Готовый перевод Atonement / Искупление: 3.01

Арка 3: Институт

…3.01

Две ночи спустя вспышка моей камеры разогнала ночную тьму на крыше, выхватив единственный силуэт. В следующее мгновение туда, где должен был стоять человек с фотоаппаратом, устремился арбалетный болт – хорошо, что я заранее установила автоспуск и отошла в сторону.

— Нет, нет, нет, — изобразив глубокое разочарование, отозвалась я со своего места на ограждении высотой по пояс на противоположном углу крыши – как раз напротив Софии, стоявшей там во всём облачении Призрачного Сталкера. — Для динамичного кадра ты должна предупреждать меня до того, как выстрелишь из арбалета. А это был всего лишь снимок в полный профиль.

Вскинув второй арбалет, София заговорила жёстким, угрожающим тоном:

— А ты совсем дура, да? Какого чёрта ты здесь забыла?

Я вопросительно склонила голову набок.

— Ну, понимаешь, мне сказали, что ты сегодня патрулируешь. Только я не была уверена, что узнаю тебя в темноте, когда ты не валяешься без сознания. Вот и решила подстраховаться – сделать снимок, чтобы получше изучить. — Я подняла руки в перчатках, сложив пальцы рамкой и наведя её на Софию. — Может, ты приляжешь и поскулишь немного, чтобы у меня вышел кадр «до и после»?

На этот раз её рычание было отчётливо слышно.

— Послушай, ты, сучка мелкая, мне плевать, кто там считает тебя забавной, — злобно бросила она. — Как по мне, ты просто тупая, жалкая, настырная девчонка, которой нужно держаться от меня подальше. Я вообще-то работаю, так что повторяю в последний раз: отвали от меня на хрен. Нам не о чем разговаривать.

— Вообще-то, — я соскользнула со своего ограждения на крышу, — …нам есть что обсудить.

Судя по позе Софии, она всерьёз подумывала просто пристрелить меня.

— Сильно сомневаюсь.

Я подняла руку, тыльной стороной ладони скинула капюшон, а затем ухватилась за край маски и стянула её через голову, открывая лицо.

— А я готова поспорить.

Какое-то мгновение она просто смотрела на меня – её лицо скрывала собственная маска с изображением сурового женского лица. А затем она слегка согнулась пополам и покатилась со смеху. Она хохотала во весь голос, убрав один из арбалетов в кобуру на поясе и опершись рукой о ближайшую стену, чтобы не упасть.

— Господи. О боже, это просто умора. Потрясающе, — выдавила София сквозь смех минуту спустя. — Дай угадаю, дай угадаю: ты думаешь, я сейчас прямо обомлею от восторга? И я типа должна сказать: «О, Мэдс, я так ошибалась. Я была неправа насчёт тебя», да? Ты реально думаешь, будто это что-то меняет? Да ни хрена это не меняет. Ты была неудачницей, когда я позволяла тебе тусоваться с нами, ты была неудачницей, когда кисла в одиночестве, а сейчас ты стала ещё более убогой неудачницей. Единственная разница в том, что раньше я считала никчёмными кусками дерьма, не заслуживающими дышать, двоих людей, а теперь осталась только одна. Ты. Это всегда была ты.

Я спокойно выслушала эту тираду, давая ей выговориться. Когда она закончила, я пожала плечами:

— Вообще-то, я скорее думала о том, чтобы просто надрать тебе задницу, а потом сдать.

Смех Софии мгновенно оборвался. Она выпрямилась и уставилась на меня.

— Не расслышала, повтори-ка ещё раз, — спросила она тихим, леденящим душу тоном.

Мой голос оставался весёлым и непринуждённым, будто мы обсуждали погоду.

— Я сказала, что надеру тебе задницу, а потом сдам. Но знаешь, если хочешь избежать трёпки, всегда можно пойти с повинной. Как говорится, чистосердечное признание облегчает душу. Точнее – подошву моего ботинка, если только я не разобью её о твою задницу во время этой самой трёпки.

— О-о-о, Мэдди, Мэдди, Мэдди, — София продолжала буравить меня взглядом, медленно покачивая головой. — Зря ты дала мне этот повод. Об этом… об этом ты сильно пожалеешь.

— Поверь мне, София, из всего, о чём я в жизни жалею… это не войдёт даже в первую десятку, — пообещала я.

— Ой, да поплачь мне тут ещё! — выкрикнула она в ответ. — Какого хрена тебе от меня надо, Мэдисон? Это несчастный случай! Ты это понимаешь? До тебя доходит вообще? Она не должна была умереть, но к чёрту всё, если я позволю какой-то слабой, бесполезной девчонке разрушить мою жизнь!

…— А как же ЕЁ жизнь?! — так же громко выпалила я в ответ. — Что насчёт жизни Тейлор?! Её больше нет, она мертва, и в этом виноваты мы!

— И что с того?! — сорвалась София почти на истерику. — Это не моя вина!

— Ну да, конечно, она ведь сама залезла в шкафчик, набитый грязными тампонами, — съязвила я.

Она закричала в ответ:

— Это была шутка! — Надвигаясь на меня, София продолжала:

— Шутка. Раньше ты считала мои шутки забавными. Тебе все наши прежние выходки казались смешными.

— Да, — тихо согласилась я. — И мне с этим теперь жить. Жить, а не делать вид, будто ничего не произошло.

— Да повзрослей ты уже наконец! — София остановилась всего в паре шагов от меня, свирепо хмурясь. — Это был несчастный случай. Она была слабачкой. Она была неудачницей при жизни и сдохла как неудачница. Жалкая, никчёмная, плаксивая уродка. Ты вообще должна меня благодарить!

— Спасибо сказать? — недоверчиво переспросила я.

— Конечно! — София в раздражении всплеснула руками. — Посмотри на себя! Ну посмотри! У тебя теперь есть силы, Мэдисон. Силы! И всё благодаря мне. Всё, что у тебя есть, всё, кем ты стала – моя заслуга! Это я тебя создала. Я приняла тебя в нашу компанию, я сделала тебя популярной, а потом непопулярной. И теперь я сделала тебя плащом! Превратила в супергероя!

Я опустила голову, глубоко вздохнула и снова посмотрела на неё.

— В этом-то и разница между нами, София. Я не собираюсь ни благодарить тебя, ни винить в своих поступках. Ты не заставляла меня становиться сукой. Не заставляла смеяться над Тейлор. Не заставляла причинять ей боль. И уж точно не заставляла меня наслаждаться этим. Это была я. Это были мои выборы, мои решения, мои ошибки. Моя собственная глупость. Всё, что я делала… абсолютно всё было моим личным выбором. — Я встретилась с ней взглядом сквозь прорези её маски. — И точно так же сейчас я выбираю рассказать всем правду о Тейлор.

Она крепче сжала рукоять единственного арбалета, оставшегося у неё в руке.

— Ты же знаешь, что я не могу этого допустить, Мэдисон.

— Тогда сделай это сама, — тихо ответила я. — Расскажи им правду. Расскажи, что это был несчастный случай, что ты запаниковала, испугалась. Скажи правду, и, может быть, тебе это зачтётся.

Её крик раздался буквально в паре дюймов от моего лица, она едва не срывалась на невнятный визг:

— Я СУПЕРГЕРОЙ! — Она наставила арбалет прямо мне в грудь. — Я грёбаный супергерой, ты, тупая, вечно ноющая соплячка! До тебя вообще это доходит? Ты хоть представляешь, хоть малейшее понятие имеешь, сколько жизней я спасла?! Я рисковала собой снова, снова и снова, вытаскивая жалких неудачников этого мира – людей, которые вообще не заслуживают жить! Я спасаю их раз за разом! И ты думаешь, это не перевешивает одну мелкую ошибку? Не думаешь, что один НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ куда менее важен, чем десятки жизней, которые я спасаю всякий раз, когда упрятываю за решётку очередную преступную мразь?!

— Нет, — просто ответила я.

— Нет? — опешила София. — Что значит «нет»?

Я глубоко вздохнула и медленно выдохнула.

— Нет, это не менее важно. То, как ты относишься к тем, кого считаешь ниже себя, – одна из важнейших вещей в человеке. — Я снова посмотрела ей прямо в глаза и добавила:

— И нет, ты не супергерой.

Издав нечленораздельный вопль ярости, она вскинула арбалет.

— Да пошла ты, Мэдисон.

Она выстрелила навскидку, и болт устремился ко мне.

Точнее, он пролетел примерно половину пути, пока намертво не натянулась нить, которую я успела прикрепить к нему и к руке Софии, пока та орала на меня пару минут назад. Прежде чем она успела хоть что-то сообразить, в мгновение ока её собственный болт, летевший в меня, резко развернулся по дуге и вонзился ей прямо в руку.

— Только подумай, — не удержалась я от шпильки. — Если бы ты пользовалась нелетальными снарядами, как от тебя требовали, сейчас ты могла бы просто отключиться, а не огребать по полной программе, как ты того заслуживаешь.

Яростно зарычав, она выдернула болт, перешла в теневое состояние и бросилась на меня. Я быстро закрепила две нити у себя под ногами, с их помощью взмыла в воздух на добрых девять футов, перепрыгивая через её голову, а затем задействовала ещё одну нить, которая утянула меня ей за спину, пока она лупила по пустому месту, где я только что стояла.

Едва я приземлилась, София среагировала с молниеносной быстротой: крутанувшись на месте, она нанесла мощный удар ногой с разворота прямо мне в висок, отчего я кубарем покатилась по крыше.

В глазах поплыло. Я едва успела откатиться в сторону, когда София попыталась впечатать подошву мне в грудь – такой удар точно вышиб бы из меня дух. Пока её нога всё ещё была в воздухе, я попыталась подсечь опорную ногу, но София снова перешла в теневую форму, и моя рука просто прорезала пустоту.

Перезарядив арбалет, она нацелила его на меня. Я снова перекатилась, уходя с линии огня. Долю секунды спустя болт вонзился в то место, где я только что лежала. Вскочив на ноги, я изо всех сил выбросила кулак вперёд. На этот раз София даже не стала переходить в теневое состояние: она легко отбила мою руку, а затем нанесла ответный удар, от которого моя голова мотнулась назад. Во рту появился солоноватый вкус крови.

Я замахнулась ещё дважды, но она попросту уходила в тень, сводя мои атаки на нет. Затем последовала контратака: три молниеносных удара подряд – столь быстрых, что я едва успела заметить её движения.

Я покачнулась и опустилась на одно колено. София тихо, издевательски усмехнулась:

— Ну и что ты там лепетала про надранную задницу?

Глядя в пол, я тихо пробормотала что-то невнятное.

— Чего? — потребовала она, вскидывая один из арбалетов и делая шаг ближе – но недостаточно близко, чтобы я могла до неё дотянуться. — Что ты там вякнула, неудачница?

Я отвернулась, сплюнула кровь и снова подняла на неё глаза.

— Я сказала: проверь костюм. — Я раскрыла ладонь, показывая ей штуковину, похожую на карманный электрошокер.

София удивлённо моргнула и опустила взгляд. К обеим её ногам, одному из рукавов и к поясу крепились маленькие клеммы размером с батарейку. Я успела разместить их на ней, пока она увлечённо меня избивала.

— Что за…

Я нажала на кнопку, и все клеммы одновременно выдали мощный электрический разряд. София испуганно пискнула и повалилась на бок – её мышцы мгновенно отказали.

Поднявшись на ноги, я протянула руку к Софии. Закрепив нить на её маске, я сорвала её.

— Я не хочу драться с Призрачным Сталкером, — сообщила я ей. — Я хочу драться с Софией Хесс. — Затем я прикрепила ещё две нити к её плечам и резко потянула на себя. Она, разумеется, попыталась уйти в тень. Но я снова пустила ток через клеммы, и она закричала, когда разряд насильно вернул её тело в физическое состояние – как раз в тот момент, когда я со всей дури врезала ей по лицу.

Было больно. Моей руке было очень, очень больно. Ой. Но ей пришлось гораздо хуже – и физически, и морально. Она пошатнулась, снова пытаясь спастись в теневой форме. Она пыталась сбросить шокеры, но ничего не выходило.

Лёгким движением пальцев я снова активировала разрядники. София закричала от боли и ярости. Она попыталась вскинуть левый арбалет, но я протянула нить от оружия к фонарному столбу на противоположной стороне улицы, и арбалет со свистом улетел во тьму.

Тогда она подняла правый арбалет. На этот раз я связала нитью боковую часть оружия с воротником её костюма. Лёгкий рывок – и арбалет резко развернулся, огрев её по голове.

Пошатнувшись, она выронила оружие. Я тут же прикрепила ещё две нити к её перчаткам. Другие концы я привязала: один – к её крошечной серьге-гвоздику, а второй – к резинке, которой она убирала волосы со лба. Затем я потянула за первую нить, заставив её руку взметнуться вверх и отвесить самой себе затрещину. Рывок за вторую нить – и её рука в перчатке довольно неуклюже заехала ей прямо в лицо.

Перенаправив концы нитей на грудь и живот Софии соответственно, я заставила её колотить саму себя снова и снова. Время от времени я меняла направления, чередуя руки и точки ударов, так что следующие несколько минут София Хесс в самом буквальном смысле избивала себя до полусмерти. Стоило ей попытаться уйти в тень, чтобы сбросить мои нити, как очередной удар током приводил её в чувство.

Наконец я отпустила её и тихо спросила:

— Теперь ты готова рассказать правду?

Вместо ответа София бросилась прямо на меня со звериной яростью на лице. Я создала ещё две нити, закрепила их на её коленях и дождалась, пока она окажется совсем близко. Резкий рывок – и она с разгону пропахала коленями по крыше, а ещё две нити намертво прижали её руки к бокам.

Она открыла было рот, скаля разбитые в кровь губы, но я просто пнула её, одновременно отпуская нити. София повалилась на бок, дезориентированная и беспомощная.

— Это, — сообщила я лежащей на земле поверженной Софии, — …за Тейлор.

Я увидела, как по её телу пробежала дрожь отвращения. Она подняла на меня яростный взгляд и прошипела:

— Тебе никто не поверит, сучка. Моя команда… Моя команда не поверит ни единому твоему слову.

— Ну, даже не знаю… — протянула я, глядя на Софию сверху вниз. Убедившись, что она внимательно следит за мной, я подняла руку и коснулась коммуникатора в ухе. — Как думаешь, Эгида?

Из передатчика раздался его голос, звучавший в наушниках у нас обеих, так что София тоже всё прекрасно слышала:

— Я тут пытаюсь определиться: мне больше противно или смешно от того, что она впервые назвала нас своей командой именно тогда, когда окончательно перестала ею быть.

Я с облегчением выдохнула, отпуская скопившееся внутри напряжение.

— Значит, вы всё слышали? Записали целиком?

— Ага, — раздался голос Крутыша. — Всё записано от и до. Ей крышка.

http://bllate.org/book/30294/3693770