Готовый перевод Your Cover's Blown, Scent Leaked / Хватит притворяться: твои феромоны выдали тебя: Глава 8

Коллега повернулся к нему и с сочувствием похлопал по плечу:

— Бедняга, наверное, совсем перепугался от очередной сверхсложной задачи шефа.

Цзян Цянь не знал, то ли плакать, то ли смеяться.

Такая грандиозная сплетня — и только он один о ней знает…

Как же одиноко на вершине!

Утро пятницы неизменно отводилось под совещание отделов. Фу Чжунань слушал доклады руководителей, изредка задавая вопросы, но большую часть времени хранил молчание.

В разгар совещания Цзян Цяню позвонили с ресепшена, и ему пришлось выйти.

— Алло?

— Секретарь Цзян, тут к генеральному директору пришел некий господин Му.

Цзян Цянь слегка нахмурился, пытаясь припомнить: кажется, на сегодня никто по фамилии Му не записывался на прием.

— Передай ему, что генеральный директор не… — он оборвал себя на полуслове, и на него внезапно снизошло озарение. — Подожди, а как его зовут?

Девушка с ресепшена ответила:

— Господин Му Жань.

— …

Цзян Цянь вздохнул:

— На будущее запомни: сначала нужно называть полное имя. Пусть пока поднимется в переговорную на верхнем этаже и немного подождет, у генерального директора совещание.

— Хорошенько примите его, он может оказаться важным гостем нашей компании, — добавил он, немного подумав.

Нет, вообще-то — будущей хозяйкой.

Скрывая величайшую тайну, Цзян Цянь с непроницаемым лицом сбросил вызов.

Девушка на ресепшене осталась в полном недоумении.

Пришел так пришел, не пришел так не пришел, а это «может оказаться важным гостем» — к чему бы?

Мысленно поворчав, она, однако, благодаря профессиональной выучке не выдала ни единой эмоции на лице:

— Здравствуйте, господин Му, пожалуйста, пройдемте со мной.

Вернувшись после звонка, Цзян Цянь не стал садиться на свое место, а встал позади Фу Чжунаня и тихо доложил обстановку.

Один из сотрудников как раз докладывал о допущенной им грубой ошибке, но Фу Чжунань пропустил это мимо ушей, скосив взгляд на Цзян Цяня:

— Пусть ждет в переговорной.

Цзян Цянь кивнул.

Фу Чжунань добавил:

— В той, что рядом с моим кабинетом.

Цзян Цянь слегка удивился, но согласно кивнул и молча поднял уровень приема гостя на два порядка выше.

Сотрудники, участвовавшие в совещании, заметили, что атмосфера в конференц-зале словно сменилась с ливневого дождя на ясную погоду. Самый смелый украдкой бросил взгляд на председательское кресло: сидевший во главе стола Альфа выглядел совершенно невозмутимым, и по его лицу нельзя было прочесть ни единой мысли.

……

Когда совещание закончилось, Цзян Цянь заметил, что Фу Чжунань направляется прямиком к себе в кабинет, и напомнил:

— Генеральный директор, тот молодой господин из семьи Му все еще ждет вас в переговорной.

— …

Фу Чжунань действительно позабыл об этом. Он слегка кивнул, бросив взгляд на наручные часы:

— Отдыхайте, остальное доложите после обеда.

Цзян Цянь тоже посмотрел на время — до обеденного перерыва оставалось еще полчаса.

Так-так, для того парня в переговорной в следующий раз придется поднять статус приема еще на пару ступеней.

Толкнув дверь кабинета, Фу Чжунань в первую же секунду заметил стоявшего у окна юношу.

Солнечные лучи пробивались сквозь панорамные стекла, рассыпая золотистые блики, которые визуально создавали эффект мягкой размытости, словно вокруг него образовался пушистый ореол.

Услышав звук, фигура в лучах света с небольшим опозданием обернулась, и это лицо тоже озарилось ярким сиянием.

— Господин Фу! — глаза Му Жаня мгновенно засияли, а шаг стал чуть более легким и быстрым. — Ваше совещание закончилось?

Фу Чжунань поинтересовался:

— Зачем ты пришел?

— Я пришел поухаживать за вами, — с абсолютно честным видом заявил Му Жань, разворачиваясь и поднимая со стеклянного столика термосумку. — Господин Фу, не окажете ли честь?

Фу Чжунань подошел, сел напротив Му Жаня и задал вопрос:

— С какой стати?

— М? — Му Жань растерянно моргнул. — В смысле — с какой стати?

— Приносить еду.

Фу Чжунань изначально полагал, что появление Му Жаня означает, что тот подготовил некие новые козыри в обмен на что-либо, но оказалось, дело совсем в другом.

Му Жань опешил еще сильнее и произнес с тем специфическим оттенком искренней уверенности, в котором сквозило полное непонимание чужих сомнений:

— Потому что вы мне нравитесь.

— …

Ложь. Уголки губ Фу Чжунаня едва заметно опустились вниз, но он промолчал.

Пусть это чувство было фальшивым, но стоило Му Жаню произнести эти слова вслух, как его собственное сердце забилось быстрее помимо его воли.

Под пристальным взглядом Фу Чжунаня смущение и нервозность Му Жаня достигли предела, и, словно пытаясь оправдаться или досказать недосказанное, он выпалил еще более отчетливо:

— Вы мне нравитесь, но я вам — нет, поэтому я и пришел добиваться вашего расположения в надежде, что вы меня полюбите.

Фу Чжунань переспросил:

— Добиваться моего расположения?

Му Жань уже не смел поднять на него глаза. Опустив голову, он уставился на крышку термобокса нежно-голубого цвета и невнятно пробормотал:

— …Угу.

Фу Чжунаню это показалось нелепым и даже смехотворным.

Му Жаня можно было назвать выращенным едва ли не лично Му Хэанем, однако в нем не было ни единой черты, напоминавшей Му Хэаня.

И надо же — в этой сделке, построенной исключительно на холодном расчете и обмене выгодой, он вдруг попытался приплести эмоциональную привязанность… До чего же наивно, до смешного.

Если бы от Му Жаня не было пользы, Фу Чжунань ни за что не стал бы тратить здесь свое время.

Устроившись поудобнее на спинке дивана, он небрежно бросил:

— И как же ты собираешься за мной ухаживать?

Му Жань лишился дар речи. Разве можно задавать такие вопросы в лоб?!

Однако Фу Чжунань не только спросил, но и с невозмутимым видом уставился на него, наблюдая, как на бледных щеках юноши проступает манящий, смущенный румянец.

Интересно, если дотронуться до его кожи, окажется ли она горячее, чем обычно?

А на ощупь?

Тоже изменится?

Станет ли еще мягче? Словно только что испеченная булочка, корочка которой еще не успела остыть — такая же пышная и воздушная.

Кончики пальцев Фу Чжунаня едва заметно дрогнули. Движение вышло незаметным, но больше всего оно напоминало предзнаменование.

В воображении кончики пальцев уже жаждали прикосновения, густой зуд расползался и вился вокруг, распространяясь с куда большей скоростью, чем любой вирус.

— …Это секрет, — тихо произнес Му Жань.

Ощущая беспричинную вину, он поставил термобокс на стол и чуть пододвинул его к Фу Чжунаню:

— Не хотите попробовать?

Фу Чжунань по привычке подавил неуместные мысли и ответил с обычным выражением лица:

— Давай.

Плотная крышка контейнера открылась, выпуская наружу тонкую струйку белесого пара, которая рассеялась в воздухе, разнося аппетитный домашний аромат.

— Я приготовил кое-какую простую еду, не знаю, есть ли у вас продукты, которые вы не едите… А какая еда вам вообще нравится? — Му Жань поочередно открыл все контейнеры и, достав упакованные одноразовые приборы, протянул их Фу Чжунаню.

Приборы были рассчитаны на одного человека.

Фу Чжунань посмотрел на него и спросил:

— Ты уже поел?

— Конечно! — Му Жань закивал с такой готовностью, словно клюющее зерна цыпленок, а копна его послушных розовых волос забавно заскакала из стороны в сторону. — Я же везу обед господину Фу, как я мог не проверить качество заранее?

Фу Чжунань усмехнулся, ничего не ответив. Распаковав палочки, он попробовал кусочек — вкус показался до боли знакомым.

Он поднял глаза и тут же встретился с полным надежды взглядом Му Жаня.

— Ну как?

Фу Чжунань отложил палочки и вытер уголки рта салфеткой:

— В следующий раз нельзя ли выбирать ресторан подальше от Линьшэнь? Я уже объелся едой из здешних заведений.

Штаб-квартира Группы Линьшэнь располагалась в одном из самых процветающих и дорогих районов Пекина, где каждый клочок земли стоил баснословных денег. Мало кто согласился бы с такой роскошью — открывать рестораны в здешних коммерческих комплексах, поэтому Му Жаню пришлось потратить немало времени, прежде чем он отыскал старинное заведение, куда не нужно было записываться заранее.

Лицо Му Жаня окаменело:

— …О чем вы? Я не понимаю.

— Научился готовить у шеф-повара Сада Хуай? — с усмешкой бросил Фу Чжунань, бросив на него косой взгляд. — Качество обучения на высоте, ничего не утаили, вкус абсолютно тот же.

— Я… — Му Жань попытался оправдаться, но Фу Чжунань уже склонился над тарелкой, сосредоточенно уплетая еду и больше на него не глядя.

Хотя Му Жаню это не нравилось, он знал: чопорные аристократические семейства неизменно придерживаются правила молчать во время еды и сна. Терзаясь от нетерпения, он мог лишь стиснуть зубы и послушно ждать, пока Фу Чжунань закончит трапезу.

Поскольку Му Жань понятия не имел, что именно любит есть Фу Чжунань, он попросту заказал по порции каждого фирменного блюда Сада Хуай. Поначалу он опасался, что при таком колоссальном объеме еды неизбежно останутся немалые отходы, однако аппетит Фу Чжунаня превзошел все мыслимые пределы.

Потрясенный Му Жань не удержался и украдкой покосился на него.

Строгий деловой костюм скрывал любые излишки веса, но даже после столь обильной трапезы живот Фу Чжунаня оставался совершенно плоским.

Неужели это и есть нормальный аппетит для Альфы?

Хотя… вряд ли дело в этом.

Му Жань опустил взгляд на собственный живот — его собственный явно не смог бы вместить столько еды!

Его глаза снова, помимо его воли, скользнули по фигуре Фу Чжунаня.

Темные рукава скрывали очертания рук, но в те моменты, когда мужчина двигался, ткань натягивалась, случайно обнажая рельеф упругих мышц.

Безупречный крой дорогого костюма подчеркивал фигуру: правильный изгиб лацканов облегал грудь, отчего грудные мышцы казались особенно внушительными.

И дело было не только в груди.

Му Жань невольно перевел взгляд ниже: в отличие от его собственного плоского живота, там все выглядело на редкость внушительно…

Му Жань тоже регулярно занимался спортом, и его телосложение среди сверстников всегда считалось первоклассным, но рядом с Фу Чжунанем он вдруг почувствовал себя каким-то цыпленком.

Неудивительно, что тот вечно считает его ребенком… Ах он гад!

Му Жань гневно заскрежетал зубами, пообещав себе, что с сегодняшнего дня тоже начнет есть в три горла и накачает себе мощное, атлетичное тело.

Фу Чжунань постучал пальцем по столу и спросил:

— На что это ты пялишься?

— Ни на что, — тут же отпарировал Му Жань, забыв о том, что чем быстрее и категоричнее отрицаешь очевидное, тем сильнее выдаешь себя.

Фу Чжунань не стал развивать тему, просто продолжая смотреть на него.

Этот неопределенный взгляд пугал куда сильнее, чем прямое разоблачение. Чувствуя себя пойманным с поличным, Му Жань почувствовал, как его щеки стремительно заливаются жаром.

Они покраснели еще сильнее, чем минуту назад.

Наблюдая за ним, Фу Чжунань смутно ощутил, как под кожей вновь зашевелился назойливый зуд — словно сквозь тело пропустили слабый разряд тока, вызывающий легкое онемение, или будто по нему зашагала бесчисленная армия крошечных насекомых, время от времени жадно присасывающихся к плоти.

Он внезапно позвал:

— Му Жань.

— …М? — Му Жань чуть выпрямил спину, непроизвольно подавшись корпусом вперед.

Расстояние между ними сократилось, и Фу Чжунань вновь отчетливо уловил легкий цветочный аромат, за которым таился едва уловимый фруктовый шлейф.

В переговорной повисло безмолвное напряжение, в воздухе словно что-то неуловимо витало, хотя внешне все оставалось прежним.

Му Жань растерянно смотрел на Фу Чжунаня, чувствуя, что этот жар не только не рассеивается, но разгорается все сильнее, высушивая ему горло.

В следующую секунду он ощутил прохладу на подбородке: гладкая кожа перчатки легла странно и непривычно. Он инстинктивно попытался отклонить голову, но не только не избежал этой ладони, а напротив, потерся о межпальцевый промежуток, ощутив приятное, покалывающее онемение.

Не обращая внимания на сопротивление ладони, Фу Чжунань провел пальцами по четким контурам линии подбородка Му Жаня, а затем легко коснулся мягкой мочки уха.

http://bllate.org/book/29961/3647778