Благодаря заботливому уходу Чэнь Юя Ли Цзэлинь быстро поправился, и аппетит у него заметно улучшился. За это время секретарь парткома однажды пришёл его проведать. Увидев, что тот с каждым днём выглядит здоровее, секретарь очень обрадовался.
— Сяо Чэнь, я в тебе не ошибся! Знаешь что, переезжай-ка ты совсем в служебное общежитие. И за начальником Ли присматривать будет удобнее.
Чэнь Юй совсем не обрадовался этому предложению. Ухаживать за Ли Цзэлинем было нетрудно, но каким бы приятным человеком тот ни был, он всё же начальник. Днём встречаться с начальством на работе, а вечером — дома? От одной мысли уставать начнёшь!
Пока Чэнь Юй раздумывал, как отказаться, Ли Цзэлинь заговорил первым:
— Товарищ секретарь, Сяо Юй все эти дни заботился обо мне и почти не отдыхал. Я уже здоров. Пусть возвращается домой и хорошенько отдохнёт.
— Знаю, знаю. Дам ему пару выходных. Я ведь говорю о том, чтобы потом он к тебе переехал. Заодно будет готовить тебе привычные блюда из родных мест.
Ли Цзэлинь хотел было возразить, но секретарь поднял руку.
— Всё, решено! Слушайте меня. Я ещё похлопочу о дополнительной надбавке к зарплате Сяо Чэня.
Услышав о прибавке, Чэнь Юй заколебался. Сейчас после вычета пяти видов социального страхования он получал всего две тысячи восемьсот юаней. Ему хватало, но кто же откажется от лишних денег?
— Хорошо, товарищ секретарь! Я сегодня же перееду, — мгновенно согласился Чэнь Юй.
Он отправился домой за вещами и сменной одеждой. От посёлка до дома на электроскутере всего десять с небольшим минут, поэтому он взял лишь самое необходимое.
Чэнь Юй объяснил ситуацию бабушке. Та всегда поддерживала его в работе и набила ему сумки всякой едой: арахисом, грецкими орехами, земляными клубнями.
— Это всё начальнику отнеси. Закончится — приезжай ещё, — приговаривала Ло Чунь.
Чэнь Юй сел на электроскутер и уехал.
На следующий день он встал пораньше, приготовил завтрак, поел вместе с Ли Цзэлинем и отправился на работу.
Как раз сегодня руководители районного управления здравоохранения должны были проверить работу местного медпункта и то, как в каждой волости ведётся учёт людей с психическими заболеваниями.
Этими вопросами занимался как раз отдел Чэнь Юя, а также полиция. Поэтому он вместе с начальником Чжоу отправился в медпункт, прихватив необходимые документы.
Возле входа они встретили Ли Цзэлиня и Лю Яна.
— Рановато вы сегодня, начальник Ли! Как самочувствие, получше? — поздоровался начальник Чжоу.
— Уже выздоровел. Спасибо за заботу.
Все вошли внутрь. Чэнь Юй и Лю Ян шли рядом, немного позади остальных.
— Сяо Лю, а ты почему здесь?
— У нас в участке я отвечаю за учёт людей с психическими заболеваниями.
— А ваш начальник тоже должен присутствовать?
— Директор У позвонила нашему начальнику и пригласила. Сказала, кто-то из его знакомых приехал повидаться.
— А-а, понятно.
Чэнь Юй и Лю Ян продолжали вполголоса болтать о том о сём.
Медпункт состоял из двух четырёхэтажных зданий, в заднем располагалось стационарное отделение. Весь комплекс построили только семь лет назад, поэтому помещения и оборудование выглядели ещё новыми.
Они поднялись на четвёртый этаж, в кабинет директора медпункта. Чэнь Юй шёл последним. Когда Ли Цзэлинь и остальные вошли, прежде просторный кабинет мгновенно оказался переполнен.
Чэнь Юй предпочёл остаться в дверях. Кроме знакомых ему людей, в кабинете было шестеро незнакомцев — двое мужчин и четыре женщины. Сразу видно, городские.
Один из мужчин особенно выделялся: высокий, светлокожий, необыкновенно привлекательный, в очках с золотой оправой. Уголки его губ трогала едва заметная улыбка, придававшая ему вид учтивого, но опасного хитреца.
Увидев Ли Цзэлиня, мужчина поспешил к нему и крепко обнял.
— Линьлинь! Сколько лет, сколько зим! Я ужасно соскучился!
Он говорил на чистейшем путунхуа, и Чэнь Юй расслышал акцент провинции S.
Лицо Ли Цзэлиня мгновенно потемнело.
За всё время их знакомства Чэнь Юй ни разу не видел его таким. Обычно тот неизменно держался вежливо и обходительно.
Ли Цзэлинь с каменным лицом оттолкнул обнимавшего его мужчину. Директор У принялась представлять гостей:
— Начальник отдела Гао, позвольте представить: это начальник Чжоу из отдела комплексного общественного порядка, а это начальник полицейского участка Ли.
— Начальник Чжоу, это начальник отдела Гао из управления здравоохранения, а это начальник Тянь из управления здравоохранения провинции S.
«Ого, так он из управления здравоохранения другой провинции! Человек явно непростой», — подумал Чэнь Юй. Он никак не мог понять, с чего бы руководителю из другой провинции интересоваться учётом психически больных в захолустной волости.
Он ещё не успел додумать свою версию, как начальник Тянь, улыбаясь, обнял Ли Цзэлиня за плечи и заявил:
— Я приехал не с проверкой. Я тут родственников навещаю. Правда ведь, братец?
— Простите, уважаемые, мне нужно кое-что уладить. Продолжайте без меня.
Ли Цзэлинь вышел из кабинета, а начальник Тянь последовал за ним. Чэнь Юй умирал от любопытства, но пойти подслушивать не осмелился и остался в кабинете изображать часть обстановки.
— Зачем ты приехал? — спросил Ли Цзэлинь.
— Линьлинь, ты разбиваешь мне сердце! Я только услышал, что ты заболел, тут же отправился к тебе через горы, не жалея сил, а ты встречаешь меня с таким кислым лицом!
Тянь Жуцзюнь прижал ладонь к груди, изображая смертельную обиду.
— Как мама с папой? Здоровы?
Вспомнив родителей, которым уже было под шестьдесят, Ли Цзэлинь почувствовал тяжесть на душе.
— Тётя и дядя по тебе очень скучают. Услышали, что ты заболел, сразу послали меня проведать. Ещё передали кучу вещей. Я распорядился отнести их к тебе в общежитие.
— По правде говоря, я тобой восхищаюсь. Поссориться с родителями и ради этого забраться в такую бедную глухомань! Я бы здесь давно не выдержал.
— Скажи маме с папой, что у меня всё хорошо, пусть не волнуются.
— Почему сам не скажешь? Одного звонка достаточно.
Ли Цзэлинь промолчал. Тянь Жуцзюнь скрестил руки на груди, прислонился к стене и с насмешкой продолжил:
— Если уж решил быть героем, знай меру! Ради расследования пересорился со всей роднёй. Что за дела? Возомнил себя неподкупным судьёй, защитником справедливости?
— Перессорился? Ха! Если бы они не нарушали закон и служебные правила, никто бы не смог их подловить, — холодно усмехнулся Ли Цзэлинь.
— Ладно. А я-то что нарушил? В каком законе написано, что нельзя снять номер в гостинице со своим парнем?
— Ты ведь ничего не потерял, — небрежно бросил Ли Цзэлинь.
— Ничего не потерял?!
— В номер вломилась полиция нравов, вышибла дверь и, чёрт возьми, раскрыла перед всей семьёй, что я гей! Теперь я даже домой вернуться не могу. И по чьей вине?!
— С детства я делился с тобой всеми вкусностями и игрушками! И вот так ты мне отплатил?!
Стоило Тянь Жуцзюню вспомнить тот случай, как он начинал выходить из себя. Его любимый двоюродный младший брат сам привёл людей на облаву! В тот же день об этом узнали родители Тянь Жуцзюня.
Он был единственным ребёнком в семье, и родные никак не могли принять, что ему нравятся мужчины. Особенно мать: она устроила такую сцену, словно наступил конец света.
— В том, что тебе нравятся мужчины, я не виноват, — холодно заметил Ли Цзэлинь.
Тянь Жуцзюнь смотрел на него и недоумевал: как вышло, что его милый, красивый, мягкий и очаровательный младший братец превратился в такого человека?
— Линьлинь, я не виню тебя в том, что случилось со мной. Я знаю, рано или поздно мне всё равно пришлось бы с этим столкнуться.
Но то дело больше не расследуй. Тётя мне обо всём рассказала. Там замешано слишком многое. Если бы тебя тогда вовремя не перевели сюда, сейчас ты, возможно, уже был бы мёртв.
Услышав упоминание об этом деле, Ли Цзэлинь внутренне вздрогнул.
Он поднял глаза на Тянь Жуцзюня, подумал немного, но так ничего и не сказал.
http://bllate.org/book/29264/3815617
Сказали спасибо 2 читателя