Готовый перевод I Don't Want to Love You Anymore / Тринадцать лет в пустоту: Я больше не хочу тебя любить: Глава 2

Хо Сяо раздвинул его ноги, заставляя растеряться и почувствовать себя униженным. Его взгляд свысока не был затуманен алкоголем, и в нем не читалось никаких эмоций.

— Любил меня?

Это был вопрос с подвохом.

Они были женаты уже семь лет, и Пэй Цзие прекрасно знал о запретах Хо Сяо, поэтому как он мог в этом признаться:

— Всего лишь слухи.

— Сам знаешь, в университете всегда полно таких сплетен, они берутся из ниоткуда. — Чтобы придать своим словам убедительности, Пэй Цзие даже задал встречный вопрос: — Если бы я действительно тогда любил тебя, неужели при твоей проницательности ты бы ни о чем не догадался?

— Тоже верно.

Хо Сяо немного подумал, словно принимая это объяснение. Мужчина разжал пальцы, поправил манжеты черной рубашки и неторопливо произнес:

— Ну и отлично, надеюсь, сейчас ты чувствуешь то же самое.

Его тон был ровным, но холодным.

Сердце Пэй Цзие неожиданно сжалось от тупой боли, однако внешне он не подал и виду. Он усмехнулся:

— Не бойся, я не стану навлекать на себя позор.

Хо Сяо хмыкнул.

Но по-прежнему продолжал сжимать его подбородок.

У Пэй Цзие были очень красивые глаза, похожие на драгоценные камни высшей пробы. Когда он прищуривался, в них мерцали искорки, а когда улыбался — в них сквозило осокое очарование. Оставим всё остальное, но одной только этой внешности было достаточно, чтобы пробить себе дорогу на вершину шоу-бизнеса. Неудивительно, что всего за несколько лет он стал артистом первого эшелона в стране.

Однако за столько лет отношений Хо Сяо больше всего в нем привлекала его чувствительная и нежная кожа — стоило лишь чуть сильнее надавить, и на ней оставались красные следы.

При этой мысли взгляд Хо Сяо потемнел. Не церемонясь с Пэй Цзие, он наклонился и впился в него глубоким поцелуем. Лишь когда он почувствовал, что упершиеся в него ноги совсем ослабли, а хрупкое тело начало сползать вниз, он наконец отпустил его и бесстрастно произвел:

— Если нужны деньги, попроси у Сунь Аня.

Лу Сунь Ань был помощником Хо Сяо, он работал с ним уже много лет и, чего уж таить, внешне даже чем-то напоминал Пэй Цзэ.

Каждый раз всё происходило по одному сценарию: сначала полное, исступленное унижение, а затем подачка в виде денег, словно он был каким-то низшим существом, с которым положено обращаться как с грязью.

Пэй Цзие глубоко вздохнул, чувствуя, как от мелкой, но острой боли заныла грудная клетка, но поделать ничего не мог. Хо Сяо ненавидел его и презирал — он прекрасно это знал.

Всё, что ему оставалось — это безмолвный протест.

— Сейчас не нужны, деньги мне не требуются.

— Мм.

Хо Сяо не стал допытываться:

— Как всё закончится, жди меня на Вилле Суншань.

У Хо Сяо было немало недвижимости, но каждый раз, когда он звал Пэй Цзие провести ночь, они встречались именно на Вилле Суншань.

Хо Сяо отличался неиссякаемой выносливостью, и если уж начинал, то это продолжалось почти до самого утра. Пэй Цзие нахмурился, чувствуя глухое сопротивление:

— Завтра рано утром мне нужно лететь на съемки в Шанхай, рейс на рассвете.

Хо Сяо бросил на него косой взгляд:

— Не заставляй меня повторять дважды.

Пэй Цзие закусил губу. Алкоголь уже почти полностью выветрился из головы, и как бы он ни старался всё терпеть, на душе всё равно скребли кошки, и он не удержался:

— Ты же готов чистить креветки для своей «госпожи», неужели тебе трудно хоть немного добрее отнестись ко мне?

— Рвёшься ревновать?

Хо Сяо приподнял бровь, его пальцы спустились с подбородка на шею Пэй Цзие и начали медленно сжиматься:

— Ты — убийца, разве ты имеешь на это право?

Глаза Пэй Цзие мгновенно покраснели:

— Отпусти, больно...

Хо Сяо нахмурился и тут же разжал пальцы — на изящной шее уже отчетливо алел красный след.

Словно улика в преступлении, словно немое обвинение. Хо Сяо на мгновение замер и перевел тему:

— Они уже почти закончили пить, когда приедет твой агент?

— В половине двенадцатого, — ответил Пэй Цзие. Это время они заранее обговорили с Чжао Янем.

— Сейчас только девять, ты собираешься ждать его здесь два с половиной часа? — произнес Хо Сяо. — Позвони ему, пусть приезжает прямо сейчас.

Гортань Пэй Цзие, которую только что сжимали, все еще саднило, и он, опустив голову, тихонько массировал кадык. Услышав это, он поднял взгляд на Хо Сяо и с мрачной усмешкой произнес:

— Ты так спешишь? Разве тебе не нужно уделить побольше внимания своей «госпоже»?

— Разве моя «госпожа» не ты? — насмешливо бросил Хо Сяо. — Цзи Е, ревность тебе не к лицу, не тошни меня.

В этом мире любой мог рассчитывать на нежность Хо Сяо, но только не он.

Пэй Цзие опустил глаза, и в груди кольнуло острой болью. Да уж, тем человеком, который зарегистрировал брак с Хо Сяо в тот год, был именно он.

Он сам вымолил эту возможность, прекрасно зная о ненависти, отвращении и презрении Хо Сяо, наивно полагая, что время способно сгладить всё. Но оказалось, что все его надежды были пустой иллюзией.

— Хо Сяо, если я скажу...

Если я скажу, что не губил твоего Пэй Цзие, что у меня даже отроду не было брата-близнеца...

Хо Сяо нахмурился, словно устав от его бесконечной возни:

— Мм?

— ...Забудь, ничего. — Пэй Цзие снова потупил взор. — Иди... Эти следы на мне исчезнут еще не скоро, к тому же возвращаться в общую комнату с разницей в пару минут выглядит не совсем уместно.

На людях их связывали лишь три года студенческой дружбы, и ничего больше.

Этот тайный брак был спрятан надежнее некуда.

Весь мир был уверен, что у Пэй Цзие есть брат-близнец, и если он заявит обратное сейчас, все вокруг лишь решат, что он сошел с ума.

Стоит однажды вынести человеку обвинение, как каждое сказанное им слово превращается в ложь.

Пэй Цзие уже разучился оправдываться.

Хо Сяо лишь молча посмотрел на него и вышел.

Когда он ушел, Пэй Цзие постоял еще немного в туалете, дожидаясь, пока на шее поблекнут следы, и только после этого вернулся в отдельный кабинет.

Однако к его возвращению Хо Сяо и его «фарфоровая куколка» уже исчезли.

Банкет подходил к концу, прежде шумный круглый стол выглядел донельзя уныло, и лишь пара вусмерть пьяных однокурсников допивала остатки алкоголя. Пэй Цзие слегка опешил:

— А где все?

— Да господин Сяо со своей благоверной нажрались, вот он ее и увез. К тому же завтра понедельник, у всех дел по горло — возраст такой, сам себе не принадлежишь, эх, — шатаясь, поднялся один из соседей по столу и из-за сильного опьянения говорил заплетающимся языком. — Мы тут решили небольшой компанией продолжить банкет, пойдешь с нами?

Пэй Цзие едва заметно впился ногтями в собственную ладонь. Раньше он слышал, будто для того, чтобы заглушить боль в каком-то месте, можно причинить себе боль еще сильнее — на удивление, этот способ отлично работал.

— Не стоит, — он услышал собственный ровный, вежливый голос, звучавший в лучших традициях светской беседы. — У меня завтра... снова съемки, я попрошу агента забрать меня.

http://bllate.org/book/29476/3582659