В классе те, кто решил вздремнуть в обеденный перерыв, по всей видимости, тоже не избежали этой участи.
Су Чи протянул руку и убрал книгу.
Знакомое спящее лицо — казалось, оно совсем не изменилось. Лишь юношеская незрелость в чертах лица постоянно напоминала о том, что нынешние времена уже не те, что прежде.
Сейчас его с Пэй Тинцзи не связывало ровным счетом ничего.
Солнце неизвестно когда сместилось, и луч, пробившийся из-за окна, упал прямо на стол Су Чи.
Удачно, как раз не задев Пэй Тинцзи.
В ярком свете было видно, что Пэй Тинцзи спит очень спокойно, не издавая ни звука. Его дыхание было ровным и размеренным, а длинные ресницы отбрасывали на веки легкую тень, придавая его лицу, обычно такому дерзкому и вызывающему, немного мягкости.
Су Чи молча смотрел на него, и в душе у него все смешалось.
Он радовался своему перерождению, но одновременно и боялся его.
Страх.
Он боялся, что Пэй Тинцзи не полюбит его.
В прошлой жизни он опекал Пэй Тинцзи три или четыре года, но так и не услышал от него ни одного слова, похожего на признание.
А в этой жизни у него было еще меньше уверенности...
Су Чи тихо вздохнул и перевел взгляд на небо за окном. Сквозь облака пробивались мягкие лучи восходящего солнца, рисуя на земле причудливые пятна света — сегодня будет хороший день.
...
Сюй Чжиянь, вернувшись в класс с хлебом, увидел двух парней, прикорнувших на своих местах, и проглотил слова, которые хотел было произнести. Он положил вещи на свой стол и отправился за метлой, чтобы заняться уборкой.
По мере того как ученики возвращались в класс, Пэй Тинцзи лениво проснулся. Место рядом с ним уже пустовало.
Увидев это, Сюй Чжиянь бросил метлу, в несколько шагов подбежал к своей парте и протянул Пэй Тинцзи хлеб и карточку для столовой:
— Булка пять юаней, на твоей карточке еще один юань остался.
— Ага.
Пэй Тинцзи потер глаза, положил хлеб на стол Су Чи, а карточку сунул в ящик парты.
— Твой сосед по парте в учительскую ушел, — Сюй Чжиянь решил проявить инициативу. — Фан Пинчжоу заходил, наверное, книги для Су Чи привезли.
Книги?
Сознание Пэй Тинцзи на мгновение прояснилось, он кивнул:
— Один пошел?
— Ага.
Сюй Чжиянь, договорив, увидел, что Пэй Тинцзи встает.
— Ты куда?
— В туалет.
Бросив эти два слова, Пэй Тинцзи вышел через заднюю дверь.
Сюй Чжиянь отвел взгляд и занялся делами — нужно было собрать тетради с проверочными работами. Обойдя всех одноклассников, он собрал недостающие листы и пошел сдавать работу.
В это время Су Чи шел в класс, неся в руках стопку книг.
Это были лишние экземпляры, оставшиеся после заказа — совершенно новые. Учебники для старших классов везде одинаковы, а это были дополнительные пособия, подобранные в соответствии с уровнем учеников.
Теперь, когда они в выпускном классе, объяснение материала подходит к концу, и дальше всё будет строиться на повторении по выбранным справочным материалам.
У Су Чи разболелась голова.
Он хотел срезать углы, вспомнив экзаменационные вопросы прошлых лет, но обнаружил, что в памяти — полная пустота, лишь одна тема сочинения с того самого экзамена, и больше ничего.
А еще — внезапная крупная эпидемия гриппа сразу после Нового года, которая привела к масштабному карантину.
Она длилась три месяца, прежде чем страну удалось взять под контроль.
Су Чи вздохнул. Его не покидало чувство бессилия, словно он переродился, но получил сценарий второстепенного персонажа, чья единственная роль — оберегать Пэй Тинцзи, чтобы предотвратить трагедию прошлой жизни.
Вдруг его похлопали по плечу, и раздался вопрос:
— О чем задумался? Зову тебя, а ты не отвечаешь.
Он повернул голову — это был Пэй Тинцзи.
Су Чи отвернулся:
— Ни о чем.
— А чего тогда не отзывался?
Пэй Тинцзи шел рядом, и в узком коридоре стало не протолкнуться.
— Не услышал, ты слишком тихо говорил.
Су Чи крепче прижал книги к груди.
— Тогда в следующий раз буду громче.
Пэй Тинцзи не собирался помогать с ношей, просто шел рядом и время от времени что-то говорил. Су Чи отвечал в зависимости от настроения, но обычно его ответ был парирован встречным вопросом.
Так они дошли до класса.
Сюй Чжиянь, который разговаривал с кем-то, увидев эту парочку у задней двери, ничуть не удивился. Однако, заметив Пэй Тинцзи, идущего с пустыми руками, он в очередной раз поразился его эмоциональному интеллекту.
— Слушай, Сюй, как думаешь, долго они просидят вместе?
Сюй Чжиянь очнулся:
— Ты про то, сколько Пэй Тинцзи сможет терпеть Су Чи?
— Ну да. Разве Пэй Тинцзи не говорил, что кто-то ему нравится?
В глазах Сюй Чжияня промелькнула улыбка. Вспомнив про булку, которую он принес, он причмокнул и понизил голос:
— По мне, так если классный руководитель не рассадит их, они до скончания веков вместе просидят.
— ...Ну ты преувеличиваешь.
— Не веришь — смотри сам.
Сюй Чжиянь кивнул в сторону, предлагая проследить за Пэй Тинцзи. Тот с хитрым выражением лица что-то оживленно рассказывал. В любом случае, по сравнению с соседом, Пэй Тинцзи явно был тем, кто говорит больше.
— А ты прав.
Они продолжали шептаться о Пэй Тинцзи и Су Чи.
Тем временем главные герои обсуждения были заняты своим. Су Чи положил книги, размял руку и, опустив глаза, ответил на предыдущий вопрос Пэй Тинцзи:
— Я не умею драться.
— Этот Хаоцзы... а? Ну да, похоже на то. У тебя вон руки да ноги тонкие, сразу видно.
— Тогда зачем спрашивал?
Застигнутый врасплох встречным вопросом, Пэй Тинцзи машинально ответил:
— Если бы ты умел драться, мог бы и один после уроков уйти...
В глазах Су Чи мелькнула тень, он поджал губы и снова повторил:
— Я не умею драться. Поэтому подожди меня после уроков.
— А.
— Не пойми превратно, в конце концов, ты попал под прицел отчасти из-за меня.
— Хм.
— Всего два-три дня, через пару дней они отстанут.
— Ясно.
— ...
Пэй Тинцзи бессильно выдохнул:
— Короче, жди меня после уроков, и всё.
Тон у него был такой, словно он угрожал Су Чи, будто это именно его собрались побить после школы.
— Понял.
Су Чи, которого посчитали беспомощным, кивнул:
— Завтра с тебя две конфеты на палочке.
Пэй Тинцзи: Бесполезно объяснять.
— Ну, спасибо тогда.
— Не за что, клубничные.
Глава 7
После обеда Су Чи зашел в лавку. Купив немного развесных конфет и пять клубничных леденцов, он сунул их в карман и направился к учебному корпусу.
У него была склонность к гипогликемии. Те две конфеты, которые он ел в начале семестра, купила ему тетя, но он их не съел, а закинул в сумку и забыл.
Предложив конфету Пэй Тинцзи, он просто хотел наладить отношения, но никак не ожидал, что тому они так понравятся.
Не любит клубничный вкус? Ничего страшного. Будет чаще есть — полюбит.
Вернувшись в класс, Су Чи обнаружил, что половина учеников уже на месте. Он выложил конфеты в ящик парты, взял метлу и, согласно указаниям старосты, отправился на закрепленный за классом участок.
Близилась осень, и стоило подуть ветру, как земля покрывалась опавшей листвой.
Когда Су Чи пришел, там уже кто-то убирал. Он подошел и, не говоря ни слова, присоединился к работе.
— Сосед по парте!
Су Чи поднял голову. Пэй Тинцзи, несясь во весь опор, приветственно махал ему рукой. Су Чи слегка оторопел: обеденный перерыв во второй школе длился на десять минут дольше, чем в первой, и до конца оставалось всего пять минут — еще немного, и будет опоздание.
Пэй Тинцзи орал во весь голос, и окружающие замерли.
— Брат Пэй, ты же опаздываешь! — улыбаясь, окликнула его одноклассница. Парень рядом с ней, продолжая энергично мести, добавил:
— Брат Пэй, наш классный уже в кабинете.
— Знаю! — отозвался Пэй Тинцзи, свернув в сторону Су Чи. — Сосед, мети быстрее, покажу кое-что!
После его крика все, кто до этого не обращал внимания, уставились на Су Чи.
«Черт, привлекает внимание...» — подумал он.
Пэй Тинцзи, не дожидаясь ответа, рванул к лестнице и взлетел по ступенькам.
Как только он ушел, те двое, что только что с ним перекинулись парой фраз, посмотрели на Су Чи и вздохнули:
— А вы с братом Пэем отлично ладите!
Девушка толкнула парня локтем:
— Сюй Янь, не умеешь говорить — молчи!
Затем она улыбнулась Су Чи:
— Наш новый одноклассник красавчик, и характер у него хороший, неудивительно, что брат Пэй к нему тянется.
Сюй Янь парировал:
— Знаю, знаю, любительница внешности.
Су Чи слегка улыбнулся:
— Зовите меня просто Су Чи.
И продолжил мести.
— Хорошо! — просияла Янь Янь.
Кто-то рядом, не выдержав, ткнул её, Янь Янь обернулась и, прищипнув парня, прошептала:
— Не лезь.
Тот рассмеялся.
Су Чи отвел взгляд, продолжая уборку, а зеваки постепенно разошлись.
Через десять минут территория была убрана, и они с инструментами вернулись в класс.
Так вышло, что едва они вошли и убрали инвентарь, Фан Пинчжоу объявил о необходимости выпустить стенгазету.
— Янь Янь, за это отвечаешь ты.
— Есть! — отозвалась девушка, ответственная за чистоту.
Фан Пинчжоу был спокоен: она была культурным организатором класса и прекрасно справлялась с такими задачами. Объявив тему и обговорив ключевые моменты, он ушел, и в классе воцарилась тишина.
Фан Пинчжоу просидел за учительским столом полчаса, наблюдая, как ученики дописывают ежедневные задания, а затем, собрав листы, ушел. Начался обеденный отдых.
Увидев, что классный руководитель ушел, Пэй Тинцзи выкроил момент и достал из кармана вещь.
Он тронул Су Чи за локоть и, озираясь, придвинулся ближе.
На Су Чи пахнуло теплом. Повернув голову, он увидел, что в длинных пальцах Пэй Тинцзи зажат камень.
Похожий на сердечко.
Су Чи смотрел на это с каменным лицом. Пэй Тинцзи склонил голову и прошептал:
— В школьном домике для кошек нашел. Увидел — так удивился, решил тебе показать.
Су Чи поджал губы:
— И правда удивительно.
«Пэй Тинцзи такой детский сад!» — подумал он. Хотя, кажется, он сам ничем не лучше.
— На, потрогай.
Су Чи взял камень. Тот был теплым — от руки Пэй Тинцзи.
Су Чи вдруг бросило в жар. Он положил камень на стол, уткнулся лицом в парту и пробурчал:
— Ты такой ребенок. Дай поспать.
http://bllate.org/book/30545/3723976
Сказали спасибо 0 читателей