Цзи Мочуань кивнул:
— Сотрудники только что мне всё объяснили, я понимаю. Но скажи, не лучше ли тебе перестать обращаться ко мне на «вы»? С каких это пор младший брат зовёт старшего «вы»?
Лю Цин по этому поводу ничуть не переживал:
— Об этом можешь не беспокоиться. Что касается смены ролей, я, пожалуй, справлюсь с этим лучше тебя.
Цзи Мочуань рассмеялся:
— Что ж, тогда мне тоже пора привыкать. Пошли, братец.
Он в два шага подошёл к Лю Цину, так что их плечи соприкоснулись.
Лю Цин:
— …
Сам он не знал почему, но ему казалось, что сейчас Цзи Мочуань был счастлив — невероятно счастлив. Если бы у золотистого пса А Цяна был хвост, то в этот момент он бы крутился пропеллером.
До такой степени нравится быть младшим братом?
Мысленно покритиковав странные наклонности Цзи Мочуаня, Лю Цин с бесстрастным лицом повёл его к зоне досмотра.
За массивными створками высоких ворот скрывалась вовсе не дорога, уходящая в небеса, а со всех сторон закрытая корабельная камера, в которой стоял новейший и роскошный круизный лайнер. Пассажиры поднялись на борт, и последняя дверь трюма закрылась. Внезапно вспыхнули огни, и из проходов гуськом вышли слуги с закрытыми лицами.
Грохот.
Под днищем корабля послышалась вибрация — весь лайнер целиком начал перемещаться.
Через пятнадцать минут транспортировка завершилась. В корабельный трюм хлынули потоки воды, и верхние стальные листы открылись. По мере подъема уровня воды судно сравнялось с внешней средой и наконец оказалось в открытом море.
Прямо на глади океана неподалеку раскинулся порт двадцать первого века.
— Как здесь жарко, — Цзи Мочуань прикрыл глаза рукой от солнца, переводя взгляд на ярко-синее небо. — И небо тоже ненастоящее?
— Угу. Сейчас здесь установлены настройки разгара лета.
Лайнер пристал к берегу. Толпы людей, гул механизмов и стрекот цикад набросились на них со всех сторон. Пестрели зазывающие пассажиров водители и торговцы, соперничали друг с другом разнообразные магазины и рестораны.
Вокруг было шумно и оживленно, словно на грандиозном летнем празднике.
Лю Цин вызвал машину и назвал адрес. По пути он сделал два звонка, но никто не ответил.
Цзи Мочуань спросил:
— Ты кого-то ищешь?
Лю Цин коротко бросил:
— Угу.
— Друга?
— Угу.
— Мужчину?
— Угу.
— Которого любишь?
— …
— Похоже, нет.
— …
Машина прибыла к пункту назначения — это был небольшой жилой комплекс в старом районе. Хотя обстановка выглядела ветхой, плохой её назвать было никак нельзя: всё-таки район находился в черте главного города.
Лю Цин постучал в дверь квартиры под номером 603.
Дверь отворилась, и на пороге показалась женщина средних лет с забранными в узел волосами и в старомодном ципао цвета слоновой кости. Увидев Лю Цина, она улыбнулась:
— А вот и Сяо Лю! Я как раз собиралась тебя навестить. Заходи скорее, на улице такая духота.
Лю Цин назвал женщину Цзэ-цзе и, поздоровавшись, шагнул внутрь.
Квартира площадью квадратов в семьдесят-восемьдесят не казалась просторной, но была обставлена уютно. Стены сплошь завесили самыми разными совместными фотографиями, отчего жилье дышало атмосферой настоящей жизни.
Сейчас в Зоне охраны стоял полдень, поэтому в комнатах работали и кондиционер, и вентилятор. Прохладный воздух мгновенно развеял летний зной.
— Ой, а это что за ребенок? До чего же хорошенький.
Увидев вошедшего следом за Лю Цином Цзи Мочуаня, Цзэ-цзе изумленно всплеснула руками.
Лю Цин без особой теплоты представил спутника:
— Мой двоюродный брат, Цзи Мочуань, приехал погостить на летние каникулы.
Цзи Мочуань же, ничтоже сумняшеся, озарил всех сияющей улыбкой:
— Здравствуйте, Цзэ-цзе.
Цзэ-цзе рассмеялась:
— Ах ты малыш, еще совсем студент, а туда же — называй меня тетей.
Цзи Мочуань возразил:
— С чего бы? Я уже совершеннолетний, звать вас сестрицей в самый раз.
Цзэ-цзе расплылась в улыбке от такого комплимента:
— Ну и язычок! Садитесь, я принесу вам мороженого.
Цзи Мочуань:
— Спасибо, Цзэ-цзе.
Лю Цин:
— …
Лю Цин и А Цян синхронно покосились на Цзи Мочуаня.
Цзи Мочуань держался непринужденно:
— Что такое?
Лю Цин:
— …Ничего.
А Цян тоже отвел взгляд.
Телефон Лю Цина тихо завибрировал, и в Вичате всплыло сообщение от А Цяна: Судя по моим наблюдениям, этот парень — прирожденный актер.
Лю Цин: 1.
Цзэ-цзе вынесла мороженое и заодно нарезала небольшую тарелку арбуза.
— Ты к Лао Цзя пришел? Он с самого раннего утра уехал по делам на склад и вернется только послезавтра. Что-то срочное?
Лю Цин был к этому готов.
В Зоне охраны стоило кому-то «уехать далеко», как срабатывала настройка недоступности связи.
Лю Цин:
— Не то чтобы срочно. Просто хотел спросить, что за вино он дал мне вчера. Кажется, у меня началась небольшая аллергия.
Услышав это, Цзэ-цзе тут же переменилась в лице:
— Он что, опять пил с тобой?! У тебя где аллергия? Сильная?
— Не сильная, уже всё прошло.
Лю Цин остановил Цзэ-цзе, которая собиралась осмотреть его, и спросил:
— Вчерашняя бутылка еще осталась? Я бы отнес ее в больницу на анализ аллергенов.
Услышав это, Цзэ-цзе мгновенно рассвирепела:
— Да с чего бы ей остаться! Сегодня чуть свет вернулась и увидела, что он в доме всё до блеска вычистил. Я еще думала — неужто он наконец остепенился и послушался врачей? А оказалось вон оно что, следы заметал, паразит!
Лю Цин:
— …
У Лао Цзя был жировой гепатоз, и врач категорически запретил ему пить.
Теперь гнев Цзэ-цзе перекинулся на Лю Цина:
— И ты тоже хорош, нечего бравадничать молодостью. Ему уже пора пенсию получать, а ты с него дурные примеры берешь? Или хочешь в старости обзавестись таким же букетом болячек?
Лю Цин поспешил смягчить ее и сменил тему:
— Лао Цзя сказал, что это фруктовое вино, вот я и пил как лимонад. Кстати, вы же только что сказали, что искали меня — что-то случилось?
Цзэ-цзе укоризненно глянула на него, встала, прошла на кухню и вынесла полиэтиленовый пакет, доверху набитый пельменями.
— Мы вчера с друзьями ходили в поход и набрали грибов, а утром я как раз настряпала пельменей. Они, наверное, еще до конца не промерзли, бери скорее в морозилку. Я завтра еще лепить буду, тогда снова тебе принесу. Сделай запасы, хватит питаться всяким фастфудом.
Лю Цин взял пакет и с улыбкой поблагодарил:
— Тогда я отнесу наверх. А вернется Лао Цзя — передайте, чтобы перезвонил мне.
Цзэ-цзе бросила:
— Ладно.
…
«Дом» Лю Цина находился этажом выше. Квартира 701.
Планировка была точно такой же, как этажом ниже, да и к обустройству подошли со всей душой: здесь росло множество тропических растений, которые под искусственным освещением выглядели превосходно — было очевидно, что за ними регулярно и любовно ухаживают.
Цзи Мочуань удивился и спросил Лю Цина:
— Ты часто сюда заглядываешь?
Лю Цин убрал пельмени в холодильник и попутно вытащил две банки напитка:
— В Зоне охраны действует правило постоянных гостей, можно с головой погрузиться в долгосрочное проживание в стиле этой эпохи. А за жильем и прочим имуществом здесь присматривают управляющие дома.
Хотя он так говорил, Лю Цин всё же взял садовые ножницы, собираясь подрезать кое-какие ветки у растений.
Усевшись на диван и продолжая есть мороженое от Цзэ-цзе, Цзи Мочуань провожал взглядом спину Лю Цина:
— А этот интерьер ты сам придумал или управляющий?
— Сам спроектировал.
Это был его «дом мечты», который он много раз мысленно рисовал в прошлой жизни. Но странное дело: когда всё отремонтировали, у него не возникло удовлетворения от достижения цели, и он редко оставался здесь даже на ночевку.
Услышав это, Цзи Мочуань тут же оживился:
— Можно мне оглядеться?
Лю Цин даже не обернулся:
— Только в гостиной.
Вообще-то гостиная у Лю Цина была немаленькой — объединенной со столовой и рабочей зоной, а кухня была открытой.
Цзи Мочуань с улыбкой согласился, и его взгляд сразу же упал на книжный шкаф во всю стену.
Книг в шкафу было много, и темы самые разные. Часть оставалась в заводской упаковке, но большинство было распатовано, причем с явными следами чтения.
Цзи Мочуань подошел поближе и несколько удивился:
— Это же письменность древней Земли. Китайский?
Хотя в Зоне охраны и воссоздали исторический фон, для удобства туристов все тексты и речь перевели на общепринятый язык Альянса.
Лю Цин даже слегка удивился:
— Ты знаком с ним?
Цзи Мочуань указал указательным пальцем себе на висок:
— У Расы жуков коллективный разум, а особи уровня лорда обладают передаваемой по наследству памятью. Мои самые ранние воспоминания восходят к эпохе освоения космоса.
Лю Цин вспомнил об этой особенности, хмыкнул и произнес:
— Какое удобство.
— Не всегда это благо. Память — вещь сугубо личная, и если ее плохо усвоить, Поле эмпатии может разрушиться еще до совершеннолетия.
— Абсолютная власть требует абсолютной платы, вы же не можете забрать себе все прелести мира?
Цзи Мочуань улыбнулся:
— Ты прав.
Он вытащил с полки стопку сложенных журналов, на мгновение замер, разглядывая обложку, а затем выбросил мороженое в мусорное ведро и с увлечением принялся листать глянцевые страницы.
Спустя пару минут Лю Цин услышал голос Цзи Мочуаня:
— Лю Цин, тебе нравится этот тип?
Лю Цин поднял глаза. Цзи Мочуань развернул журнал к нему: на развороте красовался красивый метис с глубоко посаженными глазами, густыми бровями и очень давящим взглядом, устремленным прямо в объектив.
Главное — на модели были только плавки.
Лю Цин:
— …
Вот те на.
Лю Цин вовсе не смутился, а скорее вспомнил об одной детали:
— Кстати, с чего ты вообще взял, что мне нравятся мужчины?
— Разве это большой секрет?
— Но я об этом не кричал на каждом углу.
Цзи Мочуань покачал головой:
— Я имею в виду колебания твоего Поля эмпатии при встрече с «высококлассными» мужчинами. Едва ли это можно назвать тайной.
Лю Цин:
— …
Забыл про эту особенность.
Цзи Мочуань снова поднял журнал повыше:
— Так значит, твой любимый типаж — такой?
— Мы что, настолько близко знакомы, чтобы обсуждать столь интимные темы?
— Но ведь близкими людьми становятся в процессе общения.
Лю Цин проигнорировал его выпад.
Цзи Мочуань продолжил рассуждать вслух:
— Ну-ка, дай угадаю. Твой идеал должен быть привлекательным внешне, желательно обладать дерзкой, хищной красотой, но смотреть на тебя обязательно нежным взглядом.
http://bllate.org/book/30383/3704435
Сказали спасибо 0 читателей