Готовый перевод When the Love Brain Died / Когда розовые очки разбиваются: Исповедь одержимого: Глава 4

— Ты хочешь участвовать? — спросил Чэнь Гэ.

Он знал, что Шэнь Сянь весьма интересуется актёрским мастерством. Выражаясь словами самого Шэнь Сяня, нельзя было растрачивать впустую красоту, дарованную небесами и родителями. Если не пробиться на телевидение и не прославиться на всю страну, это станет просто преступным разбазариванием небесных даров.

Хотя на самом деле в шоу-бизнес шли ради лёгких и быстрых денег.

Семья Шэнь Сяня жила не слишком богато: мать хворала и не могла работать, а семейный бюджет держался исключительно на скудных плечах отца. Лишь познав нищету, человек начинает по-настоящему чувствовать тепло и холодок человеческих отношений: шарахающиеся в сторону родственники, с каждым годом всё более дряхлеющие тела родителей, стесненные жилищные условия... Всё это заставило Шэнь Сяня слишком рано осознать истинную ценность денег.

К счастью, ему досталась прекрасная внешность.

Именно благодаря этому лицу с малых лет он пользовался особым отношением окружающих. Обычная, заурядная работа приносила слишком мало денег, да и надрываясь на ней до потери пульса, вряд ли удавалось бы сводить концы с концами.

В восхищенных взглядах, которые другие бросали на него, Шэнь Сянь разглядел совершенно иной путь.

— Угу. К тому же денег с нас не берут, — с горящим интересом спросил Шэнь Сянь. — Как по-твоему, что думаешь?

— Подобные шоу отнимают больше всего времени. Сейчас, в выпускном классе, график и так напряженный, дядя с тетей не согласятся, да и школу тебе ни за что не пройти.

Школа вообще-то рассчитывала, что Шэнь Сянь вернется с титулом лучшего ученика уезда по баллам на экзаменах.

Шэнь Сянь с сожалением вздохнул:

— Но возможность-то какая редкая! И этот телеканал Чэнлэ совершенно не умеет себя вести — почему нельзя было перенести съемки на период после гаокао? Тогда бы я и мучиться не стал. За первые три места дают не меньше двухсот тысяч.

Двести тысяч — это много? Не то чтобы очень, ровно столько стоила одна кофта Чэнь Гэ.

Двести тысяч — это мало? Совсем нет, отец Шэнь Сяня за целый год не мог отложить и пятидесяти тысяч.

— Если ты займешь первое место по всему городу, школа наградит тебя суммой, которая превысит двести тысяч.

— Тц, судя по всему, мне остается лишь любоваться собственным отражением в зеркале, — озадаченно произнес Шэнь Сянь. — Разве не говорили, что можно жить за счет внешности? Неужели моя наружность этого недостойна?

Чэнь Гэ внимательно осмотрел его и кивнул:

— Достойна. Более чем достойна.

— Тогда почему на улице меня до сих пор не заметил ни один разбирающийся в людях скаут, не остолбенел от потрясения и не поклялся сделать из меня звезду первой величины? — погрузившись в раздумья, протянул Шэнь Сянь. — Разве по классике сюжет не должен развиваться именно так? Я столько раз слышал, будто многие знаменитости начинали именно с этого.

Чэнь Гэ с совершенно серьезным видом заметил:

— И подумать не мог, что в тебе живет настолько наивная жилка.

Шэнь Сянь парировал:

— А я и не подозревал, что ты страдаешь близорукостью.

Оба одновременно вскинули ноги, но поскольку оба были начеку, лишь пусто махнули ими в воздухе.

Чэнь Гэ опустил ногу и невозмутимо произнес:

— Обладать одной лишь красотой и пустой головой — попади ты в шоу-бизнес, от тебя останутся одни обглоданные добела кости.

Шэнь Сянь хмыкнул:

— Ну и ладно, даже в таком случае я буду самым красивым и ладным скелетом.

— Зачем тебе эта ладность? — поинтересовался Чэнь Гэ. — На медицинский экспонат метишь?

— ... — Шэнь Сянь хмыкнул: — А что не так с экспонатом? Глядишь, потом еще будешь называть меня своим великим анатомическим учителем.

Чэнь Гэ: — ...

Силен, черт побери, силен.

Чэнь Гэ шутливо сложил руки в приветственном жесте, признавая свое поражение:

— Беру свои слова назад, кое-какие мозги у тебя все-таки имеются.

Шэнь Сянь подбросил баскетбольный мяч вверх, поймал его на указательный палец, и тот закрутился с бешеной скоростью. Услышав похвалу Чэнь Гэ, он, не задумываясь, заявил:

— Ты кое-что упустил. Прекрасную внешность.

— Ой, ученик Чэнь...

— Ой, ученик Шэнь...

Две девушки преградили им дорогу.

Чэнь Гэ с улыбкой спросил:

— Что-то случилось?

Переглянувшись, обе девчонки набрались храбрости и сунули каждому в руки по бутылке воды.

— Угоститесь.

Лица девушек слегка покраснели.

Чэнь Гэ взял бутылку:

— Спасибо, как раз мучила жажда.

Шэнь Сянь на мгновение замешкался, зажал мяч подмышкой и, слегка взмахнув рукой с зажатой в ней водой, кивнул:

— Большое спасибо.

— Не за что! — девочки, взявшись за руки, тут же убежали, и даже отбежав далеко, то и дело оглядывались.

Шэнь Сянь уже привык к такому. К тому же после долгой игры пить хотелось невероятно, так что он скрутил крышку и жадными глотками опустошил полбутылки.

— Вот видишь, смазливое лицо все-таки приносит пользу. Если в будущем жизнь прижмет и я нигде не устроюсь, пойду содержанцем к богатой даме.

Чэнь Гэ молча возвел очи к небу:

— Похоже, многолетние усилия учителей пошли прахом. Воспитание, которое ты получил, явно оказалось недостаточно глубоким.

— При чем здесь учителя? Неужели я не мог сам вырасти человеком с испорченными ценностями?

— Судя по всему, не совсем впустую.

Приближаясь к учебному корпусу и проходя мимо урны, Чэнь Гэ небрежным взмахом руки пустил целую, еще не распечатанную бутылку воды по плавной дуге в воздухе. В самый момент, когда она уже готова была шмякнуться в мусорку, чья-то рука перехватила ее и уверенно зафиксировала.

— Предсказал твое предсказание! Высший балл! — самодовольно ухмыльнулся Шэнь Сянь, а затем добавил: — Послушай, раз пить не хотел, мог бы и не брать. Зачем выбрасывать? Какое транжирство.

Чэнь Гэ ответил с показным пониманием:

— Если бы я отказался, та девочка могла бы почувствовать себя неловко.

Шэнь Сянь не слишком это понимал и озадаченно протянул:

— А если сначала взять, а потом выбросить в мусорку, разве ей от этого станет менее неловко?

— Именно поэтому я сделал это так, чтобы она не видела, — невозмутимо ответил Чэнь Гэ.

— ... — Этот ответ вроде бы звучал логично, но Шэнь Сяня он ничуть не убедил. Покачав головой, тот со вздохом произнес: — Уж и не знаю, считать ли тебя сердобольным или бездушным. И стоило бы той толпе девчонок, что из-за тебя теряют головы, взглянуть на твое лицемерное лицо.

Лицо Чэнь Гэ осталось бесстрастным:

— Я не пью воду от посторонних.

— Знаю-знаю, — протяжно вытянул гласные Шэнь Сянь. — Ты пьешь только воду, которую готовит Чжоу Ван.

Чэнь Гэ промолчал, что означало молчаливое согласие.

Внимательно изучив его выражение лица, Шэнь Сянь предположил:

— Это потому, что раньше с чужой водой что-то случилось?

Чэнь Гэ снова проигнорировал вопрос. Поднявшись по лестнице, он перевел тему на другую вещь и спокойно осведомился:

— Какая у нас следующая пара по расписанию?

— Математика, — Шэнь Сянь аж затопал ногами. — Ненавижу математику!

Чэнь Гэ посмотрел на него без единой эмоции на лице:

— Человек с максимальным баллом по математике не имеет права такое говорить!

Словно напрашиваясь на неприятности, Шэнь Сянь выдал:

— Я вообще ненавижу китайский, английский... Ладно-ладно, молчу, молчу. — Под убийственным взглядом Чэнь Гэ Шэнь Сянь вскинул руки в знак капитуляции. Впрочем, угомониться он так и не смог и себе под нос пробормотал: — Больше всего я ненавижу учиться.

Чэнь Гэ даже смотреть на него перестал. Тогда Шэнь Сянь добавил:

— Клянусь, я вовсе не строю коварных планов, я и впрямь до жути не люблю грызть гранит науки. Моя главная мечта в жизни — лежать пластом и превратиться в какого-нибудь бездельника-паразита.

http://bllate.org/book/28782/3479902