Некоторые слуги даже злорадно подумали: поскорей бы уже выгнали этого наглеца.

Они терпеть не могли капризного господина, вечно третировавшего прислугу, и теперь надеялись, что их тяжёлые дни наконец подошли к концу.

Лицо Глена покраснело от гнева:

— Паршивец! Разве так тебя учил наставлять манерам твой учитель?

Стиснув зубы и храня молчание, Сида с грохотом швырнул вилку на стол и резко вскочил. Стул с противным скрипом отлетел назад, но этот звук не мог заглушить его исполненных гнева слов:

— Я больше не ем!

— Не хочешь есть — вали в свою комнату! Проваливай, пока с голоду не околел!

Впервые в жизни господин Глен задохнулся от бессильной ярости. Управляющий Малок принялся похлопывать хозяина по спине, помогая ему восстановить дыхание.

— Хозяин, не гневайтесь так. Молодой господин Сида просто ревнует вас, через пару дней всё уляжется.

Френди поспешил поддержать управляющего:

— Да, отец, не переживайте, я обязательно найду общий язык с младшим братом.

Глен тяжело вздохнул и с отцовской нежностью посмотрел на родного сына. Чем дольше он на него смотрел, тем больше тот ему нравился, тем сильнее переполняло его сердце умиротворение.

Френди и впрямь был невероятно похож на его покойную жену. Та при жизни точно так же отличалась мягким нравом и безупречными манерами.

— Я знаю, Френди, ты у меня славный мальчик. Я всегда был за тебя спокоен — твой характер точь-в-точь как у твоей матери, и мне никогда не приходилось бояться, что ты натворишь глупостей.

— А вот Сида… Ах… Этот мальчишка избалован до крайности, во всём виноват я один, слишком потакал ему…

Взгляд Френди на мимолетное мгновение потемнел, но на губах по-прежнему цвела вежливая улыбка.

— Отец, братец обязательно поймет вас.

Ужин был безнадежно испорчен выходкой молодого господина Сиды.

Тем не менее Френди вовсе не сердился: этот новоявленный отец всё ещё выказывал излишнюю предвзятость к Сиде.

В точности как в прошлой жизни — даже после того, как тот человек давно сгинул, в доме продолжали беречь его комнату, лишь для того, чтобы лишний раз отравить Френди душу.

Закончив трапезу, Френди перевёл взгляд на отца:

— Отец, я сыт.

Управляющий Малок кивнул и отдал распоряжение лакею проводить гостя в покои.

— Тао Су, проводи молодого господина Френди в его комнату, пусть отдохнет.

— Слушаюсь, — отозвался Тао Су и вышел вперёд. — Молодой господин Френди, прошу за мной.

Френди последовал за слугой с утонченной внешностью, а во взгляде юноши читалась беспрецедентная мягкость.

В прошлой жизни, когда он только появился в поместье, из-за собственного невежества он сплошь и рядом терпел унижения от Сиды, и точно так же на помощь ему приходил этот самый слуга-подросток.

Но Сида не выносил, когда кто-то проявлял к Френди доброту, и в конце концов прямо на его глазах предал слугу мучительной казни. Эту боль и жгучую ненависть Френди не смог забыть до конца своих дней.

Даже состарившись в прошлой жизни и заполучив абсолютную власть, он неизменно видел в кошмарных снах одну и ту же картину: растерзанное бродячими псами тело юноши.

Тао Су вдруг почувствовал, как по спине пробежал холодок. Ощутив неприятную дрожь, он передернул плечами и отворил перед главным героем дверь спальни.

— Молодой господин Френди, комната уже убрана. Осмотритесь, если нужно что-то докупить или заменить, мы всё устроим.

Френди окинул взглядом изысканно и роскошно обставленные покои. В дорогой вазе стояли свежесрезанные цветы, лепестки которых ещё хранили не высохшую до конца утреннюю росу сада — было очевидно, что к подготовке этой комнаты подошли со всей душой.

Он покачал головой:

— Здесь очень уютно, мне нравится.

Тао Су кивнул:

— Тогда я пока пойду.

— Постой.

Френди окликнул слугу:

— Как тебя зовут?

Тао Су слегка удивился столь неожиданному вопросу со стороны главного героя, но не позволил эмоциям отразиться на лице и ответил по всей форме:

— Отвечаю господину, моё имя Тао Су.

— Тао Су, значит… Скажи, не хочешь ли ты стать моим личным слугой? У меня, кажется, ещё нет личного слуги.

Странные речи главного героя окончательно сбили Тао Су с толку. У него зарождалось смутное подозрение: этот главный герой явно не так прост, судя по всему, он переродился.

С самого своего появления здесь тот вёл себя совсем иначе, чем было описано в первоначальном сюжете, и Тао Су поневоле начал подозревать в нём попаданца из прошлого.

Впрочем, была ли правда за этим перерождением или нет, его это касалось мало — он всего лишь жалкий второстепенный персонаж, чья задача заключалась в том, чтобы честно выполнять свои обязанности.

Он почтительно поклонился:

— Прошу прощения, молодой господин Френди, но сейчас я состою в личных слугах молодого господина Сиды и не могу перейти к вам, искренне надеюсь на ваше понимание.

— Ничего страшного, я просто спросил.

— У господина есть ещё какие-либо поручения?

— Больше нет.

Тао Су почтительно пятился назад, пока не вышел из комнаты. Шагая по длинному коридору, он в панике мысленно позвал Систему:

【Что такое, хозтюн?】

— Кажется, главный герой — переродившийся.

Система бегло сверилась с сюжетом и обнаружила, что события в реальности и вправду расходились с каноном.

【Хозяин, главный герой этого мира действительно пережил перерождение, но на твоё задание это никак не повлияет. Главное — не выходи из роли, а остальное не твоя забота.】

— Понял.

Вернувшись на кухню, Тао Су даже не успел притронуться к остывающей пище, как испуганный слуга схватил его за руку.

Со слезами на глазах тот сунул ему в руки поднос:

— Тао Су… ууу… Молодой господин Сида просто ужасен! Я только что относил ему еду и чуть не попал под горячую руку, выручай, сходи вместо меня…

— Ладно уж. — Тао Су с тяжким вздохом принял поднос.

Слуга с благодарностью посмотрел на него и пообещал:

— Я оставлю тебе ужин, беги скорее!

Прихватив поднос с едой, Тао Су поднялся наверх.

Молодой господин Сида занимал покои на третьем этаже. Проходя по коридору второго этажа, он столкнулся с управляющим Малоком, который бросил молчаливый взгляд на поднос в его руках, но ничего не сказал.

Добравшись до дверей спальни Сиды, Тао Су, предсказуемо услышал доносившиеся изнутри звуки летящих в стены предметов.

Судя по всему, молодой господин всё еще не выпустил пар и вовсю крушил комнату, давая выход ярости.

Эх…

Даже при всём этом ему поневоле пришлось постучать.

— Проваливай! Не мешай мне!

Из-за двери донёсся полный омерзения и гнева крик.

Тао Су замялся, но всё же произнёс:

— Молодой господин Сида, поешьте немного, иначе к ночи проголодаетесь.

Грохот бьющейся посуды за дверью на секунду стих, сменившись топором торопливых шагов. Стук шагов приблизился к выходу, дверь резко распахнулась, и молодой господин Сида втащил слугу внутрь, свирепо прижав к стене.

Тао Су изо всех сил старался держать поднос ровно, но молоко из серебряной чаши всё же плеснуло наружу, струйками оросив его одежду и обнажив розоватые ключицы.

— Мо… молодой господин…

Сида одной рукой вытащил с тарелки кусок хлеба и сунул в рот, при этом опаляя взглядом открывшуюся зону ключиц, после чего неохотно ослабил хватки.

— Почему опять ты принёс еду?

Конечно же, правды Тао Су сказать не мог:

— Для меня это честь, молодой господин.

— Хм… —

Задиристый юноша фыркнул и, развалившись на горе разбросанных по дивану вещей с видом всемогущего господина, откинулся на спинку.

Тао Су поставил поднос на стол и опустился на колени, принимаясь убирать устроенный в комнате беспорядок.

На самом деле Сида уже давно успокоился.

Просто он не мог вынести того, что отец переносил всё своё внимание на другого. Пусть даже тот был неродным сыном — и что с того? Ведь он сам был ребёнком, которого отец растил целых восемь лет, и эти восемь лет совместной жизни не могли испариться по мановению волшебства.

http://bllate.org/book/31124/3792880