Готовый перевод The Scorned Reborn: No More Resentment / Перерождение: я больше не буду жертвой ради вас: Глава 17

Бесчисленные лучи света промелькнули, являя миру стройные ряды имен, а внизу, сменяя друг друга, росли цифры тех, кто ставил на них.

Десять, двадцать, сто... Суммы ставок безумно росли, достигнув пугающей отметки.

……

Рао Чуньбай открыл глаза.

Запах сырости на кончике носа еще не рассеялся, бушующий шторм уже исчез, и перед ним предстал огромный зал, вымощенный белым нефритом.

Небо и земля обрели новый облик.

Белый нефрит служил ступенями, а жемчужины — светильниками.

В продаже имеются задания с прошлых Сходов Скрытого Дракона! Всего за девятьсот девяносто восемь — и вы сможете вдоволь насладиться величием прошлых гениев!

Тотализатор открыт, ставки принимаются! Кто же заберет первое место в текущем Списке Скрытого Дракона?

Пилюли, лучшие пилюли ручной работы!

В зале стоял шум и гам. Если оглядеться, повсюду кипела жизнь: одни принимали ставки, а люди из Цзиньюйтан и Долины Духовных Трав продавали пилюли, оружие и техники... Все, кто сумел сюда добраться, были участниками, прошедшими в следующий тур, и раз уж они вошли, то выхода отсюда не было. Торговцы прекрасно понимали их положение, а потому задирали цены как минимум на тридцать процентов выше рыночных.

Рао Чуньбай: «...»

Когда дело касалось зарабатывания денег... он искренне восхищался этими крупными сектами.

Шел он долго, в глазах рябило от изобилия товаров.

Наконец он нашел то, что искал.

В дальнем углу висела вывеска с надписью Город Сяочжун, и кто-то кричал, используя руну усиления звука: «Заклинатели из Города Сяочжун, соберитесь здесь! Заклинатели из Города Сяочжун — сюда!»

В мире бессмертных происхождение имело огромное значение.

Стоило лишь закрепить за собой место жительства, как изменить его или свободно покинуть становилось практически невозможно. Чтобы отправиться в другой город или регион, требовалось достичь как минимум стадии Золотого Ядра.

Обычному практику было вполне привычно провести всю свою жизнь, так и не покидая родных мест.

Именно поэтому выходцы из одного края всегда были невероятно дружны.

Этот Сход Скрытого Дракона охватывал весь мир бессмертных, и в нем участвовало бесчисленное множество талантов.

Мир делился на четыре континента, под каждым из которых находилось шестнадцать крупных и тридцать два малых города. Заклинатели из Города Сяочжун казались ничтожными на фоне жителей великих городов, и лишь держась вместе, они могли вырвать для себя хоть капельку надежды на выживание.

В углу Города Сяочжун.

Несколько человек сбились в кучку, обмениваясь информацией о следующем туре.

«Практики, получившие высшую оценку в первом туре, в основном без труда дойдут до самого конца. Поэтому многие, стремясь заранее устранить опасных соперников и повысить свои шансы на прохождение дальше, во втором туре выберут охоту на обладателей высшей категории».

«Если вам досталась высшая категория, ни в коем случае не показывайте ее никому».

Рао Чуньбай перевернул жемчужину жетона и прижал сияющие на ней иероглифы высшей категории к ладони.

Неподалеку.

Сюй Нин взволноваленно произнес: «Брат Чанжань, это испытание оказалось слишком сложным, мне дали лишь оценку выше среднего, а тебе?»

Гу Чжанжань заносчиво ответил: «У меня, разумеется, высшая».

Сюй Нин восхищенно выдохнул: «Брат Чанжань, как же я завидую твоей силе...»

Поведение, потерявшее всякие рамки приличия

Пока они разговаривали, странные взгляды, устремленные со всех сторон, вызвали у Сюй Нина такой сильный дискомфорт, что он даже забыл, о чем хотел сказать.

Вскоре вокруг них собралась толпа. Доброжелательные люди с неподдельным интересом принялись расспрашивать: «Скажите, уважаемый сотоварищ, до нас дошли слухи, что в первом туре вы получили высшую оценку?»

Гу Чжанжань гордо вскинул подбородок: «И что с того?»

«Для столь юного возраста получить столь высокую оценку — ваше будущее поистине безгранично!»

«Для нас было бы огромной потерей не познакомиться с таким выдающимся молодым дарованием».

Поначало Гу Чжанжань еще сохранял бдительность, но под натиском лести его голова быстро пошла кругом: «О пустяки, что вы».

«Не подскажете, из какой вы сектантской обители?»

Гу Чжанжань ответил: «Город Сяочжун, Гора Точащихся Мечей».

Люди переглянулись.

Никогда не слышали о такой.

Очевидно, происходят из мелкой и бедной секи, не удивительно, что у них такой узкий кругозор.

Окруженный всеобщим вниманием, Гу Чжанжань давно забыл, кто он и где находится. Сердце его переполняла гордость, а язык болтал лишнее.

«Я постигаю Путь Меча, и для Закладки Основания мне хватило одного лишь первоклассного летающего меча».

«Это мой младший соученик Сюй Нин, в нашей секте есть еще пара братьев, но у всех заурядные таланты, сюда они пришли лишь для массовки...»

Чем дальше он говорил, тем более напыщенным становился.

Даже Сюй Нин почувствовал неладное и поспешил прервать его: «Брат Чанжань». Он понизил голос: «Сболтнуть лишнего малознакомым людям — величайшая ошибка».

Гу Чжанжань был так увлечен беседой, что, услышав прервавшего его соученика, недовольно поморщился: «Что ты понимаешь? Эти сотоварищи — выходцы из праведных и благородных сект, неужели они станут нам вредить?»

«Именно так».

«Мы лишь восхищаемся необычайным талантом уважаемого Гу».

«К тому же у него Врожденные кости меча — такое редко встретишь даже за сотню лет, мы просто обязаны воздать ему должное».

Гу Чжанжань и раньше считал себя гением, а теперь и вовсе потерял голову от тщеславия. Ему казалось, что он встретил родных душ, и он совершенно забыл про Сюй Нина.

В прошлой жизни Рао Чуньбай держал его в ежовых рукавицах: заставлял ежедневно отрабатывать по девять тысяч восемьсот ударов мечом не только ради совершенствования владения клинком, но и для усмирения бунтарского нрава.

Теперь же, оставшись без присмотра, он чувствовал себя вырвавшейся на свободу птицей и жаждал с лихвой возместить все годы подавления.

То ли нарочно, то ли случайно, но те самые сотоварищи по фамилии Ли и Ван принялись громко расхваливать его на всю округу, словно желая, чтобы каждый встречный узнал о высшей оценке Гу Чжанжаня.

Рао Чуньбай тоже это услышал.

Его брови едва заметно нахмурились, но тут же разгладились.

У каждого своя судьба, не стоит вмешиваться. Вмешаешься — навлечешь беду на себя.

Он отвел взгляд, и рядом с ним тут же возникла чья-то фигура.

Вэй Хэн стоял, опираясь на свой нож, с насмешливой улыбкой на лице.

В этот момент Сюй Нин бросил на них умоляющий взгляд, словно утопающий, ухватившийся за соломинку: «Старший брат!»

Лицо Рао Чуньбая осталось мягким и дружелюбным. Словно не замечая мольбы о помощи, он лишь мягко подбодрил: «Получить высшую оценку — прекрасно, это поистине замечательно. Похоже, раньше я лишь сдерживал ваше развитие».

Сюй Нин отчетливо ощущал недоброжелательность исходившую от окружающих людей.

Один лишь Гу Чжанжань оставался в счастливом неведении.

Услышав слова Рао Чуньбая, он задрал нос так высоко, что, казалось, готов смотреть на всех свысока: «Разумеется! Разве такой глупец, как ты, способен обучить гения моего уровня?»

Сменив мысль, он злорадно добавил: «Если ты встанешь передо мной на колени и признаешь свою неправоту, я, пожалуй, позволю тебе остаться моим старшим братом».

Рао Чуньбай подумал: вообще-то, он не особо рвался носить это звание.

Сюй Нин робко произнес: «Старший брат, брат Чанжань просто говорит то, что думает, не сердись на него».

Рао Чуньбай великодушно ответил: «Ничего страшного, обычно я просто не слышу собачий лаг».

Сюй Нин: «...»

Звучало как-то странно.

Видя, что Рао Чуньбай не собирается вмешиваться, Сюй Нин перевел взгляд на Вэй Хэна. В уголках его глаз блестели слезы, и весь его вид выражал хрупкость и беззащитность: «Брат Вэй».

А тем временем Гу Чжанжань продолжал злословить за спиной: «Мой старший брат обладает весьма посредственным талантом...»

Цзинь —

Вспыхнуло лезвие рассекающего клинка.

Гу Чжанжань в ужасе отшатнулся назад и чуть не рухнул на задницу прямо перед толпой, напрочь лишившись остатков гордости.

«Ты...»

Вэй Хэн холодно бросил: «Шумно».

Его голос прозвучал леденяще: «Еще хоть звук — и я вырву твой язык».

Гу Чжанжань не посмел вымолвить больше ни единого слова.

Остальные зеваки тоже поспешно разошлись в разные стороны.

Этот угол мгновенно опустел.

Рао Чуньбай приподнял бровь: «Брат... Вэй?» Последние два слова он посмаковал на кончике языка, легко прикусив их.

С каких это пор Сюй Нин стал настолько близок с ним, что даже начал называть братом?

Вэй Хэн убрал нож и повернулся вполоборота, скрывая покрасневшие и горящие мочки ушей, глухо отозвавшись: «...Мм».

...И ведь даже подтвердил.

На сердце у Рао Чуньбая скребли кошки.

«Сюй Нин попросил, и ты сразу вмешался?»

Вэй Хэн замер, явно не уловив смысла сказанного. Спустя мгновение он сухо бросил: «Слишком шумно».

Как бы тот ни хвастался — ему было все равно.

Но стоило кому-то затронуть Рао Чуньбая — и это становилось недопустимым.

Он не желал слышать о нем ни единого дурного слова.

Рао Чуньбай посмотрел на него.

Мужчина стоял прямо, расставив широкие плечи, его крепкие руки налились силой, а золотистые зрачки хищно блестели во мраке. Он напоминал одинокого волка, бродящего по пустыне — внешне небрежный, но изредка роняющий жуткий, леденящий взгляд.

Для него все вокруг были лишь добычей, готовой к охоте, и лишь перед своим возлюбленным он позволял себе проявить брешь в броне.

Рао Чуньбай тихо цыкнул.

Его чувства были слишком сложны для описания словами.

«А-Хэн», — внезапно прозвучало рядом.

Вэй Хэн поднял голову: «Можешь звать меня так».

В душе Рао Чуньбая вспыхнуло необъяснимое раздражение.

Что значит «можешь»?

Разве Сюй Нин спрашивал позволения, когда называл его братом Вэй?

С каких пор это стало какой-то особой привилегией?

«Заткнись уже, — холодно бросил Рао Чуньбай. — Дао Хэнькуай».

Вэй Хэн: «...»

……

Оставим в стороне небольшую сценку в зале из белого нефрита.

Вскоре наступило время второго испытания.

Старый, раскатистый голос вновь разнесся окрест: «Первое испытание проверяло вашу стойкость духа и характер, во втором же проверке подвергнутся ваши способности к культивации, природный дар, удача и эрудиция».

Местом проведения второго тура выбрали небольшое независимое пространство, куда еще не ступала нога человека.

Плотность духовной энергии в этом малом мире различалась повсеместно, порождая самые причудливые ландшафты, экосистемы и разнообразную флору с фауной. Его бережное освоение обычно занимало не один десяток лет, и заклинатели то и дело гибли там из-за собственного незнания местных опасностей.

Само состязание делилось на два этапа.

На первом этапе следовало исследовать малый мир: открытие новых видов живых существ, неизведанных земель и удивительных пейзажей приносило соответствующие очки.

Второй же этап заключался в грабеже.

Все заработанные очки хранились в жетонах.

Стоило отнять чужой жетон, как соперник выбывал из состязания, а его очки переходили к победителю.

Участники ранжировались по количеству набранных очков, и первая тысяча лучших проходила дальше.

Рао Чуньбай погрузился в раздумья.

Подобные правила таили в себе особую, извращенную справедливость.

Можно было затаиться в непроходимых горах и зарабатывать очки неспешным сбором диковин и наблюдениями; а можно было пожирать чужие плоды, устроив охоту на тех, кто накопил больше всего... Чтобы пройти дальше, требовалось идеальное сочетание культивации, удачи и колоссального багажа знаний.

Неудивительно, что Список Скрытого Дракона считался самым престижным и авторитетным рейтингом.

Дело было вовсе не в том, что попадание в него открывало блестящие перспективы, а в том, что лишь изначально одаренные несравненными талантами были способны взойти на этот пьедестал.

http://bllate.org/book/30363/3702490