Готовый перевод The Little Mermaid and the Merman Fell in Love / Русалочка и повелитель морских глубин: Глава 2

Дэн Си опешил.

Неужели... неужели это его сородич?

Дэн Си прожил в открытом море много лет и уже давно свыкся с мыслью, что он здесь — единственное разумное существо, единственная на весь океан русалка.

Это и вправду его сородич?

Дэн Си не мог поверить своим глазам.

Хвост незнакомца был намного, намного длиннее его собственного, да к тому же серебристый. Дэн Си опустил голову, недоверчиво оглядел собственный синий рыбий хвост, снова перевёл взгляд на роскошный серебряный хвост и во все глаза посмотрел на него с завистью.

Будь у него такой длинный хвост, он бы плавал гораздо быстрее и только что запросто догнал бы ту маленькую рыбку!

Похоже, он ранен. Неужели его обидел кто-то из крупных хищников? Какой несчастный.

Дэн Си уцепился за риф и украдкой выглянул наружу.

Этот серебристый хвост — неужели это он произвел тот громкий шум? И это не за ним ли следовал кто-то в морской пуще? Дэн Си немного подумал и тут же отбросил эту догадку.

Нет, серебристый хвост его вовсе не заметил и преследовать не пытался — просто он сам случайно заплыл сюда, решив подняться к поверхности воды, и незнакомец тоже собрался наверх.

Серебристый хвост опустил голову. Словно что-то почувствовав, он слегка приподнялся, и его лопатки изогнулись плавным, исполненным силы изгибом. Чуть повернув лицо, он посмотрел в ту сторону, где за рифом прятался Дэн Си.

Его лицо скрывала тень от прядей волос, так что выражения было не разобрать. Виднелись лишь две серебристые вертикальные зрачки — ледяные, безмолвные и безэмоциональные, но при этом ничуть не спокойные, сплошь иссеченные красными прожилками.

В тот самый миг, когда их взгляды неожиданно встретились, у Дэн Си волосы встали дыбом. Ему показалось, будто голодный гигантский зверь нацелился на него как на добычу, и в следующее мгновение чужак бросится вперед, чтобы свирепо вцепиться ему в горло — до того диким и кровожадным был этот взгляд.

Дэн Си не смел даже шевельнуться, пока серебристый хвост, не заметив ничего подозрительного, снова не отвернулся.

В тот же миг Дэн Си шмыгнул обратно за риф, с трепетом прижал руки к нижней половине лица и стал сдерживать дыхание, часто-часто и мелко поскуливая.

Какой страшный.

Теперь он вовсе не находил серебристый хвост жалостным — напротив, ему хотелось плавать от страха и безысходности. Хотя Дэн Си всегда мечтал, чтобы рядом была хоть одна русалка, с которой можно поговорить, сейчас он не испытывал ни малейшей радости.

Его внутренний радар опасности вовсю надрывался, подсказывая Дэн Си, что этот обладатель серебряного хвоста куда страшнее любых гигантских рыб!

Любопытство и вправду сгубило рыбу.

Впрочем, раны серебристого хвоста выглядели настолько тяжелыми, что вряд ли тот смог бы причинить ему вред. Переполненный любопытством Дэн Си неотрывно смотрел на него, а на той половине лица, что выглядывала из-за рифа, даже остался красный след от собственного прижимания.

Хотя их разделяло некоторое расстояние, Дэн Си отлично видел, что открытое тело незнакомца сплошь покрыто ранами: тут и почти черные от ударов синяки, и бесчисленные рваные раны, оставленные острыми клинками, и даже серебряный рыбий хвост пестрел повреждениями.

Кровь, сочившаяся из ран серебристого хвоста, казалось, вот-вот окрасит чистую морскую воду вокруг него в кроваво-красный цвет.

Более того, Дэн Си перевел взгляд на неподвижный хвост незнакомца.

С тех пор как серебристый хвост выполз из воды и попал в поле зрения Дэн Си, он не шелохнулся ни разу, просто безвольно и прямо свисал вниз — не было даже бессознательного движения плавниками или легкого покачивания.

Неужели его хвост тоже поврежден?

Русалки от рождения обожают все блестящее, и Дэн Си пришелся по душе сияющий хвост незнакомца.

Какая жалость.

С сожалением во взгляде Дэн Си смотрел на него.

Серебристый хвост с огромным трудом выбирался на риф. Он задействовал почти одну лишь силу рук, чтобы втащить наверх все тело, и от этого раны на его руках разошлись еще сильнее, а кровь хлынула с новой силой.

Дэн Си даже смотреть на это было больно, но серебристый хвост от начала до конца сносил все молча, не издав ни единого стона.

Добравшись до рифа, он окончательно выбился из сил, рухнул на камень и больше не двигался, а его дыхание стало до жалости слабым.

Дэн Си воочию наблюдал, как серебристый хвост сомкнул свои свирепые, звериные глаза.

Неужели потерял сознание?

Дэн Си скорбно скривил личико. Хоть его сородич и выглядел таким жалким, тяжело раненым и словно стоящим на пороге смерти...

Но...

Дэн Си потрепал собственный живот, который продолжал урчать и требовать еды.

Если он и вправду признает в нем своего сородича, Дэн Си не сможет прокормить даже себя самого, не говоря уже о том, чтобы заботиться вдобавок и о владельце серебряного хвоста.

Они ведь запросто умрут с голоду вдвоем.

Дэн Си тихонько развернулся и поплыл прочь.

Прости уж.

Не прошло и мгновения, как Дэн Си снова вернулся.

Он подплыл к потерявшему сознание серебристому хвосту и не сводил глаз с его сверкающего длинного хвоста.

Дэн Си прошептал: — Дай мне потрогать тебя, ну хоть разочек! Тогда я тебя спасу.

Дэн Си кончиком пальца осторожно ткнул в серебристый плавник.

Затем порозовевший кончик пальца, аккуратно обходя раны, легко заскользил по серебристой чешуе.

Разочек за разочком.

Увлекшись поглаживанием хвоста, Дэн Си не заметил, как веки незнакомца чуть дрогнули.

Хвост русалки — это врожденное орудие убийства, но в то же время и самая чувствительная часть тела, вроде обратной чешуи дракона, к которой нельзя прикасаться ни в коем случае. Если бы хвост серебристого не был поврежден, Дэн Си уже погиб бы от рефлекторного ответа морского обитателя.

Погруженный в забытье Сы Цзишэн ощутил в области хвоста странное, неотвратимое покалывание. Подобно слабому электрическому разряду, оно волна за волной будоражило его рассудок, увязавший в хаотичной темноте.

Пальцы Сы Цзишэна чуть шевельнулись, и в ушах смутно послышалось: — Какой послушный.

Глава 2. Добыча

Падение, падение, падение...

Это был кошмар.

Бесконечная тьма, бесконечная бойня, ослепительно алая кровь и доносящиеся отовсюду пронзительные звуки сирен:

— Звездолет А-101 разрушен...

— Внимание, внимание! Произошло падение из звездной системы В26 на безымянную планету...

— Звездолет А-101 полностью списан, активируется защитная капсула ядра...

— Обшивка капсулы разрушается из-за сильного нагрева при скоростном спуске...

— Защитная капсула ядра уничтожена.

Вслед за последним сигналом тревоги в небе раздался оглушительный грохот, вспыхнуло пламя, клубами повалил черный дым.

Крошечная на фоне стихии человеческая фигура вылетела из зоны задымления и с глухим стуком рухнула с нескольких тысяч метров прямо в пучину океана.

Вода заполнила нос и рот, вокруг воцарилась мертвая тишина.

В его памяти одна за другой проносились знакомые лица. Их кровь еще не остыла, на губах застыло выражение предсмертного шока, и все эти не успевшие закрыться глаза смотрели только на него.

В ушах снова зашумело: монотонный механический голос системы возвещал о каждой угасшей жизни, перемежаясь с его собственными бессильными, охрипшими криками.

Все эти люди погибли из-за него.

Сы Цзишэн приоткрыл рот. Горло саднило от сухости и боли, отдавая привкусом крови, но он не мог вымолвить ни единого слова.

Сы Цзишэн смежил налитые кровью глаза.

Однако перед глазами не было темноты.

В оцепенении его сознание погрузилось в другой мир.

Солнце палило так нещадно, что невозможно было разглядеть хоть что-то.

В грязном, зловонном концлагере люди жались друг к другу, пропитывая воздух тяжелым запахом пота.

Он сидел в самом углу и набивал патронами магазин. Укрытый тенью, отрезанный от солнечных лучей, он не проронил ни единой капли пота, и никто не осмеливался приблизиться к нему.

Он отчетливо ощущал вокруг себя чужие взгляды — презрительные, любопытные, завистливые, злобные, но в них не было ни капли доброжелательности.

Острый слух позволял ему без труда улавливать ничтожные и трусливые пересуды этих людей.

— Подумаешь, этот новенький прикончил на поле боя пару сотен зергов, и что с того? Чего нос задирает?

— Мы тут пошутили с его оружием, так тех зергов он вообще голыми руками перебил.

После долгого молчания кто-то сглотнул слюну:

— Голыми руками? Разве человек на такое способен?

— А ты посмотри на него, разве он похож на человека? Во всем лагере только он один как белая ворона, шарахается от людей.

— Мать твою, братья пытаются с ним заговорить, а он и ухом не ведет.

— Как думаете, может, он вообще немой?

Немой.

Толпа за спиной выдавила из себя несколько глухих смешков.

Неторопливые движения юноши на миг замерли. Его губы сурово сжались в тонкую линию, он поднялся, сжав автомат, а в серебристых глазах вспыхнула дикая злоба.

Белая ворона?

Немой?

Стоило ему сделать одно простое движение, как во всем лагере мгновенно воцарилась мертвая тишина. Обойдя тень, юноша повернулся к остальным спиной, и исходивший от него леденящий холод заставил отступить даже палящее солнце.

Сы Цзишэн приподнял веки.

Прямые солнечные лучи ослепили его, вызвав головокружение, но стоило ему проморгаться, как окружающая обстановка резко изменилась.

Повернув голову и зажмурившись, он убедился: кошмар наконец позади.

Сон рассеялся, а вот пронзающая тело боль была самой настоящей.

После падения с нескольких тысяч метров, не будь у него тела русалки такой невероятной закалки, Сы Цзишэн уже лежал бы здесь трупом. Нынешнее же тяжелое состояние можно было считать еще удачным: почти сотня царапин по всему телу, несколько сломанных в хвосте костей, раны, разбухшие и воспалившиеся от морской воды, и кровотечение, которое до сих пор не удалось остановить.

Жить порой бывает больнее, чем умереть.

Опираясь исключительно на силу рук, Сы Цзишэн приподнял верхнюю часть туловища и оглядел свой хвост.

То приятное покалывание — неужели ему просто померещилось?

Взгляд Сы Цзишэна помрачнел, и он окинул взглядом окрестности.

Бескрайний океан, редкие клочки рифов — ни души, и даже рыбы вокруг не наблюдалось.

Сы Цзишэн нахмурился, ему показалось, будто он что-то заметил.

Дэн Си в панике спрятался за риф, с силой сжав в ладошке маленькую красную травку, которую только что добыл с таким трудом.

Эта красная водоросль обладала целебными свойствами.

В предании русалок говорилось, что их предки собирали такие пучки травы, росшие в каменных расщелинах у зарослей красных коралов, тщательно отжимали сок и растворяли его в морской воде. Стоило несколько дней пожить в таком море, как любые раны постепенно затягивались.

Дэн Си плыл очень-очень долго, пока отыскал ее, вернулся назад совершенно запыхавшимся от усталости, но по крайней мере не заблудился! И благополучно добрался обратно к обладателю серебряного хвоста.

Дэн Си мысленно тихонько похвалил себя и снова выглянул из-за укрытия, выставив наружу лишь половину лица.

Серебристый хвост все так же неподвижно лежал на рифе, кровь медленно сочилась по его телу, а серебряные глаза были приоткрыты наполовину, скрывая истинные мысли.

Дэн Си снова спрятал голову, помахивая синим хвостовым плавником, и с озабоченным видом принялся настраивать себя на нужный лад: ему предстояло придумать такое начало разговора, после которого его не изобьют.

http://bllate.org/book/30893/3766481