Готовый перевод The Little Coward Reborn / Маленький трусишка: Вторая попытка стать невидимкой: Глава 9

Уголки его губ подрагивали, тело непрерывно билось в дрожь, а в горло будто засунули плотный ком ваты, не позволяя издать ни звука — он мог лишь оцепенело смотреть на разворачивающуюся перед ним картину.

Он смотрел на своего всемогущего Старшего брата, который, слабый, казалось, готовый умереть в следующую же секунду, падал рядом с ним.

Купленная вместе белоснежная бумага для рисования была залита алой кровью, словно распустившиеся в аду алые лотосы, приветствующие возвращение мертвеца.

Больничный коридор наполнял едкий запах дезинфицирующего средства, а ярко-красная лампа над входом в реанимацию непрерывно мигала, походя на густую кровь. Снующие туда-сюда медсестры в белых халатах казались призраками, снующими в мире живых.

Шести- или семилетний ребенок с растрепанной одеждой и испачканными кровью блестящими черными прядями волос обхватил колени руками, весь сжавшись в комочек, словно жалкий маленький хомячок, брошенный хозяином.

— Малыш, иди сюда, сестричка обработает тебе рану, хорошо? — молодая, полная энергии медсестра наклонилась, заглядывая ребенку в глаза, и ласково, с уговорчивыми нотками в голосе произнесла она.

Отупевший мозг Вэй Цзина был абсолютно пуст, он инстинктивно сжался еще сильнее. Прошло немало времени, прежде чем — как раз тогда, когда медсестра уже подумывала о том, чтобы применить силу и оттащить его на перевязку — он медленно, но крайне решительно покачал головой.

— Я буду ждать брата, — промолвил он.

На лице медсестры промелькнула тень жалости. Попасть в аварию прямо на улице и своими глазами увидеть, как близкий человек падает перед ним, — должно быть, это невероятно больно.

— Давай сначала сходим обработать рану на руке, а когда закончим, брат уже выйдет, — уговаривала ребенка медсестра.

— Я буду ждать брата здесь, — снова повторил он с непреклонным, не терпящим возражений выражением лица.

Медсестра в затруднении замерла на мгновение, после чего перевела взгляд на мужчину, который как раз разговаривал по телефону:

— Эм… вы ведь отец ребенка? Мальчик ни в какую не хочет идти на перевязку…

Ее слова успели дойти лишь до половины, как водитель прервал ее. Мужчина средних лет раздраженно провел рукой по волосам, зажав во рту сигарету. Кровь на его голове уже остановилась, засохшая корка застыла на лице, плотно прилипнув к коже.

— Раз молодой господин отказывается идти на перевязку, то, прошу вас, мисс медсестра, принесите все необходимое сюда. Извините за беспокойство.

Старший молодой господин лежал в операционной, разве мог он позволить себе уйти хоть на полшага? От этого зависела его жизнь!

У медсестры не оставалось выбора, кроме как пойти и доложить старшему врачу.

Тот врач оказался сообразительным и понимал всю важность этой компании, поэтому он лично взял все необходимое и пришел оказать помощь ребенку и мужчине.

В этой автокатастрофе сильнее всего пострадал тот юноша в операционной, в то время как ребенок и мужчина средних лет отделались легкими травмами, не угрожающими жизни.

Извлечь осколки стекла, вонзившиеся в нежную белую ручку ребенка, присыпать рану кровоостанавливающим средством... а затем наложить слой бинтов. Боль, которую с трудом вынесли бы и взрослые, мальчик перенес без единого звука. Лишь когда всё закончилось, он, казалось, опомнился и тихо пробормотал слова благодарности.

Руку сильно жгло — эта боль ощущалась так, будто кто-то беспрерывно вонзал внутрь острые иглы и ворошил ими ткани, пронзая кровеносные сосуды, костный мозг и сердце, отчего становилось трудно дышать.

Вэй Цзин склонил голову набок, его остекленевший взгляд был прикован к дверям операционной. Почему же так больно? Даже когда он сам умирал, это не вызывало столь тяжкой тоски.

Всё вокруг будто отдалилось от него, и существовала лишь эта запертая дверь, глубоко запечатлевшаяся в его сознании.

Когда прибыл Вэй Хэ, перед его взором предстала именно такая картина: его самый любимый старший сын лежал в операционной между жизнью и смертью; этот ненавистный приблудный сын отупел от сидения на стуле, весь испачканный кровью, и никак не отреагировал на его появление; а водитель, ведший машину, стоял в стороне с выражением досады и тревоги на лице.

— Что здесь произошло? — с нажимом спросил мужчина.

Водитель изложил все подробности происшествия от начала и до конца, сделав особый акцент на том, что они ехали по правилам, когда встречный грузовик вдруг словно обезумел и понесся прямо на них. Место, где сидел старший молодой господин, оказалось самым неудачным — как раз удар пришелся ровно на него.

— А где водитель грузовика? — Вэй Хэ протянул руку и ослабил галстук на шее, его лицо помрачнело.

Водитель ответил, что он уже звонил в полицию и стражи порядка задержали виновника, от которого, судя по всему, разило алкоголем — похоже, тот был пьян.

— Выходит, это несчастный случай? — Вэй Хэ прищурился, и его слова прозвучали с странной интонацией, напоминавшей то ли насмешку, то ли допрос.

Водитель опустил голову, его нервы были на пределе, и он туманно произнес:

— Это уж как полиция разберется, удастся ли им что-то раскопать.

— Мм, — Вэй Хэ кивнул и попутно присел рядом с мальчиком, больше ничего не говоря и вместе с ними ожидая исхода операции.

Время тянулось невероятно медленно: каждая секунда и каждая минута казались проделками озорного ребенка, который взял часовую стрелку мира в свои руки и не позволял ей двигаться дальше. Неизвестно, сколько прошло времени, когда лампы над операционной внезапно погасли.

Вэй Цзин резким движением соскочил со стула и широкими шагами бросился к дверям операционной, чуть не упав от излишней спешки.

— Доктор, мой Старший брат в порядке? Что с ним?

Его голос сейчас вовсе не походил на обычный наивный детский лепет — из-за спешки он звучал чересчур пронзительно, напоминая крик злобного духа, полный горечи и отчаяния.

Белый халат врача был запятнан кровью, оставшейся от операции, и эта яркость резала глаза. Сняв маску, врач устало произнес:

— Операция прошла успешно, жизни пациента в данный момент ничто не угрожает, сейчас мы переведем его в палату интенсивной терапии.

Слава богу, со Старшим братом всё хорошо. Выражение облегчения едва успело проступить на лице Вэй Цзина, как тут же застыло от следующих слов доктора.

— Однако в ходе операции у пациента на минуту-две останавливалось сердце. Хотя впоследствии сердечный ритм восстановился, это нанесло определенный ущерб головному мозгу. Пожалуйста, морально подготовьтесь к тому, что... в конце концов, многое в человеческом мозге до сих пор остается неизведанной областью, которую мы не в силах преодолеть.

— Что вы такое говорите?! Объясните мне толком!

Врач поднял глаза на мужчину, стоявшего за спиной мальчика, и глубоко вздохнул:

— Я имею в виду, что он может уже никогда не прийти в сознание. И даже если ему посчастливится очнуться, его интеллектуальные способности будут повреждены.

Врач выразился предельно вежливо, но разве кто-то из трех присутствующих не понял смысла его слов?

http://bllate.org/book/31098/3790063