Готовый перевод Amnesiac Beauty Finds Her Nemesis's Child / Амнезия: как приручить детеныша заклятого врага: Глава 11

— С-сударь...

Ли Юй наконец пришел в себя. В последнее время Господин Яо вызывал его к доске едва ли не каждый день, поэтому юноша тут же вытянулся в струнку, а затем покорно опустил голову.

Яо И, глядя на сломанную надвое кисть, не сдержал вздоха. Старик погладил бороду и заговорил назидательным тоном:

— Жуньшэн, ты еще совсем молод, и то, что у тебя ветер в голове — вполне понятно. Но в последнее время ты совсем отбился от рук: лекции не слушаешь, каллиграфию не практикуешь, а домашние задания и вовсе игнорируешь. На любой вопрос — ни бэ ни мэ.

Ли Юй поспешил признать вину и громко произнес:

— Господин, вы правы! Впредь я буду внимательно слушать лекции и больше не стану витать в облаках!

Однако ученый Яо лишь качал головой:

— Я не раз уже тебе говорил: ты одаренный ребенок. Если бы ты приложил старания к учебе, то в будущем, поступив на службу, смог бы продолжить дело своего деда и стать такой же опорой для Страны Даюнь. Но с каждым днем ты становишься все более ветреным и самонадеянным. Взгляни на своего старшего брата — Ли Цяо каждый день прилежен, его статьи и трактаты безупречны, он еще совсем молод, а добрая слава о нем уже гремит повсюду. А ты? Только и знаешь, что играть. Где твои мысли?

Слова были суровы, и Ли Юй почувствовал, как задрожали его губы. Как бы он ни извинялся и ни молил о прощении, Господин Яо оставался непреклонен, заявив, что сообщит обо всем деду, чтобы тот как следует его проучил.

Услышав это, слезы, уже стоявшие в глазах Ли Юя, покатились по щекам. Он плакал беззвучно: длинные, четко очерченные ресницы намокли, слезинки скользили по коже, гладкой, словно нефрит, собирались на изящном подбородке и падали на стол, словно жемчужины. Он даже не пытался их вытереть, позволяя слезам капать на поверхность парты.

Именно в этот момент он выглядел особенно трогательно и жалко. И действительно, стоило ему проронить еще пару слезинок, как кое-кто из присутствующих не выдержал.

Четвертый принц Цзян Юань сидел ближе всех и, увидев это, тут же вскочил со своего места. Он чуть было не протянул руку, чтобы коснуться лица Ли Юя, но его опередила третья принцесса Цзян Цы, которая оттолкнула брата, и тот повалился на пол. Цзян Цы, всегда души не чаявшая в Ли Юе, достала расшитый пионами платок и нежно отерла его глаза, похожие на лепестки персика.

— А-Юй, не плачь, не надо, — ласково приговаривала она.

Цзян Юань, больно ударившись, дважды охнул, поднялся и уже было открыл рот, чтобы обругать сестру, но, увидев покрасневшие от слез глаза Ли Юя, перевел взгляд на Господина Яо.

Очистив горло, Цзян Юань твердо произнес:

— Господин Яо! Вы — великий ученый, как вы можете сравнивать А-Юя с этим ничтожным побочным сыном Ли Цяо? Если бы не А-Юй, я бы давным-давно приказал вышвырнуть его из Академии Тяньцюань!

Цзян Цы, которая обычно не ладила с братом-близнецом, на этот раз неожиданно поддержала его:

— Верно, Господин. А-Юй еще мал, он просто немного задумался во время лекции, к чему же так строго с ним обходиться?

Яо И нахмурился и покачал головой:

— Строго? Если не быть строгим сейчас, как он сможет чего-то достичь в будущем?

Старик помолчал, а затем добавил суровым тоном:

— К тому же, я уже говорил: в моем классе нет деления на законных и побочных детей, нет разницы в знатности. Плевать мне, принцы вы, принцессы, Наследные принцы или наследные принцессы — пока вы в Академии Тяньцюань, вы просто ученики.

Цзян Юань открыл было рот, желая поспорить, но его перебил ясный голос с передних рядов. Говорил юноша в простом синем халате и нефритовом венце, который сильно выделялся на фоне остальных учеников в дорогих, расшитых нарядах.

Он вышел вперед, поклонился Господину Яо и решительно произнес:

— Господин прав. Когда я поступал сюда, отец-император наставлял меня точно так же. В Академии Тяньцюань все мы — однокашники, и здесь нет места высокомерию.

Цзян Цы окинула его презрительным взглядом и усмехнулась:

— Ой, неужели наш Второй Высочество, который обычно слова лишнего не вымолвит, решил заступиться за Ли Цяо или же просто покрасоваться?

Яо И прикрикнул:

— Третья принцесса! Второй принц — ваш брат, нельзя проявлять к нему такое неуважение.

Цзян Цы не уступила:

— Но ведь Господин Яо только что сказал, что в стенах Академии все мы — ученики, и нет никакой разницы в возрасте! Почему же теперь вы называете его нашим братом?

Цзян Юань тут же закивал:

— Вот-вот, именно!

Что касается Ли Юя, он с тех пор, как начал плакать, не проронил ни слова. Однако его глаза неотрывно следили за происходящим. Особенно его взгляд был прикован к юноше в синем, который только что заговорил. Тот же даже не взглянул в его сторону. Ли Юй почувствовал, как на душе стало еще тяжелее, словно камень лег. Ему оставалось лишь с ненавистью сверлить взглядом спину того, кто не обернулся ни разу, желая в мыслях пронзить его насквозь.

В классе воцарился хаос: третья принцесса и четвертый принц яростно спорили с Господином Яо, пятый принц спрятался под партой, тайком вышивая на платке, спрятанном в книге. Девятой принцессе было всего шесть, её привели на урок насильно, и, никогда не видевшая ничего подобного, она плакала и звала мать, а восьмой принц пытался её утешить.

А Наследный принц Страны Даюнь, Первый принц Цзян Сюнь, сидел в первом ряду и, ничего не замечая, глупо улыбался.

На задних рядах царил полный беспорядок. Императорская академия превратилась в рыночную площадь.

Ли Юй, глядя на это, неожиданно почувствовал, как гнев внутри начал утихать. Возможно, наблюдать за тем, как другие ссорятся, оставаясь в стороне, было даже забавно...

Евнухи, дежурившие снаружи, услышали шум и колебались, стоит ли заходить, но тут в классе раздался ленивый голос:

— Чего разорались? Дайте поспать, в конце концов!

Ли Юй машинально обернулся и увидел, что юноша в красном, сидевший позади, не спеша убрал книгу, которой прикрывал лицо, и их взгляды встретились.

Ли Юй поспешно втянул голову в плечи, но тут раздался гневный окрик Господина Яо:

— Цзян Шэнь, замолчи!

Старик покраснел до корней волос, называя юношу по имени.

Юноше в красном было лет двенадцать-тринадцать, и он лишь усмехнулся в ответ. Зевая, он небрежно заложил руки за голову, откинулся на спинку стула и закинул ноги на парту, заваленную книгами.

Он вызывающе рассмеялся:

— По мне так, вы зря тратите силы, споря о том, станет ли Ли Сяо Юй достойным человеком. В конце концов, когда Его Величество покинет этот мир, неважно, взойдет ли на трон брат-Наследный принц или же вы, Господин Яо, со своей свитой поможете Второму брату устранить Наследного принца — этот Ли Сяо Юй в любом случае останется лишь пешкой, которую старик Ли подсунет будущему императору.

Юноша в красном хитро усмехнулся, глядя на глуповатого Наследного принца неподалеку.

— Так что, старший братец, береги свою наследную принцессу. А то, если Второй брат приберет к рукам твой трон, а заодно и уведет жену, не жалуйся потом, что тебе и плакать негде.

После этих слов в классе воцарилась гробовая тишина.

Было так тихо, что слышно было, как упала на пол игла из рук пятого принца Цзян Эня.

Только Наследный принц Цзян Сюнь встал и, глупо улыбаясь, пошел к Ли Юю, протягивая руку.

— А-Юй... красивая. Матушка-императрица сказала, А-Юй... выйдет за меня! Будет... женой! Никто... не смеет забрать! Кто заберет — того убью!

Ли Юй почувствовал, как мир почернел, будто его поразила молния. Ему казалось, что небеса рухнули.

У этого Наследного принца не было врожденного слабоумия. В памяти Ли Юя Цзян Сюнь до того рокового случая был молчаливым, но скромным и послушным юношей. Дед даже втайне хвалил его, называя одаренным и добрым наследником.

Но пять лет назад, на весенней охоте, когда он сидел в седле, лошадь внезапно взбесилась. Цзян Сюнь упал, сильно ударившись затылком, и истек кровью. А когда очнулся, наследник престола уже был таким — слабоумным.

Императрица молилась всем богам, выплакала все слезы, но никто не пожелал явить чудо. В глазах всех окружающих было лишь вопросом времени, когда его лишат статуса наследника.

На самом деле Ли Юй не ненавидел Цзян Сюня. Когда он только пришел в академию шестилетним ребенком, он, как и девятая принцесса сейчас, не мог усидеть на месте, скучал по дому и плакал. Цзян Сюнь тогда приносил ему сладости и игрушки и, как старший брат, усаживал к себе на колени, пытаясь развеселить.

Но времена изменились, и Ли Юй вовсе не желал быть предметом привязанности глупца. Когда Наследный принц, пуская слюни, попытался навалиться на него, Господин Яо вовремя вмешался и оттолкнул его.

— В классе, вы... что за безобразие!

Яо И, разочарованный поведением учеников, безнадежно махнул рукой:

— Ладно, довольно. На сегодня хватит, расходитесь.

Ли Юй выдохнул с облегчением, глядя, как служанки уводят Цзян Сюня. Обернувшись, он снова столкнулся взглядом с тем самым юношей в синем.

Ли Юй не решился долго смотреть и поспешно опустил голову, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Этот юноша был красив, с тонкими чертами лица и холодным, как утренний туман, выражением. Его светло-голубые глаза всегда были отстраненными, будто земная суета была ему чужда.

— Второй принц... Второй брат! Можно мне с тобой... — начал было Ли Юй, приведя в порядок одежду, но Цзян Чэнь, будто не слыша, прошел мимо, даже не замедлив шага.

Это был самый любимый сын императора, Второй принц Цзян Чэнь. Ли Юй, хоть и был мал, уже прекрасно осознавал свои чувства.

Он застыл на мгновение, а когда пришел в себя, почувствовал, как в горле встал ком. С ненавистью он уставился на того, кто шел ему навстречу.

Ли Цяо лишь мельком взглянул на него.

Всего на секунду, после чего, подхватив ящик с книгами, прошел мимо.

Ли Юй едва не задохнулся. Особенно когда увидел, что Второй принц остановился, дождался Ли Цяо, и они, обнявшись, ушли вместе. Все тело Ли Юя задрожало.

Хуже всего было то, что рядом находился тот мерзавец, который только подливал масла в огонь.

Юноша в красном, не переставая, следил за каждым его движением, и чем сильнее злился Ли Юй, тем веселее становилось этому наглецу.

http://bllate.org/book/30272/3690786