Готовый перевод The Scorned System Crashes Again / Система «Всеобщий любимчик»: когда злодей становится милашкой: Глава 3

— Не нужно… слишком… принимать это близко к сердцу. Я не стану тебя презирать, когда мы вернемся в основной мир, то поженимся.

Система 001 наконец-то решилась вырваться из оков и высказать то, что было у нее на душе, но внезапно возникшая странная интерференция на той же частоте наглухо оборвала связь с Нин Шици.

Система 001: …

Поскольку слова 001 были слишком шокирующими, Нин Шици даже не заметил, что связь прервалась.

Печаль Нин Шици уже достигла пика, а слова 001 окончательно вывели его из себя. Он не выдержал, вскинул голову и, рыдая, закричал:

— Ты, мусор! Тебе в этой жизни ни за что не жениться на… — жене.

Но он вдруг замолчал на полуслове.

Он обнаружил, что смотрит прямо в солнечное и открытое лицо.

Пришедший был с аккуратной короткой стрижкой, с красивым лицом, одетый в спортивную толстовку и белые кеды; от него исходила наивность и живость, присущие студенту.

Взглянув на протянутую им салфетку в квадратной упаковке, Нин Шици увидел на уголке четко отпечатанный логотип Ми Сюэ Бин Чэн.

Нин Шици мог почти наверняка утверждать, что это был Цяо Яо, которого он так долго ждал.

— Ты… ты в порядке?

Цяо Яо стоял спиной к солнцу, запечатлевшись в глазах Нин Шици подобно божеству, пришедшему спасти этот мир.

Нин Шици, чьи глаза покраснели и опухли от слез, некоторое время бессмысленно смотрел на него, а затем вдруг разразился еще более душераздирающим плачем.

Бурные потоки слез хлынули по щекам, из-за чего белая рубашка, и без того наполовину промокшая от слез, еще плотнее облепила тело, сквозь нее смутно проглядывала розоватая кожа.

Цяо Яо смотрел, не отрываясь. Через мгновение он осознал, что ведет себя бестактно, и перевел взгляд с одежды на лицо Нин Шици, изо всех сил пытаясь его утешить:

— Эй, студент, ой, нет, то есть, друг…

Нин Шици же чем больше думал, тем сильнее расстраивался. Он должен был доверять своим догадкам и постоянно следить за восточным входом.

Теперь всё пропало. Даже если Цяо Яо появился, что с того? Система 001 уже обнаружила их встречу, его план… погодите?

Только сейчас Нин Шици заметил, что 001, которая обычно непрерывно болтала у него в голове, внезапно затихла.

Он осторожно позвал её несколько раз, но ответа не последовало.

Странно, он ведь еще не нажимал кнопку блокиратора.

Нин Шици перестал плакать, на его красивом личике отразилось полное недоумение.

Однако в глазах Цяо Яо заплаканное лицо выглядело еще более трогательно. Не говоря уже о том, что Нин Шици только что прижимался щекой к шероховатой коре дерева, и красные следы от этого еще не сошли — в этом было какое-то чувство изломанной красоты, будто над ним кто-то надругался… А этот невинный и чистый взгляд и вовсе склонял к преступлению.

У Цяо Яо перехватило горло. Он неведомым образом ощутил импульс слизать слезы с лица Нин Шици.

Но после долгих колебаний он все же не решился на столь дерзкий поступок. Лишь машинально разделил трехслойную салфетку и, прижимаясь большим пальцем к тонкому слою, робко попытался стереть слезы с лица Нин Шици.

Прикосновение к коже юноши сквозь почти прозрачную бумагу вызвало странное ощущение трения. Лицо Цяо Яо запылало, и он решил найти тему для сближения.

— П-привет… Я видел тебя со спины на одиннадцатом этаже, ты ведь тоже пришел на прослушивание на главную роль, которое организовал режиссер Чжао Кай?

Нин Шици кивнул, его влажные прекрасные глаза обиженно смотрели на Цяо Яо, словно он был маленьким котенком, которого все обижают.

Первой реакцией Цяо Яо было умиление, второй — отвращение к тому самому Нин Шици, который отнял место главного героя с помощью связей.

Желая понравиться Нин Шици, Цяо Яо с праведным гневом выложил то, что только что узнал:

— Друг, не расстраивайся из-за того, что провалил прослушивание. Это не значит, что мы ни на что не годны… Режиссер Чжао Кай уже заранее утвердил кандидата.

— Того парня зовут Нин Шици, его актерская игра — полный мусор по сравнению с нашей… И роль он получил вовсе не честным путем. Мой агент сказал, что он при десятках людей в зале заседаний открыто заявил, что готов лечь в постель к режиссеру Чжао Каю…

— …Ох, у режиссера Чжао Кая такой огромный пивной живот, к тому же он лысый. Не представляю, как этот Нин Шици вообще смог заставить себя поцеловать его. Меня от одной мысли об этом тошнит…

Цяо Яо только закончил университет и не терпел никакой несправедливости в обществе. Увлекшись рассказом, он не заметил, как лицо Нин Шици стало бледнее некуда.

— М-может, у него были какие-то веские причины? Не стоит судить о людях так плохо.

— Какие еще причины? — усмехнулся Цяо Яо. — Такие люди, как он, просто ленивы, у них изначально натура гнилая…

Нин Шици надул губы, сердито глядя на Цяо Яо, и возразил:

— Но ведь у Нин Шици сейчас есть роль, а у тебя — нет!

Нин Шици возмущенно выкрикнул это довольно громко, но внимание Цяо Яо было приковано к его полным, дразнящим красным губам.

Особенно когда он говорил — они то открывались, то закрывались, и за тонкими складками губ можно было едва заметить розовый кончик язычка…

Нин Шици почувствовал себя неловко под его взглядом, голос его дрогнул, и он подсознательно высунул кончик языка, облизнув пересохшие губы. Это покрыло их влажным блеском, словно их только что целовали.

Дыхание Цяо Яо участилось. Он не смог удержаться, чтобы не представить, как чувствуются эти влажные, горячие губы при поцелуе, как они распухают от страстных засосов.

Нин Шици тревожно закусил губу. Хотя он и планировал соблазнить Цяо Яо, но… он же еще ничего толком не сделал!

Предчувствие того, что все может пойти не по плану, внезапно закружилось в его голове.

— Драго… друг, — Цяо Яо смотрел в дрожащие прекрасные глаза Нин Шици, едва сдерживаясь, чтобы не выпалить «малыш».

— Даже если подняться на вершину с помощью связей, это не принесет долгого успеха. А как только все вскроется, останется только позор. Нам стоит учиться у актера Мо Цзинъаня: начинать с ролей статистов и идти к цели шаг за шагом…

Видя, что слова Цяо Яо почти совпадают с тем, что он изначально предполагал, Нин Шици с облегчением выдохнул и решил придерживаться своего первоначального плана.

— Мо Цзинъань? Шаг за шагом? — Нин Шици рассмеялся, будто услышал нелепую шутку. — Ты знаешь, кто он на самом деле? Он же родной внук главы корпорации Мо! Неужели к нему никто не выстроится в очередь, чтобы предложить лучшие ресурсы?

Цяо Яо впервые узнал об этом и потрясенно расширил глаза, пробормотав:

— Роли, в которых он снимался поначалу, правда, были ролями статистов…

— Это были статисты на большом экране! — усмехнулся Нин Шици. — Статисты у таких великих режиссеров, как Вэй Мин и Чжао Тянь! Разве можно сравнивать значимость таких ролей со статистами в обычных телесериалах?

Нин Шици подытожил:

— Индустрия развлечений — это круг связей. Если нет связей, нужно самому их создавать. Если бы я был на месте Нин Шици, я бы тоже…

— Нет, это не так! — Цяо Яо в панике обернулся и в порыве чувств даже схватил Нин Шици за запястье. — Не думай так.

— Т-ты что делаешь! — Рука Цяо Яо была желтее и грубее, чем у Нин Шици, это доставляло ему дискомфорт. Но больше всего его пугало то, что он внезапно коснулся незнакомого мужчины, и он попытался вырвать руку.

Цяо Яо понял, что совершил непроизвольный бестактный поступок, и тут же отпустил его, но в мыслях… не мог перестать смаковать ощущение от мимолетного прикосновения.

Запястье Нин Шици оказалось еще тоньше и нежнее, чем он думал, словно мягкий лунный свет. Интересно, каково было бы сжимать их в руках?

А Нин Шици, глядя на красные следы от пальцев на запястье, внезапно почувствовал желание отступить.

Неудивительно, что его прошлые носители так не любили фанатичных преследователей и не хотели, чтобы сюжет внезапно сворачивал в сторону «цветочного рынка»… Когда он сам был Системой, то наблюдал, как носителей припирают к стенке, связывают и запирают в темных комнатах… ему это казалось таким захватывающим! Вспоминая сейчас… он тогда явно судил со стороны, не чувствуя чужой боли!

Нин Шици приуныл, но спустя мгновение оптимистично подумал: под его руководством те носители в итоге всех этих бешеных псов ставили на поводок и заставляли склониться.

Он ведь суперкрутой! Неужели самому, выйдя на поле боя… он справится хуже?

Так-то оно так, но разница между личным опытом и ролью стороннего наблюдателя заставила Нин Шици растеряться. Он крепко сжал край одежды. По первоначальному плану дальше должны были последовать действия для соблазнения с физическим контактом… но сейчас Нин Шици просто не осмеливался схватить Цяо Яо за руку.

Цяо Яо, заметив робость в глазах Нин Шици, разочарованно закусил губу.

Цяо Яо изначально считал, что сегодняшний день — полный провал: прослушивание, к которому он готовился полмесяца, было перехвачено нечестными методами… Чтобы сэкономить на проезде, он пошел через восточный вход и случайно встретил прекрасного юношу, похожего на идеал из его снов. Он подумал, что это удача, но вот только что совершил грубость и стал неприятен юноше…

— Прости! — Цяо Яо стиснул зубы и поклонился Нин Шици. Он ущипнул себя за бедро, чтобы боль не давала мыслям разлетаться, и искренне сказал: — Я хотел сказать, что тебе не нужно идти по кривой дорожке, как Нин Шици. Усердие обязательно вознаградится… Если Мо Цзинъань не доказал этого, позволь мне доказать это тебе!

Когда он говорил это, взгляд Цяо Яо, устремленный на Нин Шици, снова стал таким же сияющим, как маленькое солнце в оригинальном сюжете. Его голос звучал воодушевленно, в нем была магия, способная вскипятить кровь.

На мгновение Нин Шици заразился его взглядом, его кровь закипела…

Погодите? Глаза Нин Шици вспыхнули, его озарило вдохновение — неужели соблазнить кого-то можно только физическим контактом? Разве слов, выражений лица и пластики недостаточно, чтобы заставить Цяо Яо потерять голову?

Сердце Нин Шици радостно забилось. Он быстро скорректировал свой план соблазнения и с полной уверенностью начал новую стратегию обольщения Цяо Яо.

— То, о чем ты говоришь, какое это имеет отношение ко мне? Или ты хочешь сказать… — Нин Шици растянул слова и с надеждой посмотрел на Цяо Яо своими заплаканными глазами, мягко спросив: — Когда ты добьешься успеха и станешь кинозвездой, ты поделишься со мной частичкой ресурсов?

Цяо Яо был взволнован еще до того, как Нин Шици начал активно его соблазнять, а теперь, когда тот перешел к действиям, его процессор окончательно перегрелся.

Цяо Яо выпалил, едва подбирая слова:

— Конечно! И не частичкой! Всё, что угодно, отдам!

Нин Шици согнул глаза в полумесяцы и улыбнулся. Эта улыбка была подобна весеннему ветерку и расцветающим персиковым цветам.

http://bllate.org/book/31053/3784470