Готовый перевод My Husband Became My Drill Sergeant After Marriage / Служебный роман с собственным мужем: Глава 3

Вторая глава. Супруга

Как именно он оказался связан с Хань Цянем? На этот вопрос даже сам Линь Мучуань не мог ответить до конца.

По его собственным воспоминаниям, он видел Хань Цяня всего пару раз, да и то в основном на экранах коммуникаторов — в репортажах с передовой, где тот с суровым и невозмутимым лицом командовал своими подчинёнными.

Единственная их встреча вживую произошла, пожалуй, три месяца назад, во время оглашения новых законов.

В Пуми очень строго соблюдали законодательство, и каждый год три офицера отправлялись в районы А, В и С, чтобы лично донести до граждан обновленные правовые нормы.

В тот год в район С выпало ехать как раз Хань Цяню. Линь Мучуань стоял на площади и смотрел на него издалека, никаких личных контактов между ними тогда не возникло.

Он покачал головой и помолчал какое-то время, прежде чем произнести:

— Я не знаю… Его подчиненные разыскали меня в районе С и пообещали, что если я выйду замуж за командующего Ханя, они перевезут мою мать в Первую больницу района А и оплатят лечение её рака.

Шэнь Цин знал, что мать Линь Мучуаня страдала терминальной стадией рака молочной железы. Медицинских условий в районе С было недостаточно, да и таких денег на лечение у семьи Линь не водилось.

К тому же у него просто не было права отказаться.

Шэнь Цин удивленно спросил:

— Но почему он вдруг решил на тебе жениться? Должна же быть какая-то причина?

Линь Мучуань снова покачал головой. Походу, ответ на этот вопрос знал только сам Хань Цянь. Зачем ему понадобилось брать в мужья именно его?

Он опустил голову и продолжил неторопливо есть суши.

Шэнь Цин ломал голову, пытаясь осознать всю абсурдность ситуации между Линь Мучуанем и Хань Цянем, и автоматически подцепил вилкой кусочек суши, отправляя его в рот.

— Куда ты собираешься после? Сразу домой или куда-то еще?

Линь Мучуань ткнул палочкой в суши на тарелке:

— Поеду в Первую больницу к маме, заодно пройду медосмотр.

Шэнь Цин кивнул и, жуя суши, невнятно пробормотал:

— Хочешь, я составлю тебе компанию?

— Не нужно, возвращайся домой пораньше.

Быстро доев суши, Линь Мучуань позвал официанта, чтобы расплатиться, но, взглянув на сумму в чеке, остолбенел.

Четыре порции суши обошлись в тысячу девятьсот звездных монет? В районе С на эти деньги можно было накрыть целый стол, заставленный едой!

Сидевший рядом Шэнь Цин заметил его растерянный вид, перехватил чек и размашистым почерком вывел свою подпись:

— Я заплачу.

Официант одарил их безупречной профессиональной улыбкой и тут же назвал сумму.

Шэнь Цин коснулся коммуникатора на запястье и через нейросигнал перевел звездные монеты.

Щеки Линь Мучуаня слегка покраснели, и он тихо произнес:

— Спасибо, А Цин, я потом тебе верну.

Он уже пожалел, что перед заказом не посмотрел на цены.

Шэнь Цин с улыбкой отмахнулся:

— О чем ты говоришь, какая между нами вежливость? Мы так долго не виделись, разве я не должен угостить тебя обедом?

Линь Мучуань поджал губы и слабо улыбнулся. Они вышли из суши-ресторана, распрощались у входа, и Линь Мучуань сразу же вызвал навигатор до больницы.

Первая больница района А.

Назвав в регистратуре имя матери, Линь Мучуань под руководством медсестры поднялся на лифте на уровень СВИП. На этом этаже размещались исключительно военнослужащие и члены их семей, которым обеспечивались самые комфортные условия и высочайший уровень медицинского обслуживания.

— Госпожа Хань, ваша мать находится в этой палате, — почтительно произнесла медсестра, провожая его до двери.

От этого обращения Линь Мучуань смущенно покраснел — он впервые… впервые услышал, как его называют по фамилии мужа.

Поблагодарив девушку, он толкнул дверь и вошел внутрь. На широкой мягкой кровати действительно лежала его исхудавшая мать.

В груди защемило. Закрыв дверь, он подошел к кровати, опустился на стул и взял её сухую, костлявую руку.

Стоило Линь Мучуаню войти, как сердце матери затрепетало. Вглядываясь в осунувшееся лицо сына и ощущая тепло его ладони, она слабо сжала его пальцы в ответ и дрожащим голосом произвела:

— Муму… Ты провел в семье Хань целый день, как ты там?

Линь Мучуань, разумеется, кивнул:

— Всё хорошо, мам, а ты как?

Услышав это, мать мысленно с облегчением выдохнула. Она прекрасно понимала, что может лежать здесь и получать медицинскую помощь только благодаря тому, что её сын вышел замуж в эту семью.

Обеспокоенно заглядывая ему в глаза, она спросила:

— Я в порядке… А командующий Хань… Он хорошо к тебе относится?

Она до сих пор не могла поверить, что её сын теперь живет в районе А, да еще и связан с самым влиятельным человеком во всем Пуми. Но главное — тот сам потребовал этого брака, не оставив им ни единого шанса на отказ.

Линь Мучуань прикусил мягкую губу:

— …Хорошо. Не переживай.

Он не хотел рассказывать матери, что в первую же ночь после свадьбы муж куда-то бесследно исчез. Он боялся её расстроить.

Линь Мучуань наконец сбросила с плеч тяжелый груз. Для матери главное — чтобы её ребенок был счастлив, а остальное неважно.

Она снова принялась наставлять сына:

— Ты постарайся получше относиться к командующему Ханем. Чувства… их ведь можно со временем воспитать.

От слов матери Линь Мучуань густо покраснел, думая про себя: какие уж тут чувства, если они едва успели пару раз взглянуть друг на друга?

Проболтав с сыном больше часа, мать стала выгонять его домой — она боялась, что если он задержится, новые родственники решат, будто он ведет себя неподобающе. Линь Мучуаню пришлось со вздохом распрощаться с матерью и покинуть палату.

Выйдя из палаты, он замер в пустом коридоре с совершенно растерянным видом.

В такой огромной больнице в каком крыле искать смотровую для медосмотра?

Он уже собрался спуститься на лифте на первый этаж и расспросить в регистратуре, как вдруг створки соседнего лифта раздвинулись. Оттуда вышел военный в форме, на погонах которого красовалась одна полоска с тремя звездами. В руке он держал корзинку с экзотическими фруктами. Повернув в нужную сторону, мужчина на мгновение замер, заметив Линь Мучуаня.

Линь Мучуань тоже растерялся и застыл на месте, не зная, как себя вести, пока собеседник почтительно не окликнул его:

— Госпожа, вы пришли навестить госпожу Хань?

Услышав это обращение во второй раз за день, Линь Мучуань снова почувствовал неловкость.

Этот человек казался ему знакомым — кажется, он был подчиненным Хань Цяня. Имени его Линь Мучуань не знал, но именно этот офицер вчера доставил их в район А на летающем корабле.

Высокий военный подошел ближе и продолжил с неизменным уважением:

— Командующий как раз поручил мне навестить госпожу Хань. Вам нужно, чтобы я проводил вас внутрь?

Заметив, что Линь Мучуань одиноко стоит в коридоре, Бянь Чэн решил, что тот заблудился и не может найти нужную палату.

Линь Мучуань покачал головой, озарив лицо мягкой улыбкой:

— Я уже навестил маму и как раз собирался уходить. Вы не подскажете, на каком этаже находится кабинет медосмотра?

Раз уж они случайно встретились, грех было не воспользоваться случаем.

Бянь Чэн не ожидал такого вопроса, но, сообразив что к чему, вспомнил: вчерашняя свадьба прошла в такой спешке, что командующий, опасаясь не найти времени позже, даже не стал проводить предсвадебный медицинский осмотр — они просто расписались и всё.

Разумеется, чиновники из министерства гражданских дел оформили всё в лучшем виде по одному слову командующего Ханя. Захоти он обойтись не только без медосмотра, но и вовсе без предъявления удостоверений личности, бумаги всё равно были бы готовы.

Бянь Чэн подумал, что Линь Мучуань решил пройти обследование самостоятельно, чтобы восполнить этот пробел, и с улыбкой ответил:

— На четырнадцатом этаже.

Линь Мучуань кивнул:

— Спасибо.

Бянь Чэн улыбнулся вежливо и сдержанно:

— Всегда к вашим услугам, госпожа.

От каждого обращения госпожа у Линь Мучуаня начинало сбиваться сердцебиение. Развернувшись, чтобы уйти, он вдруг о чем-то вспомнил, помедлил, оглянулся и с сомнением спросил:

— Скажите… Ваш командующий… Не подскажете, куда он уехал?

В конце концов, он его законный супруг… разве он не имел права знать о его передвижениях?

Услышав это, Бянь Чэн почему-то усмехнулся, сжав губы, и ответил:

— Сразу после окончания свадебного банкета вчера вечером командующий отправился домой вслед за вами, но по дороге ему экстренно поступил приказ вернуться на военную базу. Возможно, через пару дней он вернется к вам.

Это объяснение неожиданно принесло Линь Мучуаню облегчение. Оказывается, его вовсе не бросили на произвол судьбы — у мужа просто возникли срочные дела.

— Передайте ему… передайте от меня привет. — Сказав это, он тут же смутился, словно и впрямь беспокоился о Хань Цяне больше, чем следовало.

Не дожидаясь ответа Бянь Чэна, он торопливо шагнул в лифт, и двери закрылись за его поспешно удаляющейся спиной.

Оставшись в коридоре, Бянь Чэн ловко постучал по своему коммуникатору. Первый же индикатор на экране замигал зеленым светом, и офицер тут же переслал командующему Ханю тайком сделанный снимок спины Линь Мучуаня, сопроводив его короткой подписью: Командующий, это та самая особа, которую вы хотели бы видеть?

Завершив отправку, он с легкой улыбкой поправил форму и направился к палате матери Линь Мучуаня.

Тем временем Линь Мучуань доехал на лифте до четырнадцатого этажа и, покружив немного по коридорам, наконец отыскал смотровую. Выведя на экран коммуникатора свои личные данные, он передал их врачу и послушно прошел полный комплекс процедур.

Перечитав выданную на руки распечатку результатов от начала и до конца и убедившись, что все показатели в норме, он с облегчением выдохнул и отправился домой.

Поместье семьи Хань располагалось в районе S-класса и находилось под особой охраной, поскольку здесь располагались военная и тренировочная базы, а большинство военнослужащих жили со своими семьями.

Линь Мучуань приложил палец к сканеру — его отпечатки внесли в систему ворот только вчера, — и массивные металлические створки бесшумно разъехались в стороны.

Войдя внутрь, он обнаружил, что уже наступил вечер. Ужин был давно готов, и госпожа Хань вместе с Хань Фэнем ожидали его за столом.

— Мам, я вернулся.

Линь Мучуань подошел к столу и отодвинул стул рядом с Хань Фэнем, опасаясь, что те слишком долго ждали его.

Так и оказалось. Госпожа Хань бросила на него недовольный взгляд:

— Надумал явиться. Все блюда уже остыли.

В семье Хань существовало строгое правило: садиться за главный приём пищи разрешалось только в полном составе.

— Простите, я пойду разогрею.

Он уже собирался подняться и потянулся за тарелкой, как госпожа Хань оборвала его:

— Оставь, слуги подогреют.

Даже презирая эту невестку, взявшуюся неизвестно откуда, она не собиралась заставлять её прислуживать вместо прислуги и выглядеть при этом мученицей.

Стоявший у стены робот тут же подступил ближе, собрал тарелки и скрылся на кухне.

Когда разогретую еду подали вновь, все трое молча принялись за ужин. Внезапно госпожа Хань невзначай бросила:

— К матери ездил?

Линь Мучуань мысленно удивился её проницательности:

— Да.

— И как она? — не унималась та.

Удивленный тем, что она вообще интересуется состоянием его матери, Линь Мучуань ответил вежливо:

— Цвет лица стал немного лучше.

Госпожа Хань презрительно фыркнула, продолжая отправлять в рот еду:

— Еще бы. Лежит в лучшей палате, пользуется самыми передовыми медицинскими аппаратами, вокруг нее крутятся самые авторитетные светила медицины. Если бы ей не стало лучше, разве это не оскорбило бы все старания моего сына?

Палочки в руке Линь Мучуаня замерли.

Он отлично уловил скрытый подтекст в словах госпожи Хань — та намекала, что он пристроил мать на лечение исключительно за счет брака с Хань Цянем.

Стоявшие перед ним аппетитные блюда вмиг потеряли всякую привлекательность. Апетит пропал начисто, но он чувствовал, что должен прояснить этот вопрос.

— Я искренне благодарен вам за помощь, поскольку действительно получил от вашей семьи огромную поддержку. Но я прекрасно осознаю своё положение и намерен честно выполнять свой долг в этом доме. Пожалуйста, не беспокойтесь.

С этими словами он аккуратно положил палочки на стол и поднялся:

— Я наелся, приятного аппетита.

Госпожа Хань сидела с мрачным лицом, храня молчание, а Хань Фэнь тут же возмутился ей вслед:

— Мам, ты посмотри на его тон!

Уставший Линь Мучуань закрыл уши ладонями, поднялся на второй этаж и заперся в своей комнате.

Упав лицом на мягкую темно-серую кровать, он почувствовал, как толстая металлическая дверь надежно отгородила его от внешнего шума и чужих упреков. С облегчением выдохнув, он вытащил из кармана пальто две сложенные вдвое бумаги.

Бланк заявления.

Бланк медосмотра.

Наконец на его губах появилась легкая улыбка. Еще раз всё обдумав, он принял окончательное решение — бланк заявления нужно было заполнить.

Обитатели этого дома явно не были ему рады, а тот неуловимый муж… кто знает, когда вообще соизволит объявиться? Не сидеть же ему здесь сиднем, изо дня в день воюя со свекровью и деверем?

Стиснув зубы, Линь Мучуань решился до конца. Заметив на прикроватной тумбочке ручку, он подошел к ней с бланком в руках, присел на корточки прямо у тумбы и принялся старательно выводить буквы.

Набор в базу рекрутов шел среди молодежи от восемнадцати до двадцати двух лет. Заполнив основные графы, Линь Мучуань немного подумал над графой с выбором региона и вписал: район А.

После замужества было принято следовать за супругом: служил муж в районе С — едешь в район С, служит в районе А — значит, и твой район А.

Дойдя до графы пожеланий, Линь Мучуань сосредоточился и вписал в приоритетное направление боевую группу, а на второе место — разведывательную.

В армии существовало множество подразделений, но учебная база набирала курсантов только в четыре направления: боевую группу, разведывательную группу, группу связи и инженерно-саперную. Главной мечтой Линь Мучуаня всегда было попасть именно в боевую.

Графу супруга можно было не заполнять, но Линь Мучуань решил оставить её пустой: вписать туда имя Хань Цяня означало бы открыто воспользоваться связями мужа.

Закончив с бумагами, он спустился вниз. Домочадцы уже разошлись по комнатам после ужина, и в гостиной хозяйничал лишь робот-уборщик.

Подойдя к одной из служанок-роботов, Линь Мучуань на секунду задумался, а затем вежливо попросил:

— Послушай… ты не могла бы отнести это к дому командующего Чу, что у перекрестка с литерой К?

Он немного опасался, что в память этих машин не заложены данные о его статусе и они откажутся подчиняться.

К его удивлению, робот-женщина удивленно хлопнула миндалевидными глазами, пару секунд разглядывала его, а затем лучезарно улыбнулась:

— Конечно!

Линь Мучуань с облегчением передал ей обе бумаги и, несколько раз повторив наставления, проводил взглядом до самой двери.

Поздно вечером робот вернулся. А еще чуть позже коммуникатор Линь Мучуаня коротко звякнул. Бросив взгляд на экран, он увидел незнакомый номер.

Колеблясь секунду-другую, он нажал кнопку вызова, и в динамике раздался низкий мужской голос:

— Линь Мучуань?

Линь Мучуань ошарашенно кивнул:

— Да, это я, а вы…

— Я Чу Чэнь, офицер по отбору девятого призыва курсантов на учебную базу. Поданное вами заявление только что одобрено. Завтра не забудьте явиться на базу для прохождения финальной комиссии.

http://bllate.org/book/30304/3694820