Готовый перевод The Goldfish Will Die_Good Luck / Золотые рыбки умирают: Пожелай мне удачи: Глава 2

Опущенная вниз поляризованная шляпа закрывала бо́льшую часть лица Ли Байцзэ, и он видел лишь подбородок и губы Хэ Вэя. Как ни странно, несмотря на то, что они находились на улице в разгар метели и ощущался сильный холод, внутри него по-прежнему бушевал жуткий жар, от которого не спасало даже вдыхание морозного воздуха.

Высокая фигура Хэ Вэя заслоняла Ли Байцзэ. Помолчав немного, Ли Байцзэ произнес:

— Брат, давно не виделись.

Ю Ю, вытягивая шею и пытаясь разглядеть Хэ Вэя из-за зонта, поинтересовался у Ли Байцзэ:

— Сяо Цзэ, это старший брат Сяо Цзэ?

Ли Байцзэ еще ничего не успел ответить, как услышал слова Хэ Вэя:

— Нет.

Ю Ю спросил:

— А кто тогда?

Хэ Вэй ответил:

— Никто.

Никто... Услышав это от Хэ Вэй, Ли Байцзэ горько усмехнулся, хотя на душе было не до смеха. По телу прокатилась волна глухой боли, отдававшаяся даже в пальцах, сжимавших ручку зонта.

Ли Байцзэ познакомился с Хэ Вэй, когда ему было шестнадцать, и они прошли рука об руку через всю юность. С восемнадцати лет они делили постель — бесчисленное множество раз, вплоть до его двадцати четырех лет. И вот сегодня, когда ему исполнилось двадцать восемь, Хэ Вэй заявляет, что они друг другу никто.

Ли Байцзэ чуть крепче прижал к себе Ю Ю, зонт немного сместился в сторону. Глядя на бесстрастное лицо Хэ Вэя, он с легкой улыбкой спросил:

— Зачем ты меня искал?

Ли Байцзэ увидел, как Хэ Вэй беззвучно шевельнул губами, произнеся короткое слово: «Трахать».

— Хочешь, чтобы я вел себя как омега в период течки?

Хэ Вэй ответил:

— Да.

Улыбка на лице Ли Байцзэ на мгновение замерла, но тут же сменилась тихим смешком. Кивнув Хэ Вэю, он добавил:

— Сам знаешь, я люблю деньги. Тебе придется заплатить.

Рука Хэ Вэя, сжимавшая чехол с виолончелью, бесшумно напряглась, пальцы побелели от усилия. Ледяным тоном он спросил Ли Байцзэ:

— Деньги для тебя настолько важны?

Ли Байцзэ кивнул и шагнул вперед:

— Если бы не были важны, разве я провел бы рядом с тобой столько лет?

Замедлив шаг, Ли Байцзэ повернулся к идущему рядом Хэ Вэю. Между ними пролегало небольшое расстояние, а падавший густой снег делал очертания размытыми. Ли Байцзэ продолжил:

— Будь они не важны, я бы не бросил тебя, когда в твоей семье случилась беда. Тогда я просчитался, решив, что ты лишишься и денег, и власти, а твое имя и репутация виолончелиста будут уничтожены. Теперь же у тебя есть и состояние, и слава — это прекрасно. Недавно в новостях передавали, что ты завоевал очередную премию по классу виолончели. Поздравляю.

Хэ Вэй спросил его:

— Ты жалеешь?

Ли Байцзэ ответил:

— О чем тут жалеть? Я что, похож на человека, чья жизнь не удалась?

Хэ Вэй больше ничего не сказал. Ли Байцзэ казался несколько иным, чем прежде: на нем была одежда из сегмента легкого люкса, а в руке он держал зонт дорогого бренда, а не дешевую безделку без опознавательных знаков.

Хэ Вэй молча шел рядом с Ли Байцзэ. На морозном воздухе его дыхание обрамлялось облачками видимого пара. Ли Байцзэ слегка склонил голову, наблюдая, как этот белый пар то рассеивается, то возникает снова. За этой завесой пара виднелись покрасневшие от холода кончик носа и уши Хэ Вэя, а также его плотно сжатые губы.

Ли Байцзэ подумал, что Хэ Вэй так и не исправился.

Дом Ли Байцзэ слегка удивил Хэ Вэя — это оказался целый особняк.

Ли Байцзэ отпирал дверь, стоя на крыльце. Краем глаза он заметил, как из ниоткуда появился крупный, плечистый альфа. Подойдя к Хэ Вэю, он протянул ему запечатанный шприц.

Ли Байцзэ распахнул дверь и опустил Ю Ю на пол, позволяя ребенку пройти в дом первым.

Бросив взгляд на шприц в руке Хэ Вэя, Ли Байцзэ пару секунд помедлил, затем перевел глаза на незнакомого мужчину и с улыбкой спросил:

— Телохранитель?

Мужчина кивнул, всем своим видом показывая нежелание вести беседу. Ли Байцзэ улыбнулся телохранителю и мягко произвел:

— Ты просто мастер маскировки. Всю дорогу шел следом, и я тебя не заметил. Впечатляет.

Ли Байцзэ воспитывал ребенка уже два с половиной года, поэтому, обращаясь к Ю Ю, неизменно добавлял ласковые интонации и похвалу. Возможно, из-за того, что малыш только что сидел у него на руках, он по привычке заговорил с незнакомцем в том же ключе. Хэ Вэй махнул рукой, отпуская телохранителя, и холодно бросил Ли Байцзэ:

— Он взрослый альфа, а не трехлетний ребенок. Разговаривать с ним так — тошнотворно.

Ли Байцзэ ничуть не рассердился, а лишь искренне посоветовал:

— Закрой уши и не слушай, тогда и тошно не будет.

Хэ Вэй снова замолчал.

Интерьер особняка был оформлен в лаконичном стиле. Единственным диссонансом на фоне этой простоты выглядела длинная, роскошная хрустальная люстра, спускавшаяся со второго этажа прямо над лестничным пролетом.

Повсюду на полу валялись детские игрушки. Ю Ю как раз поднял с ковра плюшевого зайца и прижал к груди.

В гостиной находилась нанятая по дому помощница. Услышав, как Ю Ю в очередной раз принялась взахлеб рассказывать о происшествии в детском саду, Ли Байцзэ подошел к ним и прервал девочку:

— Сяо Ю, поужинай потом с тетей, а у брата есть дела, он не сможет составить тебе компанию.

Ю Ю спросила:

— Сяо Цзэ не голоден?

Ли Байцзэ ответил:

— Нет.

Затем он обратился к помощнице:

— Пожалуйста, после ужина побудьте с ней немного и уложите спать пораньше.

— Хорошо. — Женщина взглянула на стоявшего за спиной Ли Байцзэ Хэ Вэя и уточнила: — У вас дела с другом?

Ли Байцзэ кивнул.

Помощница взяла Ю Ю за руку и увела в столовую. Ли Байцзэ повернулся к Хэ Вэю и протянул руку, обхватив его за запястье. Холодок чужой кожи передался его теплой ладони.

Слегка сжав запястье Хэ Вэя, Ли Байцзэ повел его на второй этаж, в комнату в самом правом крыле — свою спальню.

Самым приметным предметом в спальне был стоявший на столе аквариум, в котором плавали несколько маленьких золотых рыбок.

Войдя, Ли Байцзэ отпустил руку Хэ Вэя, запер за ними дверь, пару секунд понаблюдал за рыбками и снова посмотрел на Хэ Вэя.

Хэ Вэй прислонил виолончель к стене, снял верхнюю одежду и небрежно бросил ее на диван — так хозяева ведут себя в собственном доме, совершенно не считаясь с мнением владельца.

Хэ Вэй прямо спросил Ли Байцзэ:

— Сколько тебе нужно денег?

Вопрос застал Ли Байцзэ врасплох своей прямотой. Помолчав немного, он ответил:

— Десять тысяч за раз, пожалуй.

Хэ Вэй усмехнулся:

— Так дешево?

Ли Байцзэ снял пуховик и принялся вешать его на вешалку:

— Нормально. Если считаешь, что дешево, можешь доплатить.

Хэ Вэй осведомился:

— А если дам сто тысяч? Что тогда сделаешь?

Ли Байцзэ повернулся к нему, ответив ровным тоном:

— Буду любить тебя изо всех сил.

Хэ Вэй уставился на него, не моргая с десяток секунд. Внезапно он тяжело вздохнул и, словно наотрез отказываясь верить, спросил:

— И как же ты собираешься меня любить?

Этот вопрос показался Ли Байцзэ сложным. Поразмыслив с минуту, он произнес:

— Наверное, как раньше.

Хэ Вэй презрительно хохотнул:

— Разве то, что было раньше, можно назвать любовью? Сбежать ни слова не говоря, сменить все контакты... Ты правда думал, что любил меня в те дни?

— Хэ Вэй, мне больно слышать такие слова. Я столько лет таскался следом за тобой, даже когда твоей гордости это было не нужно — разве это не доказательство любви?

Бесстрастный тон Ли Байцзэ заставил Хэ Вэя усомниться в каждом его слове.

Не желая больше рассуждать о былых чувствах, Хэ Вэй швырнул ампулу с лекарством на круглый столик рядом с Ли Байцзэ:

— Начнем.

Ли Байцзэ опустил взгляд на ампулу. Иногда он и сам не понимал, зачем продолжает так унижаться. Зачем заставляет себя идти против природы, притворяясь омегой в период течки.

Бетте, возжелавшей сойтись с альфой, всегда приходилось несладко — что в прошлом, что сейчас.

Взяв шприц в руки, Ли Байцзэ поневоле вспомнил прошлое использование этого препарата, и в груди шевельнулась давно забытая, острая боль.

Помолчав немного, он привычным движением вскрыл упаковку, сбил верхушку ампулы, набрал жидкость в шприц и выпустил воздух. Легким движением пальца нащупав нужное место на задней стороне шеи, он вогнал иглу. Железа отозвалась резкой болью от прокола и введения лекарства, а когда игла вышла, в ней тут же разлился жар.

Бросив шприц в мусорную корзину и невидящим взглядом уставившись в пол, Ли Байцзэ почувствовал, как в теле зарождаются странные изменения: от железы жар пополз по туловищу и конечностям, дыхание сделалось горячим.

Он знал, что пройдет всего несколько минут, и он потеряет контроль над собой, превратившись в существо, движимое лишь жаждой спаривания.

Подняв глаза на Хэ Вэя, который неотрывно следил за ним, Ли Байцзэ сделал два шага вперед, приподнялся на носочках и обвив руками шею и плечи мужчины, уткнулся подбородком в его яремную ямку:

— Брат, я хочу почувствовать твои феромоны.

Препарат, имитирующий омежью течку, не мог превратить бету в настоящего омегу, поэтому даже в состоянии искусственного гона он не был способен ощутить запах феромонов альфы.

У беты существовало лишь два способа почувствовать их: получить метку либо оказаться под воздействием чужого подавляющего давления.

Хэ Вэй не собирался метить его — он мог только подавлять.

Стоило волне давления обрушиться на него, как Ли Байцзэ уловил сладковатый аромат туберозы. Следом пришла жгучая боль в железе, тело пронзили ломота и жар, а кожа покрылась испариной.

Чуть шевельнувшись, Ли Байцзэ зарылся лицом в плечо Хэ Вэя, и накатившая боль немного притупила животные инстинкты в голове.

Вдруг он почувствовал шероховатое, прохладное прикосновение к железе: Хэ Вэй прикрыл ее ладонью. Опустив взгляд на влажную, блестящую от пота кожу Ли Байцзэ, он спросил:

— Больно?

Ли Байцзэ тихонько усмехнулся, и его голос прозвучал вязко и глухо:

— Нет.

И добавил:

— Давай займемся этим. Не убирай феромоны.

Раздевая Ли Байцзэ, Хэ Вэй получал неизменную покорность: тот покорно сбрасывал одежду, покорно раскрывался перед ним, покорно обнимал в ответ и покорно позволял прикусывать красную родинку на своих губах.

Все это время глаза Ли Байцзэ были широко открыты — затуманенными, сосредоточенными зрачками он смотрел на Хэ Вэя, словно до безумия был предан ему.

Понаблюдав за взглядом Ли Байцзэ пару секунд, Хэ Вэй протянул руку и закрыл ему глаза ладонью. Ощутив легкую щекотку от ресниц Ли Байцзэ, скользнувших по его коже, Хэ Вэй почувствовал, как тот наконец сомкнул веки.

http://bllate.org/book/29360/3565905