Готовый перевод The King's Fifth Consort / Пятая жена вана: Глава 52

Если она снимет маску, Юнь Се непременно убьёт её!

По его тону было ясно — он не шутит.

Почему Юнь Се запретил ей снимать маску? Боится, что она увидит его лицо, изуродованное ожогами?

Но сейчас он в глубоком обмороке — откуда ему знать, заглянула она под маску или нет?

Вэй Иньвэй колебалась. Юнь Се, вероятно, опасался лишь одного: что она увидит его обезображенное лицо.

А ей, прошедшей через тысячи операций по пластической хирургии, разве не доводилось видеть ужасающих лиц?

Стиснув зубы, Вэй Иньвэй решила: сейчас он наиболее уязвим. Достаточно приподнять уголок маски — и она всё поймёт.

Он точно ничего не заметит!

Медленно она протянула руку к серебряной маске на лице Юнь Се. Едва её пальцы коснулись края, как горячая ладонь вдруг сжала её запястье, и он пробормотал:

— Я здесь, не бойся… Чжу-эр!

Хотя Вэй Иньвэй так и не разобрала имя, произнесённое во сне, одно она знала наверняка — это не её имя.

Юнь Се обычно называл её «супруга», а «Иньвэй» — лишь в исключительных случаях.

Кроме Вэй Гуаньшу, она не могла представить никого другого!

Вэй Иньвэй попыталась вырваться, но Юнь Се держал её так крепко, будто боялся, что она исчезнет, и боль пронзила ей запястье.

Вырваться не получалось.

Она рванула сильнее — и из-за инерции упала прямо ему на грудь.

Вэй Иньвэй отчётливо почувствовала, как его тяжёлое дыхание на миг замерло, будто человек, погружённый в сон, внезапно вернулся в реальность — резко и болезненно.

— Ваше Величество, вы очнулись? — спросила она, чувствуя, как хватка ослабевает. Она села и стала растирать запястье.

Но Юнь Се даже не взглянул на неё. Его взгляд метнулся по сторонам, и в глубине чёрных глаз мелькнул ужас.

Он резко поднялся, лихорадочно оглядываясь, и в его пронзительных, полных страха глазах будто бы рвалась тьма на части.

— Ваше Величество, вы что-то ищете? — спросила Вэй Иньвэй, прекрасно понимая: он ищет Вэй Гуаньшу.

Постепенно в глазах Юнь Се прояснилось. Сознание вернулось из сна, и ужас исчез, сменившись прежней холодной ясностью.

— Где мы? — спросил он, прищурившись на незнакомое место, а затем перевёл взгляд на израненное лицо и тело Вэй Иньвэй.

Воспоминания перед обмороком вдруг хлынули в сознание.

— Ты в порядке? — спросил он мягко, хотя голос всё ещё звучал слабо. Перед тем как потерять сознание, он чётко помнил, как Вэй Иньвэй, испугавшись змеи, прижалась к нему и горько плакала.

Это был первый раз, когда он видел её такой — плачущей от страха.

Вэй Иньвэй покачала головой:

— Со мной всё хорошо. Но ваша рука горячая!

Его ладонь всё ещё сжимала её запястье, и жар был почти обжигающим.

Но выражение её лица оставалось ледяным — в резком контрасте с этим жаром.

— Я что-то говорил? — спросил Юнь Се, глядя на неё. Только что он проснулся, но сон был настолько живым, будто он снова оказался в том же месте пять лет назад.

Лицо Вэй Иньвэй оставалось холодным и отстранённым, словно цветок лотоса на заснеженной вершине — чистый, но недоступный.

Совсем не похоже на ту девочку, которая минуту назад плакала у него на груди, цепляясь за него, как за единственную опору.

— Ты слышала? — спросил Юнь Се. Голова была туманной, но, глядя на её холодное лицо, он знал: она что-то услышала.

Вэй Иньвэй снова покачала головой:

— Ваше Величество ничего не говорили!

— Правда ничего? — Юнь Се не верил. Сон был слишком ярким.

— Вы ничего не говорили! — повторила она.

— Если услышала — забудь. И ни слова об этом впредь! — резко перебил её Юнь Се, прежде чем она успела договорить.

Разве она не слышала — зачем тогда такое выражение лица?

Вэй Иньвэй опустила глаза, помолчала, потом снова подняла взгляд:

— Ваше Величество, похоже, у вас жар!

Только теперь Юнь Се почувствовал, как напряжение в теле спало, и боль, тяжесть и слабость накатили на него, будто яд, растекающийся по крови, проникающий в каждую клетку и разъедающий внутренности.

— Я схожу за водой! — сказала Вэй Иньвэй и встала.

Но Юнь Се снова схватил её за руку:

— Не ходи одна в такую тьму!

— Но, Ваше Величество… — её рука была в его ладони. Не то её ладонь была слишком холодной, не то он действительно горел — жар был почти нестерпимым.

— Твои руки такие холодные… Позволь мне согреть тебя, — сказал он и слабо потянул её к себе.

Но Вэй Иньвэй не двинулась с места. Он попытался приложить усилие, но сил не было.

Уголки его губ дрогнули в усмешке:

— Раньше, когда ты упрямилась, мне хватало одного рывка — и ты оказывалась у меня в объятиях. А теперь… даже потянуть не могу.

Его рука медленно разжималась, и в глазах читалась глубокая усталость.

Юнь Се чувствовал, будто его тело опустошили. Ощущение лёгкости и приближения смерти, знакомое ещё с тех времён пять лет назад, вновь накрыло его.

Сознание таяло, веки становились всё тяжелее. Он пытался держать глаза открытыми, чтобы видеть Вэй Иньвэй, но с каждым морганием открывать их становилось всё труднее.

Лицо Вэй Иньвэй расплывалось перед глазами, уходило всё дальше…

Пламя в костре колыхалось на ветру.

Вэй Иньвэй в ужасе смотрела на глаза Юнь Се: блеск в них угасал, зрачки расширялись, а губы побледнели и посинели.

Она вдруг поняла: что-то не так! Какой же это яд, если, несмотря на то что она вывела большую часть токсинов, он всё равно может убить Юнь Се?

— Ваше Величество! Ваше Величество!.. — звала она, тряся его за плечи, но он не реагировал.

Вэй Иньвэй оттянула ему веко — зрачки продолжали расширяться.

Неужели Юнь Се умирает? Паника охватила её. Что делать? Как спасти? Здесь ведь ничего нет!

— Юнь Се! Юнь Се!.. — она отчаянно хлопала его по щекам, но он не приходил в себя.

Тогда она раскрыла рану на его теле и с ужасом обнаружила, что та воспалилась: в неё попала грязь, и теперь там гноились язвы. Когда это произошло?

Она вспомнила: давно не меняла повязки и не промывала раны.

Быстро оторвав кусок юбки, она, не имея ножа, руками удалила гной и загрязнения. Вид был ужасающий, но Юнь Се уже не чувствовал боли.

Закончив, Вэй Иньвэй молилась, чтобы это хоть как-то помогло.

В этот момент в тишине ночи раздался шорох. Вэй Иньвэй вздрогнула — напряжение достигло предела.

Тяжёлое дыхание в холодной тьме звучало особенно отчётливо.

Она схватила горящую ветку, чтобы лучше рассмотреть окрестности.

Медленно поднявшись, она напряглась, плечи задрались от страха. Внезапно чья-то окровавленная, покрытая ранами рука схватила её за лодыжку.

Вэй Иньвэй вскрикнула и опустила факел. Перед ней лежал человек, весь в засохшей крови, с растрёпанными, как солома, волосами. Кровь скрывала настоящий цвет одежды.

— Помоги… спаси меня! — прохрипел он, поднимая лицо, измазанное грязью и пылью. Оно было изуродовано, будто его ударили чем-то тяжёлым, но глаза сияли необычайной ясностью.

Вэй Иньвэй отпрянула:

— Кто ты?

Она не ожидала встретить здесь кого-то ещё!

Как этот человек, получив такие раны, вообще ещё жив?

— Дай… дай поесть… — прохрипел он, собрав последние силы.

Вэй Иньвэй отступала назад, но тот, хотя и был почти безжизненным, смотрел на неё с такой жаждой жизни, что она не выдержала и протянула ему сухой паёк.

Глаза незнакомца вспыхнули, и он жадно набросился на еду, будто не ел несколько дней.

Вэй Иньвэй больше не обращала на него внимания — всё её внимание было приковано к Юнь Се. Его тело по-прежнему горело, но когда она снова проверила зрачки, они уже вернулись в норму.

Она не знала, помогла ли ей чистка раны или сработало внутреннее стремление Юнь Се к жизни.

Но ясно было одно: без помощи он долго не протянет.

— Вот… — грязная рука вдруг протянула ей маленькую пилюлю.

Вэй Иньвэй с подозрением посмотрела на незнакомца.

— Это противоядие от всех ядов! — добавил он.

Вэй Иньвэй не поверила. Кто он такой? Почему здесь? Как сам оказался в таком состоянии?

Но раненый, не дожидаясь её ответа, подполз к Юнь Се, нащупал пульс и снова поднял пилюлю:

— Если не дашь ему сейчас — яд доберётся до мозга!

— Кто ты? — спросила Вэй Иньвэй, глядя на него с недоверием. Как этот сам еле живой человек может спасти Юнь Се?

— Я… просто голоден! — сказал он, немного приободрившись после еды.

Вэй Иньвэй внимательнее осмотрела его. Кровь, покрывавшая одежду, казалась чужой. А под засохшими пятнами проступала ткань высокого качества, хоть и потемневшая от грязи.

Вэй Иньвэй решилась и вложила пилюлю Юнь Се в рот.

Через несколько мгновений синева на его губах начала исчезать.

Она не могла поверить: лекарство подействовало мгновенно.

http://bllate.org/book/2889/319481