Готовый перевод Betrayal and Greenery Completed / Неблагодарный: История одной одержимости: Глава 9

При свете ночника Лу Цяо внимательно огляделся. На нескольких фотографиях был изображен один и тот же главный герой: Фу И и белоснежная собака породы хаски.

Пес был крупным, с разного цвета глазами — правый глаз желтый, а левый синий. На снимках он кротко лежал вокруг Фу И, а тот широко улыбался.

Лу Цяо вдруг вспомнил недавнюю фразу.

— Как ты вернулся?

Неужели речь шла об этой хаски?

Судя по всему, эта собака была очень привязана к Фу И. Если следовать этой логике, не означало ли это, что она потерялась или уже умерла?

Сразу после этого Лу Цяо снова перевел взгляд на лицо Фу И.

Вспоминая последние два дня, казалось, что Фу И вообще нормально не спал. Даже сегодня, когда он уже крепко заснул, то вдруг снова с чего-то проснулся. Лу Цяо перепроверил несколько раз: даже без кондиционера температура в комнате Фу И держалась на отметке в восемнадцать градусов по Цельсию, что было совсем не высоко.

Может ли это... быть связано с собакой?

Подумав об этом, Лу Цяо аккуратно убрал фотографии, снова сел на мягкое кресло в ногах кровати и заодно выключил последний ночник в комнате.

Вокруг царил абсолютный мрак, но мысли Лу Цяо становились все яснее.

Тело Лу Цяо утопало в мягком кресле, и, слушая размеренное дыхание Фу И, он почему-то почувствовал небывалое доселе чувство безопасности.

В комнате витал легкий аромат, и Лу Цяо не знал, что это за запах, но он был очень приятным. Казалось, это собственный запах Фу И, похожий на смесь каких-то цветов с пряностями.

Так спокойно.

Внезапно ритм дыхания Фу И сбился.

Тут же Лу Цяо услышал шуршание быстро трущегося постельного белья, затем на стене раздался звонкий щелчок — Фу И включил центральный кондиционер, и в вентиляционном отверстии начался приток воздуха.

При тусклом свете зажженного экрана телефона Фу И Лу Цяо увидел, как тот раздраженно нажал какую-то комбинацию цифр.

В ту же секунду, когда вызов пошел, телефон Лу Цяо тоже загорелся в темноте.

Раздался упрек:

— Немедленно приди ко мне в комнату. Ты вообще не выключил кондиционер.

Лу Цяо, подняв телефон, посмотрел на него:

— Разве господин Фу не умеет включать кондиционер?

Услышав это, Фу И поднял голову, и в его раздраженном взгляде мелькнуло удивление.

Лу Цяо сбросил вызов, встал и включил верхний свет в комнате. В мгновение ока вспыхнул ослепительный свет, и Фу И невольно зажмурился.

Он бросил взгляд на показатели настенного пульта: Фу И намеренно убавил температуру еще на несколько градусов, так что стало холодно. К счастью, Лу Цяо остался в комнате и никуда не ушел, а не то его прах, развеянный над Атлантикой, не помог бы ему отмыться.

— Ты полностью оправдываешь тех, кто читает трактат «Гуань-цзы»: даже подстраиваешь все так искусно, будто совершил нечто грандиозное.

Лицо у Фу И было так себе.

Лу Цяо, переменив тему, произнес:

— Твой сон очень тревожен, ты постоянно просыпаешься. Можешь сказать мне почему?

Фу И уставился на него взглядом — хотя его и разоблачили, вид у него был такой, будто это Лу Цяо совершил убийство и поджог.

Проигнорировав недоброжелательность, Лу Цяо продолжил:

— Завтра предстоит много работы, и ради успешного проведения промотура, а также чтобы мой ничего не стоящий скромный ассистент мог нормально выспаться, не мог бы ты рассказать мне?

Услышав это, выражение лица Фу И немного смягчилось, он поднял руку и пару раз взъерошил волосы:

— Ты трогал фотографии на моем столе?

Лу Цяо честно ответил:

— Случайно задел.

Фу И потер висок костяшками пальцев:

— Тогда ты, наверное, уже догадался?

Лу Цяо на секунду замер:

— Пожалуй.

Затем он задумался, не стоит ли сказать что-нибудь еще, и изо всех сил попытался выудить из головы подходящую к случаю фразу:

— Жизнь и смерть предопределены свыше, богатство и знатность зависят от Небес, соболезную.

Движения Фу И замерли, он выглядел слегка озадаченным:

— Чему я должен соболезновать?

Лу Цяо: ?

Помимо собаки, у этого предка потерялся кто-то еще из родственников?

— Моя собака на родине, привезть ее сюда нельзя. Никак не удается уснуть.

— О...

Фу И усмехнулся:

— А ты о чем подумал?

— Ни о чем.

Затем он внезапно все понял:

— То есть, все эти дни другие ассистенты говорили, что у тебя ужасное состояние и ты не высыпаешься, исключительно из-за... — он сделал паузу.

Фу И подхватил:

— Его зовут Саньту.

— ...из-за того, что Саньту нет рядом?

Фу И с крайне неохотной улыбкой пояснил:

— Пес всегда спал у моей кровати, я привык. Вдруг почувствовал, что чего-то не хватает, паршиво на душе. Извини, что рассмешил тебя. Возвращайся в свою комнату, я больше не стану тебя беспокоить.

Лу Цяо стоял на месте не двигаясь, в его голове проносились одна за другой различные картины.

Говорит же, не станет беспокоить.

Эти два дня Фу И не отдыхал, а его душевное состояние было точь-в-точь как у пациента специализированной клиники для душевнобольных. Не говоря уже о том, насколько капризным он был весь сегодняшний день, взять хотя бы сегодняшнее вечернее разорванное в клочья рекламный плакат — вторую версию Лу Цяо только что сдал, неужели дать ему шанс разорвать третью, четвертую, пятую и шестую?

Сразу после этого Лу Цяо вдруг что-то вспомнил, развернулся и открыл шкаф.

Фу И слегка нахмурился:

— Это моя комната. Ты грабишь меня средь бела дня.

Следом Лу Цяо извлек из шкафа пушистый плед:

— У меня в комнате есть плед, я подумал, что здесь наверняка тоже найдется. Умоляю тебя, ложись скорее спать, я больше не выдержу.

С этими словами он под взглядом Фу И опустился на колени у кровати Фу И и принялся расстилать покрывало. Когда он развернул его, ворс слегка взметнулся в воздухе. Примерно через две секунды, заметив, что Лу Цяо собирается устраивать постель прямо на полу, Фу И внезапно понял, в чем дело.

Тогда Фу И нахмурился и спросил:

— Ты собрался изображать собаку?

Лу Цяо поднял голову, поправил очки и с безмолвным укором уставился на него:

— Не выражайся так гадко. Это ты не можешь уснуть, вообще-то, по логике вещей, тебе стоит меня благодарить.

Фу И нашел это забавным, обнял мягкую подушку, лег на живот, вытянул руку с края кровати и спросил:

— Как тебя зовут-то?

— Лу Цяо.

В тот же момент рука Фу И уже опустилась на его голову, произнеся с насмешкой:

— Значит, сегодня ты Саньцюо.

— Саньцюо — это старший братец.

— ...Что?

Руководствуясь принципом с дураками не спорят, Лу Цяо больше не стал отвечать Фу И.

Вскоре он притащил из обоих номеров практически все мягкие одеяла и соорудил из них пушистое уютное гнездышко.

Затем Лу Цяо уже собирался протянуть руку, чтобы выключить свет.

Вдруг Фу И остановил его:

— Погоди-ка.

Лу Цяо обернулся:

— Господин Фу все еще не хочет спать?

Тут же Фу И снова утонул в мягких подушках, с улыбкой глядя на него, и произнес:

— Саньту перед сном всегда подает голос, чтобы убаюкать меня. Ты тоже можешь потявкать?

Глава 9. Плачу.JPG

Третья остановка — Тэджон.

С самого раннего утра персонал, отвечающий за промотур, созвали на экстренное совещание по случаю прибытия нового руководителя, назначенного из главного офиса. Все безумно нервничали, кроме Лу Цяо.

Бум.

Лу Цяо с глухим стуком опустил картонную коробку на пол и поднес к плечу зажатый между ухом и щекой телефон:

— Знаю, не переживай.

Гао Цзинвэнь на другом конце провода возразил:

— Дело не в переживаниях, просто Цзинь Иго изначально гнилой человек. Вы же с ним враждуете, а раз его перевели сюда, очевидно, он метит в прихвостни к Фу И. Ты же временный ассистент Фу И, так что проблем тебе не миновать.

Лу Цяо лишь повторил:

— Я понял.

Гао Цзинвэнь вздохнул:

— Береги себя.

— Угу.

Стоило ему ответить, как на том конце повесили трубку.

Он уже собирался поднять оставшиеся доски, как кто-то хлопнул его по плечу. Лу Цяо обернулся — это был молодой мужчина с бейджем тыловой службы SEL на шее.

Выпрямившись, Лу Цяо спросил:

— Что-то случилось?

Тот усмехнулся:

— Давай по-китайски. Ничего особенного, просто руководитель Цзинь велел тебе заглянуть к нему в кабинет.

— Зачем?

Тот сотрудник тыловой службы легкомысленно улыбнулся:

— Говорят, вы с руководителем Цзинем пришли в компанию в один год и оба были из актерского отдела. Только потом ни один из них не стал сниматься: один осел в административном отделе, а другой — в коммерческом. — С этими словами его взгляд цепко пробежался по лицу Лу Цяо, словно пытаясь что-то отыскать.

К подобным улыбочкам Лу Цяо уже давно привык:

— И административный, и коммерческий отделы очень хороши.

Сотрудник пренебрежительно фыркнул:

— Шутишь? В административном выполняют всякую черновую работу, а в коммерческом столько денег... — Внезапно он, видимо, о чем-то сообразил, оборвал фразу, а затем понизил голос: — Мне уже давно интересно кое о чем спросить. Слышал, когда вы только пришли в компанию, Цзинь Иго влюбился в тебя, но после того, как ты его отверг, он тут же нашел себе влиятельного покровителя и стал мстить, именно поэтому тебе не дали сниматься. Это правда?

Лу Цяо холодно усмехнулся:

— Почему бы тебе не спросить об этом у своего руководителя Цзиня?

Услышав это, парень скривился, выдавил из себя пару фальшивых смешчков под предлогом срочных дел и перед уходом не преминул добавить словно в ожидании хорошего зрелища:

— Руководитель Цзинь тебя ждет, не забудь.

Лу Цяо остался стоять на месте, а сотрудник скрылся в суете снующих туда-сюда людей.

Бормотнув себе под нос «псих», он продолжил таскать коробки.

Тот сотрудник был прав: пять лет назад Цзинь Иго действительно питал к нему чувства, Лу Цяо действительно отказал ему, а напоследок Цзинь Иго нашел покровителя и устроил травлю. Пожалуй, это можно было назвать началом всех несчастий Лу Цяо.

Тогда, стоило Лу Цяо услышать имя Цзинь Иго, ему искренне хотелось выкопать всю его родню до седьмого колена из могил, отвесить им пару пощечин и спросить, что же за сукина сына они произвели на свет.

Но прошло уже пять лет, и при воспоминании обо всем случившемся в сердце Лу Цяо осталось лишь одно: «ошибся в выборе знакомых». Только и всего.

Неподалеку другой ассистент окликнул его:

— Лу Цяо, выручай!

Лу Цяо тут же надвинул бейсболку на лоб:

— Иду.

—

Кондиционер в кабинете был выставлен на минимум, но блондин за рабочим столом продолжал дергать галстук, все равно чувствуя себя невыносимо жарко.

Закинув ноги на стол, он спросил ассистента:

— Где Лу Цяо?

На лице ассистента отразилась тревога:

— Разве он не занят?

Сразу после этого блондин яростно выругался:

— Сяба!! — и, взмахнув руками, с грохотом смахнул на пол все бумаги со стола. Среди разлетающихся листов застыли широко раскрытые от удивления глаза стоявшего рядом ассистента, из уст которого вырвалось исконно родное ругательство:

— Какого черта! Я три дня собирал эту отчетность! Лу Цяо к тебе даже не приходился, какого хрена ты на мне срываешься?!

http://bllate.org/book/30073/3664175