Готовый перевод I Don't Want to Be the Number One Swordsman / Первый среди мечников? Нет, спасибо!: Глава 4

Наверное, этому он тоже научился у самого себя.

— Ах... зазноба сердца, — улыбка Се Мина проступила на самом дне глаз. — Должно быть, это правда.

Он произнес:

— Раз он мог так долго защищать меня, без глубочайшей связи тут наверняка не обошлось.

Взгляд и эмоции были на высоте — пожалуй, играл он даже лучше, чем Янь И.

Янь И яростно замер, не веря своим глазам, уставившись на Се Мина.

А Се Мин смотрел на него вот так, с улыбкой.

Оба молчали.

Но скрытый смысл и чувства, затаившиеся в этом молчаливом обмене взглядами, казались слишком тяжеловесными — их было не описать словами и не выразить. На исходе этого зрительного поединка Янь И первым отвел глаза.

Изначально у него было тысяча и одно слово для Се Мина, но едва он посреди всего узнал, что Се Мин потерял память, те слова так и застряли комком в горле. Ничего не попишешь, сама роль, в которой он обращался к Се Мину, была дочиста сгрызена этими тринадцатью годами.

И в тот самый миг он вдруг почувствовал себя немного обиженным.

Обижаясь все сильнее, он снова начал молча дуться.

Только на лице ничего не отражалось.

Прекрасно.

Потерял память — и славно.

— Иди вымети мне двор и приведи в порядок дровяной сарай, — бесстрастно произнес Янь И, в чьем голосе сквозило равнодушие вперемешку с долей затаенного гнева. — Даже если ты зазноба сердца, это не повод жить у меня на халяву.

Рука Се Мина, собиравшаяся схватить собеседника, застыла на полпути.

Мгновение спустя он вдруг рассмеялся.

Ни капли не изменился.

Янь И остался прежним.

Эта его привычка выплескивать любое раздражение — даже спустя тринадцать лет — казалась до боли знакомой.

Ясная луна поднималась все выше.

Се Мин разогнул спину, прогорбатившуюся весь день до вечера, и только отложил метлу, как в него прилетел брошенный плащ.

Се Мин поднял голову:

— Что это?

— Иди умойся, — бросил Янь И.

Словно роли наставника и ученика поменялись местами, разве что по имени Се Мина прямо не назвали.

Уголки губ Се Мина снова изогнулись.

Горный родник был чист и прозрачен. Омывшись, Се Мин при свете луны неторопливо и чинно оделся.

Костюм пришелся впору, тютелька в тютельку.

Темно-синий подол скользнул по изумрудной траве, и в лунном сиянии кожа Се Мина показалась еще более белой. Раньше он порой сомневался, не превратится ли он в уголек, проводя дни и ночи на той вершине, но теперь казалось, что он стал даже светлее, чем тринадцать лет назад.

Еще сильнее смахивая на главную звезду какого-нибудь веселого заведения.

Се Мин тихонько усмехнулся.

Весь мир знал, что Се Мин обладает прекрасной внешностью, но мало кто осмеливался смотреть ему прямо в глаза.

Интересно, что думают те люди о его возвращении в этот мир?

Они охвачены паникой или... паникой вселенского масштаба?

Но если те, кто до смерти боялся его, узнают, что теперь он всего лишь калека, лишенный всякой пользы, не станет ли им хоть чуточку полегче?

Все равно он уже позволил этим людям прожить тринадцать лет в свое удовольствие, так почему бы не сделать доброе дело, позволив им наслаждаться этой безмятежной жизнью еще сильнее?

Скрип оттолкнутой деревянной двери нарушил ночную тишину, и прежде чем нога Се Мина ступила в комнату, его поле зрения полностью заполнил серебристый меч.

Бросив мимолетный взгляд на пустую стену за спиной Янь И, можно было сразу понять, что это та самая деревяка, перед которой красовались те несколько полевых цветов.

Янь И выразился предельно кратко:

— Вытаскивай.

— ... — Се Мин на мгновение замер, словно совершенно не узнавая оружие перед собой. — Что?

Янь И к тому времени тоже успел искупаться, его распущенные волосы обрамляли лицо, а в чистых зрачках отчетливо проступало напряжение вперемешку с упрямством:

— Это твой прежний Безымянный меч. Вытащи его.

Се Мин снова с трудом сдержал смех.

Имя у меча перед ним было донельзя легкомысленным — просто «нет имени».

Этот меч, целиком серебристый на вид, веял холодом и неизменно создавал обманчивое впечатление полной безобидности.

В юности он отличался строптивым нравом, вот и меч назвал столь несерьезно. Теперь же, спустя тринадцать лет, вспоминая это название, он поневоле находил его забавным.

Он и сам теперь считал, что в былые годы жутко красовался.

Впрочем, раз Янь И велел вытащить, он, разумеется, беспрекословно подчинится.

Вот только человек, который не хочет обнажать меч, определенно не сможет его вытащить.

— Не вытаскивается, — с некоторым безразличием улыбнулся Се Мин. — Этот меч вообще признает хозяина?

Янь И на мгновение умолк, с бесстрастным лицом вырвал меч из рук Се Мина и, опустив голову, погрузился в какие-то мысли.

Признает ли?

Конечно, признает.

Но ведь этот меч изначально принадлежал Се Мину.

Бывший лучший культиватор меча в Поднебесной теперь не в силах вытащить даже собственный клинок. Тот, кто стоял на вершине горы, внезапно сорвался в пропасть, и теперь трудно представить, сколько желающих захочет потоптаться у него на голове.

Он думал об этом столь сосредоточенно, что совершенно не заметил едва сдерживаемой улыбки стоявшего перед ним человека.

Сам он не знал почему, но после пробуждения его настроение неизменно улучшалось, стоило лишь увидеть Янь И, вымахавшего до такой стати.

Он испытывал глубокое умиление.

Именно поэтому Се Мину было совершенно плевать на то, что стало с мечом.

Он протянул указательный палец и легко ткнул Янь И в плечо. Воспользовавшись моментом, когда тот в легком замешательстве поднял голову, он с улыбкой спросил:

— Зазноба сердца, в этой комнате всего одна кровать. Мы будем спать вместе сегодня ночью?

Едва стихло эхо его слов, как со двора донеслись несколько торопливых ударов в дверь.

— Молодой господин Янь! Старшей госпоже из семьи Цзян совсем плохо! Скорее идите взгляните! Молодой господин Янь! Молодой господин Янь!

Янь И вырвался из оцепенения от бесстыдства Се Мина и с суровым лицом направился открывать дверь.

— Разве вчера ей не было лучше? Почему состояние вдруг ухудшилось?

— Понятия не имеем! Просто после ужина юная госпожа Цзян внезапно полностью переменилась в нраве, набросилась на людей и принялась всех кусать! Нам никак не удается ее скрутить!

— Погодите немного, я сейчас пойду с вами.

Видя, как повернувшийся к нему спиной юноша снова обернулся, Се Мин притворился, будто ничего не слышал:

— Что такое?

Янь И слегка закусил губу:

— Ты все еще умеешь летать?

— ... — Се Мин на секунду замолчал: — Чуть-чуть.

В отличие от простых смертных, чей единственный способ передвижения — твердая земля под ногами, подавляющее большинство культиваторов перемещалось по воздуху. Вот только ограничения по высоте полета и его длительности всецело зависели от силы каждого конкретного практика.

http://bllate.org/book/29754/3620000