Готовый перевод Deep Sea Fugitive Diary [Otherworld] / Дневник беглеца: В объятиях бездны: Глава 14

Такое огромное и жуткое морское создание, кроме Мозазавра, просто не могло быть никем другим — по крайней мере, барахтавшимся в воде двоим ничего больше на глаза не попадалось.

Ся Чуань: «...» За всю свою жизнь он ещё никогда не выглядел настолько шокированным.

В этот момент все мысли о гигантских змеях, оплетающих тело и вызывающих удушье, казались полнейшей чушью! Даже если бы эти змеи приложили ещё немного усилий и просто переломили им пополам поясницы, Ся Чуань и Деннис уже не нашли бы в себе сил переживать об этом.

Всё происходящее на их глазах в одно мгновение стерло из голов абсолютно все мысли, не оставив даже крошечного следа.

Рот и глаза Денниса распахнулись до предела за всю его жизнь: не то что куриное яйцо — даже если бы обвившую его целиком Гигантскую змею запихнули ему в рот, он бы и глазом не моргнул.

Его до смерти напугали.

Конечно, в этом не было ничего постыдного, ведь в этой мелководной зоне испугали до полусмерти не только его одного — это также касалось стаи Гигантских змей, обвивавших его и Ся Чуаня.

Стоило Мозазавру, которого называют главным хищником среднего и позднего периодов мезозоя, оказаться в воде, как огромные брызги и волны отбросили Ся Чуаня и Денниса в сторону.

Однако ни люди, ни змеи не выказывали ни малейшей реакции, застыв подобно оцепенелым деревяшкам. Их просто качало туда-сюда под воздействием водного толчка и остаточных волн, а их позы оставались абсолютно неизменными.

Шэньлань: «...»

Приняв облик Мозазавра, он, пожалуй, ещё никогда не сталкивался с настолько... неподвижной сценой охоты, из-за чего на мгновение даже усомнился, не спит ли он.

Он пошевелил мощным длинным хвостом и проплыл немного вперед, останавливаясь перед двумя Гигантскими змеями. Встретившись взглядом с их плоскими круглыми головами, он медленно, словно в замедленной съемке... раскрыл пасть.

Змеиные языки обеих Гигантских змей по-прежнему торчали наружу, безвольно свисая перед пастью, но те не проявляли ни малейшей реакции.

Шэньлань: «...»

Добыча отупела до такой степени, что ему даже стало чуточку неловко нападать на нее. Будь он в человеческом облике, он, пожалуй, снова принялся бы чесать затылок и разглядывать небо.

Конечно, неловко не неловко, а есть всё равно надо — нельзя же позволять добыче лишать себя рассудка.

Поэтому он, держа пасть открытой, снова взмахнул хвостом, и те две глупые змеи сами собой угодили ему в пасть.

Даже после этого змеи продолжали цепенеть неподвижными деревянными досками, не шевелясь, так что Шэньланю пришлось с неохотой закрыть пасть, потакая их осознанному стремлению принести себя в жертву.

Конические острые зубы вонзились в чешую Гигантских змей, разрывая плоть и кожу, сокрушая сухожилья и кости. Ярко-красная змеиная кровь мгновенно расплылась по водной глади, а смрад вперемешку с соленым морским запахом наполнил воздух...

Этот будоражащий запах распространился вокруг, и только тогда оставшиеся несколько десятков Гигантских змей пришли в движение. Словно внезапно очнувшись ото сна, они резко сжались в комок, а затем бросили все пожитки и пустились наутёк. Эта сцена ничем не отличалась от растревоженного осиного гнезда: с жужжанием они разбежались во все стороны, извивая тела волнообразными линиями — совсем не так, как те, кто еще недавно свысока взирал на людей с берега.

Вот это была уже привычная для Шэньланя картина. Он наконец-то ощутил легкий азарт хищника и, словно играя, лениво утащил на дно еще штук семь-восемь змей.

Впрочем, истреблять их всех подчистую он не стал, ограничившись для видимости парой штук, а напоследок подцепил зубами еще одну Гигантскую змею, которая лениво болталась у него в пасти, совершил резкий разворот и вернулся к Ся Чуаню и остальным.

Раньше, в воде, когда их обвивали Гигантские змеи, змеиные тела помогали им удерживать равновесие в водной стихии, поэтому впопыхах удавалось даже вынырнуть на поверхность. Теперь же, когда Гигантские змеи сбежали, они лишились всякой поддержки.

Поясницу Ся Чуаня до этого так крепко сжимала Гигантская змея, что казалось, будто она сейчас переломится. Даже теперь, когда хватка ослабла, он ничего не чувствовал, не говоря уже о возможности свободно двигаться. Он мог лишь инстинктивно загребать воду руками, с трудом удерживаясь на поверхности, однако выражение его лица еще не отошло от изумления, из-за чего весь его вид казался оцепенелым и механическим.

Но он еще держался весьма неплохо, чего нельзя было сказать о другом живом человеке на воде.

Деннис, после того как Гигантская змея отпустила его, ни закрыл глаза, ни сомкнул рот. Более того, его руки и ноги не совершали ни малейшего движения — он даже не вспомнил о том, что надо плыть.

Точнее говоря, его мозг словно улетучился вместе со стаей Гигантских змей: в голове было абсолютно пусто, и если постучать по ней пару раз, раздался бы пустой гул.

В итоге Шэньлань, распугавший Гигантских змей, обернулся, снова высунул раздвоенный на конце язык и увидел ничего не выражающего Ся Чуаня и Денниса, у которого вот-вот выпадут из орбит глаза.

Первый просто покачивался на волнах, а второй из-за своего бездействия медленно шел ко дну, словно двухметровая каменная статуя.

Шэньлань: «...»

Его исполненные кровожадности глаза молча поднялись вверх закатившись к небу в огромном жеребячьем оцепенении, после чего он посмотрел, как Деннис тихо погружается в воду, пуская на поверхности цепочку пузырей.

Кончик его языка скользнул по лицу Ся Чуаня. Почувствовав, что температура тела этого едва сохраняющего самообладание человека выглядит ненормальной и если тот продолжит мокнуть, то добром это не кончится, он взмахнул хвостом, нырнул головой вниз и подбросил Ся Чуаня вместе с ушедшим под воду Деннисом себе на спину. Рассекая волны подобно порыву ветра, он помчался вперед и в мгновение ока... сел на мель.

Шэньлань: «...»

Огромная туша Мозазавра скользнула к берегу, постепенно сбавляя скорость, и наконец остановилась, уткнувшись в груду похожих на грозовые тучи черных камней.

Восходящее солнце выпрыгнуло из-за края моря, и бледно-золотой свет легким туманом осыпал побережье. Очертания севшего на мель Мозазавра в лучах тусклого света уменьшились, и в одно мгновение он вновь принял человеческий облик.

Оба человека, висевших до этого у него на спине, лишившись опоры, покатились по гальке.

Приземлившись, Ся Чуань уперся рукой в землю, выплюнул пару глотков воды и с трудом приподнялся, усевшись. Одна его нога была вытянута прямо, другая полусогнута, локоть покоился на колене, а пальцы все еще слабо сжимали военный кинжал.

Холодный блеск этого кинжала был чист как стекло, на нем не осталось ни единого следа крови, и ничто не выдавало того, что всего несколько минут назад он рассекал головы дюжине Гигантских змей.

Что же до Денниса... тот раскинулся на земле пластом, словно дохлая собака, не имея сил даже кашлять. Похоже, в море он наглотался воды сверх всякой меры.

Шэньлань посмотрел на этих двоих, понесших тяжелые потери, фыркнул с ленивым выражением лица и направился к Деннису. Подняв его черный рюкзак, застрявший у того на руке, он без церемоний расстегнул молнию и выучил сменный комплект одежды: рубашку с брюками и черный топ на бретелях со светлыми повседневными шортами.

Шэньлань брезгливо зажал вещи тремя пальцами и окинул их пренебрежительным взглядом. Ростом он заметно превосходил Ся Чуаня и остальных, так что рубашка с брюками ему, разумеется, не подошли бы, поэтому он взял майку и шорты и в два счёта переоделся. Черная майка туго натянулась на его крепких мышцах груди и живота.

Он, должно быть, слишком долго не носил одежды и теперь чувствовал себя не совсем привычно в этих путах, поэтому немного подвигался, разминая руки и ноги, пока наконец не освоился.

Пока он не швырнул рюкзак обратно перед Деннисом, Ся Чуань всё ещё продолжал сидеть в прежней позе, не шевелясь. Его взгляд неотступно следовал за Шэньланем, а лицо сохраняло бесстрастное молчание — то ли он маской паралича лица скрывал внутреннее потрясение, то ли что-то еще.

А Деннис... после долгого лежания пластом он наконец приподнялся и сел. Мокрые золотистые волосы прилипли к лицу, не в силах скрыть его безумный вид. Некокоторое время он бессмысленно смотрел на Шэньланя стеклянными глазами, открывал и закрывал рот, но так и не смог издать ни звука.

Первым заговорил всё же Шэньлань. Приподняв веки и бросив взгляд на Денниса, он перевел его на Ся Чуаня и произнес длинную фразу с интонацией человека, доведенного до крайности:

— Я всего лишь вернулся в море на одну ночь, а вы уже умудрились сами притащить себя в пасти к этим болванам?

Спустя долгое время после того, как его голос смолк, хранивший молчание Ся Чуань наконец выдавил осипшим голосом:

— Ты — тот самый Мозазавр...

Шэньлань моргнул, глядя на него:

— Ну да.

Эти слова послужили неким пусковым крючком. Стоило им прозвучать, как потерявший рассудок Деннис наконец поймал нужную волну. Он сглотнул слюну, отупело посмотрел на Шэньланя, затем резко ущипнул себя за руку и со свистом втянул воздух от вполне реальной боли, после чего пробормотал:

— Я... мне хочется в туалет...

Шэньлань: «...»

С одной стороны, он считал этого типа, который мог сойти за полуродственника, невероятным позором — надо же было умудриться чуть не уписаться от страха, стоило лишь увидеть его истинный облик. С другой же стороны, в нем просыпалась какая-то странная спесь и глубокое удовлетворение...

Как раз в тот момент, когда он собирался подать голос, продемонстрировать властную ауру повелителя и заодно заставить Ся Чуаня тоже благоговейно пасть ниц, Ся Чуань заговорил снова.

Холодным, бесстрастным голосом тот произнес:

— Значит, тот удар хвостом, который чуть не лишил меня половины жизни, нанес ты?

Властная аура Шэньланя испарилась в один миг до последней капли:

— Ой!

http://bllate.org/book/30243/3686995