Суккуб сдержанно кивнула, и её карамельные глаза, полные надежды, уставились на эту невероятную красавицу, обдуваемую ветерком у обочины.
Красавица оправдала ожидания: слегка приподнятые лисьи глазки с полуулыбкой скользнули по замершей на месте Карнии.
— Считай, тебе повезло. У меня сегодня хорошее настроение, подброшу тебя.
При тридцатиградусной жаре красавица была одета легко: в ультракороткие шорты и крошечный топик на бретельках. Время от времени она откидывала спадающие на грудь длинные волосы, а один её взгляд из-под опущенных ресниц источал такое неземное очарование, что Карния прониклась глубочайшим уважением. Это определенно была старшая коллега!
Только посмотрите на эти непринужденные манеры, на это чувственное, но не пошлое искушение — перед ней определенно стоял Великий Суккуб! Подобными соблазнительными манерами обладали лишь прошедшие через сотни битв старшие товарки.
Карния окинула взглядом себя: плоская фигурка, слегка вьющиеся длинные волосы — хоть они и были черными, волосы старшей явно казались гораздо темнее и блестяще, — и лишь две белые и прямые ножки под короткой юбкой выглядели еще куда ни шло. Однако у них имелся огромный недостаток: они были слишком короткими! Там, где старшая делала один шаг, ей приходилось делать два, чтобы не отстать!
Карния опустила голову и припустила вслед за ней, страшно боясь, что из-за слишком медленного шага она отстанет и старшая бросит её.
Однако та самая красавица, чья походка только что сочилась неотразимым шармом, неожиданно замедлила шаг, чтобы Карния могла за ней поспевать.
— Первокурсница? — неожиданно бросила через плечо красавица.
Карния похлопала глазами по сторонам и лишь спустя какое-то время сообразила, что обращаются к ней. Она торопливо кивнула, а затем, сообразив, что великая старшая идет впереди и ничего не видит, послушно добавила:
— Угу.
Старшая, похоже, просто внезапно вспомнила, что за ней тащится какой-то ребенок, и оставшуюся часть пути практически не раскрывала рта, пока они наконец не добрались до места. Лишь тогда она с лукавой улыбкой стрельнула своими лисьими глазками в замершую, словно испуганный птенчик, девчонку:
— Малышка, если ты будешь вести себя в этой школе так же робко, тебя живо начнут обижать.
Карния растерянно моргнула своими большими карамельными глазами, с опозданием догадываясь, что это было проявление заботы со стороны старшей.
Сама старшая вовсе не ждала никакого ответа: она наклонилась, ущипнула Карнию за мягкую щечку и грациозной походкой удалилась.
Карния поджала губы, дотрагиваясь до только что пощипанной щеки, и лишь спустя долгое время украдкой улыбнулась. Внешний мир оказался вовсе не таким страшным, как расписывала старшая сестра! Здесь было куда добрее, чем среди суккубов в Аду — по крайней мере, никто не норовил прогнать сородича при встрече.
Не ощутив поблизости ауры смертельных врагов, суккуб твердо решила, что указавшая ей дорогу красавица — великая старшая среди суккубов. Порадовавшись этому тайком какое-то время, она услышала звуки радиовещания и испуганно бросилась в большой концертный зал, где у самого входа столкнулась с классным руководителем, который подхватил потерявшуюся суккуб и поволок к рядам их группы.
В большом зале уже вовсю гудели голоса. Деревенский суккуб, никогда прежде не видевшая столько нелюдей сразу, от удивления широко раскрыла рот и подгоняемая классным руководителем испуганно прижалась к единственному оставшемуся свободному месту, совершенно не смея раскрывать рот.
В назначенный час преподаватель, ведший церемонию открытия, произнес несколько официальных речей. Карния слушала их с совершенно одурманенной головой: её привычная среда обитания была не столь сложной. Слабые суккубы на дне адской иерархии едва сводили концы с концами. До встречи со старшей сестрой маленькая суккуб каждый день металась в поисках крох пропитания, а если её обижали — могла лишь терпеть, после чего, лишенная сил, влачила своё покрытое шрамами тело дальше, лишь бы выжить.
Жизнь в Аду была не сказать чтобы ужасной, но и хорошей её тоже не назовешь. Впрочем, после встречи со старшей сестрой дела пошли гораздо лучше. Карния, по правде говоря, понятия не имела, кем именно та являлась. Они ютились в каком-то уголке Ада в ничем не примечательном жилье, но получив наконец крышу над головой, эта маленькая никчемная бедняжка больше ни разу не покидала свой пятачок земли. Из-за этого её круг общения оставался почти девственно чистым, она панически боялась разговаривать с незнакомцами и совершенно не понимала никаких скрытых подтекстов.
Официальные речи учителей пролетали мимо ушей, однако любопытство все же взяло верх, и суккуб украдком принялась разглядывать зал. Огромное помещение было четко разделено на два лагеря: нелюди с Запада и нелюди с Востока.
Разделительной линией служило само происхождение, и восточная со западной сторонами наотрез отказывались друг с другом общаться, отчего вся атмосфера казалась натянутой.
Зато Карния — это неотесанное маленькое ничтожество, впервые выбравшееся в свет и ничего не смыслившее в противостоянии Востока и Запада, — выглядела белой вороной, когда исподтишка, искренне полагая, что её никто не видит, косилась на красивую сестрицу по соседству.
Восток там или Запад — для Карнии всё сводилось исключительно к красоте.
Да и вообще, здесь всё было прекрасным! Всё выглядело куда красивее, чем в Аду!
Суккуб с довольным видом поглазела по сторонам еще пару раз, а затем перевела восторженный взгляд на сцену: поступок в Университет Чжэньхай определенно оказался правильным решением!
Карния искренне верила, что ведет себя незаметно и предельно осторожно, однако от бдительного взора классного руководителя не ускользнуло ничто. Безмолвно и обреченно вздохнув, тот понял, что учить её придется буквально с самых азов.
Хотя Карния и не улавливала суть официальных речей, по крайней мере, на красивых преподавателей на сцене было приятно смотреть. На фоне молодежи — сплошь смазливых парней и девушек, источавших юношескую энергию, — наставники казались куда более сдержанными.
Здесь стоило вкратце рассказать об устройстве преподавательского состава Университета Чжэньхай. Сотрудники Хайского университета делились на четыре крупные группировки. За основу бралось географическое деление на западную и восточную фракции, которые в свою очередь распадались на лагеря людей и нелюдей. Эти четыре силы сдерживали друг друга, не позволяя никому захватить единоличную власть.
В конце концов, как люди могли чувствовать себя в безопасности, открывая подобный университет для нелюдей в человеческом мире?
Раз нет спокойствия на душе, значит, нужно прислать людей для надзора. Но нелюдям это, разумеется, не нравилось: ради открытия какой-то паршивой школы они уже согласились на кучу дурацких правил, так еще и терпеть человеческий суд?!
Стоило им только попытаться взбунтоваться и поднять восстание, как лидеры тут же прижимали их ногтем к земле, и после долгих переговоров стороны пришли к нынешней структуре преподавательского коллектива.
Со временем всё постепенно пришло к относительному балансу.
Карния ничего не смыслила в этих подводных течениях. Она знала лишь одно: при всей привлекательности выступающих, говорили они до умопомрачения долго, отчего клонило в сон. Если Карния еще кое-как сопротивлялась, то некоторые смельчаки и вовсе отрубались, свесив головы.
Занудные и бесконечные речи руководства на сцене наконец-то подошли к концу. Карния очнулась от оглушительных аплодисментов и восторженных криков. Оглядевшись по сторонам, она заметила, что если соседи из Западной Академии шумно и бурно рукоплескали, то восточники сидели на своих местах сдержанно и чинно.
Поспешно стерев с уголка рта несуществующую слюну, крошечный никчемный суккуб благодаря отличному зрению сразу разглядела того, кто стоял на сцене.
Да это же… это же её соседка по комнате! Та самая бесстыдная ангел!
Ангел, еще не подозревавшая, что её уже наградили клеймом бесстыдницы, держала в руках листок с речью. На её красивом личике застыло бесстрастное выражение, сквозь которое смутно проступали оттенки глубокого отвращения и немамого удивления.
http://bllate.org/book/28750/3476273
Сказали спасибо 0 читателей