Готовый перевод World's First Zombie King / Король зомби, или Как не стать обедом экзорциста: Глава 15

Гун Мо завёл тяжёлый мотоцикл, который когда-то оставил в этом городе, и помчался к месту сбора.

Допрос у военных прошёл удивительно быстро — всё благодаря его прозвищу Белый Орел, к тому же новый нижестоящий Король Зомби, судя по всему, доставлял им немало головной боли.

Гун Мо немного переживал за Чэнь Вэньцзя. Военные говорили, что этот Король Зомби, судя по всему, прежде служил в армии. Разница в силе между таким мастеровитым Королём Зомби и книжным червем Чэнь Вэньцзя была очевидна с первого взгляда.

Добравшись до места назначения, он достал телефон, собираясь отыскать по геолокации Чэнь Вэньцзя, как вдруг за спиной раздался голос с étrange акцентом:

— Белый Орел, что ты здесь делаешь?

Гун Мо обернулся и посмотрел на подошедшего.

На том тоже была белая униформа, но вышивка на груди изображала не китайского золотого дракона, а хризантему.

Экзорцист Лундзаки Тосихико высокомерно усмехнулся, как и всегда:

— Вы, китайцы, такие проблемные. Не можете разобраться с Королем Зомби на собственной территории, ещё и нас, оммёдзи, приходится звать.

Гун Мо бросил взгляд на семерых-восьмерых бойцов, следовавших за ним, и пожал плечами:

— Ничего не поделаешь, страна огромная, ресурсов и талантов полно. Во всяком случае, это лучше, чем некоторые страны, где до сих пор не могут вырастить ни одного нормального противника, а в итоге всё равно терпят масштабное поражение.

Лицо Лундзаки мгновенно исказилось от злости:

— Белый Орел, зачем ты вообще сюда пришёл! Раз уж ваше правительство наняло меня, то какого чёрта они прислали ещё и тебя?

Гун Мо беззастенчиво убрал телефон:

— О делах нашей страны... мы, разумеется, не станем говорить с иностранцами.

Лундзаки усмехнулся:

— Ну и отлично. Раз уж ты здесь, то, должно быть, это как-то связано с Королем Зомби. Говорят, в прошлый раз вы упустили маленького Короля Зомби, обладавшего хоть какими-то задатками мыслящего существа. Как насчёт соревнования: кто первый его поймает?

Гун Мо взглянул на часы — до оговоренного времени прибытия Чэнь Вэньцзя оставалось полчаса.

— Лундзаки, мы ведь с тобой из первого набора курсантов, верно? — вежливо улыбнулся он. — Помнится, ты всегда был вторым.

Лицо Лундзаки стало ещё мрачнее.

— Но вечно оставаться вторым... Знаешь, другой вечно второй, которого я знаю, куда приятнее тебя.

Гун Мо шагнул вперёд и вытянул из ножен меч, висевший на поясе:

— Или можем устроить соревнование наперегонки: кто первый отыщет логово Короля Зомби?

Глаза Лундзаки загорелись:

— Отлично!

Они переглянулись и уже собирались разойтись в разные стороны, как вдруг из здания вдалеке донёсся звериный рык зомби.

Не успел отряд Лундзаки выстроиться в боевой порядок, как оттуда вышел человек в чёрной форме, с головы до ног замотанный так, что даже глаз не было видно, и потащил за собой чёрный непромокаемый мешок.

Гун Мо улыбнулся. Этот парень действительно оказался не так прост.

Лундзаки в упор уставился на хрупкую фигуру и громко потребовал:

— Ты кто такой?!

Чэнь Вэньцзя поднял голову на незнакомого экзорциста и машинально остановился. Заметив неподалёку Гун Мо, он наконец с облегчением выдохнул и продолжил шагать в его сторону.

— Стоять! — Лундзаки навёл на него дуло пистолета. — Что у тебя в руках? Разве тебе не известны правила, что без разрешения запрещено выносить любые ткани тел зомби?

Чэнь Вэньцзя опешил, а затем услышал голос Гун Мо:

— Это спецназовец, который входил со мной, мы выполняем задание. Не лезь не в своё дело.

Но Лундзаки пропустил его слова мимо ушей, не сводя ствола:

— Отвечай!

— Лундзаки, это мой человек, — наконец помрачнел Гун Мо.

— У Экзорцистов есть право допрашивать любых подозрительных лиц.

В этом заключалась его гордость как элиты своей страны.

Пока он говорил, Чэнь Вэньцзя уже вытащил из кармана телефон и принялся судорожно тыкать в экран.

— Даже если ты обратишься за помощью к штабу, это тебе не поможет! Говори, кто ты такой! — разъярённо взревел Лундзаки. Этот человек вызывал слишком много подозрений: сумел в одиночку проникнуть в логово зомби и вернуться целым и невредимым, да ещё и притащил с собой образец! Тот недавний рёв был ему знаком — такой групповой вопль раздавался только при сильнейшем переполохе в стае. В подобных условиях даже он сам не был уверен, что сможет выбраться живым!

— SORRY, I CAN'T SPEAK ENGLISH. (Извините, я не говорю по-английски), — раздался из динамика телефона холодный безжизненный мужской голос.

— ...

Чэнь Вэньцзя одобрительно покосился на свой смартфон — отечественный электронный словарь всё-таки приносил пользу. Разумеется, он знал английский, но у этого японского малого был до того омерзительный акцент, что разве мог он расслышать хоть слово, владея лишь разговорным по учебникам?

Гун Мо потратил почти всю свою духовную энергию на то, чтобы сдержать смех.

— ...Я спрашиваю, кто ты? — сквозь зубы переспросил Лундзаки на ломаном китайском.

Чэнь Вэньцзя снова опустил голову и принялся яростно набирать текст.

— Я немой. Пожалуйста, уважайте инвалидов.

А напоследок, боясь, что тот ничего не поймет, он задействовал переводчик ещё раз.

Лицо Лундзаки почернело, словно днище казана.

Чэнь Вэньцзя убрал телефон, поволок непромокаемый мешок к Гун Мо и показал жестом, что задание выполнено.

Гун Мо протянул руку и потрепал его по макушке.

— Гун Мо, а как же соревнование, которое ты обещал? — Лундзаки, больше не в силах сдерживаться, перевёл разговор на другую тему.

— Я лишь предложил, но ничего не обещал. — Гун Мо посмотрел на то, как Чэнь Вэньцзя легко и непринужденно закинул непромокаемый мешок на заднее сиденье мотоцикла, а затем уселся верхом, словно ребёнок, и преданно стал ждать его, и в конце концов не выдержал, рассмеявшись: — Если хочешь, в следующий раз посоревнуемся, чтобы потешить твоё тщеславие.

Увидев, что тот уже устроился в седле, Лундзаки бросился наперерез, пытаясь преградить им путь, но сидевший сзади человек резко выхватил из кобуры на поясе Гун Мо магазин с патронами и швырнул прямо в него!

Лундзаки пришлось мгновенно отскочить в сторону, и этой доли секунды хватило Гун Мо, чтобы скрыться.

— Гун Мо! Я тебе этого не прощу! — взревел он в бешенстве. — Ты нарушил кодекс экзорцистов!

Гун Мо даже не обернулся:

— Можешь смело докладывать наставнику, вечно второй.

Сидевший сзади Чэнь Вэньцзя всем телом вздрогнул и снова бросил на этого японского малого взгляд, полный глубочайшего сочувствия.

Прошло уже три дня с тех пор, как они вернулись на остров. Чэнь Вэньцзя ежедневно через толстое стекло наблюдал за реакцией Вэй Фу во время тестов. К счастью, эти враки не стали жестоко препарировать образец, как в той видеозаписи, что показывал ему Гун Мо, а ограничились лишь простыми анализами крови и тестами на рефлексы.

Иногда он отправлялся на берег порыбачить и, сидя с удочкой, решал в уме примеры — он не хотел, чтобы вирус повлиял на его интеллект, поскольку считал это последним рубежом обороны своего человеческого Я.

Когда он, сияя от радости, притащил пойманную рыбу, надеясь поделиться со всеми, то с удивлением обнаружил, что Гун Мо исчез уже три дня назад.

Он прибежал в лабораторию, изо всех сил застучал по защитному стеклу, выманивая погруженного в работу с головой Сяо Цяо, и молча ткнул ему в экран телефона заготовленный текст, даже не включая автоозвучку:

— Где Гун Мо?

Сяо Цяо замер, а затем с улыбкой потрепал его по голове — во многом потому, что с искусственной кожей на лице Чэнь Вэньцзя выглядел гораздо мягче и моложе:

— Соскучился уже?

Чэнь Вэньцзя отвернулся, не давая себя трогать.

Сяо Цяо нервно усмехнулся:

— Он... вернулся в штаб.

А в это время юноша, который по идее должен был находиться в штабе, сидел на скамье подсудимых с совершенно невозмутимым видом глядя на заседающих впереди судей.

— Гун Мо, у нас есть данные, что вы самовольно проникли в запретную зону и вывезли оттуда образец. Что вы можете сказать в своё оправдание?

Голоса восседающих на возвышении судей были холоднее механического голоса из телефона Чэнь Вэньцзя.

Гун Мо чуть склонил голову, изобразив невинное выражение лица:

— Я действительно входил в запретную зону, но тогда я уже объяснился с патрульными. Я представлял семью Гун и прибыл туда для расследования эволюции зомби, к тому же у семьи Гун есть выданный правительством специальный пропуск. В чём проблема? Что же касается образца зомби — кто-нибудь видел, что в мешке находился именно образец? Лундзаки Тосихико? Да он в тот момент даже до волоска на моём теле дотронуться не смог, каковы его доказательства?

Судья холодно продолжил допрос:

— Факт в том, что после вашего ухода новый Король Зомби исчез без следа. А когда вы участвовали в операции по поимке короля в Сячэне, ваши же подчиненные видели, как вы вывели человека, после чего мы больше не смогли обнаружить того Короля Зомби по имени Чэнь Вэньцзя.

— И что дальше? — Гун Мо непринужденно подпёр щёку рукой, не выказывая ни капли страха.

— Мы подозреваем вас в укрывательстве Короля Зомби. Если вы не признаетесь во всём добровольно, мы немедленно проведем обыск во всех предприятиях семьи Гун и одновременно приостановим их исследовательские проекты.

— Даже если это затронет общие темпы исследований? — парировал Гун Мо.

— Угроза, которую несёт в себе укрывательство Короля Зомби, намного превышает задержку с созданием вакцины.

— Мне не в чем признаваться. Человек, которого я вывел из Сячэна — мой друг, к тому же в Сячэне оставались ни в чём не повинные люди. Разве я не мог спасти человека? Смотреть, как его заживо предают зачистке? А в Моду я забрал тело своего друга. Я вырос в тех местах, неужели у меня даже нет права предать земле останки близкого человека?

— Ваших оправданий недостаточно, чтобы снять с вас подозрения. Мы арестовываем вас на неопределенный срок, пока всё не прояснится до конца.

Холодный молоток судьи рухнул вниз, отрезая любые возможности для компромисса.

Когда Сяо Цяо узнал новости, пробирка в его руке едва не выпала на пол.

Их врач — в прошлом отпрыск высокопоставленных родителей Е Дань — как раз звонил своему влиятельному отцу:

— Нельзя ли сделать исключение? Каким бы он ни был, он всё-таки Белый Орел! Сажать человека за решётку в такой момент, когда так нужны кадры, на что это похоже?

На том конце провода вздохнули одновременно с раздражением и усталостью:

— Его заложил японский малец перед Мировым Альянсом! Как бы мы ни хотели его спасти, мы обязаны соблюдать приличия перед Альянсом! И вообще, тебе тоже пора задуматься о возвращении. Если Гун Мо не выкрутится, семье Гун придётся туго, а зарубежные фармкомпании только и ждут, когда конкурент загнётся!

— Какая к чёрту чушь! Устраивать нечестную коммерческую конкуренцию в такое время! Эти люди безнадёжны! — в гневе Е Дань швырнул трубку. Швырнув её, он только тогда сообразил, что не договорил, и уже собирался поднять аппарат, как вдруг увидел Чэнь Вэньцзя, который держал в одной руке свой разбитый телефон, а в другой — его собственный.

— ...Э-э... Сяо Вэнь, ты... — Сяо Цяо никак не ожидал его появления и лихорадочно соображал, как укротить этого сорвавшегося с цепи дикого зверя, но тот просто молча застыл на месте, глядя на прямой эфир по телевизору.

Ведущая новостей с восторгом вещала о том, что план зачистки Моду успешно продвигается вперед: управляемые радиоуправляемые машинки с инфракрасными камерами объехали основные здания в центре города, и кроме редких одиночных зомби, никаких скоплений живых мертвецов обнаружено не было.

При этом они не обмолвились ни единым словом о тех бывших согражданах, которых превратили в бесформенное месиво из мяса массированным обстрелом.

У Чэнь Вэньцзя было отличное зрение, и даже отвратительного качества инфракрасной камеры вполне хватило, чтобы разглядеть груды тел, сваленные в темноте.

Ему вдруг стало немного страшно.

Зомби иначе звали ожившими мертвецами — потому что они сохраняли подвижность живого человека. Говорить, что они мертвы, означало констатировать лишь гибель плоти, нервной системы и мозга; говорить, что они живы — в них явно теплилось куда больше жизнеспособности, чем в покойниках, а некоторые даже сохраняли зачатке человеческого мышления.

Разве те, кто погиб, не были их соотечественниками? Почему они способны испытывать от этого такой восторг?

Чэнь Вэньцзя сжал кулаки.

Е Дань тем временем принялся обсуждать с Сяо Цяо способы очистить Гун Мо от обвинений. Когда они заговорили о том, чтобы вернуть на волю Вэй Фу после извлечения всех исследовательских данных, Чэнь Вэньцзя резко повернулся и твёрдо отрезал:

— Нельзя.

Тот человек явно сохранил человеческий разум и сознание. Если его вернуть обратно, исход будет предрешён: либо смерть на месте, либо полное препарирование. Ему было всё равно на безмозглых зомби. Но он сталкивался с Вэй Фу в бою и знал, что тот всё ещё человек — человек, не до конца превратившийся в зомби, точно такой же, как он сам. Помимо рациона и иного тела, душа оставалась человеческой. И что же, лишь за то, что он лишён дар речи и представляет угрозу, его должны положить на операционный стол, как свинью на убой?!

— Я пойду, — выстучал он на клавиатуре ноутбука, за которой те двое обсуждали план.

Не только ради Гун Мо, но и ради себя самого.

Он не зомби, хотя и человеком его уже не назовёшь. Но он — Чэнь Вэньцзя, и он никогда, ни за что не согласится стать подопытным кроликом!

http://bllate.org/book/30403/3706542