Готовый перевод The Deceased Husband's Portrait of a Widower / Омега-вдова: Грозный начальник и призрак покойного мужа: Глава 1

Герцогство Тяньшу считалось самым известным высшим военно-учебным заведением человечества, однако его нынешним главным оказался вдовец Omega по имени Лань Шу, который поступил на военную службу лишь после смерти мужа, к тому же обладавший ослепительной до безумия красотой.

Но помимо красоты, Лань Шу славился на всю округу своей силой, поэтому все первокурсники держались от этого главного нательном расстоянии. Исключением стал лишь девятнадцатилетний Лун Цянь, который с самого поступления в академию затеял с ним вражду.

Молодой Альфа был красив и дерзок, а зрелый Omega — холоден и высокменен. Противоположности быстро столкнулись, и вскоре они превратились в заклятых врагов, о чьем соперничестве знал каждый ученик военной академии.

Они настолько ненавидели друг друга, что были готовы даже драться всерьез, и в итоге заняли первое место в рейтинге злейших соперников на школьном форуме.

Однако в один прекрасный день, когда Лун Цянь днем был жестоко избит Лань Шу, а ночью заснул, снедаемый гневом, он во сне почему-то перенесся в комнату Лань Шу… и превратился в портрет покойного мужа, висевший на стене.

Не успел он прийти в себя, как стал свидетелем потрясающей до глубины души сцены: тот самый высокомерный старшекурсник, который днем наступил ему на пах и свысока принуждал признать поражение, сейчас, находясь в разгар Периода течки, покраснел в уголках глаз и жалобно шептал, глядя на фотографию: «Муж…»

***

Лун Цяню потребовалось всего три дня, чтобы привыкнуть к ночным перемещениям — от невероятного сопротивления до темного, томительного предвкушения.

Никто не знал, что этот холодный и высокомерный днем главный посреди ночи способен являться к своему покойному мужу с таким выражением лица, и уж тем более никто не знал, что он станет тихонько называть этого человека мужем.

Лун Цянь походил на гнусного, мрачного подглядывающего тайком зеваку. Он позволял ревности, подобной терновнику с примесью горечи и кислоты, обвивать его и увлекать в погруженную во тьму бездну.

Он влюбился в того Omega, который безумно любил своего покойного мужа, но с отчаянием и завистью понимал: в делах сердечных мертвеца никому не превзойти.

Заведомо обреченная безответная любовь рано или поздно уродует человека.

В конце концов настал день, когда застарелая ревность и невозможность получить желаемое полностью затмили ему рассудок. Подгоняемый Периодом повышенной чувствительности, он больше не в силах был терпеть и ворвался в комнату Omega. Однако ослепительно прекрасный старшекурсник-вдовец, замер на мгновение, а затем испугался так сильно, как еще никогда в жизни, и инстинктивно попытался закрыть руками прижимаемую к груди фотографию.

Увидев, как ревностно тот защищает своего проклятого покойного мужа, Лун Цянь разъярился еще сильнее. Он подался вперед, резким движением вырвал снимок и опустил взгляд — чтобы увидеть:

На фотографии был отпечатан он сам.

Глава 1. Наказание

1489 год Галактической эры, дикая планета КL-787.

Под проливным дождем толпа молодых Альф стиснув зубы бежала сквозь ненастье.

Бесчисленные миниатюрные меха парили в воздухе, и их электронные глазки вспыхивали холодным тусклым светом, словно бездушные механические надзиратели, следившие за толпой «преступников».

— Быстрее… быстрее!

Заместитель командира 9-го резервного полка А подгонял отстающих в хвосте колонны, точно пастух, сгоняющий уткой стадо. Избранные любимчики судьбы, прибывшие на учебу из различных систем Федерации, промокли до нитки.

Никто и предположить не мог, что тысячу с лишним лет спустя после выхода человечества в открытый космос им, первокурсникам высшего военно-учебного заведения Федерации, придется сразу после поступления проходить столь первобытные марш-броски.

Юноши мысленно наперебой покрывали трехэтажным матом того, кто принял это решение.

Грязь намертво всасывалась в их армейские ботинки, делая каждый шаг невыносимым, а дождливая погода неизбежно выжимала из них последние силы и замедляла движение.

Один из первокурсников уже выбился из сил и рухнул на землю, и если так пойдет и дальше, то падет далеко не он один.

К счастью, тянувшийся сутки напролет марш-бросок наконец подходил к концу, и на горизонте забрезчил рассвет.

Когда изможденные новобранцы еле доплелись до финиша, в потоках проливного дождя их уже поджидали две фигуры.

Некоторые доведенные до предела истощения новобранцы падали прямо на землю, не обращая ни на что внимания, а те, у кого оставалась хоть капля сил, тяжело дыша, пытались разглядеть главного из этой двоицы.

Как раз в этот момент повернулся башенный прожектор базы, и под ливнем предстал старший по званию: его военная форма сидела безупречно, он стоял под зонтом и холодно смотрел на них.

На его белоснежном мундире золотые пуговицы были застегнуты до самого верха, серебряный ремень стягивал талию, а на всем теле не было заметно ни единого пятнышка грязи, что резко контрастировало с жалкими, вымотанными новобранцами.

С первого взгляда угадывался типичный представитель высшей касты.

Новобранцы, изнуренные бессонной ночью, только-только начали приходить в себя, но стоило им бросить взгляд на эту картину, как их тут же охватила ярость.

Они провели сутки напролет без сна и крошки во рту, а этот человек выглядел до того беззаботным!

Пока они в дождливую ночь переполнялись гневом, которому некуда было выплеснуться, кто-то из стоявших ближе всего к тому человеку новобранцев вдруг тихо ахнул от неожиданности.

Остальные не совсем поняли в чем дело, но любопытство взяло верх, и при очередном всплеске света они присмотрелись внимательнее, после чего все как один замерли.

Главный оказался Omega!

В нынешнюю эпоху служба Omega в армии уже не казалась чем-то из ряда вон выходящим, но большинство из них занимали в военных училищах и частях должности военных врачей, механиков по ремонту мех, специалистов по космической шифросвязи и другим техническим специальностям, либо выполняли прочую штабную работу.

Попасть же в офицерский резерв космических боевых войск удавалось крайне редко.

Однако, когда все еще пребывали в шоке, луч света скользнул снова, и стоило им отчетливо рассмотреть внешность стоявшего перед ними человека, как статус будущих офицеров внезапно отошел на второй план.

Среди непрекращающегося дождя лицо этого человека сияло подобно яркой луне, пробившейся сквозь тучи; он напоминал карающего божества из древних мифов, прекрасного до жгучей, недосягаемой высоты.

Он был ростом примерно с большинства Альф, а некоторых рослых даже пониже, но его взгляд, брошенный на них, таил в себе странное высокомерие.

Под этим холодным взором все ругательства застряли в горле, новобранцы словно оцепенели от невидимой хватки на шее и с тревожным сомнениям уставились на него.

В дождливой ночи повисла тишина.

Вдруг раздался раскат грома, и вспышка молнии резко осветила значок на груди этого Omega, после чего все отчетливо разглядели выбитую на нем надпись — Lansh.

Лань Шу.

Отупевший от усталости мозг начал работать, новобранцы в шоке широко раскрыли глаза и наконец осознали, кто перед ними стоит.

Согласно слухам, будучи Omega, он был принят в высшее военное учебное заведение Тяньшу по спецнабору, три срока подряд бессменно занимал пост главного и являлся единственным высшим командующим на этих учениях — Лань Шу.

Воздух внезапно огласился абсолютной тишиной, и даже недавнее тяжелое дыхание теперь синхронно стихло.

Лань Шу холодно окинул взглядом эту толпу казавшихся ему слабыми Альф, а стоявший рядом помощник держал над ним зонт, боясь даже вздохнуть.

Заметив, что настроение главного испорчено хуже некуда, а старшего инструктора нет на месте, помощнику инструктора пришлось скрепя сердце выйти вперед и отдать честь:

— Заместитель командира 9-го резервного полка А, Бай Синь, приветствует главного!

Увидев, что отвечать вышел только он один, Лань Шу холодно произнес:

— Где ваш главный инструктор?

При этих словах Бай Синь словно подавился и мгновенно умолк.

Остальные новобранцы совершенно не ведали о закулисных интригах, а заметив, как Бай Синь онемел, опешили и в недоумении уставились на него.

Но эта молчаливая сцена лишь подтвердила догадки знающих людей. Лань Шу прищурился, словно догадываясь о чем-то, и напрямую обошел эту тему:

— Где он?

Бай Синь выдавил сквозь зубы:

— Один из младших сокурсников по дороге получил ранение, он отвел его в медицинский отсек…

В подвернувшемся под руку оправдании он даже позабыл о собственном звании инструктора.

Выслушав половину, Лань Шу оборвал его:

— Ясно.

Похоже, интерес к тому человеку у него пропал. Он перевел взгляд на толпу новобранцев вдали:

— Опоздание на пять минут и восемнадцать секунд. Учитывая, что это ваше первое нарушение, округлим в вашу пользу — каждому по пятьдесят отжиманий, инструкторам тоже. Начинайте.

Для обычного Альфы пятьдесят отжиманий в повседневности — пустяк, пара пустяков, но сейчас, когда они едва не расстались с половиной жизни, да вдобавок им предстояло немедленно подвергнуться подобному наказанию, все были ошеломлены.

— Прямо сейчас?! — кто-то изумленно завопил.

— Верно, прямо сейчас, — холодно бросил Лань Шу под испепеляющими взглядами курсантов. — Вы опоздали, таков порядок.

Плевать нам на твой порядок!

Мгновенно улетучилось то подсознательное расположение, которое Альфы обычно испытывают к красивым Omega. Новобранцы, охваченные гневом и тревогой, вытаращили глаза на Лань Шу.

Однако кроме как злобно зыркать на него, они не смели ничего предпринять, и атмосфера вновь накалилась до предела.

Впрочем, это оцепенение длилось недолго: будучи заместителем инструктора, Бай Синь после короткой паузы глубоко вздохнул, первым делом сорвал с головы фуражку под дождем, явно собираясь подать личный пример.

Остальные первокурсники, видя, как быстро тот сдался, даже не попытавшись поспорить, едва не задохнулись от подступившей к горлу злости.

Но раз уж дело зашло так далеко, они прекрасно понимали, что наказания им не избежать.

Многие мысленно изрыгали проклятия, но внешне постепенно смирялись с неизбежным.

http://bllate.org/book/30092/3666406