Готовый перевод The Unending Feast / Пир забвения: Тени в бамбуковой роще: Глава 5

Шэнь Цинъань слегка нахмурился: Однако у меня в поместье нет мужчин с приятной внешностью... Он внезапно о чем-то задумался и медленно перевел взгляд на Сяо Юйшаня. Судя по выражению его лица, ничего хорошего он не замышлял, и на губах заиграла недобрая усмешка.

Сяо Юйшань не понял, к чему это, и, подняв чашку, уже собирался отпить чаю: Почему ты так на меня смотришь?

Шэнь Цинъань многозначительно оглядел Сяо Юйшаня: Разве перед моими глазами нет готового красавца?

Услышав это, Сяо Юйшань чуть не поперхнулся: Что?!

Красота Сяо Юйшаня не была правильной или благородной, в ней сквозила злая искра. Уголки его губ от природы были слегка приподняты, и на лице всегда играла дерзкая, разгульная усмешка, смешанная с дикой необузданностью. Взгляд его, подобный взгляду хищного зверя, обладал такой напористостью, что, даже осознавая исходящую от него опасность, человек не мог отвести глаз.

В отличие от красоты Жэнь Цинчжоу — почти демонической, но при этом исполненной такого высокомерия, что никто не смел даже помыслить об осквернении, — красоты Сяо Юйшаня хватало одного взгляда. Всего один взгляд — и ты пленен, один взгляд — и ты пропал, один взгляд — и ты уже тонешь в нем, не в силах забыть.

Шэнь Цинъань продолжал улыбаться: Жэнь Цинчжоу — это холодная луна в девяти небесах, одиноко парящая в вышине. А ты, Сяо Юйшань, прославленный повеса, дерзающий делить ложе с небожительницами. Если поползут слухи, что вы двое...

На этих словах он внезапно закашлялся: Кхм-кхм... Распутный гуляка затащил небожителя в мирскую суету... Какая чудесная история получится! А? А-ха-ха-ха!

Сяо Юйшань в этот момент был ошарашен идеей Шэнь Цинъаня настолько, что даже не заметил, как допил чай. Лишь спустя время он пришел в себя: ...А разве ваше высочество не знает, насколько я распутен?

Шэнь Цинъань ответил: Да, я знаю, что ты, Сяо Линхэн, бережешь свою шкуру и блюдешь чистоту, но остальные-то этого не знают. Весь мир считает Сяо Юйшаня распутником, погрязшим в любовных интригах. Только так Пятый принц сможет поверить.

Сяо Юйшань вовсе не был человеком принципов, и он действительно начал всерьез обдумывать осуществимость этой затеи. Репутация для него была вещью совершенно незначительной.

Шэнь Цинъань продолжал с улыбкой: Жэнь Цинчжоу спокоен, расчетлив и не совершает ошибок. Ты, Сяо Юйшань, дерзок, своеволен и умеешь плести интриги. Вы двое — идеальная пара!

Он помолчал немного и добавил: Мне вот очень любопытно: это яркая луна осветит и погасит яростное пламя... или же дикий огонь сожжет холодное сияние?

Сяо Юйшань не знал, что такое стыд, он лишь размышлял, как сделать все надежнее, если дойдет до дела. К тому же, Жэнь Цинчжоу был так прекрасен, что Сяо Юйшань в любом случае ничего не терял.

Шэнь Цинъань изящно поднес чашку к губам, отпил глоток и с насмешливой улыбкой продолжил: Но, Линхэн... будь осторожен, не ослепни от блеска этой луны... А-ха-ха-ха!

Пока Сяо Юйшань был погружен в свои мысли, он вдруг увидел за окном, как дождь бьет по черепице, и ему привиделись те самые прекрасные, но полные коварства глаза.

Интересно, глядит ли сейчас Жэнь Цинчжоу на этот ливень?

Хм, да какая разница, глядит или нет — соблазнить его!

— подумал про себя Сяо Юйшань.

Объект его «заговора», Жэнь Цинчжоу, в этот момент тайно наводил справки в Павильоне Байсян. Он видел, как хозяин лавки быстро щелкает счетами — костяшки чуть не разлетались в щепки, — сразу было видно, что прибыль течет рекой.

Хозяин, можно ли у вас найти пряности из Западного Края? — вежливо и мягко спросил Жэнь Цинчжоу.

Тот, не поднимая головы, отозвался: Есть такие. Обратитесь к помощнику, скажите, что именно вам нужно и в каком количестве, они все упакуют для вас.

Жэнь Цинчжоу тихо усмехнулся и нежно произнес: Пряности, которые мне нужны, довольно специфические. Боюсь, не очень удобно говорить об этом здесь.

Услышав это, хозяин наконец поднял голову: И что же вам угодно?

Жэнь Цинчжоу понизил голос: Мне нужен... Фэйюньсань.

Лицо хозяина слегка изменилось. По законам Великой Чу Фэйюньсань разрешалось продавать только в аптеках для лечения мужской импотенции, причем требовался строгий контроль за дозировкой во избежание зависимости. Хотя это и не было запрещенным благовонием, императорский двор строго ограничил его продажу вне аптек. Весь Фэйюньсань, что попадал в лавки пряностей, был контрабандным.

Глаза хозяина забегали: Ох, уважаемый гость, наше заведение не торгует Фэйюньсанем. Поищите в аптеках на Западной улице, там он есть.

Жэнь Цинчжоу улыбнулся: Хозяин, вы не понимаете. В тех аптеках концентрация... эх...

Жэнь Цинчжоу притворился смущенным и запнулся, намеренно подталкивая владельца к мысли, что препарат нужен ему самому. Но хозяин оказался человеком слишком самоуверенным и поспешил сделать свои выводы...

Хозяин: А-а... Ваш возлюбленный... ну... понятно, понятно...

Жэнь Цинчжоу опешил. Он вовсе не это имел в виду, но решил не оправдываться. Ложь и так была ложью, и ему было все равно, как ее истолкуют.

Пойдемте со мной.

Жэнь Цинчжоу проследовал за хозяином в подсобку на заднем дворе. В комнате было темно, окна заклеены черной бумагой, почти не пропускавшей свет. Хозяин достал из тайника сверток. Когда он его развернул, невозможно было разглядеть саму таблетку, но по легкому аромату Жэнь Цинчжоу понял: это Фэйюньсань с повышенной концентрацией.

Гость, — хозяин завернул таблетку и протянул ее Жэнь Цинчжоу, — здесь двойная доза. Помните, достаточно крошечной частицы, ни в коем случае не жадничайте... не гонитесь за удовольствиями, обязательно берегите здоровье своего возлюбленного...

Жэнь Цинчжоу слегка улыбнулся: Благодарю, хозяин. А какая именно дозировка должна быть? — спросил он, направляясь к выходу.

Хозяин семенил следом, давая наставления: Достаточно пятой части на ночь, причем обязательно смешивать с другими обычными благовониями. Если вы планируете каждую ночь... если ваш возлюбленный нуждается в этом каждую ночь, то одной такой таблетки на пять дней будет в самый раз.

А употреблять внутрь можно?

Можно, тот Фэйюньсань, что в аптеках, как раз предназначен для приема внутрь. Но он нужен для лечения болезней, а не для... утех.

А какая доза может быть опасной?

Услышав этот вопрос, хозяин в панике замахал руками: Ох, гость! Ни в коем случае не гонитесь за чрезмерными удовольствиями! Это... это... здоровье вашего возлюбленного превыше всего!

Жэнь Цинчжоу невозмутимо улыбнулся: Хозяин, вы не так поняли, я просто...

Он внезапно остановился и умолк, потому что у входа в лавку стоял мужчина в красном, скрестив руки на груди и небрежно прислонившись к дверному косяку. Увидев Жэнь Цинчжоу, он приподнял бровь и скривил губы в насмешливой, разгульной гримасе.

Жэнь Цинчжоу замер, а Сяо Юйшань неспешно подошел к нему. Он уставился на сверток в руках Жэнь Цинчжоу, слегка прищурился, и в его глазах промелькнула ирония:

Цзюянь, ты так боишься, что я пойду искать других женщин? Хочешь привязать меня к себе этим? М?

Сяо Юйшань врал, не моргнув глазом, и одновременно с этим естественно обнял Жэнь Цинчжоу за талию, притянув к себе.

Не давая Жэнь Цинчжоу и слова вставить, он продолжил: Ну все, Цзюянь, я обещаю, что больше не буду ходить в подобные злачные места, хорошо?

Сяо Юйшань был до того бесстыден, что произносил эту нелепую ложь совершенно непринужденно. Со стороны могло показаться, что эта «парочка» просто мило воркует.

Жэнь Цинчжоу открыл было рот, но Сяо Юйшань обратился к хозяину: Простите, хозяин, мой благоверный слишком застенчив. Мне-то такие вещи без надобности, но раз уж мое сердечко хочет попробовать — купим!

Обнимая Жэнь Цинчжоу за тонкую талию, он направился к выходу, по пути бросив хозяину два серебряных слитка: Пойдем, Цзюянь, раз уж ты так хочешь испытать это средство, вернемся в поместье...

Все произошло так гладко, что у Жэнь Цинчжоу не было ни единого шанса оправдаться. Сяо Юйшань на глазах у всех облил его такой порцией грязи, что отмыться было невозможно.

Сяо Юйшань обладал навыками боевых искусств и был силен, поэтому Жэнь Цинчжоу, которого он крепко прижимал к себе, на глазах у изумленной публики пошатывался, выходя из лавки.

Глава 4

Когда они вышли из Павильона Байсян, Жэнь Цинчжоу увидел, что Сяо Юйшань не собирается убирать руку с его талии. Он ловко развернулся и без труда вырвался из захвата.

Жэнь Цинчжоу: Господин Сяо, вы неплохо играете свою роль. Только вот, так пренебрегая собственной репутацией, не боитесь ли вы подставить Второго принца?

Сяо Юйшань презрительно усмехнулся: Это неважно. Важно то, что я могу втоптать в грязь и репутацию господина Жэня заодно.

Жэнь Цинчжоу невозмутимо и мягко улыбнулся: Вы просчитались, господин Сяо. Пятый принц знает, что я никогда не искал сомнительных развлечений, тем более таких, как это увлечение мальчиками.

Сяо Юйшань продолжал улыбаться: Не страшно, если у противника есть мозги, страшно, если у повесы есть терпение. Слухи о нас разойдутся, и поначалу Пятый принц, конечно, не поверит. Но со временем, как вы думаете, не закрадутся ли в его сердце сомнения?

В глазах Жэнь Цинчжоу промелькнула тень раздумий. Сяо Юйшань был прав: Шэнь Цинцзюэ был слишком подозрителен, он всегда предотвращал предательство заранее. Будучи самым доверенным лицом принца, Жэнь Цинчжоу понимал, что не может позволить себе слишком тесно связываться с Сяо Юйшанем.

Заметив молчание Жэнь Цинчжоу, Сяо Юйшань опустил взгляд на сверток в его руках и усмехнулся: Господин Жэнь, вы ищете доказательства?

Жэнь Цинчжоу очнулся от своих мыслей и спокойно ответил: Ищу человека.

Ты его не найдешь, — Сяо Линхэн пожал плечами.

Почему?

Он мертв, — безразлично сказал Сяо Юйшань. — Если не веришь, я могу приказать доставить труп к тебе в поместье.

Жэнь Цинчжоу слегка вздрогнул и опустил взгляд.

Если Сяо Юйшань говорит правду и тот торговец действительно мертв, то след, ведущий к концентрированному Фэйюньсаню, полностью обрывается.

Затем он слегка кивнул и с улыбкой произнес: Благодарю, господин Сяо, за информацию. Раз больше ничего нет, я пойду.

Едва он договорил, как собрался уходить, но его запястье крепко схватили и дернули назад. Жэнь Цинчжоу врезался в грудь Сяо Юйшаню, и тот небрежно рассмеялся: Куда спешишь? Разве не собирался опробовать это средство?

Жэнь Цинчжоу, намертво зажатый в объятиях, перестал сопротивляться и холодно заметил: Господин Сяо, представление еще не окончено? Зрителей здесь больше нет.

Сяо Юйшань слегка наклонился, прижался лбом ко лбу мужчины и прошептал: Спектакль нужно играть до конца. Зрители есть повсюду.

http://bllate.org/book/30925/3769672