Готовый перевод My Boss is a Beautiful Psycho / Соблазнить ледяную богиню: Мой босс — та самая безумная красавица: Глава 4

Сейчас первое задание.

Голос Фу Тинлань прозвучал прямо над макушкой.

Тань Ся тут же вскочила, схватила блокнот и приготовилась записывать:

— Слушаю вас.

Фу Тинлань кивнула на соседнюю комнату отдыха:

— Ступай смени там простыни.

Рука Тань Ся с карандашом замерла, она подняла на неё взгляд:

— А?

— Человеческой речи не понимаешь? — взгляд Фу Тинлань был холоден. — У меня брезгливость. Мне не нравится цвет простыней в комнате отдыха, в шкафу лежит новое постельное бельё, иди застели.

Тань Ся закусила губу, мысленно отборно выругав Фу Тинлань раз сто.

Разве менять постельное бельё не обязанность горничных?

Но, глядя на выражение лица Фу Тинлань, в котором читалось «не пойдёшь — выплатишь компенсацию», Тань Ся оставалось лишь проглотить обиду. Она молча опустила блокнот и направилась в комнату отдыха.

Комната оказалась довольно просторной: в ней стояла двуспальная кровать и имелся собственный санузел.

Тань Ся открыла шкаф — внутри аккуратными стопками лежало несколько комплектов постельного белья. Наугад вытащив один из них, тёмно-серый, она принялась вести неравный бой с огромной кроватью.

Застилать постель — дело физически тяжёлое, особенно когда кровать такая большая.

Запыхавшись и взмокшая, Тань Ся кое-как разгладила простыню и, опустившись на колени посреди кровати, как раз поправляла подушки, когда позади послышались шаги.

Вздрогнув, она обернулась и увидела Фу Тинлань: прислонившись плечом к косяку и потягивая кофе из чашки, та с интересом наблюдала за ней.

В этот момент поза Тань Ся выглядела несколько двусмысленно.

Она стояла на коленях посередине кровати; из-за жары пуховик пришлось снять, и теперь на ней была лишь обтягивающая белая водолазка, а ноги облегали джинсы. При согнутой спине её изгибы обрисовывались с абсолютной чёткостью.

Взгляд Фу Тинлань на несколько секунд задержался на её талии.

Слишком прямой, обжигающе горячий взгляд — казалось, он способен прожечь одежду насквозь.

Растерявшись, Тань Ся торопливо сползла с кровати и поправила волосы:

— См... сменила.

Фу Тинлань не сдвинулась с места, по-прежнему загораживая проход.

— Тань Ся.

Внезапно та позвала её по имени.

— Чего? — настороженно отступив на шаг, Тань Ся упёрлась коленями в край кровати.

Сделав глоток кофе, Фу Тинлань посмотрела на неё глубоким взглядом:

— Два года назад в Гонконге было то же лицо. И та же талия.

Она опустила чашку на столик и шаг за шагом двинулась вперёд.

Помещение комнаты отдыха и без того было меньше основного кабинета, а от её приближения в воздухе, казалось, совсем не осталось кислорода.

— В те времена у тебя была изрядная смелость.

Подойдя вплотную, Фу Тинлань заставила её отступить и сесть на край кровати.

Наклонившись, она уперлась обеими руками в простыню по обе стороны от Тань Ся, заключив её в ловушку между собой и матрасом.

— Ты тогда сказала: сестрица, у тебя такие красивые чётки, дай подержать?

Голос Фу Тинлань звучал низко, искушающе пробуждая воспоминания.

Лицо Тань Ся залилось краской, готовой брызнуть кровью.

Это же она ляпнула с пьяных глаз! Как эта женщина умудрилась запомнить даже такое?!

— Я тогда была маленькая и глупая… — дрожащим голосом попыталась оправдаться Тань Ся.

— Глупая?

Фу Тинлань тихонько хмыкнула, и её рука внезапно вплелась в волосы на затылке Тань Ся, заставляя запрокинуть голову.

Их носы почти соприкоснулись.

Во взгляде Фу Тинлань на миг мелькнула такая свирепость, будто сдерживаемый два года вулкан наконец прорвало.

— Тань Ся, все эти два года я каждый день думала о том, как накажу тебя, если поймаю.

Её большой палец с карающей силой жестко стёрся о губы Тань Ся.

— Запереть тебя взаперти или заставить тоже испытать каково это — когда тебя бросают?

Испугавшись безумия в её глазах, Тань Ся мгновенно расплакалась — к глазам подступили слёзы обиды и страха.

— У меня нет денег… я не смогу вернуть пять миллионов…

В голове у неё крутились только эти пять миллионов, от ужаса она несла полную чушь.

Видя, как девушка испуганно ревёт, кровожадность во взгляде Фу Тинлань слегка поубавилась.

Она разжала пальцы, выпрямилась и, глядя на Тань Ся сверху вниз, вновь обрела прежний ледяной вид.

— Нет денег — отработаешь натурой.

От этих трёх брошенных фраз Тань Ся остолбенела.

Заметив её заторможенное выражение лица, Фу Тинлань, кажется, даже повеселела. Развернувшись, она направилась к выходу.

— О чём ты только думаешь.

Уже у дверей она остановилась, бросила взгляд через плечо, а уголки её губ тронула злая ухмылка.

— Я имею в виду отработать своим трудом. С сегодняшнего дня у тебя нет ни конца рабочего дня, ни выходных. Пока результат меня не удовлетворит.

А теперь иди сюда и завари мне кофе. Три минуты.

С этими словами она вышла, не оборачиваясь.

Тань Ся без сил рухнула на кровать, тяжело дыша.

В ту секунду ей и впрямь показалось, что Фу Тинлань изнасилует её прямо здесь.

Разве это работа?

Чистой воды игра в кошки-мышки.

А она — та самая мышка, над которой измываются.

Утерев слёзы и глядя на изящную, но такую омерзительную спину в дверном проеме, Тань Ся заскрежетала зубами.

Ладно.

Отработать натурой, говоришь? Физическим трудом?

Фу Тинлань, ну погоди у меня.

Раз сбежать не получится, не обессудь, если я буду сыпать тебе соль в кофе и рисовать черепах на твоих документах.

Кто кого еще боится!

Поднявшись с кровати и приведя себя в порядок, Тань Ся с грозным видом бросилась варить кофе.

Правда, всё ещё слегка дрожащие ноги напрочь выдавали её истинную сущность — храбрится, а сама боится до смерти.

***

Тань Ся стояла в комнате отдыха с кофейной чашкой в руках, и те тряслись так, будто у неё был синдром Паркинсона.

Она неотрывно смотрела на только что сваненный американец, а в её голове шла жестокая битва мотивов.

Посолить?

Или не стоит?

Если посолить, Фу Тинлань наверняка раскусит подвох и тогда неизвестно, как еще над ней поизмывается.

А если не солить — эту обиду не проглотить. Ноги до сих пор дрожат от страха, вспомнишь — и стыдно становится.

— Тань Ся, чего ты возишься? Генеральный директор ждёт.

Проходившая мимо секретарь Ли из приёмной генерального директора заметила, как та зависла над кофейной чашкой, и участливо подсказала:

Секретарь Ли была ветераном компании, которого Фу Тинлань привезла с собой из-за границы. Ей было за тридцать, она отличалась исключительной деловой хваткой, а на Тань Ся смотрела с лёгкой смесью сочувствия и любопытства.

— Иду!

Сжав зубы, Тань Ся решилась.

Сыпать!

Хуже, чем отругают, всё равно не будет. Не так же страшно, как пару минут назад?

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого нет, она быстро смахнула с полки для специй солонку и, трясущимися руками сыпанула в кофе щепотку.

Много нельзя — иначе выйдет сплошная соль, любой дурак поймет.

Совсем чуть-чуть, ровно настолько, чтобы испортить благородный аромат и заставить Фу Тинлань почувствовать странный привкус, происхождение которого та не сможет определить.

Идеально.

Вернув солонку на место, Тань Ся подхватила кофе, глубоко вздохнула и направилась в кабинет генерального директора.

Дверь не была закрыта до конца — оставалась щель.

Она постучала.

— Войдите.

Тань Ся толкнула дверь.

Фу Тинлань по-прежнему изучала документы, даже не поднимая головы.

— Ваш кофе, генеральный директор.

Тань Ся аккуратно поставила чашку в правый верхний угол письменного стола — ближе всего к руке Фу Тинлань, но так, чтобы не мешать работе.

Этот навык она переняла ещё во время подработки в кофейне — ставить так, чтобы клиенту было максимально удобно.

Наконец Фу Тинлань оторвалась от бумаг, бросила на неё короткий взгляд, а затем перевела его на чашку.

— Оставь здесь.

Тон был ровным, невозможно было понять, довольна она или зла.

Сердечко Тань Ся заколотилось, но она осталась стоять на месте.

По законам сериалов, сейчас Фу Тинлань должна сделать глоток кофе, нахмуриться и потребовать объяснений, не подсыпала ли та чего.

Она даже заготовила оправдательную речь: мол, вода, наверное, не закипела, или зёрна отсырели.

Однако Фу Тинлань к кофе даже не притронулась.

Она снова уткнулась в документы, и её перьевая ручка зашуршала по бумаге, выводя одну витиеватую подпись за другой.

У Тань Ся уже затекли ноги.

— Еще что-то? — внезапно спросила Фу Тинлань.

— Н… ничего, — Тань Ся поспешно затрясла головой. — Тогда я пойду?

— Угу.

Словно получив помилование, Тань Ся развернулась, собираясь смыться.

— Стой.

Голос Фу Тинлань настиг её у самого выхода.

Шаг Тань Ся оборвался, сердце подпрыжнило к самому горлу.

Началось. Сейчас будет допрос с пристрастием.

Она оцепенела, повернулась и выдавила из себя улыбку, которая выглядела страшнее слёз:

— У генерального директора есть еще поручения?

Фу Тинлань наконец отложила ручку, откинулась на спинку кресла и, сложив руки на коленях, с безмятежным интересом уставилась на неё.

— Отнеси эти документы в юридический отдел, пусть подготовят отзыв и пришлют мне до конца рабочего дня.

Она протянула папку.

Тань Ся шумно выдохнула: дело не в кофе.

Взяв папку, она почувствовала сквозь обложку холод металла — это был папка-скоросшиватель с кольцами.

— Хорошо, я сию же минуту.

— И ещё, — добавила Фу Тинлань. — По пути обратно зайди в магазинчик на первом этаже и купи мне пачку сигарет.

Тань Ся опешила:

— Генеральный директор, вы курите?

Она отлично помнила, что два года назад в Гонконге Фу Тинлань не курила. От неё тогда пахло лишь сандалом и чуть-чуть красным вином — неправдоподобно чисто.

Взгляд Фу Тинлань слегка потемнел:

— Время от времени.

Тань Ся протянула короткое «о» и больше расспрашивать не стала.

Прижав папку к груди, она вышла из кабинета и тихо прикрыла за собой дверь.

В тот самый момент, когда дверь захлопнулась, взгляд Фу Тинлань упал на чашку с кофе.

Она подняла её и поднесла к самому носу.

А затем уголки её губ тронула еле заметная улыбка.

Девчонка есть девчонка, а методы такие наивные.

http://bllate.org/book/29101/3538274