Готовый перевод The Cannon Fodder Scum A Meets the Obsessed Actress Villain / Злодейка не хочет умирать: Одержимость кинодивы: Глава 4

Она совершенно не помнила, когда именно заснула, а ведь ни в коем случае нельзя было упускать лучший момент, чтобы забрать антагониста!

Оставалось только молиться.

В ушах послышался задумчивый голос Ци Нинъань, которая тихо произнесла:

— Полчаса.

Полчаса?

Шэнь Юаньи крепко сжала пальцы, недоверчиво уставившись на Ци Нинъань широко раскрытыми глазами. О-о-о-нет, всё пропало, погибаем.

— Т-ты… ты что-нибудь видела? — сглотнув слюну, спросила Шэнь Юаньи, а её руки слегка задрожали.

— М-м… — та самая невероятно наивная пара глаз смотрела на неё, а Ци Нинъань постукивала пальцем по подбородку, размышляя. — Внизу, кажется, было очень шумно, но я не знаю, что они там делали. Я всё это время ждала, когда проснётся Щеночек, и вот что увидела…

Глаза Ци Нинъань заблестели, и она ткнула пальцем в щеку Шэнь Юаньи:

— У Щеночка такие мягкие щёчки, во сне она забавно дует губки. Мне всё время хотелось дотронуться.

Шэнь Юаньи покраснела, откинула голову назад и резким движением увернулась от этого пальца.

Однако на душе у неё отлегло: слава богу, ещё не поздно, Великий антагонист ещё не очернела!

— Щеночек, Щеночек, а что они там всё-таки делают? — с любопытством глядя на неё, протянула Ци Нинъань и подалась вперед.

На неё пахнуло нежным ароматом чая — очень приятным, казалось, этот запах даже сплетался с её снами. Горло сдавило, а железа на затылке за пульсировала от нетерпения.

Шэнь Юаньи снова отклонила голову назад, её щеки пылали, а губы беззвучно шевелились, не зная, что и ответить.

— Если не скажешь, я сама пойду посмотрю.

Великий антагонист поднялась на ноги и с любопытством и восторгом бросилась к выходу. Глаза Шэнь Юаньи округлились, зрачки затряслись в панике.

— Стой! — она протянула руку.

Забыв о ватных ногах, Шэнь Юаньи в два счета догнала Ци Нинъань и в самый последний момент, когда они уже приближались к окну и могли увидеть нечто невыразимое, закрыла ей глаза руками.

— Они просто играют в игру, не будем им мешать.

Понемногу оттаскивая Ци Нинъань назад, Шэнь Юаньи произнесла мягким и спокойным голосом:

— Ци Нинъань, давай мы тоже сыграем в игру. Правило такое: ты всё время держишь меня за руку и не издаешь ни звука.

— Хорошо, — Ци Нинъань согласилась без малейших колебаний. — Держимся за руки!

— Да-да-да, держимся за руки.

Великий антагонист — чистый и невинный новичок — рядом с опытной искусительницей и старой развратницей из женской группы Шэнь Юаньи выглядела так, будто разница между ними составляла от силы один и сто уровней.

Шэнь Юаньи перевела дух, радуясь, что попала сюда вовремя и антагонист пока ещё ничего не понимает.

Она убрала руки с глаз Ци Нинъань и сама взяла хрупкую ручку белокурого кролика:

— Пойдём, мы уходим отсюда.

Поскольку правило запрещало разговаривать, маленькая крольчиха крепко сжала руку Шэнь Юаньи и кивнула.

Они открыли дверь отдельной комнаты. В тишине коридора тускло горел лишь зеленый указатель аварийного выхода, а воздух был напоен соблазнительным ароматом — омега-феромонами с запахом роз. Этот запах нашептывал прямо на ухо, словно искусительница из бездны, призывая забыть о рассудке и погрузиться в пучину желаний.

Шэнь Юаньи крепче сжала руку крольчихи, её изнутри жгло жаром, а в горле пересохло.

Мысленно она выругалась: неужели все в этой вонючей аукционной доме считают себя моржами? Почему кондиционер нагнали так сильно, жара просто невыносимая!

Она смахнула со лба пот.

Впереди раздался странный шорох и возня — казалось, кто-то занимался тяжелой атлетикой.

Шэнь Юаньи нахмурилась. Кто это тут такой целеустремленный? Решил заняться фитнесом прямо на аукционе?

И судя по звукам, не один человек… Нет, погодите, кажется, трое. В общем, всё сливалось в сплошной шумовой хаос, ну просто ударники труда!

Ци Нинъань развернулась и прижала Шэнь Юаньи к стене у лестницы, ведущей вниз.

— Мм? — маленький волчонок широко раскрыл глаза, ничего не понимая, и склонил голову набок.

Это ещё что такое?

Маленькая крольчиха встала на цыпочки, легко коснулась губами её щеки и прикрыла ей уши руками.

Погруженная в недоумение — с какой стати Ци Нинъань вдруг решила её поцеловать — Шэнь Юаньи совершенно упустила момент, когда мимо них кто-то прошёл.

Мгновение спустя крольчиха озорно улыбнулась, дернула её за руку, показывая, что пора идти дальше.

Свободной рукой Шэнь Юаньи почесала затылок и коснулась щеки, куда только что пришёлся поцелуй. Холодноватое, приятное ощущение — такое хорошее.

Тьфу, да что она о себе возомнила! О чём вообще думает?!

Она осторожно повела Ци Нинъань вниз по лестнице, сводя то в один поворот, то в другой. Чуть позже они снова услышали группу людей, усердно занимающихся физическими упражнениями и издающих тяжелые вздохи. Каждый раз Ци Нинъань аккуратно уводила её в обход или затягивала в какой-нибудь незаметный уголок и целовала в щеку.

Великий антагонист — добрая и прекрасная душой, чистая и невинная старшая сестра.

Она просто обходила стороной чужие тренировки, чтобы никому не мешать.

А поскольку действие наркотика, подсыпанного прежней хозяйкой тела, всё ещё блуждало в крови, стоило Ци Нинъань почувствовать себя нехорошо, как она тут же целовала Шэнь Юаньи в щеку.

Наконец они выбрались из здания аукциона. Прохладный ночной ветерок приятно обдувал лицо.

Правило молчания было отменено, и Ци Нинъань, обвив её шею руками и тяжело дыша, прошептала:

— Щеночек, моё сердце так сильно бьется. Послушай, почему это происходит?

Глава 4. Никаких держаний за руки и поцелуев в щеку — только в губы.

В глазах Ци Нинъань сиял ненормальный, лихорадочный блеск. Если бы по пути они издали хоть малейший звук, ей и Шэнь Юаньи грозило бы неминуемое разоблачение.

Она мысленно представляла окружающих монстрами, а себя и Щеночка — персонажами хоррор-игры, чья главная задача заключалась в побеге из аукционного дома.

Хотя ничего страшного в случае поимки не произошло бы, она сама установила для себя правило: не попадаться.

И вот они сбежали. Волнительно и захватывающе.

Больше всего на свете Ци Нинъань боялась скуки — скука была самым страшным злом в мире.

— Послушай, оно всё еще бьется и бьется. Почему?

О-о-о-нет, Шэнь Юаньи мысленно взвыла, вытаращив глаза и оттягивая шею назад.

Запах феромонов омеги от её затылка проникал прямо в нос, тело изнутри заливало жаром, а сердце колотилось как безумное.

Громко сглотнув, Шэнь Юаньи пробормотала:

— Отдохнем немного, и всё пройдёт. Наверное, мы слишком быстро бежали, когда выбирались из аукциона, вот сердце и колотится.

Она говорила это не столько Ци Нинъань, сколько самой себе.

Маленький кролик покивал с видом человека, который всё понял, поджал губки в улыбке и послушно отступил на шаг назад.

— Щеночек такая молодец, спасибо, Щеночек.

Шэнь Юаньи глубоко вздохнула, уперлась руками в бока и наслаждалась прохладой летней ночи.

Поправив ногтем мизинца прядь волос, она гордо вскинула голову и выпятила грудь.

Ощущение, когда тебя хвалят, было просто великолепным — казалось, нос от гордости взлетит до небес.

Стоя с Ци Нинъань на краю широкой дороги, она бросила косой взгляд на девушку, которая с безмятежным видом подставляла лицо ночному ветру.

Появилась свободная минутка подумать о том, что Великий антагонист, пожалуй, больше не станет к ней приставать. Из-за истории с наркотиком она не травмировала душу антагонистки и сберегла её изначальную чистоту.

А её дальнейшее почернение её уже не касается. Пока она держится подальше от главной героини и всей этой компании, в этом мире вполне можно неплохо устроиться.

При этой мысли Шэнь Юаньи легко кашлянула:

— Кхм… Я бы хотела… расторгнуть наши отношения покровительницы и протеже.

— Мм? — Ци Нинъань мгновенно повернула голову к ней. Её до этого наивные и безобидные глаза вмиг стали черными и пустыми, словно у злого духа, готового в следующую секунду вцепиться ей в горло и потребовать повторить сказанное.

Впрочем, это жуткое ощущение исчезло так же быстро, как и появилось. Ци Нинъань снова превратилась в чистого крольчонка, не мигая глядя на неё.

— Что такое?

Шэнь Юаньи отклонилась назад и отчаянно замахала руками:

— Д-да ничего, ничего такого.

Она опустила голову и почесала щеку. Разве она не знала, скольким обязана Ци Нинъань? Та щедро делилась с прежней хозяйкой ресурсами и деньгами, и хотя формально они состояли в отношениях покровительницы и протеже, Ци Нинъань никогда не требовала от неё ничего лишнего — даже лаять по-собачьи не просила. Возвратить такой долг за оказанную поддержку было просто невозможно.

И вот теперь она заикнулась о разрыве этих отношений. Если бы она оказалась на месте Ци Нинъань, то сама бы посчитала себя последней неблагодарной свиньей.

Поджав губы, она пнула валявшийся на земле камешек. Прежняя хозяйка тела, ну за что ты вечно оставляешь мне такие разгребаемые авгиевы конюшни!

Рядом раздался жеманный, притворный голос. Шэнь Юаньи подняла голову: к ним покачивающейся походкой приближалась блондинка со своей подругой:

— Не хотите с нами поиграть?

— А? В какую игру?

Те собирались кучками, от них разило чужими феромонами, одежда была в беспорядке. Учитывая поздний час и то, что в здании аукциона незадолго до этого произошел мощный выброс феромонов, в какую именно «игру» они предлагали сыграть, объяснять было излишне.

Только Шэнь Юаньи всерьёз задумалась над тем, во что же они собрались играть.

— Щеночек, мне так жарко.

Кто-то крепко обвился вокруг её шеи, закрывая обзор, а в затылок пахнуло горячим дыханием. Вся её бдительность мгновенно переключилась с той компании на Ци Нинъань, и по телу пробежала дрожь.

Они стояли слишком близко, а тело антагониста было невероятно мягким.

И стоило только подумать об этом, как её собственное тело тоже запылало жаром, а феромоны Ци Нинъань показались донельзя манящими.

Хотелось бы спихнуть всё на то, что это ветер дует горячим воздухом.

Какое жалкое оправдание! Разве двум прижимающимся друг к другу людям от этого становится прохладнее?

Увидев эту картину, та компания молча удалилась.

— Хочу заняться с тобой любовью, — почти в самое ухо прошептала Ци Нинъань.

— З-з-заняться любовью?! — неожиданно услышав это, Шэнь Юаньи едва не лишилась чувств.

— Подержаться за ручки.

Услышав эти слова, Шэнь Юаньи с облегчением выдохнула: она чуть было не забыла, как именно растолковала Ци Нинъань понятие «заняться любовью».

Она кивнула и протянула руку, чтобы взять Ци Нинъань за ладонь:

— Хорошо.

— Чего ты так удивилась? Разве держаться за руки — это не заняться любовью? — с издевательской усмешкой спросила Ци Нинъань прямо ей на ушко, легко подув в ушную раковину.

— А? Нет-нет.

— Мм? Нет? Держаться за руки — это не заняться любовью?

Шэнь Юаньи от напряжения нечаянно прикусила кончик языка и поспешно исправилась:

— Д-да-да! Держаться за руки — это и есть заняться любовью!

— Фух, — Ци Нинъань с облегчением вздохнула, встала на цыпочки и положила подбородок ей на плечо. — А я уж испугалась, что Щеночек меня обманывает.

— Ну что ты… — чувствуя себя невероятно виноватой, Шэнь Юаньи уставилась в небо. — Как я могу тебя обманывать?

Ци Нинъань едва заметно изогнула губы в улыбке, в глазах которой пряталось всё лукавство человека, забавляющегося со щенком.

Вскоре подъехала машина семьи Ци. Ци Нинъань прикинула время: должно быть, вот-вот начнётся следующая волна жара.

http://bllate.org/book/29610/3601962