Готовый перевод Eternal Beginning, Endless End / Вечность без начала и конца: Осколки наших чувств: Глава 4

— Пан Жо… — Мин Мэй опрометчиво потеряла бдительность и с грохотом шлепнулась на пол.

Все сделали вид, что не расслышали ее жалобного крика, и лишь пристально уставились на Пан Жо.

— Староста, мне нужно немного цветной и блестящей бумаги, найди мне пару помощников, а еще подготовьте ножницы.

— Зачем тебе? — хором спросили все, включая поднявшуюся с пола Мин Мэй.

— Как всё подготовим, сами увидите! — уверенно заявила Пан Жо. — Сколько у нас человек в строю?

— Не считая знаменосца и двух людей с транспарантом, строится вся остальная сороковка! — спорткомторг тут же выдал готовый ответ.

— Значит, бумаги придется докупить побольше! — обратилась Пан Жо к старосте, но тут же озадачилась: — Стойте, я же не записана в колонну, откуда взялось сорок восемь человек?

Услышав это, окружающие дружно закатили глаза, после чего староста принялась распределять обязанности:

— Линь, сходи за цветной и блестящей бумагой, Тан, ты отвечай за ножницы, а Мин Мэй — пройдись по школе, поищи тех, кто еще не ушел гулять, пусть все собираются в классе.

— Эй, погодите! — Пан Жо во все глаза смотрела, как после разнарядки все бросились врассыпную, забыв ответить на ее вопрос.

— Что за дела? — ошеломленно моргнула она, а повернувшись к своему месту — точнее, если говорить совсем точно, к месту своей соседки по парте, — заметила там еще одного человека, невесть откуда взявшегося. С каких пор здесь творится такое столпотворение, неужели прогулочный шаг вошел в моду?

— Хочешь знать, почему они тебе не ответили? — Бянь Мань сидела чуть боком, с неизменно спокойным выражением лица.

— А, да! — растерянно кивнула Пан Жо: во-первых, она действительно не понимала причину их молчания, а во-вторых… ее соседка по парте, оказывается, умеет разговаривать!

— Да потому, что ты сама все забыла. Ты ведь с самого начала записана в колонну! — Бянь Мань смахнула со лба прядь волос и перевела взгляд в окно. Они сидели прямо у окна, и она всегда прекрасно видела оттуда, есть ли кто снаружи.

— Быть не может! — Пан Жо принялась лихорадочно соображать.

— Ты вообще помнишь, когда спортивные соревнования? — снова раздался голос Бянь Мань.

— Соревнования? — Пан Жо все еще барахталась в воспоминаниях. — Наверное, через полмесяца? Иначе как мы успели бы подготовить церемонию открытия?

— Ошибаешься, — Бянь Мань поднялась со стула, заметив, как по дорожке от общежития к зданию школы направляются ее подруги. — Соревнования уже завтра! Класс готовится к ним уже довольно давно.

— Чего?

На этот раз Пан Жо и впрямь остолбенела!

Оказывается, из-за этого Чжэн Цзэ она упустила столько всего! Но как же хорошо, что она наконец очнулась, как же хорошо!

— Бянь Мань! — в самую последнюю секунду, когда та уже собиралась выйти из класса, Пан Жо окликнула ее.

Бянь Мань обернулась. Издалека ее янтарные глаза казались какими-то расплывчатыми.

— Прошу, в будущем заботься обо мне! — Пан Жо слабо улыбнулась, впервые в жизни в упор разглядывая соседку, с которой делила парту уже целых полгода.

В голове Бянь Мань на мгновение стало совершенно пусто. Пан Жо по-прежнему стояла залитая светом — тем самым ослепительным светом, что поразил всех еще два с лишним года назад.

Коротко кивнув, Бянь Мань чуть ли не бегом выскочила из класса.

Кто ты — источник света или мотылек, летящий на огонь?

Улыбка Пан Жо стала еще глубже. Оказывается, у нее такая забавная соседка! В ту секунду, когда та покидала класс, Пан Жо отчетливо заметила крошечное алое пятнышко на ее мочке уха.

Благодаря четкому руководству старосты, к воскресному полудню все материалы и участники были собраны.

Невозмутимая Пан Жо встала посреди класса, отобрала у старосты указку и принялась раздавать указания:

— Раз соревнования уже завтра, времени у нас в обрез. Прошу всех шевелиться быстрее, а главное — держать всё в строжайшем секрете!

— Согласны, согласны! — дружно закивали срочно вызванные обратно энтузиастки класса. Не хватало еще сболтнуть лишнего и позволить соседнему классу украсть их задумку.

— Как здорово, что все мы здесь сегодня так дружны! — радостно воскликнула Пан Жо, но эту фразу никто не поддержал — одноклассницы лишь скептически поморщились.

— Послушай, ты даже не помнишь, участвуешь ли в построении, и после этого у тебя хватает совести еще кого-то поучать! — холодно бросила Мин Мэй.

— Хе-хе… Хе-хе… — типичный смешок в фирменном стиле Пан Жо.

— Ладно-ладно, давайте скорее за работу! — староста в очередной раз выступила в роли миротворца. Эти двое вечно так: чем сильнее ругаются, тем ближе становятся, и наоборот!

— Хорошо! — кивнула Пан Жо и перешла к распределению задач.

— Мин Мэй, бери десять человек и режьте блестящую бумагу. Представь, что это твой самый заклятый враг, и кромсай как можно мельче!

Мин Мэй приподняла бровь. Споры спорами, но организаторский талант Пан Жо в такие моменты проявлялся во всей красе. Она с десятком помощниц подошла к первому ряду и принялась бормотать себе под нос: — Пан Жо… режу… Пан Жо…

Пан Жо забавно взмахнула рукой, словно разгоняя заклинания Мин Мэй.

— Остальные идут со мной — будем нарезать бумагу и складывать самые простые корзиночки.

— Зачем нам корзиночки? — олух-спорткомторг, единственный оставшийся в классе парень, озадачено почесал затылок.

— Балбес, в корзиночки мы насыплем золотую бумагу, она потом красиво разлетится во все стороны! — заместителя старосты внезапно озарило, она щелкнула пальцами и с победным видом пояснила.

— Почему мне кажется, что это больше смахивает на похороны? — спорткомторг подозрительно уставился на нее.

— Ха-ха-ха…

— Ха-ха-ха…

После его слов класс на секунду погрузился в тишину, а затем разразился диким хохотом. Среди всеобщего смеха легко выделялся один заливистый и дерзкий — разумеется, принадлежавший Пан Жо.

Бянь Мань, которую поймали у самого выхода из школы и вернули обратно, определили в бригаду режущих блестящую бумагу. Все вокруг хохотали, и лишь она хранила молчание. Она молча резала фольгу: из квадратов получались прямоугольники, из прямоугольников — снова квадраты. Она резала и молча прислушивалась…

Вдоволь нахохотавшись, Пан Жо лишь спустя долгое время уняла смех. По своей природе она была веселой и жизнерадостной девчонкой, просто прошлый роман нанес ей слишком тяжелый удар, из-за чего ее бурный нрав на время притих.

Лишь спустя еще какое-то время Пан Жо трясущимися от остаточного смеха пальцами взялась за складывание корзинок.

Сначала нарезать на квадратные заготовки, потом сложить пополам, потом еще раз…

— Знаю, идея так себе, но другого способа выделиться на фоне соседнего класса у нас нет. Кто же виноват, что вы с самого начала придумали такую банальщину?

— Подруга, — Мин Мэй отложила ножницы и с абсолютно серьезным видом повернулась к Пан Жо. — А где была ты, когда мы придумывали эту самую банальщину?

— Хи-хи, было бы желание обвинить, а повод найдется, еще как найдется! — отмахнулась Пан Жо, делая вид, что обучает кого-то складыванию бумаги.

— Тц! — Мин Мэй отвернулась и снова принялась за блестящую бумагу. Какое удачное местечко ей досталось, подумала она, покосившись на стоящую рядом Бянь Мань. Бянь Мань была странной девушкой: тихой, словно бесплотный призрак, но при этом неизменно обладающей сильным присутствием.

— Эй, Бянь Мань, — Мин Мэй подтолкнула ее локтем. — Ты сидишь рядом с Пан Жо, смотри не нахерничай от нее, а то растеряешь всю свою миловидность!

Бянь Мань лишь слабо улыбнулась. Боюсь, Пан Жо только сегодня вообще заметила, что они сидят за одной партой.

Тогда, при распределении мест, узнав, что ей досталась соседка по фамилии Пан Жо, она даже пыталась подать апелляцию. Она и эта шумная Пан Жо были людьми из совершенно разных миров, и это Бянь Мань поняла очень давно.

Сидеть с ней рядом — все равно что идти по параллельным прямым, никакой дружбы из этого не родится, именно поэтому она и протестовала.

Вот только протест отклонили. А когда она попыталась пересадить ее потихоньку, в обход правил, вечно не могла застать эту девчонку на месте!

Пан Жо вечно куда-то спешила, и всем было известно, что она убивается по этому Чжэн Цзэ, пропадая вне школы дни и ночи напролет!

Считай, повезло: за те полгода школа была занята старшеклассниками и младшее звено почти не контролировала, а классная руководительница появлялась в лучшем случае раз в неделю, так что всеми делами в классе заправляла она сама.

Не самая лучшая школа, смутно думала Бянь Мань.

И ей предстоит провести здесь еще целый год. Даже страшно представить, во что превратится оставшееся время. Лишенная каких-либо амбиций и желаний, она плыла по течению бессмысленной жизни.

Спокойная улыбка Бянь Мань и ее дальнейшее молчание ничуть не удивили Мин Мэй, зато привлекли внимание подбежавшей Пан Жо.

Она с размаху оттолкнула Мин Мэй в сторону.

— Эй, перестань клеветать на меня! Мы с моей любименькой соседкой собираемся выстроить прекрасные межличностные отношения, а ты тут совершенно ни при чем! — с этими словами Пан Жо обняла Бянь Мань за плечи и победоносно замахала руками.

— Бянь Мань… — стоило Пан Жо подойти, как от группы оригами отделилась еще одна девушка. — Я буду помогать тебе!

Она испепелила Пан Жо взглядом и принялась яростно щелкать ножницами.

Пан Жо тут же узнала в ней ту самую недоброжелательницу со вчерашнего катка и весело рассмеялась:

— Раз здесь стало на одного помощника больше, Мин Мэй, я забираю одного человека к себе!

С этими словами она притянула к себе не сопротивляющуюся Бянь Мань и увлекла ее в свой кружок оригами.

— Гу Панжо, ты… ты! — та девица бессильно топнула ногой.

— Хватит баловаться! — подала голос Бянь Мань. Коротко и предельно эффективно.

— Ладно! — Пан Жо тут же опустила руки. — Тогда я научу тебя делать оригами!

Непонятно почему, но в словах Бянь Мань чувствовалась какая-то внутренняя сила. Рядом с ней даже просто стоять было удивительно спокойно.

http://bllate.org/book/29040/3530566