Готовый перевод Drifting Metropolis / Ковчег забвения: Дрейфующий город: Глава 4

Вторая глава. Бессонная ночь

Лицо Шао Юньфаня слегка дёргнулось. Если прикинуть комплекцию Ло Чжэня до его отъезда за границу, сейчас тот весит не меньше двухсот цзиней. Конечно, с такими габаритами в Америке, где повсюду царят картофель фри, газировка, стейки, гамбургеры и сыр — словом, всевозможная высококалорийная пища, он определенно выглядел вполне заурядно.

Годится ли он в телохранители? А вот в качестве живого щита сошёл бы неплохо.

Шао Юньфань со злорадным скрежетом потирал зубы, но в этот момент его желудок совершенно некстати издал жалобный вопль. Черт, не стоило думать о еде: обедом в самолёте наесться было просто невозможно. Шао Юньфань с тоской прижал руки к животу — пожалуй, позже придется пойти поканючить у брата Шэня, чтобы тот сводил их перекусить чего-нибудь на ночь глядя.

Завтра утром сначала фотосессия для глянца журнала VX. Подъём в семь тридцатые, быть в здании «Диншэн» не позже половины девятого. Фотограф — КУ, тот самый, с которым мы работали в прошлый раз над обложкой «Шансин». Я ещё заложил целый час на эксклюзивное интервью. Днём в час дня — чётко по расписанию — прибыть на стадион для генеральной репетиции завтрашнего сборного концерта, планируется пройтись по программе два-три раза. После прогонов сможем освободиться где-то около половины пятого. Затем едем в павильон на запись шоу «Звёздный блеск», плюс ещё будет репортаж-интервью для «Прямого включения», так что раньше двенадцати ночи точно не закончим.— Шэнь Нань не отрывался от экрана телефона, перечисляя обоим последнее расписание.

График без единой свободной минуты! У Фэй без сил рухнул на спинку кресла и с видом человека, потерявшего всякий интерес к жизни, завыл:

Лучше бы сегодня наступил конец света, тогда завтра нам точно не пришлось бы никуда спешить с этим грёбаным расписанием!

Парнишка, будь доволен тем, что есть, у вас хотя бы остаётся время на еду. Когда сестрица Хуа приезжает в город С., у неё график настолько забит, что обеденные коробочки с едой приходится уплетать прямо в машине. — Сидящий сзади стилист Ка Ка погладил его по голове. Эта сестрица Хуа была главной звездой компании JS.

Шао Юньфань с таким же скорбным выражением лица проверял прогноз погоды в телефоне: как назло, штормовое предупреждение, а температура на улице сейчас всего минус три градуса, хотя вчера вечером, когда он смотрел, обещали от шести до четырнадцати.

Брат, смотри, напротив — ресторан морепродуктов! — У Фэй, унывший было за всю дорогу, возбужденно застучал по спинке кресла Шао Юньфаня: он обожал дары моря!

Их машина как раз сбавляла скорость, сворачивая на специальную подъездную дорожку отеля, и Шао Юньфань сразу же заметил четырёх- или пятиэтажный ресторан морепродуктов через дорогу. Его переливающаяся красно-синяя неоновая вывеска бросалась в глаза в сгущающихся сумерках, но, к сожалению, заведение было уже закрыто. У входа в сам отель работал только круглосуточный мини-маркет.

Раздразненный аппетитом У Фэй принялся канючить и выпрашивать, и в конце концов уговорил Шэнь Наня повести их после всего в переулок с закусочными. Шао Юньфань поддержал эту идею обеими руками и ногами.

Их компания из шести человек добралась до вестибюля отеля уже позже одиннадцати вечера. Шао Юньфань и У Фэй жили в роскошных апартаментах на двадцать первом этаже, а Шэнь Нань и остальной персонал — на двадцатом. На двадцать втором располагался пресловутый президентский люкс, но компания пока жалела денег на столь дорогие номера.

Шэнь Нань с ассистентом возились у стойки регистрации, оформляя заселение. На другом конце стойки семейная пара ссорилась с администратором: женщина, прижимавшая к груди карликового пуделя, агрессивно колотила ладонью по стойке так, что гул стоял на весь холл. Находившаяся у неё на руках собачонка выглядела милой, как игрушка.

Парочка замерла рядом с чемоданами, молча вытащив телефоны, чтобы сверить время. Шао Юньфань приподнял бровь:

Сбор в половине двенадцатого?

У Фэй протянул длинный тонкий палец и в знак полного взаимопонимания показал жест OK, при этом его взгляд невольно прилип к коричневой собаке.

План ночного перекуса был утвержден.

Джуди и Ка Ка заявили, что им необходим сон для поддержания красоты, а Сяо Чжан тоже не горел желанием никуда идти, так что в компании Шао Юньфаня и У Фэя остался только Шэнь Нань. Трое вышли из отеля и поймали такси, сразу направившись к ближайшей улице с закусочными.

Эта улочка в городе С. славилась на весь округ и гудела до четырёх часов утра. В полночь здесь как раз наступал самый разгар торговли: каждое заведение ломилось от посетителей, стоял невообразимый гадёж и шум. В морозном ночном воздухе переплетались ароматы и горячие пары всевозможной еды, разжигая у зрителей зверский аппетит.

Холод стоял невероятный, и они, дрожа от зябкости, доплелись до пятой по счёту лавки, где готовили баранину и рыбу в горшочках, и наконец отыскали свободный столик. Шао Юньфаня и У Фэй, ухватившись за ручки, размашисто зачеркнули нужные позиции в меню, попутно выхватывая и перехватывая на ходу жареные пельмени из поданной заранее коробки. Они обжигали языки, шумно охали, но на их лицах читалось абсолютное счастье: в этот момент сочные, брызжущие бульоном пельмени казались им целым миром.

Человек шесть фанаток увязались за ними и уселись в противоположном ресторанчике со специями и раками, то и дело косясь в их сторону. Шэнь Нань бросил пару взглядов наружу и, заметив, что те не предпринимают никаких активных действий, оставил их в покое.

Как раз в тот момент, когда парни, склонившись над тарелками, увлеченно уплетали еду, на улице внезапно поднялся шум — будто что-то произошло. Шао Юньфань и У Фэй одновременно замерли с палочками в руках и вытянули шеи, глядя наружу.

На проезжей части дрались трое.

Двое парней плотного телосложения с короткими стрижками и в чёрных пуховиках ожесточенно наседали на худощавого высокого мужчину. Оба короткостриженых выглядели свирепо, на шеях у них болтались толстые золотые цепи в мизинец толщиной, а изо рта сыпалась сплошная брань. Высокий был в бейсболке, за спиной висел наполовину набитый камуфляжный рюкзак; чёткая и плавная линия подвалинного профиля скрывала лицо. Свет фонаря освещал кожу на его шее до ослепительной белизны, и там, казалось, тоже блестела цепочка, а на левом ухе сверкал серебряный гвоздик-серьга. Шао Юньфань даже зажмурился от этого белого сияния, цыкнул языком и машинально покосился на У Фэя — нет, У Фэй всё-таки был чуточку бледнее.

Парень в кепке двигался невероятно ловко и стремительно. Сражаясь против двоих, он не только не уступал, но и явно подавлял противников. Пара ударов руками и ногами — и один из нападавших рухнул на асфальт, оказавшись намертво прижатым к земле чумным ботинком. Второй, поняв, что дело пахнет керосином, попытался сбежать, но тот небрежным движением швырнул рюкзак прямо тому в голову; противник качнулся и наконец безвольно рухнул плашмя. На всё про всё ушло меньше двух минут.

Кто-то уже успел вызвать полицию, однако сам победитель и не думал скрываться: он невозмутимо опустил взгляд на собственную одежду, оставшись доволен видом, а затем элегантно и аккуратно поправил воротник — его изящные манеры разительно отличались от только что проявленной жестокости. После этого он одной рукой поднял рюкзак, тщательно отряхнул с него пыль и молча замер под фонарным столбом. Зеваки держались на почтительном расстоянии, тихонько переговариваясь между собой. Уличный фонарь вытянул его одинокую тень в тонкую прямую линию, отчего та затерялась в холодном мраке переулка.

Ого, этот парень следит за своим имиджем ещё круче нас. — У Фэй навалился на левое плечо Шао Юньфаня, восхищенно цыкая языком.

Вот это мощь! Юньфань, ты в драке точно ему проиграешь. — Шэнь Нань изумленно покачал головой, хлопая Шао Юньфаня по правому плечу.

Шао Юньфань одарил Шэнь Наня сверху вниз леденящим взглядом: разве это можно сравнивать? Тот человек только что излучал убийственную ауру, свойственную далеко не каждому обычному гражданину, и бил наверняка по уязвимым точкам — явно проходил профессиональную боевую подготовку.

Через несколько минут к месту происшествия подкатила полицейская машина, стражи порядка погрузили всех участников в салон, и толпа зевак наконец начала расходиться. Улочка с закусочными вновь зажила своей шумной, привычной жизнью.

Стоило Шао Юньфаню и остальным сесть в такси на обратную дорогу, как небо разверзлось, и хлынул ливень стеной. Тяжелые тувы висели низко над землей, молнии разрывали ночную мглу, а крупные капли с барабанным грохотом колотили по стёклам машины, погружая всё вокруг в зыбкую водную пелену.

Шао Юньфань на заднем сиденье листал ленту микроблогов: кто-то жаловался на скверное настроение из-за утренней ссоры, кто-то хвастался свежеприобретенными кроссовками. Стоило вбить ключевые слова, как в сети уже всплыли фотографии их ночного перекуса, сопровождаемые горестными воплями подписчиков. Многие фанаты писали, что завтра отправятся дежурить к той самой улочке, другие советовали обязательные к дегустации блюда города С. Листая ленту дальше, он наткнулся на снимок — довольно смазанный, но всё же позволявший разглядеть мужественные черты лица парня под фонарным столбом. Автор поста утверждал, что этот незнакомец в одиночку расправился с двумя противниками и был настолько красив, что просто слов нет. Сама она так испугалась пронзительного взгляда из кадров, что у неё задрожали руки, поэтому фото и получилось размытым!

Шао Юньфань на мгновение замер: плотная толпа людей на заднем плане снимка создавала резкий контраст с пустым пространством вокруг этого человека, который с холодным презрением косился на объектив, горделиво держась словно какой-нибудь владыка.

Вернувшись в номер и приняв душ, Шао Юньфань тайком спустился вниз в круглосуточный магазинчик и притащил оттуда два огромных пакета снеков. Запасы у них с У Фэем подошли к концу, нужно было срочно пополниться; кроме того, учитывая аппетиты Ка Ка и Сяо Чжана, если взять мало, емусамому завтра ничего не достанется.

За те пару минут, что он отсутствовал, дождевая вода на улице успела подняться до щиколоток. В его кроссовки ледяная вода хлынула практически мгновенно. Когда он вернулся в вестибюль отеля, нижняя половина его одежды насквозь вымокла, и видом он напоминал несчастного утопленника, выловленного прямо из фонтана перед входом.

Виновато извинившись перед уборщиком, который приводил в порядок холл у дверей, Шао Юньфань побежал к стойке администратора вернуть зонт. У стойки регистрации стоял высокий, ладно скроенный мужчина — судя по всему, он даже превосходил его ростом. Бейсболка скрывала большую часть лица, оставляя на виду лишь чётко очерченный волевой подбородок; прямая спина и гордая осанка выделяли его из толпы. Шао Юньфань тут же сообразил: да это же тот самый драчун!

Эрик. — Голос незнакомца звучал низко и приятно, напоминая мягкое звучание виолончели, от которого по телу пробегали мурашки. Вся вчерашняя агрессия испарилась бесследно. Администратор за стойкой в растерянности опустила голову, проверяя по компьютеру бронь, а кончики ее ушей окрасились в подозрительный алый цвет.

Будто почуяв взгляд Шао Юньфаня, тот настороженно обернулся. Насквозь промокший Шао Юньфань неловко улыбнулся ему, после чего вернул зонт на стойку и с двумя огромными пакетами в руках направился к лифтам.

Людей с прямой осанкой можно разделить на две категории: первая — те, у кого манеры привиты с детства и сквозят чувством превосходства, например аристократы; вторая — профессиональная деформация, скажем, военные. Неужели этот парень и правда спецназовец? Шао Юньфань стоял перед лифтом, мысленно гадая об этом и даже не подозревая, что стоявший у стойки регистрации мужчина сейчас с довольной улыбкой провожал взглядом его спину.

У Шао Юньфаня был отменный сон: стоило ему заснуть, как даже раскаты грома и вспышки молнии не могли его потревожить.

Конечно, это касалось лишь обычных обстоятельств.

В половине четвёртого утра Шао Юньфаня разбудили.

За окном бушевала непогода, в его дверь кто-то яростно колотил — звук напоминал бой военного барабана, не затихавший ни на секунду. Грохот стоял оглушительный даже сквозь двойную дверь. Шао Юньфань, протирая сонны глаза, сполз с кровати и распахнул межкомнатную дверь: в прихожей стук был настолько отчётливым, будто незваный гость собирался выбить доски. Сквозь шум ему послышался знакомый голос.

У Фэй! Шао Юньфань мгновенно протрезвел, в два прыжка пересек гостиную и бросился к входной двери, распахивая засов.

В лицо пахнуло ледяным холодом, и Шао Юньфань, одетый лишь в футболку и шорты, невольно вздрогнул от озноба. На пороге действительно стоял У Фэй. И без того бледное лицо парня сейчас побелело настолько, что на нём не осталось ни кровинки, а в глазах плескался чистый ужас. Поверх расстёгнутого отельного халата цвета яичного желтка и белой футболки на нем был накинут белый пуховик; пояс болтался где-то на бедрах — то ли он изначально не завязал его, то ли развязал в спешке, колотя в дверь. На ногах болтались шлёпанцы, в левой руке он за ухо сжимал плюшевую лису, подаренную фанатами, а края его ладоней слегка покраснели и припухли — по всему было видно, с каким усердием он барабанил в дверь.

В чём дело? — Посреди ночи Шао Юньфань высунулся в коридор и окинул взглядом соседнюю дверь: парень даже не удосужился закрыть свой номер. У Фэй ничего не ответил, а лишь молча нырнул внутрь чужой комнаты, низко опустив голову.

Ты карту-ключ взял? — Шао Юньфань ухватил младшего за рукав.

У Фэй кивнул и продолжал не останавливаясь шагать вглубь комнаты. Шао Юньфань вздохнул, вышел в коридор и затворил за ним дверь. Температура в проходе шла ни в какое сравнение с теплом кондиционера в апартаментах; обхватив себя руками в пустом коридоре, он вдруг смутно почувствовал неладное. Хотя их этаж не был забит под завязку, заполняемость всё равно составляла не меньше половины, но У Фэй только что поднял такой шум на весь коридор — и ни единая душа не высунулась наружу!

На душе стало зябко и тревожно, и Шао Юньфань поспешно сделал пару шагов назад, возвращаясь в номер. Прислонившись к захлопнутой двери, он пару секунд переводил дыхание, пытаясь унять пробежавший по спине холодок.

У Фэй уже стоял посреди гостиной, вцепившись руками в раму окна и высунувшись наружу. Окна в отеле открывались лишь на треть, так что он даже не мог высунуть голову целиком, а лишь отчаянно прижимался лицом к узкой щели.

Ты… — Шао Юньфань не успел договорить, как снаружи донёсся оглушительный гул, напоминающий рёв океанского прилива и мощных валов! Поверх этого звука накладывался скрежет ломающегося стекла и треск тяжёлых предметов. Город С. хоть и находился у моря, но они-то жили в самом центре, в сотнях километров от побережья!

Подбежав к У Фэю, Шао Юньфань остолбенел от открывшейся за стеклом картины! То был кошмарный, сюрреалистический пейзаж, который врезался бы ему в память на всю жизнь.

Под мрачным, чернильно-чёрным небом кипели бурные потоки, вздымались гигантские волны. Свинцовые тучи свисали лохмотьями серо-чёрных нитей, а водяная лавина шириной во всю землю, подобно разъярённым демонам, катила во мраке ночи, безумно пожирая все строения в городе С.

Ресторан морепродуктов напротив отеля, магазинчик у входа и фонтан давно скрылись под пенными валами, не оставляя и следа.

Мутные, высотой в несколько десятков метров гребни волн накатывали один за другим с разрушительной силой, лавиной несясь на весь город! Зрелище напоминало легендарный всемирный потоп: перед лицом дикой стихии созданные человеческой цивилизацией бетонные коробки и неоновые огни рушились, словно мыльные пузыри, не оказывая ни малейшего сопротивления.

Неужели… цунами?

Уголок кадыка Шао Юньфаня затрепетал, он с трудом сглотнул вязкую слюну. Прорывавшийся сквозь оконную щель морозный воздух резал кожу лица, словно бритва. У Фэй же, казалось, ничего не чувствовал: прижавшись щекой к оконному стеклу, он остолбенело глядел на буйство стихии снаружи и не произносил ни слова.

Более чем в половине окон отеля уже горел свет — многие постояльцы, подобно им, распахнули створки настежь, силясь разглядеть что-либо в темноте. Сквозь рокот бури доносились тревожные разговоры, изредка перемежаемые детским плачем. Каждый перед лицом этой внезапной катастрофы испытывал животный страх и чувствовал собственное бессилие.

Теперь Шао Юньфань наконец понял, почему в коридоре никто не вышел на крики У Фэя: по сравнению с тем апокалипсисом, что творился за окном, кому было дело до возни в коридоре!

Снизу раздался оглушительный грохот, сопровождаемый звоном бьющегося стекла, за которым последовал пронзительный женский визг. Переведя взгляды на источник звука, они увидели, как гигантская волна подхватила белый автомобиль и впечатала его в окно примерно десятого этажа их же отеля. Здание отеля содрогнулось от удара, а четырёхметровая машина сплющилась, как бумажная коробка, и мгновенно ушла под воду.

Быстро назад! — Шао Юньфань глубоко вдохнул и оттащил У Фэя от проёма. Резко захлопнув мокрое окно, он бросился к изголовью кровати, схватил мобильный телефон и принялся набирать номер Шэнь Наня, но вызов упорно не проходил. Как раз когда он уже отчаялся, зазвонил стационарный телефон. Он судорожно схватил трубку.

Юньфань, ты цел? У Фэй у тебя? — заорал обезумевший от беспокойства Шэнь Нань на другом конце провода. Ну надо же было угораздить вляпаться в такую грандиозную катастрофу! Если с этими двумя что-то случится, то компания — ещё куда ни шло, а вот родители разорвут его на куски.

Да, он со мной! — поспешно отрапортовал Шао Юньфань. Судя по децибелам, на шее его брата-менеджера сейчас вздулись все вены.

Никуда не выходите! Я сейчас поднимусь. — приказал Шэнь Нань.

Шао Юньфань хотел сказать что-то ещё, но Шэнь Нань уже сбросил вызов.

Это брат Шэнь? — У Фэй прижимал к груди лису и хлопал глазами, глядя на него с кровати. Рядом находился Шао Юньфань, и ему стало чуточку спокойнее; в комнате работало на полную мощность отопление, и бледные щеки снова порозовели, избавившись от трупной бледности, с которой он ввалился в комнату. Проснувшись от шума снаружи, он бросился к Шао Юньфаню в первые же секунды, хотя сам же едва не вынес дверь своими ударами, пока тот наконец не очнулся.

Угу, ложись пока на кровать. — Опасаясь, что тот простудится, Шао Юньфань подтолкнул его под бок, укладывая под ещё не остывшее одеяло, и сам устроился рядом.

Шао Юньфань ложился спать в одной футболке и коротких шортах, и пока он стоял у окна, по его телу пробежали мурашки. Он яростно растерел руки, пытаясь взять эмоции под контроль. Реальная катастрофа оказалась намного страшнее любых кадров из голливудских блокбастеров; пусть здание отеля стояло высоко, но выдержит ли оно удары волн? А если рухнет… Шао Юньфань сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки, боясь продолжать эту мысль.

Телефон снова вне зоны доступа. — У Фэй, устроившись на подушке, с тоской уставился на экран собственного гаджета, хотя до этого уже безрезультатно названивал брату.

Может, проверим стационарный? — Шао Юньфань качнул подбородком в сторону тумбочки. У Фэй снял трубку, но спустя три секунды поднёс её к уху Шао Юньфаня — оттуда доносились лишь частые гудки.

Ничего страшного, завтра попробуем снова, возможно, линии просто залило водой. — Шао Юньфань похлопал его по макушке, успокаивая. Однако в груди неумолимо нарастало тяжелое предчувствие: при таком количестве воды снаружи неизвестно, сколько дней пройдёт, прежде чем она схлынет. До тех пор дозвониться куда-либо вряд ли удастся.

С этими мыслями Шао Юньфань соскочил с кровати и подключил к зарядке телефоны, планшет и всё остальное. Затем он бросился в ванную, открыл кран и пустил воду в ванную. Раз связь пропала, то наверняка в скором времени отключат и воду со светом.

У Фэй наблюдал с кровати за его суетой, и на его детском лице читалось полное недоумение.

Юньфань! — из-за двери донёсся голос Шэнь Наня. Шао Юньфань бросился открывать: Сяо Ли тащил дорожный чемодан, Шэнь Нань прижимал к груди ноутбук, Ка Ка захватил лишь кошелёк и телефон, а Джуди и вовсе волокла за собой кейс с косметикой. Обитатели двадцатого этажа при первой же тревоге сплотились вокруг номера Шэнь Наня. Перед лицом стихии люди инстинктивно сбиваются в стаи ради безопасности — пожалуй, лишь в такие минуты по-настоящему осознаёшь, что человек — существо социальное.

Все ввалились в номер, и лица у каждого были темнее тучи. Лифты не работали, и они поднимались по служебной лестнице. Шао Юньфань откинул край одеяла и снова придвинулся к У Фэю.

Дозвониться до ресепшна и центра обслуживания не получается. Видимо, сотрудники отеля заняты борьбой с водой на нижних этажах, так что безопаснее держаться всем вместе. — Голос Шэнь Наня сочился усталостью. Не успел он договорить, как лампы под потолком пару раз моргнули и погасли, погрузив комнату в непроглядную темноту.

У Фэй от испуга вцепился в шею Шао Юньфаня, слегка дрожа всем телом. Он боялся темноты и во время стажировок никогда не оставался в одиночестве дольше положенного.

Шао Юньфань вздрогнул от неожиданности, но взял себя в руки и успокаивающе похлопал парня по плечу. Тот постепенно разжал пальцы, нащупал руку Шао Юньфаня и вцепился в неё мёртвой хваткой. Теперь он нутром чуял, что ситуация обстоит куда хуже, чем казалось поначалу.

Похоже, электросеть тоже сдала позиции. — Шэнь Нань переключил телефон в режим фонарика. У отеля должна быть резервная генераторная установка. Давайте все немного отдохнем, будем дежурить у окон по очереди, по полчаса на человека. Как бы то ни было, дождёмся рассвета, а там видно будет.

Весь город утонул во тьме, заливаемый ревущими потоками дождя и штормовыми волнами. Вчерашние роскошные, переливающиеся огни казались теперь чем-то из прошлой жизни. С улицы доносились обрывки криков и ругани — люди вымещали охватившую их панику и беспокойство.

Остальные участники кое-как устроились на диване. Кондиционер отключился, и в гостиной вскоре должно было стать холодно, поэтому Шао Юньфань зажал в зубах телефон в режиме фонарика, вытащил из шкафа в спальне плед и второе запасное одеяло и отнёс их Ка Ка с Джуди. После чего вернулся в спальню и снова залез под одеяло к У Фэю.

Шао Юньфань сделал несколько попыток дозвониться до родителей и городского номера, но везде отвечал лишь автоответчик.

Бесполезно. — Тихо произнёс сидевший рядом У Фэй, бледное лицо которого тускло освещал экран смартфона, отражавший его растерянность. На экране то и дело всплывали оповещения об ошибке отправки сообщения.

Ничего, ха-ха, и к лучшему, что не дозваниваемся, меньше поводов для паники у домашних. — Шао Юньфань выдавил из себя смешок: он был старше У Фэя и не имел права паниковать первым.

Они сидели плечом к плечу, прислонившись к изголовью, и сверкали расширенными от страха глазами в потолок, натянув одеяло до самого подбородка.

Брат, я пожалел. — Спустя долгое молчание тихо промолвил У Фэй.

М?

Зря я вчера такое ляпнул... про конец света и всё такое. — У Фэй уткнулся лицом в одеяло, и голос его прозвучал глухо. — На самом деле мне нравится танцевать, правда.

Ты тут ни при чём. — Шао Юньфань погладил его по голове. Еще вчера они ворчали на плотный график и ждали завтрашнего выходного, а теперь, когда работать стало действительно невозможно, почему-то никто из них не радовался.

Я просто капризничал и жаловался. — Продолжал У Фэй.

Знаю, и брат Шэнь тоже это понимает. — Шао Юньфань обнял тощие, хрупкие плечи младшего. Когда они только начали тренировки, ему было четырнадцать, а У Фэю — двенадцать. Полторы тысячи дней подряд, по меньшей мере по десять часов ежедневных тренировок. Однообразные, монотонные движения, повторяемые сотни раз изо дня в день, стёртые в кровь мозоли на ногах, от боли в которых не удавалось сомкнуть глаз посреди ночи. Если бы не искренняя любовь к делу, кто бы смог это выдержать?

Мы умрём? — У Фэй повернул голову и посмотрел на Шао Юньфаня взглядом, полным неуверенности — точно так же металась его лишённая опоры душа.

Не умрём. — Шао Юньфань потрепал его по макушке, хотя у самого внутри всё переворачивалось, и постарался сделать беззаботный вид. — Мы же ещё не получали премию за лучшую песню года, с какой стати нам умирать?

Если рассуждать так, то что делать тем артистам, которые уже получали награды? — У Фэй приподнял бровь, словно намеренно затевая спор.

Мелкий паршивец. — Шао Юньфань с усилием надавил ему на макушку.

Брат, а знаешь, иметь телохранителя оказывается не так уж плохо. — У Фэй протянул руку, чтобы поправить растрёпанные волосы, и вспомнил вчерашний разговор Шао Юньфаня с матерью. — Если бы у него были способности Человека-паука, нам вообще не о чем было бы беспокоиться.

Меньше мечтай. — Шао Юньфань со злорадной гримасой скривил губы: с габаритами Ло Чжэня ему потребовался бы обтягивающий костюм какого-то несусветного размера! — Он максимум сгодится в качестве живого щита, который закроет нас обоих.

У Фэй резко выпрямился:

Ты его уже видел?

Да откуда у моей мамы могут взяться нормальные знакомые? Это просто мой сосед из детства.

Правда? И как он выглядит? Сильный?

Толстый, как медведь, мы с тобой вместе весим меньше, чем он один, к тому же у него сквернейший характер! — Шао Юньфань изобразил на лице вселенские муки.

Серьёзно?

Ещё как! Ты не представляешь, что он творил раньше... — И Шао Юньфань с железобетонной уверенностью принялся очернять Ло Чжэня.

У Фэй, судя по всему, успешно отвлёкся на эту историю из кровавого прошлого Шао Юньфаня и на время забыл об их незавидном положении. Он слушал со смехом и в конце концов прижался щекой к плечу старшего и задремал.

Шестое февраля 2015 года для многих было суждено стать бессонной ночью.

В десять минут восьмого утра Шао Юньфаня растолкал Шэнь Нань. Сонный Шао Юньфань прищурился, силясь сообразить, с какой стати менеджер очутился в его комнате, но спустя пару секунд в память хлынули жуткие кадры минувшей ночи, и он мгновенно подскочил:

Брат Шэнь, вода сошла?

Шэнь Нань покачал головой. Проведя на ногах всю ночь, он выглядел бледным и измождённым.

Юньфань, смени Ка Ка, подежурь немного, у Сяо Чжана, кажется, поднялась температура.

Ты вообще не ложился? — Шао Юньфань вскочил и без лишних слов толкнул Шэнь Наня на то самое место, где только что спал сам. — Поспи хотя бы часок, если что случится — я тебя разбужу.

Натянув джинсы и пуховик, Шао Юньфань вышел из спальни. Проходя мимо дивана, он бросил взгляд на Сяо Чжана: Ка Ка стоял у того самого окна, что открывал ночью У Фэй, с предельно мрачным выражением лица.

Утром Джуди дала ему жаропонижающее. — тихо произнёс Ка Ка, обернувшись к Шао Юньфаню.

— Брат, иди отдохни, я подежурю. — Шао Юньфань в несколько шагов оказался рядом с ним.

За окном смеркалось. Буря и дождь временно стихли, гигантские волны тоже улеглись, но уровень воды оставался критически высоким, и тот рыбный ресторан напротив по-прежнему полностью скрывался под водой. На дальнем горизонте, где сходились вода и небо, пробивался странный лимонно-желтый оттенок. В мутной воде плавало бесчисленное множество всякого мусора: деревянные столы и стулья, пластиковые тазы и прочий разноцветный хлам самых разных видов.

— Забудь, всё равно не усну. — Кака покачал головой и посильнее запахнул на себе куртку.

— Брат, в воде вроде человек? — Шао Юньфань хлопнул Каку по руке, а другой рукой указал на то место, где раньше проходила дорога у подножия отеля.

Там на волнах покачивался и плыл по течению обычный пляжный красный надувной матрас, и на нем кто-то лежал ничком.

— Брат, я пойду спущусь взглянуть! — Шао Юньфань крутанулся на месте и уже собрался выбежать наружу.

Кака резко схватил его за запястье. Он прекрасно знал характер Шао Юньфаня. Если тот сейчас побежит вниз, то в девяти случаях из десяти сиганет в воду спасать человека. Эти двое — золотые жилы, на которые компания возлагает огромные надежды, с ними нельзя допустить ни единой оплошности. В свое время он потратил немало сил, чтобы пробиться в эту команду, и если Шао Юньфань сейчас пострадает, пытаясь кого-то спасти, Шэнь Нань живьем с него шкуру сдерет.

— Брат! — Шао Юньфань в нетерпении топнул ногой. — Если еще немного помедлить, течения унесет человека неизвестно куда!

— Я пойду с тобой. — Словно приняв твердое решение, Кака потащил Шао Юньфаня к выходу.

В конце концов, речь шла о человеческой жизни, и ему тоже было жаль утопающего. Но Шао Юньфань ни в коем случае не должен пострадать!

http://bllate.org/book/29524/3589939