Готовый перевод The Late System Found Me, So I Decided to Divorce / Развод с аристократом: Запоздалая система не помеха: Глава 3

Зеленеющий в тарелке салат — это как раз тот пучок, что Чу Лин положил Вию. Малыш с детства был переборчив в еде, гурман знатный, сколько себя помнит, всё норовил увернуться от любой зелени: брокколи не ест, салат не ест. Теперь же мало того что осталась дурная привычка перебирать харчами, так он еще и отца-самовенка за помойное ведро держит.

Чу Лин мысленно пожурил его, но всё же послушно поднял палочками тот самый пучок зелени и съел.

Малыш сегодня сильно устал: обычно после ужина он вечно канючит, требуя еще немного поиграть перед купанием, а сегодня вел себя на редкость послушно — стоило позвать, сразу пошел. Весь путь проделал молча, несколько раз едва не засыпая на ходу.

Чем выше уровень культивации у детенышей самец-жук, тем легче они подвержены гибели во младенчестве. С самого рождения Вий то и дело хворал: три дня слабость, пять дней тяжелая болезнь. Из-за этого с малых лет всеми делами Вия Чу Лин занимался лично, не передоверяя никому даже такие мелочи, как еда или купание.

Просушив волосы феном на первой скорости в два захода, Чу Лин погладил Вия по голове — мягкие золотистые пряди уже полностью высохли. Малыш сидел на стуле, засыпая на ходу, его маленькая головка то и дело клевала носом, словно цыпленок, клюющий зерна.

Сердце Чу Лина разом растаяло. Он протянул руки и подхватил Вия на руки. Малыш, словно ощутив тепло отца-самовенка, машинально зарылся лицом ему в грудь и невнятно бормонул:

— Спать…

Одной рукой придерживая Вия так, чтобы тот мог пристроить голову ему на плечо, другой Чу Лин легко похлопывал его по спине, тихонько нашептывая убаюкивающие слова. Это движение, повторенное сотни и тысячи раз, уже стало его инстинктивной реакцией.

Спальня Вия находилась на четвертом этаже: третья дверь налево сразу за ванной. В оформлении преобладал минимализм, и единственной вычурной детальей, пожалуй, был потолок, имитирующий звездное небо. Предпочтения малыша менялись каждый день: то он требовал забить всю комнату плюшевыми игрушками, то вдруг в один прекрасный день охладевал к ним и без сожаления выбрасывал все куклы разом.

По ночам Вий любил сбрасывать одеяло, поэтому Чу Лин тщательно подоткнул края. Завершив приготовления, он присел на краешек кровати.

Вий унаследовал присущие Расе жуков правильные черты лица: хотя он еще не до конца сформировался, уже угадывалось, что в будущем из него выра Sтушит всеобщий любимец и писаный красавец. Густые брови, большие глаза, высокая переносица и сияющая копна золотых волос — он был лицом очень похож на Лантысы, а с закрытыми глазами сходство становилось и вовсе поразительным.

Пухлые щечки розовели нежным румянцем, уголки губ слегка приподнялись, будто ему снился какой-то дивный сон.

— Малыш, спи сладко.

Наклонившись, Чу Лин легко коснулся губами лба Вия, оставил гореть единственный ночник и, прикрыв за собой дверь, вышел.

За дверью вышколенный слуга как раз заканчивал уборку в ванной и направлялся в эту сторону. Заметив Чу Лина, он почтительно поприветствовал его полушепотом. Чу Лин вскинул руку, останавливая его, и невольно бросил взгляд в глубь длинного коридора — улыбка на его губах погасла.

Внезапно захотелось пройтись. Чу Лин не стал вызывать лифт и зашагал вниз по винтовой лестнице. От детской до его собственной спальни нужно было миновать третий этаж, а на третьем этаже располагались покои Лантысы.

Дверь в кабинет была плотно закрыта. Чу Лин остановился. Сам не зная с каких пор, он начал испытывать глухое раздражение при виде закрытых дверей.

— Господин, вам необходимо отдохнуть.

вездесущий Гейд снова напугал Чу Лина внезапным появлением. Обернувшись, Чу Лин уткнулся взглядом в совершенно бесстрастное, суровое лошадиное лицо, кивнул, бросил прощальный взгляд на запертую дверь кабинета и свернул в сторону.

Завтра с утра у него лекции.

Рано утром, в половине восьмого, Столичный университет Жунъяо.

— Господин Грин, впереди административный корпус, дальше я не пойду.

— Благодарю вас, секретарь, извините за хлопоты.

Проводив взглядом удаляющегося секретаря, Грин не спешил направляться к зданию канцелярии. Сегодня был его первый рабочий день, расписание занятий ему еще не назначили, и явился он главным образом для того, чтобы ознакомиться с рабочей обстановкой. Столичный университет Жунъяо считался первоклассным учебным заведением на Ланкана; по сравнению с рискованной службой в Военном министерстве, где приходится ходить по лезвию ножа, преподавательская должность здесь для благородного самца-жука брачного возраста — сущая лебединая песня.

Грин шел неторопливой поступью, рассеянно оглядывая окрестности, как вдруг почувствовал, что край его брюк кто-то легонько царапает.

Опустив взгляд, он с удивлением обнаружил бесхвостого черно-белого кота-корову. Кошачьи когтки настойчиво вцеплялись в ткань штанины — судя по всему, животное приняло его брюки за когтеточку.

Грин шевельнул ногой, но кот, казавшийся донельзя увлеченным, вдруг поднял голову и уставился на него огромными круглыми глазами.

Грин: ?

Кот: ?? Мяу!

Бросив взгляд на сероватые следы от когтей на штанине, Грин приподнял бровь и последовал за убегающим животным.

Добравшись вслед за котом до какого-то уединенного уголка, Грин услышал непрекращающееся мяуканье. Приглядевшись, он увидел целую стаю котов, которые вились вокруг какой-то фигуры, ластились и клянчили еду. Убежавший кот растолкал собратьев, протиснулся к ногам незнакомца и с упорством, достойным лучшего применения, вновь принялся драть штанину.

— Черный Кот-Милиционер пожаловал? Проголодался?

Стоило предложить заготовленное лакомство в тюбике, как в ответ раздалось сладчайшее мяуканье. Скользнув взглядом по расставленным на земле кошачьим домикам, игровым комплексам, когтеточкам и банкам с консервами на любой вкус, Грин замер, а его взгляд задержался на копне мягких черных волос. На лице промелькнуло удивление.

— Его зовут Черный Кот-Милиционер?

Чу Лин, выдавливая лакомство, вдруг услышал за спиной пытливый голос. Он замер на секунду, но отвечать не стал, лишь до упора выдавил содержимое тюбика.

Не дождавшись ответа, Грин присел на корточки и потрепал по голове уплетающего угощение кота:

— Черный Кот-Милиционер, ты же только что мне мяукал, а теперь делаешь вид, что незнаком?

Черный Кот-Милиционер, которому задели хвост: Мяу-мяу-мяу-мяу!

— Ссс...Кошачий удар Черного Кота-Милиционера всегда отличался свирепостью, и когда Чу Лин был с ним недостаточно знаком, то не раз страдал от его лап. Сидевший рядом самец явно не имел никакого опыта и полез гладить кота прямо с хвоста. Чу Лин не успел его остановить и воочию наблюдал, как Черный Кот-Милиционер отвесил тому затрещину.

— Нельзя просто так трогать кошачий хвост и задницу, — Чу Лин прижал к груди испуганного Черного Кота-Милиционера, поглаживая его, чтобы успокоить остальных кошек, и заговорил: — Они все привиты, но если вы беспокоитесь, можете сходить в больницу и сделать укол. Расходы на лечение я беру на себя.

Тот наконец соизволил взглянуть на него прямо. На тыльной стороне ладони выступили капли крови, однако Грин, казалось, ничуть не заботился об этом. Вместо того чтобы остановить кровь, он даже протянул раненую руку вперед, чтобы ему было лучше видно, и необычайно вежливо произнес:

— Ничего страшного, это моя вина. Я не знал, что с кошкам столько хлопот. Пустяковая царапина, я-то думал, я нравлюсь Черному Коту-Милиционеру.

Грин указал на штанину, на которой отпечатался серо-белый след кошачьей лапы, и пожал плечами:

— Видимо, Черный Кот-Милиционер принял меня за вас.

Проследив за направлением его пальца, Чу Лин понял, что имеет в виду Грин: их сегодняшние брюки были очень похожи.

Коты в университетских городках человеческого мира были всеобщими любимцами, но здесь все обстояло совершенно иначе. Возможно, дело было в генетике, но Раса жуков недолюбливала кошек. Черный Кот-Милиционер и остальные обитали здесь, в тихом укромном уголке Столичного университета Жунъяо, как бродячие животные. За последний год Чу Лин собрал их всех в этом месте в надежде подарить им безопасный дом, но жалобы со стороны все равно продолжались.

Опасаясь, что тот отправится жаловаться, Чу Лин посмотрел на его кровоточащую руку и, помолчав пару секунд, заговорил:

— В моем кабинете есть йоддицерин. Если вас не затруднит...

Грин тут же расплылся в улыбке:

— О, огромное спасибо! Я как раз собирался в административный корпус, пойдем вместе.

Глядя на скалящегося Грина, который ждал, пока тот покажет дорогу, Чу Лин внезапно почувствовал, что его провели.

Словно преодолев какие-то жалкие пятьсот метров, Чу Лин уже успел узнать из болтливого рта попутчика, что того зовут Мейцзе, что он любит синий цвет и не любит красный, предпочитает йогурт молоку, а в стейках любит мясо рядом с ребрышками, потому что оно жесткое и жуется...

Чу Лин чувствовал, что от этой болтовни у него уже болят уши, и в тот момент, когда двери лифта открылись, он вздохнул с таким облегчением, будто услышал небесную музыку.

— Подожди меня у входа, — бросил Чу Лин.

Грин запомнил номер кабинета и с улыбкой произвел:

— Хорошо.

— Доброе утро, преподаватель Чу Мэнь.

Чу Лин кивнул, не сбавляя шагу, рывком открыл ящик стола, нашел йоддицерин и тут же вышел, совершенно не заметив кислого выражения лиц коллег.

— Вот йоддицерин и пластырь, в пятидесяти метрах впереди находится уборная. Тщательно вымойте руку, намажьте йоддицерином, а сверху наклейте пластырь, — на одном дыхании выпалил Чу Лин, бросив взгляд на часы. У него была пара в восемь утра, и до начала оставалось всего пятнадцать минут, нужно было спешить.

Закончив давать указания, Чу Лин умчался прочь без оглядки: выслушивать с раннего утра проповеди в стиле Тан Сэна было сомнительным удовольствием.

Проводив взглядом удаляющегося Чу Лина, Грин подбросил в руке йоддицерин и пластырь. Вместо того чтобы направиться в уборную, он шагнул прямо в офис.

Там, где собираются языки, всегда рождаются сплетни.

— Чего ты перед ним распинаешься? Сто раз тебе говорили: у него нос задран выше крыши, он вообще не считает нас за ровню, простых работяг!

— Один мой знакомый учился с ним на одном потоке и говорит, что он какой-то блатной переведенчик. Непонятно какими методами тот добился своего: даже вступительные экзамены не сдавал, а Академия Глория зачислила его вне конкурса. Когда только приехл — двух слов связать не мог, учился из рук вон плохо, а потом еще взял академический отпуск на целый год. Когда восстановился — непонятно с чего вдруг залетел в топ-десятку рейтинга, умудрился даже получить направление на прямую аспирантуру, а после выпуска остался работать в университете. Крутой послужной список, а?

— Сто процентов, что пригрелся под чьим-то крылышком! Слышал, он во время учебы ночи напролет кутил, каждый день его лимузины возили, и каждый раз с новыми самцами!

— Вот именно, все дело в удачном рождении. Чего стоят наши десятилетия упорной учебы, если ему достаточно просто лечь, и у него появится все и сразу?

— Точно-точно.

Грин прислонился плечом к косяку, наблюдая со стороны. Самый быстрый способ влиться в коллектив — назначить общую мишень; добавив красок и с три короба налгав, сплотить горстку разрозненных людей в дружную шайку, которая злословит за спиной, чтобы потешить уязвленное самолюбие и обрести иллюзорную принадлежность к группе.

Шайка трусливых неудачников.

Грин беспечно стер носовым платком запекшуюся кровь с тыльной стороны ладони и спрятал йоддицерин с пластырем в карман. Эти жуки, похоже, понятия не имели о происхождении Чу Лина. Кутит ночи напролет? Ведет разгульную жизнь? Однодневные любовники знатного самца-самочки? Интересно, что бы почувствовал тот самый безжалостный генерал Лантысы из семьи Уинтер, если бы узнал, как расписывают его господина-супруга?

— Ты кто такой?!

— Ты подслушивал!

Наконец дождавшись разоблачения, Грин пожал плечами, поднял руку и помахал:

— Всем привет.

Судя по всему, атмосфера была не самой дружелюбной, но Грин не обращал внимания на враждебность. Он извлек свой служебный пропуск и легонько помахал им:

— Я новый преподаватель этого семестра, еще плохо ориентируюсь. Подскажите, где находится 1823-й кабинет?

— 1823-й, ясное дело, на восемнадцатом этаже! Какого черта ты забыл на двадцать втором?

Одна из самок шагнула вперед, выхватила у него пропуск и вдруг вытаращила глаза:

— Грин?!

http://bllate.org/book/28817/3484239