Готовый перевод Who Taught You To Be Such a Burden Scarlet Family / Алые Семейства: Искусство быть обузой: Глава 6

У Нянь прошептал ему ответ, а в конце неловко пояснил:

— Не знаю почему, но мне вечно не хватает времени на сочинения, вот и привык лить воду, чтобы набить объем. В тот момент как-то не сообразил, что пишу такую чушь, вовсе не хотел так преувеличивать.

Он ждал, что Хань Лу стукнет своей тростью для слепых, опровергая его нелепый рассказ, но вместо этого дождался лишь кивка.

У Нянь: «?»

— То есть мой ответ верный?

— Угу.

— И про «семь раз вошел, семь раз вышел», и про «шаг легкий, словно полет» — тоже верно?

— Угу.

У Нянь перевел взгляд с черной повязки на глазах мужчины на трость для слепых в его руках и на мгновение лишился дара речи.

Система расхохоталась еще громче:

«А что, если он не врет? Может, он и правда настолько крут, что даже слепым способен положить десяток врагов».

«Если он настолько имба, то тебе впору плакать», — отозвалась Система.

У Нянь опомнился и торопливо перекрестился.

Старые игроки все как один сильные, даже при встрече с Монстром глазом не моргнут. Еле-еле удалось выцепить хоть какого-то «пациента», и пусть боги смилостивятся, чтобы он действительно был обузой, а не скрытым мастером, прикидывающимся слабаком.

Хань Лу, не понимая, чем занят новичок, закатал рукава и показал У Няню свои запястья. На бледной коже не было видно красных точек, только густая сеть шрамов.

— Ах да, ты же пробрался сюда тайком, у тебя нет талона на еду. Погоди, мы ведь проставляли их на четвертом этаже. Никто не говорил тебе про красные точки, ты не видишь моих рук, как же ты узнал, что это талон на еду?

Хань Лу не стал ничего объяснять и снова указал на свое запястье.

У Нянь призадумался:

— Ты хочешь объединиться? Я буду красть для тебя еду, а ты… — он окинул Хань Лу оценивающим взглядом, не понимая, какую выгоду тот может ему дать.

Впрочем, выгода ему была не нужна.

— У тебя нет напарника, меня тоже никто не берет, давай создадим команду. Ты пробрался тайно, да еще и избил выжившего в Убежище, тебе лучше не светиться. Давай жить вместе, будем присматривать друг за другом.

У Нянь через рукав схватил Хань Лу за руку и подвел ее к своему запястью.

— Десять точек — этого хватит на пять дней. На Базе выдают только готовые продукты, я буду красть для тебя консервы из каждой порции, точно не дам тебе умереть с голоду!

Прикосновение к чужой коже, по-видимому, было Хань Лу крайне неприятно. Он лишь слегка коснулся его и тут же отдернул руку, выудил из-за пазухи платок и принялся старательно вытирать пальцы.

Очень привередливый.

Заметив это, У Нянь вытащил из-под толстовки одноразовые перчатки, которые давали в закусочной, покрутил их в руках и не решился распечатать. Кроме этой одежды, только этот пакет с перчатками и напоминал ему о реальном мире. Если бы он знал, что станет игроком в бесконечном потоке, набил бы сумку чем-нибудь полезным.

Стоп, разве он не умер во сне от внезапной остановки сердца? Почему он одет в толстовку, а не в пижаму?

Никто не мог дать ответ на сомнения У Няня, поэтому ему пришлось сосредоточиться на более насущных проблемах.

«Система, видишь? Мы стали напарниками! Теперь я могу героически погибнуть, защищая Хань Лу?»

«Попробуй, в худшем случае — похороны «под ключ». Умрешь молодым, зато на несколько десятков лет меньше по кривой дорожке ходить».

У Нянь: «…»

К несчастью.

***

Хань Лу был очень тихим человеком, совершенно не привлекающим к себе внимания. Он любил сидеть в одном месте, не шевелясь. Его глаза были закрыты повязкой, и У Нянь не мог понять, то ли он витает в облаках, то ли уснул.

Как и в остальной части Убежища, в комнате 303 царил кроваво-красный цвет. Даже плитка в ванной и душевая лейка были черно-красными. Пробыв здесь два часа, У Нянь начал ощущать физическую тошноту. Убежище было подземным сооружением, в комнатах не было окон.

У Нянь хотел выйти подышать и прошелся по третьему этажу — всюду только красный цвет. К этому моменту он уже не чувствовал никакого уюта, лишь вцепился взглядом в свой блокнот и металлическую тарелку, пытаясь хоть как-то смягчить психологический дискомфорт за счет этих предметов другого цвета.

Вернувшись, У Нянь снова сел на край кровати, потирая воспаленные глаза:

— Брат Хань Лу, здешний ремонт — это просто извращение. Все красное, аж раздражает.

Хань Лу повернулся и посмотрел в его сторону. Впервые с тех пор, как У Нянь стал игроком, кто-то так внимательно его слушал.

— Брат Хань Лу, я вдруг понял, что ты такой крутой. Из трех братьев ты самый лучший.

Вздохнув, У Нянь снова почувствовал желание поделиться:

— Брат, на самом деле, пока ты пропадал, у нас тут произошло много всякого.

Он в подробностях описал нападение Монстра. Рассказал даже о смене тона, жестах и выражениях лиц каждого из присутствующих. Выражение лица Хань Лу становилось все более странным. У Нянь возбужденно захлопал в ладоши:

— Ты тоже находишь это странным, да? Я так и знал, что с этими неигровыми персонажами что-то не так!

Слишком много противоречий. Оборотень знал, что на Базе произошли перемены и недавно погибло много людей. Откуда им знать? Может, после превращения в человека они получают все его воспоминания? Или та самая перемена, о которой не хотела упоминать женщина-главарь, была вызвана именно Оборотнями?

Если они получают чужие воспоминания, то Монстры давно должны были знать слабые места Убежища, его расположение и состав людей. Они могли бы воспользоваться туманом, смешаться с толпой, заменить членов отряда снабжения и попасть в Убежище на «шведский стол».

Если же это была вторая версия, то реакция главы была очень подозрительной. Только что подверглись нападению, в городке полно бродячих Монстров. Увидев чужаков, первым делом подумаешь об Оборотнях. Естественная реакция — либо бежать, либо хвататься за оружие, но никак не стоять столбом.

Хань Лу сказал лишь, что неигровые персонажи в магазине странные, но это не значило, что игроки не встретят проблем с другими. Осознав, что вероятность существования Оборотней стремится к нулю, У Нянь столкнулся с еще более жестокой реальностью.

Если известно, что Оборотни хотят есть людей, то женщина-главарь и те десять с лишним выживших, скорее всего, и есть Оборотни.

Вопрос: что будет на ужин сегодня с шести до восьми вечера?

У Нянь почесал запястье, пытаясь стереть красные точки:

— Брат Хань Лу, боюсь, я не смогу принести тебе консервы.

Хань Лу оказался отличным слушателем: хоть он и не мог говорить, он выражал участие кивками, что было лучше, чем у Системы. У Нянь только собрался обсудить с ним выход из положения, как в коридоре послышались два быстрых шага.

Следом в дверь яростно забарабанили.

— У Нянь, У Нянь! Скорее открой, спасай! Помогите!

— Скорее! Оно идет! Открой, умоляю!!!

У Нянь замер. Голоса Фан Фан и Лю Сяоли? Что происходит, ужин подали раньше времени?

Глава 6

Стук в дверь становился все настойчивее. Дрожащее дверное полотно и крики женщины о помощи до предела накалили атмосферу в комнате. У Нянь, не имея опыта, не знал, что делать.

Он спросил Хань Лу:

— Мы будем вмешиваться?

Мужчина замер, повернул голову и странно «посмотрел» на него. Что это значит — спасать или нет?

Не успел У Нянь переспросить, как снаружи раздался грохот — что-то с силой врезалось в стену. Следом послышались звуки разрывания плоти, треск костей и пронзительный крик Фан Фан. У Нянь, который уже было встал, тут же плюхнулся обратно на кровать.

Всего одна дверь отделяла его от того, как сородича пожирает живьем Монстр, и в глубине души У Няня проснулся первобытный страх.

Лю Сяоли, ставшая свидетельницей всего происходящего, была на грани безумия. Она несколько раз взвизгнула, выкрикивая имя Фан Фан, а затем начала яростно скрестись в дверь.

— У Нянь! У Нянь! Спаси меня, умоляю, открой! Отныне ты будешь моим спасителем, я отдам тебе все свои вещи, я могу помочь тебе убить кого угодно! Я сделаю для тебя что угодно!

— Умоляю, спаси меня, У Нянь! Я не хочу умирать такой страшной смертью, прошу, открой дверь!!!

Силы Лю Сяоли и Фан Фан были примерно равны, Монстр убил Фан Фан при первой же встрече. У Лю Сяоли не было ни единого шанса на сопротивление. Она была жива лишь потому, что Монстр еще не доел труп Фан Фан.

Времени у У Няня оставалось мало. Он сжал металлическую тарелку и быстро подошел к двери, заглянув в глазок. Лю Сяоли была в том же повседневном костюме, в котором они расстались, но теперь он был забрызган кровью. Глаза ее были широко распахнуты, на лице застыл ужас.

Она почти всем телом прильнула к двери, и У Нянь не видел ни тела Фан Фан, ни вида самого Монстра.

Он немного подумал и настороженно произнес:

— Открыть могу, но мне нужно убедиться, что ты не Оборотень.

Лю Сяоли на секунду замерла, а затем тут же подняла руки к глазку. На ее теплых, желтоватых запястьях четко виднелись десять красных точек. Это был талон на еду, нарисованный ручкой из пальца монстра, которой распоряжалась только главарь.

Те, кто нападал на игроков в тумане, были главарь и ее неигровые персонажи. То, что она — Монстр, уже было почти доказано. Теперь эти красные точки ничего не доказывали.

Звуки чавканья стихали. Рост Фан Фан был около ста шестидесяти пяти сантиметров, вес на глаз не превышал шестидесяти пяти килограммов. Фигура стройная, без особых примет. Судя по времени, эта порция мяса была почти съедена.

Лю Сяоли не знала, что У Нянь уже отнес главаря к стану Монстров, и все трясла запястьями перед глазком.

— Ты же сам видел, как эти точки ставил неигровой персонаж, это невозможно подделать! Почему ты не открываешь? Я слишком близко стою, ты не видишь? У Нянь, У Нянь, открой же!!!

Если бы в комнате был только У Нянь, он бы уже давно открыл. Но здесь был Хань Лу — инвалид, он не мог быть соперником для Монстра. Он все так же сидел на кровати, не шевелясь, явно не намереваясь никого спасать.

Если У Нянь ошибется в расчетах, его нелепая доброта убьет кого-то другого. Даже если человек движим добрыми намерениями, он должен нести ответственность за свой выбор.

У Нянь, не отрываясь, смотрел на Лю Сяоли по ту сторону двери, его мозг лихорадочно работал. Должен быть другой способ. Даже если у него нет шансов ее спасти, он может…

http://bllate.org/book/29780/3623638