Готовый перевод Mutual Taming: Gentle Breeze Slumber / Укрощение по обоюдному согласию: Сон под лёгкий бриз: Глава 6

Чжао Цзэань совсем не возражал. Он взял зажигалку, молча закурил, затянулся, выпустил дым и произнес:

— Не вини меня за то, что я не проявил милосердия. Я ведь дал ему время найти деньги. Он сам пошел на черный рынок и продал почку, а я-то думал, он явился долг возвращать, но никак не ожидал, что он продолжит играть. Тьфу, ты просто не видел: в тот день он поставил на кон в карты собственную дочь, и даже уговоры рыдающей жены на коленях ему не помогли.

Кто-то прошел внизу по лестнице, волоча по полу молящего о пощаде человека. Окружающие не обратили на это никакого внимания — лишь бросили мимолетный взгляд и продолжили азартную игру. С одной стороны раздавались радостные крики, с другой — горестный плач.

— И на что тут смотреть? — Чжао Цзэань не понимал, чем занят Шэнь Сиван, и предложил: — Наверху для тебя уже приготовили отдельную кабинку, пошли посидим.

— Мм.

Шэнь Сиван стряхнул пепел, посмотрел на понурившегося Сан Чжо и через мгновение отвел взгляд:

— Гланское вино, что я велел захватить для тебя, осталось в машине.

Он отдал приказ:

— Сан Чжо, сходи принеси.

Сан Чжо всем телом окаменел.

Улыбка постепенно исчезла с лица Чжао Цзэань. Он уставился на Сан Чжо и медленно затушил багровый огонек окурка. Доброжелательную улыбку сменило мрачное выражение, и Чжао Цзэань спросил:

— Какой еще Сан Чжо?

Шэнь Сиван лениво прикрыл глаза, разглядывая сигарету в руке:

— А кто еще?

На какие-то пять секунд повисла мертвая тишина. Чжао Цзэань усмехнулся:

— Шэнь Сиван, а ты мастер закрутить интригу.

Шэнь Сиван лишь бросил взгляд на застывшего Сан Чжо и нахмурился:

— Не расслышал?

Сан Чжо пришел в себя и тут же почтительно кивнул:

— Слушаюсь.

Хотя он с самого начала понимал, что служба у заклятого врага сахара не принесет, он всё же не ожидал, что будет настолько тяжело. Сан Чжо думал, что Шэнь Сиван станет скрывать его личность, но тот взял и совершенно открыто назвал его по имени.

Миновав игорные столы, Сан Чжо стремительно вышел на улицу. Он не стал брать зонт и шагнул прямо навстречу воющей метели, направился к парковке, распахнул дверцу машины и принялся искать вино.

На заднем сиденье лежал изящный красный деревянный ларец, на крышке которого английскими буквами было выжжено название гланского вина. Сан Чжо наклонился, вытащил его, но боковым зрением случайно заметил подкладку сиденья, приподнимающую некий документ. Несколько бросающихся в глаза иероглифов резко врезались ему в память — Текущее положение дел внутри клана Шан.

Сердце отчаянно заколотилось. Превозмогли жгучее желание прочитать всё до конца, Сан Чжо не стал ничего предпринимать — глядя прямо перед собой, он сжал ларец в руке и пошел прочь. Теперь он — телохранитель Шэнь Сивана, и ему ни в коем случае нельзя выдавать свое прошлое наотмашь, чтобы Шэнь Сиван ничего не заподозрил. Он должен вести расследование втайне, отыскать некоего А, а затем исчезнуть далеко и надолго.

Снег на улице усилился. Сан Чжо расстегнул куртку и прижал ларец к груди. Прозрачные снежинки падали на загнутые ресницы, но ему некогда было их смахивать — он просто бежал вперед без остановки.

В VIP-кабинке Шэнь Сиван с комфортом устроился на диване, закинув ногу на ногу, и лениво уткнулся в телефон — на экране смартфона транслировалась только что записанная сцена с Сан Чжо, забирающим вино.

— И надо же тебе было из чистого праздного любопытства брать это дело на себя, — небрежно бросил Чжао Цзэань, наливая себе бокал красного вина. — Тьфу, а попытка прощупать почву провалилась.

— Не получилось, — усмехнулся Шэнь Сиван. Он перевернул телефон экраном вниз и добавил: — А ведь я еще думал оставить тот ларец ему.

— Ну ты и милосерден, — ответил Чжао Цзэань. — Коробочки, в которых людям прах собирают, и то не такие изящные. Да и винишко, сдается мне, для мертвецов припасено. Хм, сразу предупреждаю: к этой выпивке я даже не прикоснусь.

Шэнь Сиван хмыкнул:

— Оно изначально и не для тебя предназначалось.

Чжао Цзэань не стал развивать эту тему. Он просто посмотрел на Шэнь Сивана и перешел прямо к делу:

— Выкладывай, что за мысли у тебя на уме, раз ты пригрел у себя заклятого врага?

— Старый господин Шан покинул этот мир слишком подозрительно, — небрежным тоном ответил Шэнь Сиван. — Учитывая, что он переписал на меня всё наследство, я просто обязан выяснить причину его смерти.

— Наследство? — Чжао Цзэань был не из глупых. Сопоставив это со слухами о том, что Сан Чжо унес с собой всё состояние Старого господина Шана, он мгновенно всё понял. В конце концов, помимо самого Шэнь Сивана, он был одним из двух людей на свете, знавших, что Шэнь Сиван тоже принадлежит к клану Шан.

— Проверить действительно стоит, — улыбка Чжао Цзэаня стала шире. — В конце концов, этот старик избавил тебя от огромной головной боли.

Шэнь Сиван воздержался от оценок и прямо произвел на свет:

— По имеющимся у меня сведениям, в живых остался лишь один врач, лечивший тогда старого Шана. Я приказал людям тайком вытащить его и спрятал у тебя.

— Он очнулся?

— Без сознания, тяжелое состояние, — ответил Шэнь Сиван. — Язык у него за зубами что надо, к тому же сирота, толком ничего не вытянешь, иначе бы его состояние не было столь критическим.

У Чжао Цзэаня возникли сомнения:

— Спрятать-то у меня можно, но я не ручаюсь, что он выживет. Мне вот только любопытно: какой смысл спасать человека, у которого нет слабых мест?

— Возможно, слабое место у него всё же есть, — Шэнь Сиван снова взял телефон, лениво полистал ленту и сказал: — Когда-то их с Сан Чжо связывала давняя и крепкая дружба.

Когда Сан Чжо вошел внутрь, в помещении появился еще один человек. На круглом журнальном столике возвышалась стопка карт. У каждого в руках было по несколько карт, и Шэнь Сиван не составлял исключения. Хоть Сан Чжо и не разбирался в правилах карточных игр, это не мешало ему понимать значение фишек, заменяющих деньги. К тому моменту возле Шэнь Сивана уже выросла внушительная гора фишек.

Достав из-за пазухи красный деревянный ларец, Сан Чжо встал неподалеку от Шэнь Сивана, исполняя долг телохранителя, и терпеливо стал ждать, пока Шэнь Сиван закончит этот кон.

Все фишки со стола перекочевали к Шэнь Сивану, и двое оставшихся игроков лишь усмехнулись, благоразумно отбросив карты в сторону, и принялись рассыпаться в комплиментах вроде того, как силен Ван-гэ. Ни на чьих лицах не читалось и тени сожаления о проигранных деньгах — для людей их круга деньги уже давно утратили вес, превратившись в банальное развлечение.

— Какой смысл просто так резаться в карты? — Чжао Цзэань отбросил колоду, откинулся на спинку дивана и с загадочной ухмылкой глянул на молчаливого Сан Чжо. — Давайте сменим правила.

Шэнь Сиван бросил на него косой взгляд, но промолчал.

Рядом сидел голубоглазый блондин европейской внешности, но говоривший на беглом китайском. На его бледном лице возле глаз виднелось несколько веснушек. Однако больше всего привлекал внимание его правый мизинец — тот оказался металлическим протезом. Услышав предложение, Брук поинтересовался:

— И что за новые правила?

Чжао Цзэань постучал пальцем по столешнице и предложил:

— Проиграл кон — получаешь пощёчину, как вам идея?

Брук расхохотался:

— Чжао Цзэань, так дела не делаются. Если мы продолжим в том же духе, от моих щек живого места не останется.

— С чего бы? Можно же найти кого-то за себя, — Чжао Цзэань приподнял подбородок. — Разве у нас нет телохранителей?

— Не выйдет, — Брук бросил взгляд на стоявшего за его спиной охранника. — Он здесь для того, чтобы защищать меня, и я вовсе не хочу, чтобы мы вляпались в неприятности.

— Брук, да ты мне просто не доверяешь, — возразил Чжао Цзэань. — Какие тут могут быть опасности? Мы ведь так давно не собирались вместе, раз уж собрались отдохнуть, надо оторваться по полной. Комнаты на ночь для всех уже забронированы.

После таких слов Бруку было неудобно отказываться, и он лишь пожал плечами:

— Ладно, пусть бьют телохранителей. Но вместо удара можно и выпить.

— Какое совпадение! — разговор перекинулся на Шэнь Сивана, и Чжао Цзэань многозначительно добавил: — Ван-гэ ведь как раз прихватил для меня гланское вино. Я человек щедрый, пустим его в ход как ставку. Проигравший либо выпивает кубок вина, либо его телохранитель получает пощечину, договорились?

— Меня устраивает, — произнес Брук на чистейшем китайском, глядя на Шэнь Сивана. — А что думает Ван-гэ?

— Я тоже не против, — Шэнь Сиван откинулся на спинку дивана, уголки его губ тронула едва заметная улыбка, и он отдал приказ: — Подойди, налей.

Сан Чжо опустил глаза, от начала и до конца не выказав ни малейшего волнения. Он отозвался, открыл бутылку специальным приспособлением и принялся разливать вино по ряду пустых бокалов.

Ровно три бокала — ни капли больше, до самых краев.

Бруку показалось это забавным. Он наблюдал за тем, как Сан Чжо разливает напиток, а затем медленно перевел взгляд на Шэнь Сивана и тихо рассмеялся. Оба собеседника посмотрели на него, и Чжао Цзэань поинтересовался, над чем он смеется.

Брук взял со стола сигарету, закурил, затянулся и произнес:

— Ван-гэ, этот телохранитель до того безмолвен и угрюм, что у меня аж дежавю случается — прямо как тот Сан Чжо из окружения Старого господина Шана.

Сказанное без умысла задело за живое. После этих слов Брука лицо Сан Чжо под маской слегка окаменело. Наученный горьким опытом, он теперь ни капли не сомневался, что Шэнь Сиван запросто расколет его инкогнито.

Да и немудрено: судя по всему, отношения между Бруком и Шэнь Сиваном были весьма крепкими. Шэнь Сиван — его заклятый враг, а кем тогда приходится Брук?

Опустив глаза и забрав пустой графин, Сан Чжо застыл столбом за спиной Шэнь Сивана, наблюдая, как пальцы Шэнь Сивана, зажавшие сигарету, легко постукивают по краю стола. Кончик сигареты вспыхивал багровым огоньком, быстро угасая.

Он услышал, как Шэнь Сиван с улыбкой произнес:

— С чего это ты вдруг вспомнил о нем?

Брук зажал сигарету в зубах, сделал пару затяжек и выпустил дым. Сквозь клубящуюся дымку он проговорил:

— Да просто странно всё это. К тому же, в городе такая буря поднялась, кто его только не ищет. Ума не приложу, где он прячется, раз умудряется скрываться от стольких людей.

Все присутствующие здесь были далеко не глупцами и прекрасно понимали скрытый смысл этих слов. Шэнь Сиван, разумеется, заметил огонек интереса на дне глаз Брука. Чуть приподняв брови, он затушил сигарету и, поднимая руку, бросил взгляд на Сан Чжо — тот незамедлительно протянул ладони, принимая окурок.

— По правде говоря, мне самому любопытно, где же он затаился, — Шэнь Сиван убрал руку, потирая большой и указательный пальцы, и поддержал тему Брука: — В ту ночь у Барабанной башни было довольно шумно.

Брук громко рассмеялся:

— Сеть осведомителей у Ван-гэ развита прекрасно, тебе вовсе не обязательно выпытывать у меня информацию. К тому же нас с Ван-гэ связывают узы, прошедшие через огонь и воду, о чем тут утаивать.

Карты были полностью раскрыты.

Увидев это, Чжао Цзэань бросил косой взгляд на механический мизинец Брука, приподнял бровь и сказал:

— Брук, если честно, ты ведь сейчас готов порвать Сан Чжо на куски, верно?

— Разумеется. Дерево упало — обезьяны разбежались, а Сан Чжо мало того что лишился поддержки Старого господина Шана, так еще и утащил с собой его завещание. Близкие люди боятся приближаться к нему, те, кто раньше помогал, тоже отвернулись, не говоря уже о таких, как мы, у которых с ним старые счеты, — Брук хмыкнул, поднял руку и потрогал металлический протез мизинца. — Если бы не тот выстрел, я бы не остался калекой.

Шэнь Сиван никак это не прокомментировал. Он выпрямился, оперся локтями о колена, взял в руки карты и произнес:

— Давайте-ка сначала сыграем.

Чжао Цзэань многозначительно усмехнулся:

— Верно, сначала сыграем.

Пот градом катился по спине Сан Чжо. Его кадык судорожно дернулся вверх-вниз, а ладони стали совершенно липкими. Бросив бесстрастный взгляд по сторонам, Сан Чжо лихорадочно оценивал обстановку, рассчитывая свои шансы на побег.

http://bllate.org/book/30945/3772449