Готовый перевод Little Lamb, What Time Is It / Который час, маленький ягнёнок?: Глава 15

Лу Уцзинь вспомнил слова Юэ Сянь: В этой жизни у него своя судьба: встретить доброго человека, связать себя узами брака и прожить счастливую, размеренную жизнь. Если ты изменишь его судьбу, он не сможет войти в круговорот перерождений и обратится в блуждающую душу, что растворится между небом и землей.

В тот день, когда Юэ Сянь нашла его с Книгой Судеб, он пересёк триста лет ветров, морозов и одиночества. Он отчаянно искал и наконец увидел силулуэт Янь Сичжао у ворот детского сада.

В тот день он не подошел к нему, а значит, больше никогда не смог бы подойти.

— Возвращайтесь на Гору Сюнь, — отдал приказ он.

Чэнь Цыань сильно удивился:

— Включая… Мяньмянь?

Лу Уцзинь кивнул.

Чэнь Цыаню было тяжело на душе:

— Но, господин, Мяньмянь уже привязался к учителю Яню.

— Как и раньше, отправьте его в Ледник Уцан продолжать спать, пока он полностью не забудет это воспоминание.

Его слова только затихли, как зазвонил дверной звонок.

На экране появилось лицо Янь Сичжао. С сумками и пакетами в руках, с заплаканными до красноты глазами, он заговорил в камеру видеодомофона:

— Господин Лу, я хочу увидеть Мяньмянь.

Янь Сичжао и сам не хотел выглядеть столь жалко.

Он непрестанно твердил себе: ты всего лишь учитель, знаком с Мяньмянь меньше полумесяца, у тебя нет ни права, ни повода бежать к нему домой, тебе следовало бы вовремя отступить, но слезы не подчинялись.

Глядя на разбросанные по дому вещи, связанные с Мяньмянь, и не видя самого мальчика, он чувствовал, будто в его сердце зияет кровоточащая дыра, которую невозможно залечить, поэтому он и пришел.

Но Лу Уцзинь не открыл ему дверь.

Он же ясно видел, что на втором этаже горит свет, но во всей вилле царила мертвая тишина. Только что он еще слышал плач Мяньмянь, а теперь вокруг стояла глухая тишина. Он позвонил Чэнь Цыаню, но тот тоже не отвечал. Ему оставалось лишь сесть у порога и ждать до глубокой ночи, пока в темном небе не взошла высокая луна и не зажглись редкие звезды. Наконец позади послышался приглушенный скрип — дверь отворилась.

Он с запозданием повернул голову и увидел Чэнь Цыаня.

Чэнь Цыань почтительно склонил голову, взял пакеты, лежавшие рядом с Янь Сичжао, и произнес:

— Учитель Янь, Мяньмянь на втором этаже, я провожу вас.

Янь Сичжао немедленно последовал за ним.

Вилла была роскошной и сумрачной, отовсюду веяло какой-то прельстительной странностью, но Янь Сичжао было уже не до того — он шел по пятам за Чэнь Цыанем, думая лишь о Мяньмянь.

Мяньмянь наверняка плачет.

Однако у дверей комнаты не было слышно ни звука. Стоило ему попытаться войти, как Чэнь Цыань преградил ему путь.

— Учитель Янь, Мяньмянь… — Чэнь Цыань на мгновение замолк, подбирая слова: — Господин имел в виду следующее: если вы войдете, увидите все своими глазами и сможете это принять, то сможете остаться здесь на ночь. Если же принять не сможете, то с этого дня не приходите сюда больше никогда.

Чэнь Цыань включил свет, и комната сразу озарилась ярким сиянием. Он вошел внутрь и увидел посередине кровати небольшой бугорок под одеялом.

Это были вовсе не размеры Мяньмянь.

— Если вы сможете это принять.

У Янь Сичжао уже появилось смутное предчувствие.

И пусть он морально подготовился, но когда он осторожно откинул одеяло и в тот же миг увидел пушистый белый комочек, то все равно невольно судорожно втянул воздух.

Это был маленький ягненок.

С парами темно-каштановых рожек, сплошь покрытый мягкой белой курчавой шерсткой, а на самом кончике его хвостика красовалась кисточка черной шерсти размером с большой палец — сейчас она отчаянно сворачивалась колечком, пытаясь спрятаться под хвост. Голова ягненка тоже изо всех сил зарывалась в одеяло, боясь попасться на глаза Янь Сичжао.

Хотя он уже собственными глазами дважды видел, как маленький демон принимает истинный облик, и вроде бы должен был воспринимать это спокойно, сердце у него почему-то колотилось как безумное, а руки дрожали.

Возможно, в глубине души он понимал: дети из младшей группы (5) и Мяньмянь значили для него совсем разное.

Принять Мяньмянь — все равно что принять члена семьи.

В какой-то момент у него даже промелькнула мысль: как бы ему хотелось, чтобы Мяньмянь был его ребенком, которого он вырастил бы сам. Но ведь Мяньмянь — маленький демон. Жена старого директора ради того, чтобы прожить со старцем до старости, не задумываясь пошла на риск и украла Плод Долголетия. А он?

Сколько они смогут пробыть вместе?

Демоны и люди в конце концов идут разными путями, разве не так?

Мяньмянь не смел смотреть в глаза Янь Сичжао: уткнувшись носом, он забился в складки одеяла и опрометью бросился к краю кровати, в спешке забыв о высоте, и с глухим стуком свалился на пол.

Янь Сичжао очнулся словно ото сна, отбросив все бесчисленные тревоги и сомнения, бросился к кровати и подхватил Мяньмянь на руки.

Мяньмянь заворочался у него на груди. Стоило Янь Сичжао позвать Мяньмянь, как тот издал обиженное «ме-е».

Янь Сичжао заглянул в глаза Мяньмянь: глаза маленького ягненка были круглыми и большими, чистыми и влажными, а зрачки — настолько прозрачными, что в них не было ни малейшей примеси, и в них отражалось лицо Янь Сичжао.

— Все хорошо, Мяньмянь, это учитель пришел, — Янь Сичжао покрепче прижал Мяньмянь к себе, прижался щекой к его маленькой головке и ласково зашептал: — Папа снова обидел Мяньмянь, да?

Мяньмянь обиделся еще сильнее и принялся тыкаться маленькой головкой прямо в ямку на шее Янь Сичжао.

— Так Мяньмянь у нас бараненок, — Янь Сичжао чмокнул его в пушистую макушку и принялся покачивать на руках у окна. — Какое совпадение, ведь учителя тоже зовут Сянь.

Мяньмянь поднял голову и посмотрел на Янь Сичжао влажными глазами.

Янь Сичжао легонько боднулся с ним лбами:

— Раз Мяньмянь превратился в барашка, учитель перестанет любить Мяньмянь? Ни за что, никогда в жизни! Каким бы ни стал Мяньмянь, учитель всегда будет любить его, заботиться о нем и быть рядом.

Только прозвучали эти слова, как Мяньмянь снова обернулся человеком.

Духовное Око показывало Лу Уцзиню все происходящее: прижавшись друг к другу, большой и маленький на кровати спали крепким сном.

Он поднялся и направился в комнату Мяньмянь.

Приближался рассвет, вдали проступила сероватая белизна, слегка осветившая профиль Янь Сичжао. Он спал, его волосы растрепались, заставив Лу Уцзиня вспомнить маленького баранчика, который триста лет назад спал у него на груди.

Тот демон-овца с черной кисточкой на кончике хвоста вечно пробирался к нему в комнату посреди ночи. Чтобы украсть его самую драгоценную вещь, он неумело заигрывал, притворялся послушным, клал голову на его согнутую руку и, стоило ему только наклонить голову, сразу же проваливался в глубокий сон.

Он всегда спал на боку, и подушка приминала щеку, из-за чего он казался совсем ребенком.

Лу Уцзинь присел на край кровати и медленно склонился, оставляя легкий, едва ощутимый поцелуй на мягких губах Янь Сичжао.

— Мне ведь следовало ненавидеть тебя. Ненавидеть — и все было бы так просто.

— Мне следовало позволить тебе обратиться в прах, но этот малыш не переставая плачет, шумит так сильно, что у меня болит голова.

— И что мне теперь делать?

В просторной комнате раздавалось лишь ровное дыхание спящих, и никто ему не ответил.

Он перевел взгляд на мирно спящего рядом Мяньмянь.

Чуть шевельнув пальцем, он стер со следов слез на лице малыша.

Солнечные лучи пробились сквозь оконную тюль, и Янь Сичжао проснулся.

Мяньмянь проснулся раньше него и теперь развлекался тем, что тихонько теребил уголок подушки в его объятиях, не издавая ни звука.

Янь Сичжао долго сидел в растерянности, прежде чем осознал, что прошлой ночью он и вправду заснул в доме Лу Уцзиня.

Для учителя это было чересчур вольно.

Он помог Мяньмянь умыться, переодел его, и они вместе вышли из комнаты. Чэнь Цыань уже приготовил завтрак; стоя у стола, он с улыбкой кивнул им:

— Учитель Янь, вы хорошо выспались?

— Очень хорошо… — Янь Сичжао неловко почесал затылок.

За огромным длинным столом стояло всего две порции завтрака.

Янь Сичжао удивленно спросил:

— А господин Лу? Он уже поел?

— Господин Лу уехал по делам. Ему нужно решить кое-какие вопросы, и он не вернется еще очень долго. Учитель Янь может жить здесь постоянно, а мы будем окружать вас и Мяньмянь заботой.

— А?

Янь Сичжао переспросил:

— Он что, бросил Мяньмянь?

— Пока здесь учитель Янь, господин абсолютно спокоен.

Чэнь Цыань поманил стоявшую неподалеку служанку, и на стол подали две чашки горячего молока идеальной температуры.

— Учитель Янь может ни о чем не беспокоиться. Все три приема пищи готовятся строго по вкусу вас и Мяньмянь. Я также буду отправлять людей отвозить вас и забирать с работы. Если в обычные дни вы захотите куда-нибудь поехать с Мяньмянь, просто скажите мне, и я все организую. Если же вам здесь неуютно, можете вернуться домой, а я отправлю туда горничную для помощи.

Его речь была безупречной и в высшей степени заботливой, так что Янь Сичжао не нашел что возразить.

Вот только внезапное исчезновение Лу Уцзиня заставило его почувствовать себя немного растерянным, в душе шевельнулось чувство вины: посторонний человек прогнал родного отца ребенка, со стороны это наверняка выглядело возмутительно.

Сложные чувства одолевали его, когда он посмотрел на Мяньмянь, а тот, покусывая ложку, беззаботно улыбался ему, ничуть не огорченный уходом папы.

Позавтракав, он вспомнил, что вчера добавил ту девушку в WeChat, но после подтверждения запроса так с ней и не заговорил.

Это было ужасно невоспитанно.

Девушку звали Яо Сиюй, на аватарке красовался милый котенок. Янь Сичжао извинился перед ней, честно признавшись, что вчера возникло срочное дело, с которым он разбирался до полуночи.

У Яо Сиюй оказался отличный характер: она не стала его упрекать и с заботой спросила: [Тогда проблема решилась?]

Янь Сичжао бросил взгляд на испачканного молоком Мяньмянь и ответил: [Решилась.]

Тогда Яо Сиюй поинтересовалась: [Свободны на следующей неделе? Сходим куда-нибудь поесть?]

Янь Сичжао смутился: мало того что он добавил ее в контакты и не написал первым, так инициативу о встрече проявила сама девушка — он чувствовал себя совершенно лишенным всяких манер.

[Хорошо, а что вы любите есть?]

Яо Сиюй ответила просто и непринужденно: [Дайте мне подумать. Как решу, сообщу вам.]

[Без проблем, выбирайте что угодно.]

Яо Сиюй в ответ прислала смайлик-улыбку.

Со школьных лет Янь Сичжао не умел ладить с девушками. В университете у него вроде бы намечалось нечто похожее на первую любовь, но вскоре девушка заявила, что он слишком тугодум и скучен, вручила ему карточку хорошего парня, и на этом все закончилось. Встретить такую инициативную и доброжелательную девушку, как Яо Сиюй, было поистине благосклонностью небес.

В конце концов, у него не было высокого образования, а это — явный недостаток.

Заметив, что его брови разгладились, Чэнь Цыань с улыбкой спросил:

— Учитель Янь влюбился?

Янь Сичжао замахал руками:

— Нет-нет, это кандидатка на свидание вслепую, которую порекомендовала мама.

— Кажется, вы отлично ладите.

Янь Сичжао потрепал себя за затылок:

— Я… я не очень умею ухаживать, боюсь, я ей не понравлюсь.

http://bllate.org/book/30081/3665157